Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Я ЛЮБИЛ ЭДВАРДА СТИПЛВУДА

Читайте также:
  1. За что Сталин не любил социал-демократов?
  2. Когда я полюбил себя
  3. Мотря за це не любила Чіпки. — «Десь Чіпка у нас буде дуже велике
  4. Они использовали то, что любили, чтобы решать проблемы, которые они ненавидели.
  5. Сюрприз Эдварда
  6. Теория массового общества Эдварда Шилэа

 

У Эдварда Стиплвуда были изящное телосложение и прекрасные темные глаза, которые всегда удивленно смотрели на окружавший его Торонто. Он не ориентировался в мире и так никогда и не узнал, где находится. Иногда, если вы замечали его неожиданно, он мог вызвать у вас такой энергетический шок, словно вы взглядом выпили мультивитаминный сок. Однажды (тогда мы уже стали любовниками) он вскрикнул во сне: «Господи боже мой!» Когда я спросил, что ему снилось, он процедил своим прекрасным ртом странный ответ: «Мне снилось, что я жив. И я пришел в ужас».

Как-то раз, заработав кое-какие деньги, я предложил ему вместе съездить в Африку.

— В черную Африку? — спросил он, оцепенев.

— Нет, в Северную, арабскую Африку. В Тунис или в Марокко. Это недорого.

— Можно, но только при условии, что перед этим мы обвенчаемся.

Я изумился и сказал, что такого нет нигде в мире, где это видано, чтобы венчались два мужчины?

Но он настаивал, упрямился, как я тогда считал, и поэтому я отправился в Тунис без него, на пятнадцать дней. Один-одинешенек. Передохнуть и подумать о наших с ним отношениях.

Однако это не помогло. Деревья там казались залитыми пивом, настолько блестел и сиял на них каждый лист. Волны разбивались о берег, а песок, если погрузить в него ноги (даже в носках), оказывал целебное действие. Но покоя я не нашел. Я думал только об Эдварде Стиплвуде, о том, как пахнут его волосы, о его фигуре. Остальное из воспоминаний испарялось постепенно, но непреодолимо.

До конца моего пребывания в Африке оставалось еще много времени, и я решил отправиться на экскурсию в пустыню. Нас повезли по каким-то коптским и берберским селениям в оазисах, мы смотрели нечто напоминавшее мужской балет на чудесно разукрашенных низкорослых лошадках, и при желании каждый из экскурсантов мог, предварительно заплатив, войти в шатер, где сидела гадалка, предсказывающая судьбу. Нас предупредили, что гадалка нема от рождения и именно в этом кроется ее магический дар. Я решил пойти к ней, хотя немые гадалки не вызывают у меня большого доверия.

В шатре меня ждали неожиданности. В центре стоял круглый стол, на котором сидел настоящий живой хамелеон. В волосах у гадалки был гребень из верблюжьей кости. Она усадила меня за стол с хамелеоном, и тогда я смог рассмотреть, где нахожусь. В шатре вокруг нас было множество самых разных предметов. Столики, стенные шкафы, устройства для поджаривания кофе, кувшины, стулья, лампы, миски из обожженной глины с рыбами, изображенными на внутренней поверхности, разнообразные вещицы из стекла, безделушки из железа и латуни, серебряные цепочки, деревянные подсвечники. Просто настоящая лавка старьевщика…

Тут старуха сделала мне успокаивающий знак рукой. Потом осторожно взяла со стола сидевшее там существо и посадила его на мое плечо. Хамелеон некоторое время устраивался, искал место поудобнее, несколько раз сменил цвет и наконец угнездился на левом плече. Посмотрел на меня левым глазом, и этого взгляда мне не забыть никогда. Он смотрел отдельно левым и правым глазом.

Потом немая гадалка приступила к делу. Я рассказал ей о проблеме, связанной с Эдвардом Стиплвудом, и о том, почему я приехал сюда один. Так как гадалка была просто немой, а не глухонемой, она все поняла, кивнула, и гадание началось. К моему удивлению, оно выражалось в том, что она подносила ко мне разные предметы, потом что-то рассматривала, жевала своими не умеющими говорить губами и время от времени посматривала на хамелеона, сидящего у меня на левом плече. Сначала она положила передо мной, а значит, и перед хамелеоном (он, несомненно, играл во всем этом ритуале какую-то особую роль) сито и живую змею. Хамелеон изменил цвет, а она быстро, словно испугавшись или передумав, убрала их в сторону и поместила передо мной другие предметы, теперь это были латунная ступка с пестиком и тарелка, наполненная инжиром. Так она сделала еще несколько неудачных попыток, постоянно следя за цветом хамелеона, который постоянно менялся. Потом она поставила передо мной три бутылки, одну большую и две маленькие, а также странный деревянный стул. Стул был выкрашен голубой краской и такой высокий, что сидеть на нем казалось невозможным, ну разве что если тебя поднимут и посадят на него, как на престол, или приставят к нему стремянку. Тут хамелеон стал красным, гадалка хлопнула в ладони и указала мне на стоящие передо мной вещи. Это было моим пророчеством. Непригодный к употреблению стул и три бутылки. Я остался в полнейшем недоумении, мне хотелось расспросить ее о подробностях, но она сняла хамелеона с моего плеча и выпроводила меня из шатра. Мое время истекло…

Загрузка...


