Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Церковь и ее организация в Западной Европе. Народные еретические движения

Читайте также:
  1. C — Техника передвижения
  2. C — Техника передвижения
  3. D — Техника передвижения
  4. D — Техника передвижения
  5. II. Организация дезинфекционных 1 страница
  6. II. Организация дезинфекционных 2 страница
  7. II. Организация дезинфекционных 3 страница

Социальная роль христианской религии и церкви в феодальном обществе
Христианство стояло у колыбели феодального общества как сложившаяся религиозная идеология. Уже в последние столетия существования Римской империи оно из религии угнетенных превратилось в орудие порабощения трудовых масс в руках господствующего класса рабовладельцев.
Христианская проповедь внушала трудящимся мистическую веру в то, что справедливость и добро, которые не могут осуществиться в земном мире, восторжествуют в загробном царстве для всех последователей новой религии. Фантастической идеей о равенстве всех людей перед богом христианство стремилось прикрыть зияющую пропасть социальных противоречий реального существования. Религиозным утешением “страждущих и обремененных” оно стремилось потушить социальный протест эксплуатируемых, обещая им воздаяние за страдания в “потусторонней жизни”. Благодаря этой своей социальной и идеологической функции христианство смогло пережить крушение рабовладельческого строя и оставалось важным средством духовного порабощения трудящихся и в феодальном обществе.
Господствующий класс этого общества, приспособляя христианство к условиям нового феодального строя на протяжении всего средневековья, стремился всемерно укреплять церковь в экономическом, политическом и идейном отношении. Церковь и обслуживающее ее духовенство стали частью феодальной системы, ее важнейшей идеологической опорой. Христианская религия в Западной Европе — католицизм — в средние века являлась господствующей формой идеологии. Она доминировала во всех областях общественной, идейной, культурной жизни, подчинила себе мораль, науку, культуру, образование, облекла в свои формы и пронизала все стороны средневекового мировоззрения.
Исключительно большая роль религии и церкви в феодальную эпоху, их сильнейшее воздействие на умы людей определялись тем, что мировоззрение средневекового человека было по преимуществу теологическим. Представления всех людей в ту эпоху, независимо от их социальной принадлежности, были пронизаны религиозным духом.

Идейные основы средневекового христианства
Христианское вероучение возникло из борьбы и вместе с тем из взаимного влияния множества философских и религиозных течений, среди которых особое значение имели идеи иудейского фрлософа — неоплатоника Филона из Александрии и римского стоика Сенеки. Однако в дальнейшем философские основы христианства, хотя и сильно упрощенные, обросли плотной тканью более 'Примитивных религиозных представлений, приспособленных к пониманию “варваров”, наводнивших Западную Римскую империю.
Основы феодально-церковного мировоззрения средних веков были заложены на рубеже IV и V вв. епископом города Гиппона (Северная Африка) Августином (354—430). К догматическим положениям христианства, в основном утвержденным на Никейском и Константинопольском церковных соборах в 325 и 381 гг., он добавил разработанное им учение “о единоспасающей роли церкви”. Августин вел ожесточенную борьбу против различных еретических течений, догматически обосновал право частной собственности, объявил богатство и бедность “божественным установлением”. В своем главном сочинении “О государстве божьем” (“De civitate Dei”) Августин дал христианское представление о мировой истории. Согласно его концепции, “земному государству” — миру (civitas terrena), которое является порождением дьявола, противостоит, хотя и сплетаясь с ним в реальной жизни, “государство божие” (civitas Dei). Представителем последнего является церковь; ее задача — одолеть “царство дьявола” путем распространения христианской веры, искоренения ересей и обращения в “истинную веру” всего человечества. Августин считал, что история развивается по божественному плану и, в конечном счете, по восходящей линии — к блаженному состоянию человечества.
Провиденциализм в истории, выдвинутый Августином, послужил теоретической основой всей церковной исторической литературы средневековья. Объявляя нехристиан и еретиков жертвами дьявола, Августин проповедовал необходимость не только убеждать, но и принуждать их к принятию учения церкви. Он разработал также положение, согласно которому церковь является единственной хранительницей “божественной благодати”, с помощью которой она может дать людям искупление грехов и тем даровать им “вечное спасение”. Это учение поднимало общее значение церкви и догматически обосновывало глубокое различие между духовенством и массой верующих, которое особенно характерно для западной христианской церкви средних веков.
Вместе с тем в теологических и философско-исторических воззрениях Августина было много противоречий. Этим объясняется то, что на некоторые его положения пытались опираться и сторонники враждебных официальной церкви взглядов, в частности Виклиф, Ян Гус и др.

