Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Ночная школа — 3

Читайте также:
  1. Heat of the Night / Ночная жара
  2. Maxims Schule - Школа Максима
  3. АМЕРИКАНСКАЯ ШКОЛА ИСТОРИЧЕСКОЙ ЭТНОЛОГИИ
  4. Британская школа меняет имидж, но остается верной традициям.
  5. ВТОРАЯ РУССКАЯ ШКОЛА
  6. Глава 2 Школа и церковь
  7. Глава 3. Средняя школа Фэйрфэкс

Кристи Доэрти

Перелом

Ночная школа — 3

 

Оригинальное название: C.J. Daugherty «Fracture» 2013

Кристи Доэрти «Перелом»

Переводчики: tkalinch, Марина Рогожникова,

thefoxy100, H_olm_S, tasya_buharova,

cinnonefoxy, Slavunia и др.

Редакторы: Татьяна Калинченко, Марина Добровольская,

Илона Живцова, Юлия Красных

Переведено специально для группы:

https://vk.com/public67664432

Любое копирование без ссылки

на переводчика ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Аннотация

 

Опустошенная потерей своего друга, и постоянная угроза неизвестного шпиона в Академии Киммерии, мешают Элли Шеридан справляться со всем.

В «Переломе», третьей книге в серии «Ночная школа», она не единственная, кто теряет это – все разваливается на части. И когда план Натаниэля раскрывается, Изабель начинает терять контроль.

Когда школа оказывается вовлечена в пучину паранойи и подозрений, каждый - подозреваемый, пока не докажет свою невиновность. Любой без доказательств может быть осужден без суда и следствия. Никто ни в безопасности.

На это раз Натаниэлю не нужно ранить их. На этот раз они сами сделают это.

Кристи Доэрти

Перелом

Ночная школа — 3

 

Глава 1

Спрятав телефон обратно в карман, Элли содрогнулась. Холодный февральский ветер обдал ледяным дыханием и направился меряться силой со стволом старой елки, укрывавшей ее.

Прошло уже около двадцати минут. Если ожидание затянется… В горле пекло, она с трудом сглотнула.

Перед девушкой высились внушительные ворота, увенчанные острыми шпилями из черного металла. Насколько она знала, это единственный существующий способ попасть на территорию Киммерийской Академии. Отсюда к зданию школы примерно на милю растянулась дорога. Сами же ворота открывались и закрывались дистанционно. Только директриса и тщательно отобранные охранники могли управлять ими.

Автомобили в Киммерии можно было увидеть нечасто. Большинство преподавателей и сотрудников жили на территории заведения. Тем не менее, автофургоны и почтовые машины приезжали-уезжали каждый день так же, как и охранники, работавшие на Раджа Пэтела. Она наблюдала за редким трафиком в течение нескольких недель и заприметила, что в большинство дней фургоны прибывают как раз около 4.00. Уже почти четыре. Если повезет, то фургон проедет через эти ворота с минуты на минуту, раньше, чем ее найдут.

Укрытие Элли располагалось очень близко к месту, где убили Джу. Память о той жуткой ночи, изменившей все восемь недель назад, мучила ее. Едва она закрыла глаза, снова всплыла страшная картина - покрывало белого снега, синий лунный свет, хрупкое тело, брошенное, как тряпичная кукла на дорогу... Облако крови, расплывающееся вокруг, словно лепестки смертельного цветка.

Глаза девушки распахнулись. Сейчас перед ней лежала лишь пустая грязная дорога. Элли с дрожью вздохнула. «Я правда собираюсь сделать это?» - как только она пробралась к воротам, этот вопрос постоянно крутился в голове. Одна ее часть хотела выть от отчаяния. Другая - убежать обратно в комнату. Она не сделала ни того, ни другого, а вместо этого собралась духом.

Ей необходимо выбраться отсюда. Если она хочет получить ответы о том, что происходит на самом деле, надо уйти из этой школы и отыскать их.

Ледяной ветер сотрясал деревья, осыпая ее застывшими каплями дождя. Дрожа, она закуталась плотнее в шарф. Стенание веток, качавшихся над ней, длительное время заглушало рев двигателя автомобиля. К моменту когда она распознала его, фары уже виднелись вдалеке.

Присев на корточки за большими бревнами, Элли ждала наготове, как спортсмен перед стартом. Поза болезненно отзывалась в каждой части ее покалеченного тела, особенно в колене, но она проигнорировала боль. Сейчас не время прислушиваться к организму. Сейчас пришло время бежать.

Она всматривалась вдаль сквозь прутья забора, практически сливаясь с сумерками, благодаря темному пальто и джинсам. Элли ждала, что вот-вот покажется белый фургон, но вместо него увидела черный с низко посадкой автомобиль.

У нее перехватило дыхание. Некоторые охранники пользовались именно такими машинами. И может это был как раз один из них.

Отполированный автомобиль медленно приближался к воротам и катился, пока не пришла пора остановиться.

В одно мгновение Элли решила: она сделает это в любом случае. Не имеет значения, кто сидит в этой машине. Она сбежит.

Элли приготовилась. Это ее шанс. Возможно единственный.

Но ничего не происходило. Пульсация в травмированном колене усилилась и по-прежнему была мучительной. Долго ей не протянуть.

Закрыв глаза, девушка мысленно попросила, чтобы ворота открылись. Но створки оставались абсолютно неподвижны. Что-то не так. Может быть, они знают. Может быть, это ловушка, и Радж уже направил охранников схватить меня. Может быть, они идут за мной прямо сейчас.

У нее пересохло во рту. Дышать стало трудно.

И тут огромные металлические ворота вздрогнули и со скрипом начали раздвигаться.

Ее губы беззвучно шевелились. Элли насчитала восемь вдохов, прежде чем створки остановились, полностью распахнувшись. За ними виднелся изгиб дороги, скрывающийся в темном лесу. В сгущающихся сумерках он, казалось, исчезал сразу за воротами, как будто там, дальше, и не было никакого мира.

Достав телефон из кармана, она бросила его на землю. Элли крайне не хотелось этого делать, но сигнал можно отследить, что явно не пойдет на пользу. Надо верить, - Марк выполнит договор.

Все, в чем она нуждалась прямо сейчас, так это, чтобы машина заехала на территорию школы и подальше, позволив ей выскользнуть незамеченной водителем.

Но время мучительно тянулось, а автомобиль оставался на месте. Двигатель работал вхолостую, точно мурлыкавший кот играл с добычей. Из укрытия Элли не могла видеть водителя.

Какого черта? От разочарования ей захотелось кричать. Ты поедешь, в конце концов?

Когда она уже стала опасаться, что обнаружена, шины черной Ауди захрустели по гравию. Медленно машина двинулась в сторону здания школы.

Почти сразу же ворота начали закрываться, но Элли не смела шевельнуться. Автомобиль находился еще слишком близко - водитель мог заметить ее через зеркало.

Все мышцы напряглись и горели в ожидании. Она уставилась на ворота, желая, чтобы автомобиль скорее исчез из поля зрения. Но он ехал с медленной осмотрительностью. Точно водитель выслеживал кого-то.

Эта мысль показалась ей тошнотворной. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить нервы.

«Не сдавайся сейчас, Элли», - сказала она себе. «Соберись. Если бы он знал, что я здесь, то вышел бы из машины».

Ворота медленно сдвигались. Она насчитала три вдоха. Четыре. Пять.

Они уже почти сомкнулись. Автомобиль по-прежнему находился в пределах видимости, но у нее не оставалось выбора. Если не сейчас, то, возможно, она не выйдет никогда.

Это не вариант.

Выскочив из своего укрытия, она рванула между деревьями, ноги подкашивались, колени ныли, а легкие жгло. Зазор выглядел крошечным. Слишком маленьким. Что если она просчиталась? Неужто слишком поздно?

Едва добравшись до ворот, она сжала холодные прутья в попытке хоть как-то замедлить их движение. Но створки были автоматическими, непреклонными. Их движение продолжилось.

Элли, не колеблясь, кинулась через узкий зазор. Решетка вцепилась в куртку, как старуха костлявыми пальцами, толкая в плечо так сильно, что Элли едва не задохнулась от боли.

Со сдавленным криком она выскочила на волю, распластавшись на земле с другой стороны в тот самый миг, когда ворота за ней с лязгом захлопнулись.

Свобода.

