Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Возвращение Дракона

Читайте также:
  1. quot;Возвращение к Себе" - психологический тренинг для женщин.
  2. Вместо послесловия: путь маленького дракона
  3. Внешний вид Дракона
  4. Во Дворце Дракона – Повелителя Моря
  5. Возвращение
  6. ВОЗВРАЩЕНИЕ
  7. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Когда-то давным-давно на земле жили драконы. Совсем не такие, какими их теперь рисуют сказки… Был мир тот древним и прекрасным, юным, как весеннее утро – люди, животные, птицы и растения говорили на одном языке, могли понимать друг друга без слов… И предметы, создаваемые людьми, будто бы были все волшебными – в них вкладывался особый смысл, и предмет обретал жизнь и силу. Вся мудрость была запечатлена в сердцах людей с самого рождения. Доброта и искренность впитывались с молоком матери. Каждый рождался волшебником, и в дальнейшем становился им, постигая тайны мироздания. Каждый понимал неведомый и простой язык деревьев и птиц, учился у ветра и воды, мог песней или словом призвать одну из четырех стихий… При этом люди мудро использовали силу свою, зная о последствиях каждого своего действия.

Драконы в том мире были удивительными существами. Они были гармоничными и мудрыми, и хранили этот мир, находясь в нем внутри. Каждый из них обладал особой силой, своей особой магией. Какие-то из драконов вышли из-под воды, и отвечали за эту стихию. С прилетом драконов воды приходили дожди, во время которых можно было наблюдать их неповторимый танец. Какие-то из драконов соткались из ветра, и могли насылать сильные ураганы, смерчи и вихри… Какие-то вышли из-под земли и впитали в себя энергии неба, поднявшись в воздух. А какие-то наоборот, восприняли энергию земли, а изначально были птицами.

Язык дракона был одновременно прост и очень сложен. Чтобы понимать дракона, нужно было его чувствовать, как самого себя. Слиться с ним настолько, чтобы видеть его глазами, лететь вместе с ним, ловя отражение солнца в чешуе и вспарывая воздух резными крыльями. Не всякому дано было понять дракона. Обычно дракон являлся в какой-то момент к человеку сам. Когда человек внутри был готов к этой встрече, он вдруг прилетал, либо появлялся неожиданно, будто соткавшись из воздуха. И человеку ничего не нужно было, только произнести его имя – обычно, оно приходило внезапно само. И тогда дракон и человек будто сливались воедино, так, что человек сам становился этим драконом, иногда мог принимать его облик и летать. А еще дракон и человек слышали друг друга на расстоянии, и дракон мог прилететь по первому зову своего друга и хозяина.

Андор был молодым драконом по драконьим меркам, ему не миновало еще трехсот лет. В этом году ему очень повезло – он встретил своего друга среди людей – и тот дал ему это имя. Это имя само его нашло и осталось с ним, а на самом деле принадлежало этому человеку. Дракон Андор очень любил своего друга, особенно хорошо было вместе с ним летать и танцевать в воздухе. Все стихии равномерно были распределены и уравновешены в нем: чешуя была будто соткана из солнечного света, иногда отливала огнем, и издали, особенно ночью, была похожа на языки пламени. Хотя иногда Андор мог становиться легким, как ветерок, почти невидимым и невесомым. И тогда его наполнял цвет, похожий на голубизну неба. А порой он становился синим, как море, и полет его был столь плавен и похож на течение горной реки, петляющей между камней, что он мог бы быть неотличим от дракона воды, присылающего дождь. Но Андор не был драконом воды. Он был драконом равновесия, очень светлым и мудрым, сумевшим уравновесить в себе все противоположные энергии и готовый к великой встрече. Встреча дракона и человека была важна для обоих. Дракон тоже должен был к этому готов, а точнее, предназначен. И Андор служил теперь человеку искренне и самозабвенно, потому что сам был им – настолько неразделимым казалось это единство, что даже обликом они стали схожи: глаза Андора-человека часто поблескивали веселым драконьим огнем. В движениях бурлила жизнерадостность и сила - а Андор-дракон получил настоящую неуязвимость и особую красоту, присущую лишь человеку – красоту доброго сердца. Неуязвимость и сила приходили к дракону от человека, потому что человек становился его хозяином, будучи одновременно вровень с ним, мог хранить его на расстоянии, считая его частью самого себя… Андор-человек воплощал в себе все свойства, присущие его дракону. Наверное, именно из-за этого их привело друг к другу, и они стали неразрывным целым – дракон и человек, и имя у обоих было одно.

Андор был очень жизнерадостен, юн и светел. Тогда не было еще как такового разделения на свет и тьму… всё существовало единым гармоничным целым. Но та тишина, та теплота, которые ровным небесным пламенем горели в душе Андора, поддерживали силы во многих, давали покой и умиротворение, а в сердце поселяли теплый огонек любви. И этот огонек цветком раскрывался и цвел… Андор всюду сеял эти цветы, не замечая этого. И только она, его Любовь, Алана, знала и видела. Она, волшебница лесов, дева, чьи песни искристым золотом раздавались под сенью ветвей, вторя бегущей воде, блуждающему ветру, солнечным лучам. Алана танцевала, и мир танцевал вместе с ней. А руками своими она вышивала прекрасные узоры, в которых таилась история мироздания. Только Алана, кроме самого Андора, могла одним лишь движением мысли призвать к себе его дракона, говорить с ним, просить совета… А иногда она становилась птицей – белой, с пушистыми перьями и длинным хвостом. И они вместе, Андор и Алана, дракон и птица, летали над юным миром, рисуя в небе своим волшебным танцем линию жизни, нескончаемую и вечную…То было счастливое время.