Укрепление экономической базы церкви и ее феодализация в VI—XI вв.
Церкви не только удалось сохранить свои владения и имущество во время варварских нашествий и революционных восстаний, но и значительно умножить свои богатства. Она активно содействовала процессу феодализации и играла в нем немалую роль. Уже в раннее средневековье в большинстве стран Западной Европы в руках монастырей, епископов, соборных капитулов была сосредоточена значительная часть земельной площади; церковь жестоко эксплуатировала труд зависимых крестьян. Церковные феодалы занимали видное место в складывающейся феодальной иерархии. Являясь вассалами королей и других светских государей, сами они имели многочисленных не только духовных, но и светских вассалов. Крупные церковные феодалы располагали широкими иммунитетными правами. Большое значение в укреплении экономического и социального влияния церкви имели монастыри. Основанный около 529 г. Бенедиктом Нурсийским монастырь Монтекассино (Италия) положил начало первому монашескому ордену — ордену бенедиктинцев. Его устав широко использовался при дальнейшей организации раннесредневековых монастырей, большинство которых принадлежало к бенедиктинскому ордену. Монастыри и епископские владения уже в VII—VIII вв. обычно были средоточием экономической жизни — рядом с ними устраивались ярмарки, на принадлежащих им землях трудом зависимых крестьян — колонов и сервов — велось обширное хозяйство. Обогащаясь, они еще шире развертывали свою хозяйственную деятельность, округляя владения за счет разоряющихся общинников, а также за счет освоения, конечно с помощью своих крестьян, лесов, болот и пустошей. Наиболее крупные и богатые монастыри (аббатства) оказывали влияние и на политическую жизнь стран Западной Европы.
Церковь все более приобретала характер мощной централизованной и вместе с тем иерархической организации. Низшей ячейкой церковной организации на Западе и на Востоке был приход во главе с приходским священником (пресвитером). Пресвитеры входили в состав иерархии, возглавляемой епископом. Епископ, ставший единоличным главой “общины верующих” каждой епархии, приобретал в церкви особое значение. Ряд епархий объединялся в митрополию, во главе которой стоял митрополит на Востоке и архиепископ на Западе. На Востоке еще в V в. возникли церковные объединения более высокой ступени — патриаршества (в Константинополе, Александрии, Антиохии и Иерусалиме). На Западе равное с патриархами признание (а затем и более высокое, чем они) получил римский епископ — папа.
Большое значение приобрели в управлении церковью соборы (съезды) епископов. На местные (или поместные) соборы собирались епископы отдельной провинции или нескольких провинций; “вселенские соборы объединяли всех епископов церкви, на них решались вопросы догматики, культа, организации церкви (до IX в. они созывались византийским императором).
Большую роль в усилении церкви в Западной Европе сыграло возникновение папства. В конце IV — начале V в. римские епископы присвоили себе исключительное право называться папой, т. е. главой церкви. Свои претензии на верховенство в церкви папы основывали на том, что являются “преемниками апостола Петра”, который, согласно легенде, был первым списковом — наместником Христа в Риме. Используя отсутствие на Западе, в частности в Италии, сильной светской власти, папы в V—VI вв. быстро возвысились, став фактически светскими правителями римской епархии. С ростом церковного землевладения в странах Западной Европы в распоряжение папы “тали поступать различные платежи с земель церкви. Совокупность земель, находившихся в руках папы, стала рассматриваться как “вотчина Св. Петра” (“patrimonium S. Petri”), а он сам — как их верховный сеньор. Организация церкви все более приобретала феодально-иерархическую структуру; во главе ее стоял папа, а на самых низших ее ступенях — приходское духовенство. К концу VI в. папство в Западной Европе стало выдвигать претензии на полное верховенство в христианской церкви. Папа Григорий I (590—604) энергично выступил против константинопольского патриарха, отрицая за ним право на титул “вселенского” владыки.