 

Глава 2

Элли вовсе не строила планов бежать в этот день. Она просто намеревалась пропустить занятия. В последнее время для нее это стало привычным делом. После случившегося учеба в ее жизни казалась чем-то неуместным. Так зачем?

Несколько раз ее заставляли посетить уроки. Мрачная и не раскаявшаяся она начала пользоваться укрытиями, дабы избежать такой неприятности. Хаотично построенное здание викторианской школы предоставляло многочисленные уголки и закоулки для этой цели - особенно она любила заброшенные помещения и служебные лестницы, куда никто никогда не заглядывал. Склеп, часовня... в самом деле, варианты безграничны.

Сегодня, еле вытерпев утренние занятия, она вылезла из окна своей спальни и по узкому каменному выступу прокралась на цыпочках к месту, где сходились крыши. Взобравшись, девушка направилась туда, где когда-то Джу безумно танцевала с бутылкой водки и где Элли и Картер спасли ей жизнь.

Там она несколько часов сидела на холоде, уединившись со своими воспоминаниями и наблюдая за учениками и сотрудниками, сновавшими внизу. Удивительно, что никто из них не взглянул вверх. На крыше всюду топорщились трубы и витиеватая кованая отделка, что позволяло ей беспечно созерцать, оставаясь никем незамеченной живой горгульей.

День неуловимо ускользал, как и многие другие в последнее время, пока откуда-то поблизости не донеслись знакомые голоса. Поначалу она напряглась, удивляясь, как это ее обнаружили. Потребовалось время осознать, что звук поднимается из открытого окна ее собственной спальни, расположенной как раз под тем местом на крыше, где она уселась.

Держась за водосток причудливого дизайна в форме дракона, Элли припала к краю.

- Вы не нашли ее? - спросила Изабелла звенящим голосом.

- Нет, - Радж говорил так тихо, что Элли пришлось напрячь слух, чтобы разобрать его слова.- Моя команда сейчас прочесывает территорию.

Они не могли найти ее. Никогда не могли. Эта мысль подарила ей слабое удовлетворение. Может быть, она совсем не способна спасать людей, но смогла перехитрить охранников, которые должны быть лучшими в мире.

Изабелла снова заговорила, ее голос прозвучал ближе. Элли поняла, что та, должно быть, стоит у окна.

- Как она... как вы думаете? - произнесла неуверенно директриса. - Рейчел говорила что-нибудь?

Вздох.

- Лучше? Хуже? Трудно сказать, - ответил Радж. - Все так же, может быть. Рейчел беспокоится за нее. Она по-прежнему посещает доктора Картрайта?

Элли нахмурилась. Доктор Картрайт был психотерапевтом, которого после всего произошедшего пригласила Изабелла.

- Больше нет. Она бывала у него на первых порах, но он сам признал, что не смог добиться много. Охарактеризовал ее как "не реагирующую на вопросы".

«Они не имеют права обсуждать это», - подумала с укоризной Элли. «Эта информация должна оставаться приватной».

Она вспомнила о ночных кошмарах и страшных мыслях,- тех немногих вещах, которыми поделилась с д-ром Картрайтом прежде чем отгородиться от него.

Не хотелось, чтобы они узнали об этом.

- Как можно запросто вернуться в класс, когда ты видел смерть друга? - спросила она на одном из сеансов. - Как можно думать о французских глаголах? Или Испанской Армаде?

- Просто делай и все, - ответил психолог. – Шаг за шагом вперед каждый день. Попробуй. Продолжи пытаться.

- Бред, - возразила ядовито Элли.

Он не мог знать, что значит бояться засыпать из-за страшных снов. И не было никакого способа дать ему испытать это. Никто не понимал.

Радж невесело рассмеялся на определение Элли как не реагирующей ни на что.

- Доктор полагает, что она не принимает смерть Джу - она ищет виновного, - продолжила Изабелла. Элли наклонилась еще дальше, стремясь не пропустить ничего из этой закрытой информации. - Он говорит, вина служит ей своего рода костылем; позволяющим стадии гнева* длиться неопределенно долго. Пока она опирается на него, не смирится с тем, что произошло и не научится жить с этим.

(* - вторая стадия принятия смерти по Элизабет Кюблер-Росс, когда человек испытывает злость из-за факта смерти)

«Неважно», -думала Элли с горячим нетерпением. «Я злюсь не просто так. Из-за тебя».

Тем не менее, она знала, что в словах Изабелла относительно гнева имелась доля правды, и это ее грызло.

Внизу директриса все еще продолжала говорить:

- Но тогда Элли решила, что она не нравится ему. Его встречи с ней намечены на вторую половину дня и, - Элли отчетливо представила, как устало пожала плечами Изабелла, - 'точно по расписанию она уходит в самоволку.

Голос Раджа становился все громче, даже с крыши Элли слышала одолевающую его ярость:

-Это не может продолжаться, Иззи. Ты должна принять меры. Вся моя команда ищет ее прямо сейчас, в то время, когда они должны работать, чтобы сохранить школу в безопасности. Мы до сих пор не знаем, что планирует Натаниэль. Он может нанести нам удар в любой момент. Она тратит наше время. Надо с этим кончать. Элли ведет себя, как…

- Как ей нравится себя вести, - закончила Изабелла, прерывая его. - точно так, как после исчезновения ее брата. Она просто злится, и я не могу винить ее. Я злюсь тоже. Но мне не шестнадцать, так что я нахожу способы управлять своим настроением. У нее не получается.

Чей-то стук прервал их. Кто бы это мог быть?

Прислушиваясь, Элли пододвинулась вперед, пока ее голова и плечи не свисали прямо за краем крыши. Но Радж и Изабелла явно пошли открывать дверь. Она слышала гомон голосов, но слишком далеко, чтобы понять слова.

Через мгновение дверь с ударом захлопнулась. И... тишина.

Они ушли. Разочарованная Элли вернулась в безопасное положение. Ее глаза метнулись вниз. Двое из охранников Раджа стояли на земле. Они смотрели прямо на нее. Сердце подскочило к горлу. «Твою мать!»

Паникуя, она постаралась скрыться из виду, туфли заскользили на мокрой черепице. Придя к мысли, что уже не видна, она приподнялась, чтобы бросить взгляд вниз. Охранники кого-то подзывали жестом. Она не могла разглядеть, Через секунду Радж вышел и встал рядом с ними. Секьюрити указывали на место ее убежища на крыше. Скрестив руки, он уставился на нее своим неумолимым взором. Элли с трудом сглотнула.

«Пора искать новое укрытие», - подумала она.

Вскочив на ноги, она побежала к тому месту, где крыша опускалась ниже, сползая по скату. Ее короткая плиссированная юбка мало подходила для такой деятельности, и быстро намокла от воды, впрочем, как и темные колготки. Держась за водосточный желоб кончиками пальцев, Элли скользнула по каменному выступу к открытому окну и, нырнув в арку, оказалась на столе.

Очутившись внутри в безопасности, она выпрямилась с триумфом, но тут же обнаружила Изабеллу, стоявшую перед ней со скрещенными руками.

Директриса поджидала ее.

- Это уже чересчур, - ее тон был злым, но Элли слышала в нем и печаль. –Надо с этим кончать, Элли.

Отчасти Элли чувствовала себя виноватой за то, что причиняет ей боль. Но она с легкостью подавила подобные мысли и вместо сожаления пренебрежительно пожала плечами.

- Хорошо. Без разницы. Никогда не сделаю это снова и бла-бла-бла.

Изабелла резко втянула воздух. Боль в ее лице угрожала пробить оборону Элли, поэтому она не стала задерживаться, направившись прямо к двери.

Изабелла старалась собраться.

- Я тебе не враг, Элли.

- Нет? - стоя у двери, Элли пристально изучала ее, словно пробный образец на подносе.

- Элли...- Изабелла потянулась к ней, но передумала и опустила руку. - Я беспокоюсь о тебе. И я хочу помочь. Но не могу, пока ты не позволяешь мне.

Было время, когда Элли приходила к Изабелле за помощью и советом, когда они были близки. Когда она доверяла ей.

Те дни прошли.

Она бросила на директрису отрешенный взгляд.

- Дело в том, Изабелла, ваша помощь приводит людей к гибели. Так что... спасибо, нет.

В яблочко. Лицо Изабеллы скривилось, и Элли выбежала из комнаты.