Но наступало другое, неумолимо и быстро.. Тревога и страх, сомнение, неверие и смута поселялись в людских сердцах. Люди уже не были такими, как прежде. Они оторвались от первоистоков, от истинных своих знаний, тех, что не были высечены на скрижалях – тех, которые и выразить словами было трудно. Любовь, прежде в белых праздничных одеждах, стала серой нищенкой и начала скитаться, неузнанная, от дома к дому, от селения к селению… Доброта стала смешиваться с корыстью… Искреннее желание помочь смежилось с ожиданием помощи от других. Равновесие мира пошатнулось. Драконы тоже стали меняться… Прежде сильные волей природы и стихий, теперь же они стали покрываться чешуей, похожей на броню, стали извергать огонь, стали похищать людей и уносить их в далекие пещеры. Всё это происходило медленно и неостановимо. И в то самое время, когда всё это только начиналось, в селение, где жил Андор и Алана, стал приходить маги, странники, кудесники. Много они рассказывали, много повидали, ведь пришли они с той стороны, которой уже коснулась черная рука разделяющего времени. Много знаний хранили они, и много у них было странных идей – от того странных, что мудрость их была иной. Они рассказывали людям о том, как можно избежать злой участи, как сохранить древние знания и передать потомкам. Как использовать силу света, дающего жизнь всему живому, как создать для себя настоящую магическую защиту, почти ничем не пробиваемую… Много речей было произнесено, много высказано мыслей, кажущихся на первый взгляд мудрыми, но никто из старейшин и магов селения, ни один местный волшебник не согласился использовать их. «С этим наступающим временем надо будет смириться. Надо будет ждать другого времени. Сейчас время увядания, осень. Но мы верим, что наступит весна. И мы знаем, что невозможно то, что живет и дышит в наших сердцах, то, что у нас в крови, в чистоте мыслей наших, перенести сквозь века в книгах, волшебных камнях и амулетах. И ни одна защита не спасет и не поставит врага в тупик, как смирение и открытость», - так говорили мудрецы и старейшины, и речи их казались странными и трусливыми тем, кто пришел со стороны. Разве можно просто так смириться с надвигающимся злом, зная, что оно неминуемо их настигнет?

Среди пришедших был там и молодой мастер-маг Альзар. Он развил в себе очень большую магическую силу, к тому же был очень умен. В его глазах было спокойствие ночи. Он почти всегда молчал. Он не был похож на тех волшебников, пришедших проповедовать. Он лишь действовал… Из его рук выходили волшебные камни, способные исцелять людей, он творил защитные заклятия… Он знал не хуже других о том, как устроено мироздание, о том, как устроен сам человек… Он знал, что грядет. Но молчал о том, что видел. Он не хотел ранить души своих новых друзей – он хотел лишь помочь им. Помимо всего прочего, он был удивительным мастером – резал по дереву, камню, создавал удивительные формы, в которых скрывалась не менее удивительная суть. Альзар и Андор долгое время были друзьями. Они учились друг у друга мастерству, они делились своими мыслями и знаниями. Но оба молчали о грядущем. Им было тяжело говорить об этом, ибо они не хотели подобным разговором призвать зло еще скорее… У них было зачем молчать и кого оберегать этим молчанием. Алана… Радость и любовь обоих друзей, одному из них доставшаяся по праву, другому – по странной случайности. Альзар молчал о своей любви. Никто не подозревал, даже Алана, почему Альзар до сих пор не ушел, не продолжил идти дальше, чтобы вместе с остальными возвестить других о грядущем времени. Они давно ушли, а Альзар остался, помогая своими знаниями и волшебством всему селению. Он просто ждал. Ему достаточно было лишь видеть ее, иногда говорить с ней, чтобы чувствовать прилив сил и желание двигаться, желание творить и жить. Он любил Алану, не понимая сам степени и силы этой любви. А Алана самозабвенно любила Андора. Вернее, изначально любовь лилась из нее сама по себе, песнями, улыбкой, легкой радостью парила вокруг и хранила всех. Алана не задумывалась о грядущем. Она просто жила и любила… До поры до времени…Как только пришли эти странники, она чувствовала одновременно правоту их речей, в то же время смутное сомнение поселилось в ее душе. Что-то в их мыслях и действиях было не так…Но оно стало постепенно исчезать, когда она видела Альзара, его старания, его помощь, которую он отдавал бескорыстно. Иногда она понимала, что служило причиной… она с нежностью и состраданием смотрела в его глаза. В них всегда было спокойствие ночи. Вернее, спокойствие ночного урагана и бури, сопровождаемой молниями. Он был при этом очень добр. Никто не знал, страдает он или счастлив. Для него самого это было не столь важно. Важнее всего для него было счастье и благополучие Аланы…

В это утро Алана встала с первой звездой. Ей не спалось. Она знала, что сегодня на закате произойдет одно важное для всего селения событие. Мехельдеор, один из старейшин, принял решение уйти живым в камень. Чтобы его душа осталась там, и впредь, через века, могла передать всё, что помнила, людям грядущим. Алана очень любила Мехельдеора… он был для нее учителем. Она непременно пожелала его повидать, прежде чем он исчезнет во плоти и крови… Она нашла его одного рядом с каменным сооружением, в котором его должны были закрыть на закате. На миг Алане стало очень больно, когда она увидела его безупречно-синие глаза.

- Не печалься. Ты же знаешь, я не ухожу. Никто не уходит – мы сливаемся с вечностью… Я же остаюсь с вами на земле – вначале с вами, затем – с теми, кто будет после вас.

- Учитель! – Алана бросилась к нему, подняв на него глаза, полные слез, - я знаю, я знаю… Но..может они были правы, эти странники? Они ведь очень мудры! Они знают много способов создать во всех окружающих нас предметах напоминание о том, кто мы есть на самом деле! Может, я тоже создам такой? Я уже многое умею..