Союз между церковью и государством
Эти домогательства папства, а также притязания пап на политическое влияние в Италии и остальной Западной Европе наталкивались на сопротивление и внутри церкви, и со стороны светских государей. И в этот, и в более поздний период им приходилось считаться с византийскими императорами и с константинопольским патриархом, с лангобардскими королями, позже с Франкской, еще позднее — с Германской империями.
Однако в целом между церковью и государством в Западной Европе в период раннего средневековья существовал тесный союз. Церковь выступала “в качестве наиболее общего синтеза и наиболее общей санкции существующего феодального строя”. В борьбе с врагами этого строя, так же как и с теми, кто в чем-либо посягал на авторитет церкви, она использовала тщательно разработанную систему церковных наказаний: “отлучение”, которое ставило человека вне церкви; “интердикт”, когда всякое отправление культа запрещалось на территории какой-либо области или даже целой страны; “анафема” — торжественное публичное предание проклятию; разного рода церковные покаяния и т. д. Все эти меры для суеверных людей того времени были не менее страшны и действенны, чем наказания, налагаемые светской властью. Лишение церковного покровительства, по представлениям той эпохи, отнимало у человека надежду на “спасение” и грозило адскими мучениями в потустороннем мире.
Раннефеодальное государство, в свою очередь, защищало и поддерживало интересы церкви. Пипин Короткий активно участвовал в создании Папского государства в Италии. Карл Великий узаконил церковную десятину (decima) как обязательную подать, которой облагалось все население. Основная Тяжесть ее падала на крестьянство, выплачивавшее десятину в трех видах: “большая десятина” — с зерна; “малая” — с овощей, плодов и домашней птицы; “десятина крови” — со скота.
Огромное влияние церкви в раннесредневековом обществе определялось не только ее богатствами и союзом с государством, а также той монополией, которой она пользовалась в интеллектуальной жизни общества. В руках церкви тогда были полностью сосредоточены элементарное школьное образование, литература, производство и переписка книг, от нее всецело зависели отбор и сохранение тех крайне урезанных элементов античной культурной традиции, в которых она нуждалась для осуществления своих идеологических целей. Преимущественно из рядов духовенства в то время выходили все сколько-нибудь образованные люди, поэты, писатели, историки, педагоги.