Борясь с желанием зарыдать, она, прихрамывая, направилась к парадной лестнице. Колено болело, а звук ее неровных шагов (бум-БУМ-бум-БУМ) разносился в тишине, как злорадный смех.

Опустив голову, она не обращала никакого внимания на полированные дубовые панели, покрывающие стены Киммерийской Академии. Или грандиозные картины маслом, некоторые из которых в два раза превышали ее рост и хранили образы давно умерших мужчин и женщин, одетых в блестящий шелк и драгоценности. Она не обращала внимания на люстры из сотен кусочков ограненных кристаллов, играющих цветами в слабом дневном свете, на тяжелые канделябры пять футов высотой и гобелены с бледными средневековыми дамами на лошадях, преследующих беспечных лисиц.

Она не видела ничего из этого, когда нырнула в Большой Зал, захлопывая за собой дверь. Бальная комната по большей части пустовала, только слабые лучи дневного солнца проникали сквозь огромные окна, расположенные по длинной стене. Шаги Элли глухо звучали по полу, пока она расхаживала по комнате. Ум кипел от гневных мыслей, которые разрывали ее, как демоны.

Тридцать три шага в одну сторону и разворот. Тридцать три шага назад. И снова.

«Почему я должна жалеть ее», - кипела она от злости. «Изабелла ответственна за все случившееся. Джу доверяла ей. И теперь Джу мертва».

Крутанувшись на каблуках, она пошла в другую сторону.

Как всегда в мозгу промелькнула картинка - заснеженный лес, взмах крыльев сороки, маленькая фигура, брошенная на снег...

Это походило на рану, которую она не могла оставить в покое, хотя прикасаться было больно. Она продолжала сдирать корку, не давая боли утихнуть.

Может быть, она и не хотела уменьшить боль.

«Джу не стало. Каждый подвел ее. А теперь Изабелла хочет вернуть меня к нормальной жизни? Плевать на нее». Элли развернулась и ускорила шаг.

Она никогда не будет доверять Изабелле снова. Все случилось из-за нее и ее непонятной для Элли вражды с братом. Они все были поглощены этим, а поплатилась Джу.

Раджу она не доверяла тоже. Он отвечал за безопасность школы, выказывал себя таким экспертом. Но он ушел и оставил их, даже после того, как Элли просила его не бросать школу. Умоляла его. Раджа не было поблизости, когда кто-то внутри школы - кто-то, кого Элли знала и доверяла - открыл ворота, и Гейб смог убить Джу.

Она снова повернула с напряженным, болезненным вращением, придавшим ей ярости.

За восемь недель, которые прошли с момента убийства, Радж и Изабелла так и не смогли выяснить, кто открыл ворота в ту ночь. Кто все время помогал Натаниэлю. Учитель, преподаватель Ночной школы, ученик - кто-то проходивший мимо нее в коридоре каждый день и желавший ей смерти.

«И они ничего не сделали. Все они подвели меня. Все они предали нас. И будь я проклята, если я собираюсь позволить этому случиться снова».

Вдруг она остановилась, поняв, что надо делать.

Дернув тяжелую дверь, Элли бегом направилась прямо в кабинет Изабеллы, чтобы попасть туда до того, как сдадут нервы. Она собиралась рассказать директрисе, что не хочет больше посещать школу. Не может ходить сюда. Ей хотелось отправиться в любую точку мира, лишь бы подальше отсюда. Оказавшись в реальном мире, она могла узнать, что происходит на самом деле. Она поговорила бы с бабушкой, и они вместе нашли убийц Джу. И наказали их.

Спрятанная под главной лестницей, взлетавшей вверх от центрального холла, украшенного полированным дубом, дверь в кабинет Изабелла была так ловко замаскирована замысловатой резьбой панелей, что, когда Элли впервые приехала в Киммерию, с трудом распознала ее среди стен. Сейчас такой проблемы не существовало.

Ее челюсти сжались, она толкнула дверь, открывая без стука:

- Изабелла, ты должна...

Кабинет был пуст.

Очевидно, директриса уходила в спешке: черный кашемировый кардиган, который она носила, был небрежно перекинут через спинку кресла. Пар все еще витал над чашкой чая Earl Grey, стоявшей на кожаной салфетке на столе рядом с очками...

И ее мобильный телефон.

Слегка приоткрыв рот, Элли уставилась на него. Ее мозг не мог обработать увиденное.

Любые электронные устройства запрещены в Киммерии. Из всех правил - это было самым строгим. Нет компьютеров, нет телевизоров и абсолютно никаких телефонов.

Если ученики хотели позвонить кому-то, то им требовалось разрешение директрисы. Позволялось звонить только родителям, да и то тогда, когда на то имелись веские причины. Но сейчас телефон в ее досягаемости.

Разглядывая его, Элли в уме прокручивала перечень последствий. Изабелла никогда не простит ее. Ее исключат. Она потеряет своих друзей. Но это возможность выяснить, что реально происходит. И может заставить Изабеллу и Раджа наконец что-то сделать.

Она взяла трубку, сунула в карман и вышла.

 

Глава 3

За воротами Киммерии лес был диким, не пропускавшим слабые лучи заката. Здесь уже царила ночь и Элли, посмотрев тревожно через плечо, поспешила сквозь мрак.

С каждым шагом она убеждала себя, что поступила правильно. Натаниэль был где-то там, искал ее, но Элли это больше не заботило. Она была настолько измучена, так сердита, так разбита... остаться – нет и нет. Ей требовалось уйти.

Но Элли никогда не чувствовала себя более уязвимой. Она находилась сейчас в полном одиночестве. И убийцы Джу могли быть где угодно.

Стояла невыносимая тишина, нарушаемая лишь хрустом сухих веток под ногами. Солнце садилось, и становилось все холоднее - ветер пронизывал сквозь ткань пальто, охлаждая пот на ее коже. Ее руки в карманах сжались в ледяные кулаки.

«По крайней мере, я знаю, куда иду», - подумала она.

Недавно ее так часто возили в больницу, что пришлось выучить местные дороги очень хорошо. Продвигаясь, она понемногу успокоилась и держала маршрут в голове, отчетливо представляя карту. По ее собственному расчету она находилась недалеко от главной дороги. Добравшись туда все, что надо - повернуть направо, а затем следовать указателям. Там меньше деревьев и больше света. И не так жутко.

Ей всего лишь нужно пройти через эти леса, и она окажется в безопасности. Все просто.

И все шло отлично. По сути, она почти достигла перекрестка, когда ее ушей достиг звук, слабый, как вдох, отчего волосы на затылке встали дыбом.

Подавив страх, она метнулась вправо, ныряя за толстый ствол высокой сосны. Низко присев, прижав руки к грубой коре, она всмотрелась в темноту.

Что бы это ни было, казалось это не за деревьями.

Из укрытия она не видела никого. Но лес был темным и наполненным тенями, дрожавшими и танцующими с ветерком. Каждая могла быть человеком. Каждая могла быть убийцей.

Стало трудно дышать.

«Кто-то может стоять прямо позади меня, и я никогда не увижу его. Гейб может стоять в нескольких футах и разглядывать меня прямо сейчас». Эта мысль заставила подкатить тошнотворный страх, и она постучала кулаком по лбу. «Зачем я это делаю? Я такая идиотка. Я направилась прямиком к ним в лапы...»

Цепляясь за ствол дерева, девушка пыталась успокоиться. Если кто-то в самом деле скрывался там, ей нужно подумать.

Довольно надолго она замерла, прислушиваясь, готовая бежать при малейшем шорохе. Но здесь были только тишина, ветер и качающие над ней деревья.

Немного погодя Элли стала рассуждать: она ничего не видит и не слышит. Единственный намек на присутствие кого-то послали ее изнуренные инстинкты. Она попыталась заставить себя вспомнить тренировки. Что бы посоветовал Радж, если б был здесь?

«Доверяйте своим инстинктам, но не становитесь их рабами», -подумала она. «Он бы сказал, не реагируй на страх - реагируй на доказательства».

Она почти слышала успокаивающий голос своего преподавателя в голове: "И что за доказательства можете предъявить сейчас, Элли?"

«Я не вижу никого и не улавливаю никаких звуков. Я следовала алгоритму и не нашла настоящей угрозы».

- Доказательства говорят мне, что там нет никого там, - прошептала она, стараясь поверить в это.