- Не надо, Алана. Мы должны смотреть правде в глаза. Грядет время забвения, когда ни один из людей попросту не сможет правильно прочитать их послания, заключающие в себе лишь часть… но не целое! Они мудры и сильны, эти странники, никто не отрицает того, но они не всемогущи. Лишь тот, кто создал всех нас, может создать целое. Лишь Он… Человек – его создание, но лишь связанный с Ним может творить истинные чудеса. Лишь так… Эти странники вскоре заблудятся сами, я знаю это. У них исчезает самое главное – то, что живо и дышит в тебе – любовь. Люби, Алана. Это твоя сила и твоя магия. Больше ничего не может быть столь могущественно и ценно. Поверь мне.

Это были последние слова, которые Алана слышала от Мехельдеора. Вечером люди всего селения провожали его в последний путь. Андор и Альзар помогали закрывать каменную крышку. Пока они несли ее, и впредь, вбивая ее наглухо, они не сказали друг другу ни слова. Алана стояла в стороне, сложив в беззвучной молитве руки.

С тех пор прошло несколько лет. Альзар по-прежнему был с ними, помогая им. Только Алана немного изменилась. Время забвения постепенно касалось всех… это была тревога. Новое чувство, ранее не знакомое Алане. Тревога за оставшихся и за ушедших, тревога за новых родившихся детей… за драконов, об изменении которых Алана была уже достаточно наслышана. Тревога о судьбе Андора. Он ведь никогда не заботился о каких-то знаниях, заклятиях, магах… Он просто жил. Он просто был драконом и собой. Он хранил равновесие в себе и вокруг, но оно пошатнулось! Алана часто смотрела на него с тревогой, когда он уходил. Он всегда возвращался, прилетая вихрем-драконом, полном радости и сил. Он никогда не рассказывал, где летал и что видел. Но он летал туда, где люди потеряли веру и радость, он исцелял их сердца, даря им подарки, которые создавал для каждого весьма бесхитростным способом.

- Не тревожься за меня, милая! Со мной ничего не случится.

- Возвращайся скорее. Я буду ждать, - говорила она. Он обнимал ее, гладил по волосам и улетал. В это время она всё чаще общалась с Альзаром. Он учил ее своей магии, будто готовя к чему-то. Он учил ее создавать магические предметы и вкладывать в них свою энергию.

В последнее время Алана не бегала по лесам и полям, редко пела, редко смеялась. Она стала очень тиха. Она занималась какой-то очень сложной работой. Один раз она обмолвилась Альзару о том, что создает для Андора-дракона амулет, в котором будет храниться всё знание о мире, вся память и огромная сила. Она вынашивала эту идею очень давно, но не смела долгое время ослушаться своего учителя Мехельдеора. Но сейчас что-то изменилось в ней. Она делала этот амулет практически из самой себя, почти не применяя каких-либо внешних предметов. Альзар тогда ее серьезно спросил, действительно ли она этого хочет. «Да. Так мне будет спокойнее за него. Слишком часто он улетает, слишком подолгу остается в чужих краях. Мне тревожно за него. Я хочу, чтобы он был под защитой», - сказала она, и Альзар согласился ей помочь. Он сделал вместе с ней несколько закрепляющих заклятий, при этом уберег ее от некоторых ошибок. Получилось так, что амулет был настолько связан с ней, что мог при каких-нибудь неблагоприятных обстоятельствах погубить Алану. Альзар сделал так, что если вдруг амулет исчезнет, он вернется к Андору сам, будучи невидимым. Алана же будет освобождена от его воздействия, и ей не придется в случае чего искать его по всей земле.

Однажды на рассвете, когда амулет был, наконец, готов, Алана вышла босая в поле, одетая лишь в белое льняное платье. Она улыбнулась первым солнечным лучам, затем, зажмурившись, мысленно призвала дракона. Он не помедлил явиться на зов, вырвавшись, словно соцветие огней, из первых ало-оранжевых лучей рассвета. И вот он стоял перед ней, безупречно-красивый, блистающий, будто бы покрытый капельками росы, которые искрились на солнце. Алана любовалась его гибкостью, его движениями, его узкими, удлиненными глазами, в которых горело солнце. Он склонил к ней голову, и она обхватила ее руками, целовала ее и плакала от непонятного сжимающего сердце чувства. Затем она достала большой круглый амулет. «Это тебе. Прими его», - сказала Алана, пытаясь закрепить амулет у него на шее. «Не надо, - будто бы отозвался он, - я не смогу это носить. Я очень благодарен за этот подарок, но не могу. Не волнуйся зря. Никакое зло не коснется меня». «Я очень тревожусь за моего супруга, Андора. Пожалуйста, прими этот амулет. Когда Андор будет улетать, этот амулет защитит его и сохранит в нем память и связь с тобой. Ты же тоже так его любишь! Прими, так мне будет спокойнее за него», - сказал Алана, и дракон покорно подставил голову.

Андор уже неделю не выходил. Он был болен. Он заболел так сильно, кажется, впервые за свою жизнь. Алана и Альзар вместе лечили его травами, заклятиями, но ничего не помогало. Алана не отходила от него, постоянно даря ему тепло, любовь, улыбалась ему, несмотря на то, что ее в душе грызла вина. Она сама что-то сделала не так, иначе почему он заболел? И где находится его дракон? Она так и не смогла призвать его, а он даже и не пытался. Лишь один раз, когда он был совсем слаб, он попросился выйти в поле. Алана пошла с ним, поддерживая его за руку. Когда он сам вдруг превратился в дракона, Алана чуть не упала от страха – дракон был совсем другим. перед ней было почти то существо, которое ей когда-то описывали – покрытое чешуей-броней, с черными резными крыльями, с источающими яд глазами, с извергающим огонь ртом… Он только начал становиться таким, и отчаянно боролся, чтобы им не стать, чтобы остаться собой. Алана не теряла ни минуты. Она подбежала к корчившемуся от боли дракону и сорвала амулет, пытаясь снять с него всю магическую силу. Ничего не получалось! Тогда она захотела уничтожить его, она била его о камни – не помогало. Разбежавшись, она обернулась птицей и полетела к скале, за которой бушевало море. Алана сбросила амулет в пучину вод, и лишь тогда вспомнила о заклятии, которое наложил Альзар - и, поняв, что все равно амулет не уничтожен, она полетела назад. Но дракона уже не было. И Андора тоже не было. Лишь струйка белого света, почти невидимая, почти неосязаемая, медленно поднималась к солнцу. Алана летела вместе с ней, прося у Андора прощения… Летела, пока были силы.. а потом.. дальше ей было уже нельзя.