Восточная экспансия папства и разделение церквей
В середине IX в. при папе Николае I (858— 867) столкновения между западной и восточной церковью приобрели особую остроту. Территориальные домогательства папства и появление в Болгарии папских легатов вызвали конфликт между папой Николаем I и константинопольским патриархом Фотием. На созывавшихся обеими сторонами церковных соборах выявились догматические, канонические и обрядовые разногласия между восточной и западной церквами, сохранившиеся до нашего времени. На Западе считали, что “святой дух” исходит в равной степени от “бога-отца” и от “бога-сына” (латинское filioque), тогда как на Востоке признавалось исхождение “святого духа” только от “бога-отца”. Западная церковь придерживалась учения о “сверхдолжных заслугах” святых перед богом, создавших якобы священный запас “благодати”, за счет которого церковь по своему усмотрению может отпускать людям грехи и давать их душам “вечное спасение” и даже продавать грамоты о таком отпущении — индульгенции. На Востоке это учение отвергалось. Главные обрядовые расхождения заключались в томг что у католиков духовные лица причащались хлебом и вином, а миряне — Только хлебом; у православных же все верующие без различия получали причастие и вином, и хлебом. На Западе крестное знамение совершалось пятью пальцами, на Востоке — тремя. В западной церкви служба повсюду велась только на латинском языке, в православной же — на местных языках. На Западе церковь требовала безбрачия от всех духовных лиц, на Востоке безбрачие требовалось только от монахов. Западная церковь в отличие от византийской не допускала выхода из духовного звания, запрещала мирянам читать и толковать Священное писание, утверждала первенство папы в христианской церкви и институт кардиналов, не признаваемый на Востоке.
Реальной основой непрекращавшихся споров между церквами были, однако, вовсе не догматические, канонические и обрядовые разногласия, а вполне реальные практические интересы. Папство усиленно стремилось расширить сферу своего религиозно-политического влияния на Восток. Восточная церковь этой экспансии решительно противилась.
В борьбе с восточной церковью папа Николай I впервые использовал сборник папских посланий, ложно приписанный епископу Исидору Севильскому (VI—VII вв.). Этот сборник (“Лжеисидоровы декреталии”) включал свыше ста вымышленных папских посланий, водложные документы о решениях церковных соборов, “Константинов дар” и другие фальшивки, целью которых было обоснование папского примата в церкви и миродержавных притязаний папства. С этих пор “Лжеисидоровы декреталии”, позднее официально включенные в свод канонического права, стали общепризнанной в средние века основой папского владычества, пока в XV—XVI вв. не была доказана их подложность.
Летом 1054 г. присланные в Константинополь легаты папы Льва IX предали проклятию византийского патриарха Михаила Керуллария. Последний, в свою очередь, созвал церковный собор и проклял папских легатов. Так совершилось окончательное разделение ранее формально единой христианской церкви на западную — римско-католическую, и восточную — греко-католическую, или православную. Разделение церквей и дальнейшее развитие каждой из них определялось особенностями социально-политического развития Византии л западноевропейских стран. В Византии церковь была полностью подчинена императорской власти, на Западе она в ходе борьбы со светской властью отстояла свою самостоятельность и долго сохраняла притязание на политическое верховенство.

Упадок папства в IX—XI вв. Клюнийское движение
Со второй половины IX в. наступает почти двухсотлетний период упадка папства. После раздела Каролингской империи Италия оказалась политически раздробленной. Как феодальный государь папа являлся далеко не самым могущественным среди итальянских феодалов. Будучи не в состоянии подчинить их своему влиянию, он стал орудием, а иногда и жертвой в междоусобной борьбе различных феодальных группировок. Распад Франкской империи временно нарушил еще недостаточно укрепившиеся в предшествующий период связи папства с духовенством в других странах и областях Европы. Этим были отчасти подорваны общеевропейское влияние и финансовая база папства.