В любом случае, даже если кто-то прячется поблизости в лесу, у нее имелось два варианта: остаться и наблюдать дальше на тот случай, если кто-нибудь появится, или продвигаться дальше в надежде, что там никого нет.

Она выбрала второе.

Скривившись от боли, Элли, прихрамывая, побежала через лес к дороге. Шерстяная шапка съехала, и она сдернула ее, крепко сжав, пока не оказалась на середине перекрестка. Только тогда она остановилась и оглянулась.

Ничего не видно, один безлюдный лес. Тяжело дыша, она согнулась пополам, уперев руки в колени. Легкие болели от напряжения и холода.

Но ей предстоял еще долгий путь. Они могли прийти за ней в любой момент- она должна продолжать движение.

Элли прокручивала в уме карту с отмеченными точками. Однополосная дорога граничила с высокими живыми изгородями, голыми и ощетинившимися ветками в это время года. Вдали за ними темные пастбища и поля быстро исчезали в сумерках.

Но дорога была гладкой и, если она права, город располагался в нескольких милях. Она натянула шапку обратно.

Все, что требуется, продолжать идти и не поддаться нервному срыву на пути. Чтобы скоротать время, она мысленно вспоминала свой побег.

Это оказалось так легко, в конце концов. Почти, как будто бы они хотели, чтобы она ушла.

После похищения телефона Изабеллы со стола, она помчалась вверх по лестнице. Небольшое устройство в ее кармане казалось столь тяжелым, как бетонный блок; и таким обжигающим, как огонь. Она была уверена, люди как-то увидят его сквозь плотную синюю ткань юбки.

На площадке Элли протиснулась сквозь толпу болтающих и смеющихся учеников, чтобы попасть на более узкую лестницу, ведущую в общежитие девочек. Она не отрывала глаз от пола, боясь, что виноватое выражение лица выдаст ее.

- Сумасшедшая, - тихо и насмешливо кто-то сказал позади нее. Аристократичный акцент был неприятно знакомым.

Элли не обернулась. Ей не требовалось этого - она узнает голос Кэти Гилмор в любом месте.

- Уйди с ее пути или ты умрешь рядом, - добавил кто-то, и они все рассмеялись.

Борясь с желанием ударить Кэти в лицо, Элли не отрывала глаз от пола, считая каждый шаг. Цифры успокаивали ее по мере возрастания.

...пятьдесят пять, пятьдесят шесть, пятьдесят семь, пятьдесят восемь, пятьдесят...

-Элли.

Она резко остановилась, уставившись на пару мягких, кремовых сапожек из овчины, возникших на пути.

Медленно она подняла глаза.

Джулия, префект девушек, стояла перед ней. Белокурые волосы, разделенные прямым пробором, касались ее плеч, руки были неодобрительно скрещены на груди.

- Изабелла послала отыскать тебя.

Сердце Элли екнуло. Бессознательно ее рука скользнула в карман юбки, сжав украденный телефон.

Как она узнала?

Так или иначе, несмотря на мчавшийся по венам адреналин, ее голос остался спокойным.

- Чего она хочет?

Джулия послала странный взгляд, будто не ожидала такого вопроса:

- Я не знаю. Она просто сказала отыскать тебя, и если увижу направить в ее кабинет.

Облегчение окатило Элли, как прохладная вода. Изабелла не знала о телефоне. Пока что.

Осознание этого сделало ее смелее.

- Короче. Ну, ты доставила свое сообщение, Джулия, так что твоя работа выполнена, - она сделала шаг к префекту. - Разве это не твой бойфренд ждет тебя или как? Ты не должна ли быть с ним?

Джулия не дрогнула, но румянец окрасил ее шею и подползал к лицу.

После зимнего бала Джулия и бывший бойфренд Элли, Картер, стали парой - сильнейшей парой Киммерии. Элли привыкла видеть, как они идут по коридору, и рука Картера свободно наброшена на плечи Джулии… Его темные волосы составляли поразительный контраст с ее светлой головой. Как шахматные фигуры - черный король с белой королевой.

И до сих пор что-то внутри ее переворачивалось каждый раз, когда она видела их.

- Я не хочу драться с тобой, Элли,- ровно произнесла Джулия.

-О, хорошо. Ладно, я на секунду заскочу в свою комнату, а потом побегу вниз, чтобы поговорить с Изабеллой, как хорошая девочка,- Элли знала, что это раздражало Джулию, но ничего не могла с собой поделать. Она хотела вывести ее из себя - мечтала о перепалке. Или кулачной драке.

Но Джулия отказалась принимать участие в этом и, протолкнувшись мимо нее, Элли поспешила к себе в комнату, с треском захлопнув за собой дверь. В ее распоряжении было не так уж много времени. Изабелла заметит пропажу телефона, и не займет много времени, чтобы выяснить, кто забрал его.

Комната пребывала в хаосе. Грязная одежда валялась на полу вперемешку с бумагами, постельными принадлежностями и мусором. Выйдя из лазарета, Элли заявила Изабелле, что не желает видеть уборщиков в ее комнате, и директриса неохотно согласилась. Теперь это место превратилось в свалку.

Именно так, как Элли хотела.

Скинув юбку и удобные туфли, выданные в школе, она выхватила пару черных узких джинсов. Она похудела после смерти Джу, и они немного свободно болтались на ней, но что поделать. Поспешно зашнуровав свои красные, доходящие до колен сапоги "Доктор Мартинс", она схватила темное пальто из шкафа и отыскала в беспорядке на полу ее шапку и шарф. Натягивая пальто, она набирала знакомый номер.

- Что? - голос ответившего звучал агрессивно. Но Элли густой лондонский акцент показался таким домашним.

- Марк, - она говорила настойчиво, но тихо. - Это я.

- Элли? - его тон изменился. - Твою... Как ты, черт возьми?

- Я в беде.

Радость покинула его голос:

- Где ты? Ты дома? С родителями?

- Нет. Я в школе. Но кое-что случилось. Кое-что плохое.

Он не колебался:

- Что надо сделать?

Она выглянула в окно, где дневной свет начал угасать:

- Хочешь сбежать со мной?

 

Дорога в этот час была тиха. Взяв палку, Элли с трудом швырнула ее в темнеющее пастбище, прислушиваясь к слабому стуку, когда та приземлилась на тучной почве за пределами ее поля зрения.

Здесь не было никаких уличных фонарей, в глубине от дороги находились дома - через поля виднелись их мерцающие огни. Но она ощущала себя комфортнее, вырвавшись из окружения деревьев, не пропускавших свет. На самом деле, чем больше она отдалялась от школы, тем лучше себя чувствовала.

Ее левое колено немного онемело, но пока переносило нагрузку. Она думала, как бы продержаться до прихода в город.

Задумавшись, Элли споткнулась о камень на краю дороги и едва удержалась от падения.

«Соберись, Элли», - упрекнула она себя. «Поломай сейчас ногу и ты в конечном итоге вернешься в этот дурацкий лазарет».

Далекий гул двигателя автомобиля нарушил тишину на узкой сельской дороге. Она бросилась искать место, чтобы спрятаться, но живая изгородь стояла сплошной стеной по обе стороны. Фары автомобиля осветили поворот перед ней.

В панике Элли нырнула к изгороди, не обращая внимания на острые ветки, торчащие в ее сторону. Она не пошевелится, пока не переждет и сможет идти дальше… «Это кто-то из местных жителей», - сказала она себе. «Охранников из Киммерии тут быть не может».

Но все же она затаила дыхание, когда машина прогрохотала мимо, и выдохнула только тогда, когда та умчалась в ночь.

Они не увидели ее.

Темнота, казалось, сгустилась, когда она возобновила свой путь, вытаскивая куски сухих веток из волос.

Все тело болело, и холод пробрал до костей. Чтобы отвлечься, она попыталась представить, что прямо сейчас в школе делала Рэйчел.

Рэйчел - ее лучшая подруга, «книжный червь», так что Элли была уверена, что знает, чем именно она занимается: домашним заданием по химии повышенной сложности. Сидит в библиотеке в глубоком кожаном кресле, обложившись книгами под лучами настольной лампы. Ее очки сползли на нос, и она счастливо погружена в сложные формулы и схемы.

Эта картинка заставила Элли улыбнуться. Но улыбка быстро померкла.