Она лежала на земле без сил, без голоса, потерянного от бесконечных рыданий. На небе сгустились тучи, поднялся ветер. Начиналась гроза. Алана не заметила, как к ней подошел Альзар.

- Пойдем. Сейчас начнется ливень, - сказал он. Она не ответила. Он поднял ее на руки и унес в пещеру, о которой никто, кроме него, не знал. Эта пещера была спрятана в скале почти над самым морем. Это было его место силы, где он черпал магию, где он мог в открытую предаваться чувствам. Это был его дом. Стихия бушевала за пределами каменных стен. Сверкали молнии, и раскаты грома рассекали вечернее темное небо. Альзар был удивительно спокоен. Он обогревал Алану, постепенно приводя ее в чувство. Он отпаивал ее травами.

- Почему ты так спокоен?

- Я всегда спокоен в грозу. Мне гроза даже нравится. У меня нет страха ни перед ней, ни перед наступающим темным веком, которого так боятся люди.

- Ты знал, что так случится? Знал? Почему не остановил меня? Почему помогал мне?

- Я ничего не знал наверняка. Но предполагал.

Алана зарыдала еще сильнее.

- Не плачь. Он так мало был с тобой, так мало давал тебе тепла.. Я всегда с тобой буду, Алана. Ты можешь положиться на меня. Я не покину тебя..

- Мне никто другой не нужен! Прости, - сказала она, чуть помедлив, - надо попытаться еще раз уничтожить амулет.

- Это теперь не так просто. Ведь ты его выбросила в море. Но он до сих пор у него. Теперь он навсегда с ним.

- Если бы я его оставила у себя, мы смогли бы нейтрализовать его силу?

- По крайней мере бы попытались…

Много долгих дней Алана и Альзар искали амулет на дне моря, но так и не нашли.

Наступали времена еще более тяжелые. Смута в сердцах людей дошла и до их селения. Вскоре должна была начаться война. В одну из ночей Альзар принес Алане светильник. Большой светильник в красивой черной оправе, напоминающей витиеватые стебли и листья. Внутри горела свеча.

- Возьми его, Алана. Это я сделал для тебя. Грядут темные времена, но ты свети. Пусть свет в тебе никогда не угасает. И если вдруг в тебе останется мало сил, зажги этот светильник. Даже если я буду далеко, он согреет тебя. И напомнит о том, кто ты есть на самом деле.

Они стояли в тени деревьев, и яркий белый свет ясно очерчивал их кроны. Ни один лист не шелохнулся. Мир был поделен пополам – на черное и белое. Светильник был маленькой надеждой…на то, что свет можно как-то сохранить. Альзар делал всё для Аланы, ведь он любил ее всем сердцем. Но Алана не могла забыть. Она тоже заботилась об Альзаре, дарила ему последнее тепло и нежность… Но однажды не выдержала.

Она падала вниз со скалы в бушующее море. Сейчас придет конец…даже в самый последний момент она не раскрыла крыл. С Тех пор она вообще не обращалась птицей. Но, кажется, ее тело так и не коснулось морских вод… Ее подхватил солнечный луч, маленький и тонкий, только Алана узнала.. Это был Андор. Теперь, в краткий миг этой смерти Алана была с ним, и это был самый счастливый момент. Она была легка – никогда она прежде не ощущала такой легкости! Она поднималась всё выше и выше, к небу… выше неба…выше звезд. Так, что земля была почти не видна. Они оказались на белой звезде.

Лишенные тел, лишенные обликов, тогда они были вместе… Светом единой звезды… светом единой любви. Там не существовало времени. Тем не менее, они пробыли там недолго. И вот снова они летели… только в разные стороны. Алана тянула к Андору свои руки, но что-то разводило их далеко друг от друга. Тут от Андора отделилась какая-то часть и полетела к Алане, воплощаясь где-то поблизости, вместе с ней. Впоследствии этой частью оказался друг, который сопровождал и хранил ее на протяжении многих жизней.

Алана искала… Она сама не знала, чего ищет, но внутри был неумолкающий зов, который гнал ее в дорогу… Она теряла себя и обретала, она побывала во многих местах земли, она набралась их магии и мудрости, и всё же это была уже не та Алана, которой она была прежде. Она так и не нашла своего потерянного возлюбленного. Альзар тоже искал Алану очень долго. Жизни его были тяжелыми, но он не поддался злу, оставаясь внутри свободным. Он видел многих женщин, многие из них ему напоминали Алану, он ошибался, потом понимал, что это не она, и шел дальше.

И вот, наконец, их всех свело вместе – за один раз, за одну жизнь.

Алана,обретшая Андора, полюбившая его больше самой себя, больше самой жизни… Встретившая его, но уже на протяжении долгого времени по-прежнему стремящаяся к нему душой и сердцем. Он был и далеко и близко, но, когда он был рядом, становилось особенно больно – будто километры отделяли их друг от друга невидимой и непроницаемой стеной. И как бы Алана ни пыталась пробить эту стену своей нескончаемой любовью, стена не исчезала, даже не становилась меньше. Иногда только она не чувствовалась совсем – было легко-легко, так легко, что хотелось плакать. Но чаще всего ей казалось, что вся ее сила, вся любовь проходит мимо, не касается его, не входит в его сердце.