Пользуясь упадком папства, крупные феодалы перестали считаться с ним, захватывали принадлежавшие папам земли. После образования при Оттоне I так называемой Римской империи папский престол в течение почти столетия занимали ставленники германских императоров. На местах же церковь все более оказывалась в зависимости от отдельных светских правителей.
Упадок папства способствовал усилению власти епископов и архиепископов, которые превратились в феодальных князей, подчинявших общецерковные интересы своим политическим целям и стремлению к обогащению. Церковь все более “обмирщалась”, все дальше отходила от идеала бедности и аскетизма, что подрывало ее авторитет и влияние на массы.
В связи с этим в среде монашества возникло движение, направленное на укрепление морального престижа церкви и ее самостоятельности по отношению к светским властям, на создание сильной церковной организации, в частности на усиление папской власти. Это движение в начале X в. возглавил монастырь Клюни (Французская Бургундия), вскоре ставший центром крупного объединения монастырей (к концу XII в. в клюнийскую конгрегацию входило около 2 тыс. монастырей Франции, Германии, Италии, Англии и Испании). Клю-нийский аббат подчинялся непосредственно папе: строгий устав исключал подчинение монастырей не только светским властям, но и местным епископам. Он требовал от монахов строгого соблюдения обета безбрачия (“целибата”). Клюнийцы выступали также против продажи церковных должностей (“симония”) и назначения епископов и аббатов светскими государями. Для успеха проповедей в монастырях создавались библиотеки и школы, проникнутые церковным духом. Монахам запрещалось заниматься физическим трудом.
Клюнийское движение использовалось также частью крупной феодальной знати как средство в борьбе против королевской власти и поддерживавших ее епископов, с одной стороны, и против народных выступлений и усиливавшихся в это время еретических движений — с другой. Многие феодальные сеньоры X—XI вв. щедро одаривали клюнийские монастыри землями, сами нередко уходили в эти монастыри и энергично поддерживали клюнийскую реформу.
В 1059 г. на Латеранском соборе в Риме один из главных вождей клюнийского движения монах Гильдебранд (впоследствии папа Григорий VII) добился решения о новом порядке выборов пап: папа должен был впредь избираться кардиналами без вмешательства императоров или других светских властей.
Став папой (1073—1085), Григорий VII в своем трактате “Диктат папы” развернул программу папской теократии, утверждая верховенство папской власти над властью светских государей. Всю свою деятельность этот решительный и непреклонный политик направил на осуществление своей программы. Он вел ожесточенную борьбу с германским королем (впоследствии императором) Генрихом IV, поводом для которой послужил спор из-за инвеституры. Ему принесли ленную присягу и отдали в качестве “дара св. Петру” свои земли нормандские герцоги Южной Италии. Того же он требовал от венгерского короля и английского короля Вильгельма Завоевателя. Схожую политику Григорий VII проводил в Испании и Чехии, Дании и Далмации, на Корсике и Сардинии. Воспользовавшись междоусобной борьбой сыновей русского великого князя Ярослава Мудрого, папа пообещал одному из них, Изяславу, свою помощь при условии, что он, став киевским князем, признает себя вассалом римского престола.
Григорий VII добился значительного укрепления авторитета папства и католической церкви. Однако его теократические идеи и планы создания универсальной папской монархии не были осуществлены. Его политика потерпела поражение во Франции и Англии, не увенчалась полным успехом и в Германии. В конце своей долгой борьбы с императором Генрихом IV папа вынужден был даже покинуть Рим и бежать на юг Италии, где и умер.