«Простит ли она меня, что не сказала о побеге?» Она покачала головой, чтобы отбросить эту мысль. Не имело значения что кто-либо подумает - даже Рэйчел. Это требовалось сделать.

Убийцы Джу должны быть наказаны. И так как никто другой не сделал этого, Элли позаботится об этом сама.

 

Глава 4

В конце концов, она оказалась права насчет выбора направления, но не насчет расстояния. Да уж, намного больше двух миль. Она едва чувствовала свои ноги, когда через два часа достигла города.

После продолжительной прогулки по темной дороге яркие городские уличные фонари ослепляли, а шум уличного движения оглушал. Город был не особенно большим, и Элли знала, что если будет идти по направлению к центру, в конечном итоге найдет искомое.

Естественно через несколько минут кованая вывеска в старинном стиле указала, что она у железнодорожной станции. Здесь было практически пусто, следующий поезд прибывал нескоро. Зал ожидания оказался крепко заперт, как и кассы, поэтому она опустилась на холодную, металлическую скамейку на платформе и стала ждать. Ночной воздух был холодным, ее дыхание вылетало облачками, и некоторое время она забавлялась, пытаясь выпустить кольца пара.

Это было весело. Но вскоре, продрогнув, она отказалась от затеи, закуталась сильнее в пальто и натянула воротник до ушей.

Она, должно быть, задремала, потому что гудок поезда разбудил ее, возвещая ревом о прибытии на станцию. Длинные красные вагоны заполняли пассажиры в дорогой одежде, возвращающиеся домой после дня, проведенного в офисе. Элли безучастно смотрела, как они спешили на платформу, даже не смотря в ее сторону, торопясь к ожидающим машинам, теплым домам и счастливым семьям.

Она так была поглощена наблюдением, прикидывая, каково оказаться на их месте, что не услышала, как сзади подкрался парень.

- Вам разрешено находиться здесь, мисс?

Вскочив, она бросилась на него с такой силой, что чуть не сбила с ног. Ее шапка слетела с головы, приземлившись на платформе в футе от них.

- Марк! - она крепко обняла его, вдыхая слабый, но приятный запах сигаретного дыма, который всегда цеплялся за его одежду.

Он окрасил концы своих темных волос, и они спутались в сине-черный водоворот; крошечная золотая серьга проглядывала сквозь прядь, еще одна такая же красовалась в брови. С того времени, как она уехала, он избавился от подростковых прыщей и выглядел более взрослым. Но его одежда была та же - сегодня он надел рваные джинсы и выцветшую черную футболку с надписью 'Революция' в зеркальном отражении.

Весьма удивленный силой приветствия, он, недолго поколебавшись, также обнял ее.

- Что, черт возьми, Элли? Что я делаю здесь, в… - он сделал паузу, рассматривая последних пассажиров в деловых костюмах, женщин на высоких каблуках, покидающих станцию, - в этом месте, черт возьми?

В этот момент, вероятно, свет сигнальной лампы осветил ее, и Элли заметила, как Марк рассматривает шрам у линии роста волос - врачи побрили ей висок, чтобы грязь не попадала в рану, волосы отрасли, но красная зигзагообразная линия по-прежнему ярко выделялась.

Он восхищенно присвистнул.

- Отличный шрам. Кто это тебя так?

Она посерьезнела:

- Это долгая история, из-за которой я к тебе обратилась. Мне нужна твоя помощь.

- Без шуток. Ты выглядишь дерьмово, Эл, - она поняла, что Марк с растущей обеспокоенностью оценивает круги под глазами, ее истощенность и бледность. - Что они с тобой сделали?

Станция опустела. Позади них со стоном и скрежетом готовился к отправлению поезд. Но Элли все равно понизила голос.

- Некоторые люди пытались... убить меня. И теперь я не могу... - она замолчала. Как это объяснить? Марк вообще ничего не знал о том, что происходило в ее жизни после отъезда из Лондона. Ничего о Киммерии или Ночной школе. Ничего о Натаниэле или убийствах. Этот мир был совершенно ему чужд.

- Слушай, давай просто сядем на поезд и уберемся отсюда, Марк,- предложила она, спешно схватив его за руку и подтащив к расписанию по станции. - Я расскажу тебе по пути. Когда следующий поезд в Лондон?

Резкая перемена ее настроения, казалось, застала его врасплох, и он поднял руки.

- Эй, подожди. Посмотрите на табло, - он указал на светящее расписание около двери. - Следующий поезд будет через два часа. Мы на краю света, помнишь?

Она поникла, поэтому Марк бросился предлагать альтернативные варианты:

- Пойдем, добудем выпивку и найдем место поболтать. Времени у нас предостаточно.

Взглянув с тоской назад на пустые рельсы, она сдалась и позволила ему первым прокладывать путь со станции. Что еще ей оставалось?

- Хорошо, - согласилась она, - давай только... не пропустим поезд.

- Куда направимся? - спросил Марк, когда они вышли на темную улицу. Впереди Элли видела огни центральной магистрали. - Что есть в этом городе?

Марк был ее близким другом до отъезда в Киммерию. Их арестовывали вместе несколько раз за размалевывание графитти мостов и школ. Он показал другую сторону жизни девушки в Лондоне, редко кем виденную - мир восстания и анархии.

В те времена их объединял главным образом гнев.

- Я не знаю,- призналась она. - На самом деле, кроме больницы, я никогда нигде не была.

Когда его брови удивленно изогнулись, блеснул пирсинг.

- Ну, вперед, - он потащил ее с собой в сторону огней. - Давай найдем ликеро-водочный магазин и место, где ты сможешь поведать о своих неприятностях. Я хочу знать больше о тех боевых шрамах.

Элли кивнула и последовала за ним по улице.

- Ладно-о.

- Ладно-о? - Марк пародировал ее акцент с откровенным неверием. - Ладно-о?

- Ох, заткнись, - засмеялась Элли, пихая его в бок. Она не осознавала, что ее акцент так изменился за время пребывания в школе.

После этого она старалась говорить менее витиевато.

На центральной улице выстроились в ряд дорогие, судя по их виду, бутики. Марк бросал на шелк и кашемир в витринах желчные взгляды и бормотал под нос что-то о снобах до тех пор, пока в переулке они не нашли бар, где разрешалась продажа спиртных напитков на вынос.

- Я пойду внутрь и посмотрю, что предлагают, - его взгляд скользнул по Элли, внешность которой явно выдавала в ней несовершеннолетнюю. - Тебе лучше остаться здесь. Если мы пойдем вместе, они могут проявить излишнее любопытство.

Она ждала на холоде, топая ногами, чтобы согреться. Несколько минут спустя он появился, неся полиэтиленовый пакет. Она слышала, как гремят банки внутри.

- Итак, - произнес Марк, оглядываясь по сторонам. - Нам нужно место для беседы.

В течение почти десяти минут они тащились вверх и вниз по тихим улицам, ища подходящее место, пока Элли не заметила узкий мощеный переулок, ведущий к безмолвному кладбищу.

Древнее церковное здание окружали прожекторы, освещающие зубчатую колокольню, но на кладбище вокруг нее было призрачно и темно. Они нашли влажную деревянную скамью, защищенную раскинувшимися ветвями дуба, и уселись.

Вытащив две банки дешевого сидра, Марк протянул ей одну. Он открыл свою, сделал большой глоток и вздохнул с удовольствием:

- Так-то лучше.

Элли последовала его примеру. Газированный, с яблочным вкусом алкоголь с легкостью распространился, согревая ее внутренности. Через некоторое время она перестала дрожать. Может быть, сидеть снаружи было не так уж плохо, в конце концов.

После того, как они выпили немного, Марк повернулся к ней лицом:

- Начинай. Что случилось с твоей головой?

Он не догадывался, насколько объемен этот вопрос. И каким долгим может быть ответ.

Она сделала большой глоток и дала обжигающему горячительному разнестись по венам.

-Там группа, - начала она,- в моей школе. Я состою в ней. Это все секрет. Мы учимся многим необычным вещам...

-Каким еще необычным вещам?

Сжав пустую банку, Марк бросил ее в траву. Элли инстинктивно поморщилась. «Не бери в голову», - сказала она себе. «Марк такой, какой есть».

Ей нужно время, чтобы подумать. Она опрокинула свою банку, допивая за несколько глотков, затем издала громкую отрыжку.