И вот наступил момент… после двух с лишним лет, когда они пробыли вместе… он уходил, уходил, оставаясь таким же близким, но становясь всё дальше. Это было невыносимо. Она обожествила его… и вот он был перед ней – безупречно красивый, и такой же далекий. И, хоть можно было коснуться рукой, с таким же успехом можно было дотронуться до каменного изваяния, тоже безупречно красивого. Он уходил, и ему было очень тяжело. Очень тяжелы слезы и тяжело горе… безудержное горе-горение Аланы. Ее нескончаемые рыдания, объятия и мольбы. То и дело всплывали воспоминания того мира, откуда всё началось. Она была наполовину там, в горячечном бреду после потери Андора-дракона, но ни здесь, ни там не находила ответа… эта разрозненность всё сильнее мучила ее – такие похожие, истории двух разных миров шли параллельно, и Алана никак не могла найти той самой точки, где миры бы пересеклись и слились воедино. Ни в одну из ночей Алана не могла спать. Она не сводила глаз с его лица, подернутого спокойной дымкой сна. И вдруг, в последнюю ночь, она на его шее заметила тонкую бледную нить. Она попыталась снять - не получилось. Рука прошла сквозь нее. Он слегка повернулся. На его груди белел амулет, то исчезая, то появляясь, он мерцал полупрозрачным белым светом и почти не менял своего положения. Алана попыталась взять его в руки, но и это ей не удалось. Тогда она поднесла свою левую ладонь близко-близко, и почувствовала, что сила амулета вливается в нее, и вскоре в ее руке оказался его слепок – такой же амулет, такой же невидимый и почти неосязаемый. Но она знала, что теперь унесет его с собой. И вдруг, в этой самой точке пересеклись миры. Алана ясно почувствовала, что в этот миг где-то далеко ясное утро и спокойное море – наконец-то закончился шторм, и та самая, далёкая Алана почти исцелилась от своей болезни и вновь попробовала обернуться птицей. Она зареклась делать это после ухода своего любимого супруга, но в этот миг она чувствовала, что сейчас это очень нужно, что это позволит в дальнейшем как-то изменить ход времени… Алана издала клич и полетела над морем, искрящемся в утреннем солнце. В какой-то момент она почувствовала очень четко, как из левой руки тянется луч куда-то в море… походит сквозь глубины и освещает их. Что-то настойчиво тянется в руку, большое, тяжелое… амулет всплывал сам из пучины вод и сам же влетел в руку Аланы. Она не верила своим глазам.

- Я нашла! Я нашла его, Альзар!!

Алана перевернулась на другой бок, то просыпаясь, то засыпая снова. Дальше ей снились огромные океанские волны, захватывающие всю землю, молнии, рассекающие небо, извергающиеся вулканы и покрывающаяся трещинами земля.

На следующий день она уехала… она билась о стекло, понимая, что еще чуть-чуть – и она его не увидит. Он исчезнет из виду…и тогда… было трудно дышать. Сердце бешено колотилось в груди. Лицо было искажено гримасой боли. Она больше не могла плакать – четыре дня нескончаемых слез сделали свое дело. Лишь что-то рвалось из груди – казалось, уходит жизнь, будто бьется с кем-то невидимым в смертельной схватке. Он стал важнее жизни, важнее ее самой, важнее всего на свете. Казалось, всё было зря. Все годы поиска, все надежды, все дела, которые она делала ради него. Полжизни было отсечено одним мгновением. Или даже больше….

Пустое утро… темное небо, сплошь устеленное багровыми облаками… путь в никуда… Ей теперь было всё равно, куда идти. Альзар, появившийся в этом темном пространстве… Берет ее за руку… она оглядывается назад и медлит.. Сзади – пустота. Впереди – пустота. Он ведет ее, не говоря ни слова. Длинный коридор между колоннами… горят лампы белым, мертвым светом. А потом – некий портал, барьер – и тишина.

Здесь нет людей, здесь очень тихо. За окном падает снег. Деревянный уютный дом, в котором спокойно и тепло. Всё время хочется спать.. иногда сквозь сон Алана видит Альзара, то обнимающего ее, то приносящего ей чай. Так проходят дни. На одной из стен – белый единорог, радуга и рассвет. Он всё время бежит.. его движение легко передано в картине. Одно это внушает надежду и дает добрый знак…

Альзар.. Друг, искавший Алану и недавно нашедший ее. Мастер, который сам строит свой дом. Кузнец, превращающий безликое тяжелое железо в удивительно легкие узорчатые формы деревьев, листьев, цветов, сказочных животных и птиц. Из его рук выходят ожившие вещи, исполненные спокойствия и гармонии. Он любит Алану, как и прежде, и ничего ей не говорит. Он просто ждет и с благодарностью приемлет ее благодарность. Он – союзник, он – друг. Он тоже маг, не утерявший до конца своей магической силы. Побитый жизнью, израненный и сумевший залечить свои раны, и теперь умеющий лечить раны другим.

Всё повторяется по кругу, по тому же сценарию. Ошибки, сделанные когда-то, создают неминуемые последствия. Ошибок много, а времени исправить дано совсем мало. Нет времени ждать, пока чаша весов наклонится в ту или иную сторону. Важно успеть снять груз с одной из чаш. Хотя бы немножечко.. Но лучше – весь.

Однажды пути миров уже пересеклись, и теперь шли близко-близко друг к другу, так близко, что лишь маленький шаг, похожий на сон, отделял один мир от другого. И, преодолевая эту незаметную грань, Алана очутилась вдруг в обоих мирах одновременно.