Социальные и политические предпосылки возвышения папства в XII—XIII вв.
В XII—XIII вв. происходит дальнейшее усиление влияния католической церкви и папства. Этот процесс был связан с тем, что в это время большинство стран Западной Европы переживало состояние феодальной раздробленности. При отсутствии сильных централизованных государств церковь, усилившая к этому времени свое могущество, оказалась на какое-то время единственной силой, авторитет которой признавался во всех странах. По словам Энгельса, в этот период католическая церковь была “крупным интернациональным центром феодальной системы”.
Папство успешно использовало феодальную раздробленность в своих интересах. Главную его опору в отдельных странах Западной Европы составляли представители церковной иерархии, прежде всего епископы и монастыри, располагавшие обычно весьма широкими им-мунитетными привилегиями. Однако, являясь одновременно вассалами и короля своей страны, и папы как главы церкви и будучи зависимыми во многих отношениях от обоих, они в разные периоды занимали различные позиции. Многие из них поддерживали усиление центральной светской власти в своих странах и поэтому не сочувствовали крайним теократическим притязаниям папства; другие, напротив, рьяно проводили в своих странах папскую политику, препятствуя там усилению центральной власти и охотно поддерживая феодально-сепаратистские выступления.
Папство в XII—XIII вв. использовало для усиления своего влияния все важнейшие политические события времени. Оно выступало как организатор крестовых походов на Восток; придало Реконкисте в Испании религиозный характер “защиты христианского мира от неверных”; под лозунгом распространения христианства среди язычников церковь освящала грабительские походы немецких рыцарей против славянских и прибалтийских народов. Папство активно участвовало в подавлении народных антифеодальных движений и ересей. Политическое влияние церкви и ее главы — папы — опиралось также на финансовую мощь римской курии. Сюда из всех католических стран Европы стекались ежегодно значительные суммы денег — доходы от земельных владений церкви, от церковной десятины, от сборов на крестовые походы и другие церковные поборы. Располагая огромными средствами, нередко далеко превосходившими финансовые ресурсы светских государей Европы, папы имели возможность проводить активную внешнюю политику. Укреплению могущества церкви и папства в Западной Европе содействовало и то, что она продолжала сохранять власть над всей умственной и идейной жизнью общества.
В 1123 г. папа Каликст II после долгого перерыва созвал в Риме I Латеранский вселенский собор, утвердивший заключенный в 1122 г. Вормский конкордат. С тех пор такие соборы стали созываться регулярно.
XIII век был временем наивысшего могущества и международного влияния папства. Это проявилось уже во время понтификата (правления) папы Иннокентия III (1198—1216), который еще активнее, чем Григорий VII, отстаивал идею верховенства церковной власти над светской и выдвигал притязания на мировое господство. Он полностью восстановил свои владения в Папской области и значительно расширил ее границы; одно время он даже был правителем Сицилийского королевства. Он придал папской курии значение высшей судебной инстанции во всем католическом мире. Ему удалось добиться, что его вассалами признали себя английский король Иоанн Безземельный, короли арагонский и португальский. Иннокентий III и его преемники через своих легатов постоянно вмешивались во внутренние дела западноевропейских государств, претендуя на роль всеевропейского арбитра.
Для того чтобы пресечь длительную борьбу вокруг выборов папы, которые нередко затягивались на длительное время, II Лионским собором 1274 г. было установлено, что кардиналы, собравшиеся для избрания нового папы, должны находиться в полной изоляции от внешнего мира — “под ключом” (cum clave), отсюда выборная сессия кардиналов получила название “конклав”. Если в течение трех дней кардиналы не закончили выборов, их питание должно быть ограничено одним блюдом к обеду и ужину. Еще через пять дней кардиналов оставляли только на хлебе и воде, и на все последующее время конклава они лишались доходов от своих церквей.
Папы стремились выставить себя в качестве борцов с “татарской опасностью”, нависшей в середине XIII в. над Западной Европой, проведя на I Лионском соборе (1225) решение о необходимости общей борьбы с монголами. Однако в действительности папа не пытался возглавить борьбу европейских народов с этим нашествием. Он и его преемники лишь искали пути для переговоров с монгольскими ханами, рассчитывая с их помощью распространить католическое влияние на Руси.
Папа Бонифаций VIII (1294—1303), стремясь еще больше поднять престиж папства, организовал в 1300 г. празднование “юбилея церкви”, по случаю которого объявил “отпущение грехов” всем присутствовавшим на этом празднестве и выпустил особые индульгенции — грамоты об отпущении грехов, которые продавались за деньги. С этого времени весьма доходная продажа индульгенций получила широкое распространение во всех католических странах.
Бонифаций VIII всеми силами стремился реализовать на практике реакционные идеи папской теократии. В 1302 г. он издал буллу “Unam sanctam”, заключительное положение которой гласило: “Подчинение всякой твари человеческой римскому первосвященнику есть непременное условие спасения”. Тем самым папская власть объявлялась высшей властью на земле. Булла Бонифация VIII требовала признания папы заместителем бога на земле, объявляла власть светских государей зависимой от полномочий папы и провозглашала универсальную теократическую (точнее, иерократическую, т. е. управляемую духовенством) монархию. Но притязания Бонифация VIII, как и его предшественников — Григория VII и Иннокентия III, не могли быть осуществлены на практике, так как для этого не было ни экономических, ни политических предпосылок. Процесс государственной централизации осуществлялся в этот период королевской властью в рамках национальных государств — Франции, Англии и др. Папская политика оказалась в непримиримом противоречии с этим прогрессивным процессом. Ход исторического развития показал, что идея папского верховенства над светской властью всегда была не только крайне реакционной, но и утопичной.

Загрузка...

Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 146 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
КАТАЛОГ-Ценник НА БУМАЖНЫЕ ДЕНЕЖНЫЕ ЗНАКИ РСФСР. СССР и РФ| Коротко о мастере Чжоу И

mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.007 сек.)