-Мило, - прокомментировал Марк, открывая новую банку

- Спасибо, - сурово ответила она. - Необычные вещи, это, к примеру, самооборона. Боевые искусства. Как убивать людей голыми руками.

Открыв банку наполовину, он остановился и уставился на нее:

- Что? Ты серьезно?

- Серьезно, - сунув пустую банку за спинку скамейки, она протянула руку за новой. С озадаченным хмурым взглядом Марк передал ей еще одну. - Все дети в этой группе из супер-богатых, влиятельных семей. И есть человек, который хочет управлять этой группой, и школой, и... мной.

Он посмотрел на нее с новоявленной осторожностью, как будто она могла укусить.

- Это такая шутка, Элли? Потому что, если это…

- Это не шутка, Марк.- Ее голос был резче, чем хотелось, и Элли попыталась успокоиться. - Это все реально. Я уверяю тебя.

Но он, казалось, не верил.

- Так этот человек, он хочет заполучить тебя... почему, собственно?

Элли открывала и закрывала рот, пытаясь подобрать слова. Потому что даже сегодня она не была полностью уверена, чего Натаниэль хотел от нее.

- Из-за чего-то между моей и его семьей. Какой-то вражды, и я лишь малая часть ее...

Объяснение звучало неубедительно, и она понимала это. Видела недоумение в его глазах. Но он должен ей поверить. Ей нужно, чтобы Марк понял. Без его помощи она проиграет. Элли выдержала его взгляд.

-Я знаю, звучит безумно, Марк, но это реально. Он опасен. На прошлое Рождество он убил мою лучшую подругу.

Он выглядел ошеломленным.

- Подожди. Ты хочешь сказать, девушку прикончили в вашей школе?

Элли старались не вспоминать, как выглядела Джу, когда жизнь покидала ее, но не могла заставить картины прошлого исчезнуть.

- Я нашла ее. Это было ужасно, Марк. Так много крови..., - ее голос затих.

Некоторое время он сидел и смотрел на нее так, будто ищет гарантий того, что может доверять ей, и, казалось, не убежден тем, что отыскал.

- Но, Эл, почему я не читал об этом в газетах? Аристократка скончалась в закрытом учебном заведении – подходящая тема для заголовков.

В его голосе звучало сомнение, и сердце Элли упало. Он не поверил ей.

- Происшествие скрыли,- объяснила она, зная, как ненормально выглядят эти слова. - Они все скрывают.

И это его тоже не убедило. Открыв новую банку, девушка сделала большой глоток. Если бы только она могла выпить достаточно, чтобы все исправить.

Марк все еще пытался понять.

- Давай. Как они это проворачивают? - спросил он. - Я имею в виду, как можно утаить убийство богатой девушки?

-Я не знаю, -призналась она беспомощно. - Они просто... делают это. Много действительно влиятельных людей ходили в мою школу. Они способны на такое, что....

- Так же, как нанесли тебе рану? - он указал на шрам у линии роста волос. -Ты была с ней?

- Гейб - парень, который убил мою подругу - он попытался схватить меня, и мои друзья защитили меня.

Кое-что в этом обеспокоило ее - что-то важное - но сидр сделал свою работу и почти сразу возникшая мысль выскользнула из ее пьяного сознания. Она нахмурилась, глядя на банку в руке.

- Тогда что случилось? - Марк подтолкнул ее к продолжению.

- Гейб вернулся, - тихо ответила Элли. - Он и еще один парень ударили ножом Джу, а затем похитили меня. Надели пакет на голову, бросили в машину и увезли.

Марк притих.

- Но ты в курсе... Я училась самообороне. Знала, как травмировать их. Так я и поступила. - Она кивнула сама себе. - Я сделала им больно.

Адамово яблоко Марка дернулось, когда он нервно сглотнул:

- Что ты сделала?

Она говорила без эмоций:

- Я перегнулась через сиденье и вонзила ногти в глаза водителя, чтобы он потерял обзор. Он кричал, но я не отпускала. Гейб ударил меня, но я все равно не отпускала, а затем машина перевернулась, и я сломала руку, колено и повредила голову.

Она сделала глоток: - Но я выбралась.

- Черт возьми, Элли, - Марк смотрел потрясенно, даже может с небольшой опаской.- Я имею в виду... Что за...?

- Но это не имело значения, разве ты не понимаешь? -Она наклонилась к нему, пристально вглядываясь. - Я получила травму, пытаясь помочь Джу, но это не важно, потому что он все равно убил ее. Он убил ее, а я любила ее, и теперь она мертва, и это все моя вина. - Она вдруг остановилась. - Моя вина, - повторила она снова, пробуя слово на вкус и придя к выводу, что это правда. - Моя вина. Все моя вина.

Ледяная слеза скатилась по ее щеке, и она с силой смахнула ее подальше нетерпеливым жестом.

Она хотела сказать ему так много, но не смогла. Хотела сказать, как Ночная школа заставила ее рисковать. Рисковать своей жизнью и жизнью других людей. Посещение Ночной школы сделало ее высокомерной и глупой. Она возвела стену между ее жизнью и жизнью Джу, поэтому подруга отдалилась от нее. Не поделилась, что Гейб писал ей. Тем, что он хотел ее увидеть. Так у Элли не было ни единого шанса удержать подругу от встречи с ним в ту ночь. Ночь, когда он убил ее.

Это слишком трудно объяснить постороннему. И, кроме того, кое-что еще ему необходимо понять.

- Я должна была уйти из этой школы, потому что они ничего не делали - вот почему я обратилась к тебе. Кто-то из них помогал Гейбу. Кто-то открыл ворота для него, понимаешь? Кто-то изнутри. Но всякий раз, когда я поднимаю этот вопрос, они просто меняют тему и говорят о том, как мне нужна помощь "справиться" с тем, что произошло. Она сделала саркастические кавычки в воздухе вокруг слова, чтобы показать, что думает об этом. - Они сказали, что я должна оставить это им. Так я и делала. И они пальцем не пошевелили.

Элли сделала большой глоток сидра, а затем устремила на него решительный взгляд:

- Так что я должна сделать это сама. Для Джу. Я должна найти Гейба и того, кто помог ему. И я должна наказать их.

Они говорили на скамейке, пока не кончился сидр. На середине ее рассказа о побеге из школы Марк взглянул на часы и выругался.

- Что? - взгляд Элли был хмельным.

- Проклятый поезд. -Он выхватил телефон из кармана куртки. - Мы пропустили его.

-О, черт!- Элли выпила слишком много сидра, чтобы быть любезной, хотя пыталась выглядеть сосредоточенной, когда он печатал в своем телефоне. -Когда следующий?

Долгое время он смотрел на экран. Затем снова выругался более энергично.

- Завтра, - произнес Марк с отвращением. - Это был последний поезд сегодня вечером.

Элли смотрела на него, открыв рот.

- Завтра? Что мы будем делать? - Ее голова начала пульсировать, и без согревающего сидра холод пробирал через одежду прямо до костей - А автобус есть?

Марк, набрав на телефоне пару запросов, покачал головой:

- Автобусов нет. - Он сунул телефон обратно в карман с раздражением, будто тот предал его. - Паршивый городишко. Мы застряли.

- Но,- Элли посмотрела на надгробия вокруг, внезапно осознав, что окружена умершими людьми, - мы не можем оставаться здесь всю ночь.

Марк встал неуклюже, последняя банка скатилась с колен на землю с глухим лязгом.

-Первый поезд идет завтра в половине шестого. Мы отправимся на нем. Пойдем и найдем место ночевки на несколько часов.

Это было легче сказать, чем сделать. У них не имелось денег снять номер. И, проведя двадцать минут в поиске незапертых дверей или пустующего здания, они вернулись на кладбище, чувствуя все большую безнадежность.

Головная боль Элли усилилась; она дрожала без удержу. И только тогда они додумались проверить церковную дверь. К их удивлению, она тихо распахнулась

- Дом, милый дом,- прошептал Марк, когда они стояли в дверях, глядя в темноту нефа.

Внутри старого каменного здания было не намного теплее, чем снаружи, но по крайней мере не было ветра.

Пошарив в поиске выключателя, Марк зажег свет, чтобы собрать покрывала со столов алтаря и все свечи, который мог найти, пока Элли стояла у двери, обхватив себя руками. После этого он снова выключил лампы и воспользовался своим телефоном, чтобы осветить себе путь.