Где-то вдалеке Альзар отозвался. Он, кажется, достраивал дом, но, услышав крик Аланы, выбежал к ней. Она только что переводила дух, вернувшись из своего полета. Она ничего не могла вымолвить, просто молча показала ему амулет, который сам к ней пришел со дна моря.

- Ты нашла его?

- Он сам позвал меня и пришел, Альзар! Давай сейчас же попробуем уничтожить его!

- Знать бы, как это сделать… Очень трудно порой вернуть назад то волшебство, которое творишь, находясь в определенном потоке силы. Я подумаю, что можно сделать.

- Давай объединим наши силы и направим их на то, чтобы расколдовать этот амулет, - сказала уверенно Алана, взяв его за обе руки. В них вливалась новая, совершенно особая сила.

Долгое время Альзар одно за другим снимал заклятия, которые наложил сам. Алана помогала ему.

- Всё, дальше я не могу ничего сделать. Остальное ты должна сделать сама.

Алана взяла в руки амулет – он был горячим, как раскалённый уголь. Нет, она совсем не знала, что делать. Когда-то она создала этот амулет почти из самой себя, но теперь как его уничтожить, не уничтожая себя? Как простить себя за всё?...

Не разбирая дороги она пошла куда-то и шла долго-долго, пока ноги сами не привели ее к камню, в котором оставил свой дух Учитель Мехельдеор. У Аланы замерло сердце: казалось, он был живой и ждал ее. Вдруг, она услышала его голос, разносящийся теплыми волнами у нее внутри.

- Ты пришла, дитя мое? Я давно тебя жду.

- Учитель… прости…

Это всё, что она смогла произнести сквозь слезы, и еще долго она проплакала, прислонившись щекой к теплому камню и сжимая амулет в левой руке.

- Послушай меня, всё исправимо.. Всё поправимо, когда осознаешь, где была совершена ошибка.

- Но как исправить это, как если Андор… умер?

- Драконы никогда не умрут…

Алана смотрела по сторонам и видела мир будто глазами учителя.

- Вот видишь – река. Это тоже дракон. Посмотри на ее извилистое русло, послушай, как она шелестит.. А этот звук слышишь? Это ветер. Ветер – тот же дракон, только немного другой. Ветер можно не только услышать, но и увидеть… А это – солнечные лучи.. Алана, ты ведь всё это знаешь, правда?

- Андор не умер?

- Он никогда не умрет, пока ты любишь его. Он в твоем сердце.

- Мне нужно уничтожить амулет. Я не хочу, чтобы из-за него Андор страдал.

- Ты вполне в силах это сделать. Посмотри внимательней, из каких энергий он создан, что ты вплела в его суть. Посмотри и направь на него луч с энергиями противоположными.

- Энергиями разрушения, забвения и смуты?

- Посмотри внимательней, действительно ли энергии созидания, памяти и ясности ты вложила в эту искусно созданную вещь? Никакая вещь не властна над нами так, как властны мы сами.

- Учитель, я не вижу энергий иных. Помоги мне посмотреть…

- Хорошо, я сделаю это….

И Алана будто заглянула в зеркало, таящее в себе дверь в мир другой, в мир настоящий. Увидела всё и ужаснулась…Где, где взять сил и энергий тех, которые могли бы нейтрализовать силу амулета? Их нужно было найти во что бы то ни стало внутри себя…но там их не было. Поэтому, возможно, пришлось пройти весь этот путь… нырнуть с головой в это зеркало, и, став уже совсем другой внутри, вернуться снова назад… Понимая и удивляясь тому, как две Аланы ищут друг друга и пытаются соединиться в какой-то точке…

За окном падал снег. Где-то вдалеке Альзар продолжал строить дом, а Алана сидела в комнате, вначале долго-долго неотрывно глядя на свои руки. Затем она встала, закрыв глаза, и пошла. Казалось, перед ней стелилась невидимая дорога. Белая дорога, по которой впереди бежал единорог. Алана шла очень медленно. Будто это не она шла, а путь сам проходил мимо нее. Какие-то места, события, люди, когда-то сказанные слова, когда-то и кем-то выраженные мысли… Алана шла всё дальше, зная, что ей нужен этот путь. Путь вглубь – туда, где всё зародилось, все причины и тайны… и амулет. Он постепенно появлялся в руках. Сначала он был маленьким круглым предметом, почти неосязаемым, потом стал расти, всё больше и больше, наконец, он стал размером с комнату. Большой круг, внутрь которого шла белая дорога. Единорог вошел туда и растворился в белом свете. Алана подошла близко, к самому краю. Там было небо. Еще один шаг – и она медленно падала вниз, как будто плавно проходила сквозь воду – прозрачную и невесомую, как небо. В руках всё еще что-то было. Круглый предмет, слепок амулета. Он замелькал, будто по белой искрящейся глади воды пошли круги. Внутри появилось и исчезло улыбающееся лицо Андора. Алана стала звать его и плакать…. Амулет превратился в проход в бесконечность - два зеркала, направленные друг на друга. Дальше она оказалась на земле. Вокруг зеленели деревья, было тепло. Рядом стояли три больших камня. Это был ее родной мир. Память о нем вновь всплыла в Алане с небывалой силой. Мир, где люди и природа жили в неразрывном единстве. Мир, где люди могли говорить с драконами. Прекрасный, почти нереальный теперь…потерянный. И только память о нем…в этом амулете. Как хотелось не терять ее, раскрыть ее до конца, поверить в нее и показать другим! Алана не стала этого делать. Она смотрела на этот мир, на людей, окружающих ее, до боли знакомых и родных. Она смотрела и плакала. Рядом был Андор. Совсем близко. Он не видел ее. Казалось, ее не видел никто. Она знала, что вскоре ей надо со всем этим попрощаться и отпустить. И она пошла дальше по белой дороге, которую ей своими волшебными копытами выстилал единорог. Она долго смотрела вслед и внутрь себя – амулет жег ей руки, мощной воронкой пытался засосать ее в себя, одновременно отталкивая своей силой. Андор… Андор… это имя звучало повсюду – куда бы она ни взглянула – она слышала это имя, видела эти глаза, руки искали его, глаза – дракона, повсюду.. в каждом дереве, в небе, в огне и в ветре… Всё в этом мире было им, везде звучало его имя. Но Алана шла дальше. Несмотря ни на что, шла, хоть было тяжело и невыносимо больно. Она шла вслед за единорогом, держа в руках амулет – шла в то время, когда он еще только создавался.