 

Я вернулся, нашел Эдварда Стиплвуда в своей квартире, мы продолжили жить вместе, иногда по вечерам, когда свет был уже погашен, я рассказывал ему об Африке, о Средиземном море, о немой гадалке и о нашем будущем размером ровно в тридцать лет, которое, невидимое, лежало перед нами.

Тем временем мир изменился, начали заключаться однополые браки, и мы с Эдвардом Стиплвудом наконец обвенчались. Мы были уже седыми, но мы были счастливы. И отправились в свадебное путешествие в Тунис, где и узнали, что означало то странное пророчество в шатре немой гадалки с хамелеоном.

Водитель машины, которого мы наняли, чтобы он возил нас по Тунису, не знал об этом ничего. Но некоторые более старые люди знали. Бутылки предназначались для того, чтобы наполнять их разными ароматическими жидкостями: одну большую — благовонием для дома, другую большую — благовонием для тела, ее берут с собой в хамам, а маленькую — ароматом мяты для чая. Высокий голубой стул был так необычно устроен для того, чтобы во время венчания уложить в пространство между сиденьем и землей приданое невесты. А все вместе представляло собой свадебные подарки. Таким образом, гадание предсказало, что мы с Эдвардом помиримся и обвенчаемся. Так оно и случилось.

Тунисский ветер завывал и закладывал нам уши. Посыпал нас песком из Сахары. Прямо здесь, на месте, мы устроили свадьбу по коптскому обряду. Эдвард Стиплвуд на высоком голубом стуле был дивной невестой, а в подарок мы получили три бутылки, одну маленькую и две большие.

 

 

Мехмед Бен и Али Бен Илдимри (ТУРЦИЯ)

 

О царьградском писателе Мехмеде Бен Илдимри почти ничего не известно. Рассказы, которые он публиковал в турецких газетах конца прошлого века, не были подписаны. Писал он по-турецки и по-английски — некоторые его тексты были адресованы не турецким читателям, а иностранцам. Как будто он рассказывал турецкие легенды тем, кто о них ничего не знает. И это производило совершенно неповторимое впечатление. Как раз по этой особенности можно определить его авторство, а кроме того, и по конструкции фразы, которая тяготеет к «украшательскому стилю» малоазиатского субконтинента. Стамбульское издательство «Агате ияупкилик» в 2000 году вело с ним переговоры об издании сборника рассказов, который должен был называться «Суп из дождя», но книга так и не была опубликована. Мехмеду Бен Илдимри приписывают фразу: «В гибели Турецкой империи виноват Египет».

Идентификация его произведений осложняется и тем обстоятельством, что существовал еще один Илдимри. Его звали Али Бен Илдимри, и, как одно время говорили, он был близнецом Мехмеда. По слухам, переселившимся и в XXI век, они писали вместе. Согласно этим же слухам, просочившимся из Египта, оба изучали в Англии водное хозяйство, после чего работали инженерами по эксплуатации Суэцкого канала. Под именем Али Бен Илдимри они опубликовали в издательстве «Митос» в Царьграде романы «Час помазания» и «Верблюдица по имени Пера». Были изданы также два сборника их рассказов на английском языке. Остается неизданной объемистая рукопись «Соль в исламе». Рассказ, который включен в эту книгу, появился после смерти Али Бен Илдимри, в 1999 году. Неизвестно, написал ли ее Али вместе с братом, но это представляется более вероятным, так как Мехмед Бен Илдимри перестал публиковаться после кончины Али Бен Илдимри.

 


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 83 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ВСТУПЛЕНИЕ АВТОРА | ИГРА В ЧЕТЫРЕ РУКИ | СОН ГОСПОДИНА ВЕГЕЗАКА | ДАНТЕ И БОККАЧЧО | ВТОРАЯ ЖИЗНЬ ХАЙРУДДИНА БАРБАРОССЫ | СТО ПЯТЬДЕСЯТ ШАГОВ | КАССЕТА | ВРЕМЯ В БУТЫЛКЕ | ЛЮБОВНАЯ ПЕРЕПИСКА | ПТИЧИЙ ХОР ИЗ ПАРИЖА |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ИСТОРИЯ ПРО ШТАНЫ| ВОЗМОЖНО, ОНИ, КАК И МЫ, БЫЛИ ВЛЮБЛЕННЫМИ

mybiblioteka.su - 2015-2017 год. (0.087 сек.)