- Не будем пробуждать любопытство у викария, кто молится так поздно ночью,- пояснил он.

Они стянули вместе в один угол золотые и фиолетовые атласные ткани, изящно набросив их, как старинные праздничные скатерти. Расставив свечи на полу вокруг, Марк поджег их зажигалкой.

Глядя на мерцающие тени кругом, Элли стучала зубами. Марк как правило не любил объятий, но когда она забралась под его руку, то не стал возражать.

- Что будет завтра? - спросила Элли.

- Завтра ты приедешь со мной в Лондон, и мы найдем какое-нибудь место, где ты сможешь остановиться. Я знаю некоторых парней, имеющих собственную квартиру - уверен, они позволят тебе разместиться на диване. Дальше... мы что-нибудь придумаем.-

Его голос был угрюм, и Элли слышала в нем сомнение. Он не уверен в том, что говорил.

Она догадывалась, что Марк не совсем поверил ее истории - вероятно, решил, что Элли пьяна и преувеличивает. Или недопонял вообще. Но, по крайней мере, он все еще предлагал ей помощь.

Смотря на содрогающееся пламя свечей, она попыталась представить жизнь с его друзьями. Одна на целом свете. Сон на грязных диванах в окружении чужаков. В попытках разобраться самостоятельно.

Неужели она совершила ужасную ошибку?

 

 

Глава 5.

- Прямо здесь.

Звук незнакомого голоса и тяжелых шагов по камню заставили Элли очнуться от ужасного сна, в котором Джу звала ее, а она не могла нигде ее найти. Веки слипались, а голова раскалывалась с тошнотворной силой. Она потерла глаза и открыла их. Ее взору предстала невероятная картина: ярко-желтый, ярко-синий, зеленый и красный свет заливали комнату, ослепляя девушку. Это было похоже на радугу

- Что за...? - прищурившись, она прикрыла глаза рукой. Марк проворчал что-то во сне, когда ее локоть воткнулся в его ребра. - Прости. Она произнесла это на автомате, как только разглядела витражи, кафедру, горящие свечи, плавающие в луже воска, и толпу людей, стоявших вокруг них.

- Вот черт, Марк,- она потрясла его за плечо. - Просыпайся. Не открывая глаз, он отдернул ее руку.

- Перестань, дай поспать.

Перед ними стоял сотрудник полиции, уперший руки в бедра и смотревший с отвращением: - Вы оба - поднимайтесь. Пойдете со мной.

Местный полицейский участок оказался небольшим - приземистое здание на окраине города возле медленно текущего ручья. После недолгой, почти без разговоров совместной поездки на заднем сидении полицейской машины, Элли и Марка провели через вход. Когда полиция конвоировала их от церкви к машине, Элли слышала, как кто-то на повышенных тонах выражал свое недовольство офицерам по поводу "хулиганов" и "вандалов". Было время, когда за это она могла бы гордиться собой.

В участке их направили в разные комнаты. Увидев, как синяя голова Марка исчезает дальше по коридору, Элли почувствовала внезапный приступ паники, заставивший ее сердце подскочить к горлу. Она повернулась, чтобы бежать за ним, но полицейский захлопнул дверь перед ее лицом. Комната, где ее держали, была тесной и забитой столами, шкафами и полками. Неприятно пахло плесенью, но, по крайней мере, было тепло, и конечности Элли начали медленно оттаивать. Окна установили слишком высоко, и она только видела, как оттуда льется яркий дневной свет. Два офицера остались с ней. Один из них молодой, с проницательным взглядом. Другой - старше, носил бороду, нуждающуюся в руке парикмахера. Ни один не казался откровенно суровым. Элли сидела перед ними на потертом металлическом стуле. Младший работал за компьютером, печатая только указательными пальцами. Старший делал пометки на листе бумаги. Он спросил ее имя и возраст, и она, оцепенев, ответила. Молодой вводил информацию в компьютер с удивительной скоростью. Когда пожилой спросил имена и адреса родителей, она прижала кончики пальцев к вискам, с трудом сопротивляясь боли. Было так плохо.

- Пожалуйста. Не могли бы вы просто позвонить Изабелле ле Фано из Киммерийской Академии? - спросила она после долгой паузы. - Она меня знает. И можно мне немного воды?

Во рту было так сухо, что Элли почувствовала, как ее язык прочно прилип к небу. При упоминании о школе офицеры обменялись взглядами.

- Вы ученица школы? - спросил старший офицер. С отеческим лицом и седыми волосами он не выглядел устрашающе. Элли кивнула.

- Весьма интересно. - Он повернулся к молодому офицеру, который деловито печатал. - Разве к нам когда-либо попадали ученики Киммерии?

Не отрываясь от монитора, полицейский покачал головой: - Я не думаю.

Пожилой коп повернулся к Элли, изучая ее с откровенным любопытством. Поерзав немного, Элли хорошо представила, что он видел: девочку-подростка с грязью на лице, со спутанными темными волосами и трясущую от похмелья.

- Что же девушка из хорошего закрытого учебного заведения грешит в церкви? Вашим родителям не удалось купить одну для вас, если вы в самом деле хотели одну?

Коп за компьютером фыркнул, смеясь. Увидев это, кровь бросилась в лицо Элли. Она ненавидела насмешки. Вздернув подбородок, она устремила на офицера холодный взгляд: - Вы понятия не имеете, на что похожа моя жизнь.

Но полицейский не казался нисколечко запуганным. Наоборот, он выглядел, будто ждал такой реакции.

- В самом деле?- он откинулся на спинку стула, так что передние ноги оторвались от земли. - Почему бы тебе не рассказать нам?

Угрюмо Элли покачала головой: - Я не хочу говорить об этом.

- Какая жалость! - произнес он, и его улыбка исчезла. - Потому что разговор о ней, единственное, что позволит тебе быстро выйти отсюда.

Колючее подозрение вызвало мурашки на руках Элли. Что-то здесь не ладно. Ее арестовывали несколько раз и раньше, но полиция никогда так не действовала. Они никогда не заботились, в какую школу, она ходит. Все всегда просто и ничего лишнего: "Как тебя зовут? Сколько лет? Кто ваш родитель или опекун?" Сохраняя твердость в голосе, она выдержала его взгляд.

- Мне шестнадцать лет. Я не могу говорить с вами без взрослого, несущего за меня ответственность в настоящее время. Позвоните моей директрисе, Изабелле ле Фано. Она сообщит все, что вам требуется узнать.

- О, мы сделаем это,- заверил ее офицер. Он выглядел сейчас далеко не по-отечески. - Но сначала мы хотим задать тебе несколько вопросов.

Они бесконечно сыпали вопросами, а она отказывалась отвечать на них. Сколько учеников в школе? Сколько учителей? Как их зовут? Что происходило в школе? Любые странные классы? Любое эксцентричное поведение? Что-нибудь незаконное? Наркотики? Элли просто уставилась в пол, сердитая и опустошенная. Все, что она сказала: - Звоните Изабелле ле Фано. Она ответит на ваши вопросы.

Когда девушка, наконец, услышала знакомый голос Раджа на ресепшне, то почувствовала облегчение, словно глоток свежего кислорода наполнил легкие. Дыхание выровнялось - она выйдет отсюда. Оба офицера сразу же оставили ее в покое. Стены были тонкими, и она слышала, как Радж спокойно представлял документы, доказывая, что она - ученица школы, откровенно солгав, что и Марк является также учеником и все это просто детская шалость. Школа, по его словам, оплатит любой ущерб. Он был вежлив, хотя она слышала, кипящий гнев, скрывающийся в его голосе. Направлен он на нее или полицию, она не могла сказать. Когда полиция спросила его о системе безопасности школы, он ни разу не повысил голос, хотя тон был угрожающим.

- Я мог бы ответить на ваши вопросы, конечно,- произнес он. - Но, во-первых, почему бы вам не рассказать мне, как долго вы держали этих детей, прежде чем уведомили школу, что они у вас под стражей?

Последовала пауза.

- Мы бы позвонили вам раньше, - ответил офицер через мгновение, - но они отказались говорить, кто такие. Нам потребовалась чертова куча времени для их идентификации. Кажется, у вас в школе есть некоторые проблемные дети.