В этот момент какая-то другая Алана, находясь в том же самом мире, положила амулет на землю и направила из обеих рук лучи… Эти лучи были голубыми, как небо… но они то появлялись, то исчезали… было трудно удержать их. Амулет не поддавался их воздействию. Алана снова смотрела в зеркало, видя приближение самой себя.. Будто она шла откуда-то издалека и очень стремилась попасть сюда

Вихри закружили Алану – она металась, сбившись с пути, уже не было под ногами белой дороги – ее мотало из стороны в сторону, амулет вошел в нее, в ее солнечное сплетение – он сдавливал ее изнутри. Она не видела, куда идет, лишь отдалась этим бушующим ветрам. Она просила небо о том, чтобы помогло ей отпустить, расколдовать этот амулет, распутать этот чудовищный узел. Отпустить всё, и, если нужно, пройти сквозь смерть. Затем в почти пустом пространстве, где нет ни дорог, ни будущего, ни прошлого, ни неба, ни земли, Алана стояла какое-то время, оглядываясь вокруг. Она ясно чувствовала, что ее обвивает клубок светящихся нитей, которые тянутся далеко-далеко,к разным людям, которых она встречала, которых она любила. Сейчас этого всего не будет…еще один шаг… Отрезать всё это не было сил. Оставалось лишь ждать подсказки, появления хотя бы какого-нибудь знака. Связи были слишком крепкими, и так не хотелось их рвать. Она знала, что надо сделать что-то другое, но только что?...

Отпустить, отпустить, отпустить. Всё, даже возможность того, что эта затея провалится… Все сомнения, страхи отпустить… Так луч из ладоней, голубой, как небо, становится ровнее и сильнее.. кажется, еще какое-то заклятие снято… как же больно.. но, ведь становится легче и откуда-то берутся силы! Интересно, где та Алана, которая идет сюда из будущего, из зазеркалья?

Алана взглянула на саму себя со стороны. За спиной раскрывались два крыла, которые мечтали о свободе и полете. Они совершали какие-то движения, пытающиеся поднять ее в воздух. Она танцевала, удивляясь самой себе и своим крыльям. Она чувствовала каждое перо, каждое малейшее движение крыла. Ей хотелось летать, но она не могла оторвать ног от земли и даже сдвинуться с места. Когда она попыталась, движения оказались хаотичными, и Алана стала терять равновесие и падать.

И всё-таки что-то не дает отпустить… Нужна чья-то помощь.. еще чуть-чуть, ведь остаются силы… держать луч, чтобы он не гас… чтобы он был еще тоньше, еще легче. Невесомее, светлее и сильнее… Алана из будущего, приходи скорее, я жду тебя, я хочу почувствовать и принять всю твою боль! Я зову тебя, вернись ко мне! Давай объединим наши силы, ведь в одиночку ни ты ни я не справимся с этим нелегким грузом!

И вдруг прорвалась какая-то тонкая плёнка – грань между мирами пошатнулась и лопнула– и, ведомая единорогом, вторая Алана шагнула вперед, протягивая к ней руки. Так двое стали одним.

Путь снова вырисовался под ней. Но это уже была не дорога. Это была река. Ночная река, по которой плыли звезды. Алана стояла в этой реке по пояс. Единорог уносился по этой реке, как по дороге, едва касаясь воды поверхностью копыт и не оставляя на ней кругов. Алана стояла по пояс в реке. Этой рекой было время. Она стояла, повернувшись лицом к прошлому. И настоящее постепенно уплывало вниз по реке - имена, события, люди. Где-то между сердцем и солнечным сплетением был амулет. Он был очень горячим… Расплавленным золотом он горел внутри… Алана увидела, что он весь состоит из переплетенных нитей времен, событий, людей… памяти…и моментов, когда особенно сильно бились сердца, и слезы были готовы литься из глаз. Кусочек за кусочком, виток за витком Алана расплетала, и вспоминала.. Его лицо.. улыбка, губы, руки… его слова, обращенные к ней… ниточка расплеталась и пускалась вниз по реке… всё дальше и дальше. Алана провожала ее взглядом, пока та не исчезала из виду… Горы и камни. Льющаяся вода… Они вдвоем… Удивительные свет его глаз… ниточка расплетена..уже почти… и снова плывет по реке. Всё дальше, в прошлое. Алана почти не видела ничего – лицо застилали слезы. Каждый раз, когда она брала ниточку и начинала расплетать золотой магический узор, что-то сжималось внутри, не хотело отпускать, билось в ней, а потом уходило. Капля за каплей, узор за узором расплетались и уплывали вдаль по темным водам, а там, вдалеке, загорались звёздами. Так звезды появлялись на ночном небе. Они хранили удивительную память о мгновениях счастья. Танец, где он кружит ее, держа в сильных руках.. Какой сложный, хитроумный, красивый узор! Как тяжело уничтожать свое творение.. как тяжело забывать, не забывая, умирать, не умирая… и вот еще одна, яркая звезда загорелась на поверхности воды.. Алана отпустила все мысли, ожидания, слова и желания, свои и других людей… они тоже уплывали по реке сияющей сетью. Алана не знала, сколько времени она провела, распутывая и раскручивая эти нити. Внутри вместо амулета была зияющая рана, из которой струился черный поток… было очень больно. И последняя, внезапная боль, схватившая ее всю – на мгновение Алана не сообразила, где находится. Уже не было реки. Была пропасть, в которую ее затаскивали чьи-то руки. Они шли из-под земли, из самой глубины этой пропасти. Алана отчаянно цеплялась за край, а потом отпустила, покорившись им.