Услышав наглую ложь, Элли с недоверием покосилась на дверь. Но невысказанная угроза в вопросе Раджа принесла ожидаемый эффект. После этого они больше не задавали вопросов. Когда через несколько минут она вошла в комнату, Радж окинул взглядом ее лицо, выискивая признаки повреждений.

- Ты в порядке? - спросил он.

-Нет, спасибо им,- она бросила презрительный взгляд на офицеров.

Лицо Раджа потемнело:

- Не вини их. Ты сама создала себе проблемы.

При этом чувство облегчения испарилось: Радж может быть спас ее от местных полицейских, но по-прежнему зол. Выйдя из полицейского участка, Элли устало прищурилась от солнца. Небо было ярко-синим, а зимний воздух кристальным и холодным. Красота дня показалась ей нелепой. В этот момент одетые в черное охранники из команды Раджа возникли с двух боков, чтобы сопроводить ее через небольшую парковку. Глаза Элли выражали неуверенность вкупе с опустошением, в голове раздавался стук, как будто кто-то бил череп изнутри. Когда ее подвели к черному внедорожнику, она увидела Марка, садящегося в другой автомобиль, за рулем которого был один из охранников Раджа.

- Марк! - выкрикнула она. Он не поднял глаз. Гнев, который в последние дни всегда искал повод вспыхнуть, развернулся внутри нее.

- Куда вы его? - с заднего сиденья она наклонилась вперед, туда, где Радж усаживался в кресло водителя. Когда он не ответил, она продолжила настойчиво спрашивать: -Куда? Куда?

- В Киммерию, - отрезал Радж, заводя двигатель и выруливая на дорогу. - В то же место, что и тебя. А теперь тихо.

- Почему туда?

- Он был выпущен под нашу опеку на законных основаниях,- спокойно ответил Радж.

- На законных основаниях? - ее голос повысился. - Вы солгали полиции. Сказали, что он из Киммерии, хотя это не так. Каким образом это может быть законно?

Волна бессильной ярости вызвала в ней дрожь. Не получив ответа, она потянулась к ручке двери, впиваясь взглядом в его затылок. Автомобиль сейчас двигался быстро, но она так рассердилась, что это ее не волновало.

- Может быть, я должна просто вернуться и сказать им правду...

Без предупреждения Радж ударил по тормозам. Автомобиль с визгом остановился. Элли бросило вперед, несмотря на ремень безопасности, а потом назад. Радж обернулся к ней, и впервые она заметила темные круги под его налитыми кровью глазами.

- Ты вызвала достаточно проблем в течение одного дня. Изабелла от волнения слегла. Я не спал всю ночь, ища тебя. Моя команда не знала отдыха четырнадцать часов, потому что они разыскивали твое тело. -Вздрогнув на последнем слове, Элли старалась выдержать его осуждающий взгляд. - 'Сейчас, если ты не хочешь быть связанной для твоей собственной безопасности,- отчеканил он, и каждое слово было острым, как лезвие, - ты должна сидеть, сложа руки. И тихо.

Она знала, что он прав. Знала, что ведет себя, как ребенок. Но не могла отступить - он не единственный, кто был зол и устал. С театральным жестом, она убрала руку от двери и положила на колени, взглянув на него с вызовом. После этого начальник службы безопасности отвернулся, и машина продолжила движение. Всю остальную часть пути она смотрела в окно. "У меня не осталось никого",- подумала она, сдерживая слезы. -Даже Радж ненавидит меня".

Когда они, наконец, прибыли в школу, кругом кипела деятельность. Сначала Элли была озадачена, видя вокруг так много людей, но потом поняла, что видимо время ланча. Редкое для февраля солнце привлекло всех наружу. Ученики смотрели с любопытством на линию автомобилей, прокатившихся по длинной гравийной дорожке и остановившихся у входной двери. Радж отступил, позволяя охранникам открыть ее дверь. Элли вылезла из машины с караульными по обе стороны, как заключенный. Она увидела, что Марка тоже сопровождают. Поскольку ученики собрались вокруг них, глазея и перешептываясь, Элли отшатнулась от охранников. В течение получаса все в школе узнают об этом. Слухи распространятся, как лесной пожар. Эта мысль заставила ее почувствовать себя больной. Все, что она хотела - свернуться в клубок и спрятаться от их любопытных глаз. Но она не могла позволить увидеть себя униженной. Подняв лицо, она окинула толпу властным взглядом, как будто именно этого хотела. Словно охранники работали на нее. Внезапно, ее взор наткнулся на пару необычных глаз цвета ясного зимнего неба над ними. Элли застыла. Стоя на вершине лестницы, ведущей к входной двери, Сильвиан наблюдал за ней с недоверием. Она видела его напряженность в движении плеч и сжатой челюсти. В этот горький момент она позволила себе помечтать, что он схватит ее и увезет отсюда. Но никто не мог сделать этого. Перехватив ее взгляд, Сильвиан вопрошающе протянул руки. Краска прилила к щекам Элли, и она опустила глаза. Что тут можно было сказать? Когда она снова посмотрела вверх, он ушел.

Внутри ее встретила разъяренная Изабелла, которая не произнесла ни слова. Следуя за ней в кабинет, Элли не могла оторвать глаз от жесткой, сердитой линии спины. Ее сердце с каждым шагом сжимала тревога. Не сообщив, куда уходит, директриса оставила ее в кабинете, на попечении одного из охранников Раджа, который молча стоял перед дверью, скрестив руки на груди. Она не видела, куда увели Марка. Нервы были на пределе. Элли оглядела знакомую комнату, ожидая возвращения Изабеллы. Низкие деревянные шкафы выстроились вдоль одной стены, в то время как большой письменный стол Изабеллы занимал большую часть оставшегося пространства. Ее глаза остановились на элегантной кожаной салфетке, на которой вчера она нашла мобильный телефон. Сейчас на ней ничего не было. Изабелла никогда не совершит такую ошибку снова. Прежде чем она успела развить мысль дальше, директриса вернулась, сопровождаемая инструктором Ночной школы Джерри Коулом. Оба выглядели серьезными и напряженными, попросив охранника выйти. Изабелла села за свой стол. Джерри взгромоздился на картотеку. Директриса побелела от гнева. Джерри заговорил первым, его голос был суровым.

- Элли, у тебя большие неприятности. Мы должны точно знать, что произошло, и будет лучше, если ты ответишь на наши вопросы.

У нее внутри все сжалось, Элли кивнула, чтобы показать, что все поняла.

- Я только... можно что-нибудь попить? Меня правда мучает жажда.

Изабелла молча открыла маленький холодильник, стоявший в углу, и протянула ей бутылку воды. Элли не думала, что когда-либо пробовала что-то лучшее, чем эта вода. Их вопросы были просты. Как к ней попал телефон Изабеллы? Как она убежала? Как попала в город? Кто помог ей? Она пыталась отвечать ясно, насколько могла, надеясь, что ее быстрее отпустят, но они только продолжали задавать больше вопросов. Когда она рассказала им, что произошло в полицейском участке, Изабелла и Джерри обменялись мрачными взглядами.

- Я позабочусь об этом, Изабелла, - примирительно проговорил Джерри. Но Изабелла не успокоилась.

- Узнай, кто они,- потребовала она. - Я хочу сама разобраться с этим.

Тем не менее вопросы продолжались. Боль в голове Элли усилилась, она чувствовала голод и усталость. Внезапно ей овладело раздражение.

- Я хочу, чтобы несмотря на трудности выяснили, кто помогает Натаниэлю,- отрезала она.

Джерри сердито посмотрел на нее.

- Откуда ты знаешь, что Марк не работает на Натаниэля?

-Вы, наверное, шутите, - сказала Элли с издевкой, подобная идея казалась ей смехотворной. Это ошибка.

- Ты думаешь, это смешно?- он почти кричал, задавая вопрос.

Опережая ответ Элли, Изабелла подняла руку. - Хватит. Вы оба.

Плечи Элли поникли. Она так устала. Стук в висках рос с каждым ударом. Она больше не могла ясно мыслить.


Дата добавления: 2015-10-30; просмотров: 188 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Capítulo 1 | Capítulo 2 | Capítulo 3 | Capítulo 4 | Capítulo 5 | Capítulo 6 | Capítulo 7 | Capítulo 8 | Capítulo 9 | Capítulo 10 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
MIEDO A LA ESCASEZ| Edit] Transmission

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.127 сек.)