Тишина. Она умерла? Очень долго она не понимала, дышит или нет, живет или нет. На мгновение ее охватил ужас, что теперь она дух, бесплотное существо, которое не сможет обнять своих любимых, сказать им последнее «прости». Она не могла двинуться и шевельнуться. Было очень темно. Она долго лежала на дне этой пропасти. Она уже ничего не ждала. Открыв глаза, она увидела вверху две почти сомкнувшиеся скалы. Пропасть была очень глубока. Еще один вдох – и она окончательно отпустила всё. Даже свою жизнь. Даже возможность того, что ее сейчас спасут. Алана закрыла глаза.

И вдруг в проеме между двумя скалами засиял свет. Это было солнце. Один тонкий длинный луч коснулся Аланы и вошел внутрь… Медленно она начала подниматься в воздух на этом луче. Солнце было всё ближе и ближе… Алана уже поднялась над пропастью и летела в небо, становясь всё легче и легче. Всё еще болело сердце, но эта боль говорила об освобождении и исцелении. Постепенно Алана начала преображаться… нет, не в птицу… а в совсем непонятное неописуемое существо. Руки тянулись в бесконечность, чувствуя ветер и балансируя на нем. Всё ее тело преобразилось и стало иным. Алана чувствовала, что она была огнем, полностью огненной стихией, сама в себе сгорала, выбрасывая из сердца и рук столпы пламени.. Она была водой – огромными океанскими просторами и волнами, извивалась реками, падала на землю маленькими каплями дождя, каждая из которых заключала в себе всё мироздание. Она превращалась в землю, и из нее произрастали деревья и цветы. Она была горами и равнинами, она осыпалась лавинами, при этом не теряя осознания, воли и какого-то подобия тела. Она была воздухом, ветром, ее руки могли дотянуться до чего угодно, она летала и была легкой-легкой, танцевала и смеялась, кружилась вихрями, растворялась сама в себе, обнимая всю планету. Она была живой стихией и велась, танцуя под ее особые ритмы. Она была вечной изменяющейся природой, дикой и прекрасной, громом и молнией и солнечным светом… в ней кружились драконы и она сама хранила их, а они хранили ее.. Драконы были внутри нее и летали, то появляясь, то исчезая, так близко проносились их искрящиеся хвосты, похожие на кометы.. Алана кружилась между ними, не чувствуя земли и неба, она продолжала свой неистовый танец, свободная от всего, даже от самой жизни; каждое ее мгновение было экстазом, песней и танцем. Алана знала, что это – она настоящая. Она не человек, она – безымянная сила, которая движется и видоизменяется, и именно это изменение поддерживает жизнь. Бег единорога.. пляска звезд на ночном небосклоне.. движение солнца в облаках… это всё была она сама… небо несло ее на своих бережных ладонях. Она источала свет, погруженная в него. Она чувствовала, будто выныривает из светящегося океана и смотрит навстречу восходящему солнцу, разбросавшему по всей поверхности воды свои разноцветные лучи… надежду на жизнь.. веру в продолжение жизни.. саму жизнь.

Алана забыла, а теперь вспомнила, что это такое – быть живой, быть настоящей. Быть от всего свободной.

Теперь амулет вернулся к своему истоку. Амулета больше нет.. нет нигде. Ни у Андора, ни у Аланы. Его теперь вообще не существует, потому что никогда и не было. Страха не было, смерти не было, сомнения не было… мир просто пошел по другому пути. Алана вернулась к истоку, как будто была исправлена какая-то громадная ошибка…

Алана выбежала на улицу и упала в снег. Хотелось глотать этот воздух легкими… она не могла надышаться этим воздухом… этим небом. Вдруг из-за тучи вышло солнце.. такое яркое, такое живое… Алана уж и забыла, какой он, этот свет.. свет самой жизни. Алана плакала и смеялась, что-то безудержно рвалось из ее груди.. несколько резких выдохов – рыдания и смех.. радость и боль… она живая. Она настоящая.. Радостные, понимающие глаза Альзара. Кажется, он говорил что-то о весне и о каплях, падающих с крыш. В этих каплях отражалось солнце.

Прошло еще несколько дней. Алана помогала Альзару строить дом, делать его уютным и теплым. Совместным волшебством они сотворили светильник. Почти такой же, как тогда, только свет его объединял и радовал людей. Светильник не сковывал его, а хранил, будучи его вместилищем, оправой, опорой… Изящные формы извилистых ветвей сочетались с его основательной надежностью. Этот светильник был похож на дом. Дом, украшенный сказочными узорами. Алана так и назвала его – Дом Света.

В ту самую ночь, накануне, Алана вновь стала собой прежней и одновременно новой – той Аланой, которой она была в самом начале. Двое стали одним. А с Альзара за один миг слетела мутная пелена прошедших лет, он вновь расправил крылья, почувствовав себя по-настоящему счастливым.

Это было время, когда возвращались драконы. Это было время, когда природа вновь брала свое… Тогда, в душах людей возрождался свет. Они вспоминали себя и прощали других. И в каждом доме загорался маленький волшебный светильник, объединяющий сердца.

Наступило время, и дракон Андор вновь постучал в дом Аланы. В его глазах было небо.


Дата добавления: 2015-07-10; просмотров: 149 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ДВЕРЬ ДОМОЙ| Сахль ат-Тустари

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.028 сек.)