Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

11 страница. – Откровенно говоря, не понимаю, к чему вы это рассказываете

1 страница | 2 страница | 3 страница | 4 страница | 5 страница | 6 страница | 7 страница | 8 страница | 9 страница | 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

– Откровенно говоря, не понимаю, к чему вы это рассказываете, – озадаченно буркнул Березин.

– Может быть, это случайное совпадение, а может, и нет. Хотя случайных совпадений не бывает... В той игрушке очень много напоминает наш с вами проект. Прямо как в воду глядели.

С запозданием поняв, что генерал отнюдь не разделяет его энтузиазм, Ракитский несколько смешался.

– Так или. иначе, в этом что-то есть, – заявил он после неловкой паузы. – Мне надо будет хорошенько обдумать это на досуге. А что касается интервью Паттона, мы тоже это так не оставим. Уже принято решение организовать информационную контркампанию, идёт проработка деталей. По-моему, он крупно подставился: едва принял дела – и сразу занял капитулянтскую позицию. Делегаты арабских стран его теперь ни в грош не ставят, большинство африканцев тоже...

Ракитский пустился излагать расстановку сил в комиссии, генерал слушал его разглагольствования вполуха. Тоже мне, важное открытие сделал, срочно прискакал им поделиться. Игрушечная гадина, или киношная, или натуральная, какая разница. Глупо, что Ракитский оторвал его от дел из-за такого пустяка. Как будто ему делать нечего...

Выговорившись, дипломат распрощался.

Березин усмехнулся и покачал головой. Кто бы мог подумать, что лощёный, импозантный Ракитский увлекается кровавыми компьютерными играми. «The Alien Invasion», то бишь «Вторжение пришельцев». Компьютерная стрелялка стала реальностью, нарисованные монстры ожили, пошли в настоящую атаку. И льётся кровь, настоящая, отнюдь не виртуальная.

Бегло просматривая сводки, посвящённые текущим научным разработкам, генерал вдруг словно бы споткнулся глазами об один из абзацев. Медленно вчитался, потом открыл по гиперссылке подробные сведения, незамедлительно поступившие с сервера лаборатории Псковской базы.

На крупном корабле пришельцев, захваченном после нападения на Псковскую базу, обнаружился отсек с оборудованием неизвестного назначения. Один из медузняков, захваченный в плен, оказался медиком, по земным понятиям, нечто вроде фельдшера. Он попросил разрешения воспользоваться корабельной медицинской аппаратурой, чтобы отрастить заново свою конечность, оторванную взрывом гранаты. Таким образом удалось выяснить, что необычное, ранее не встречавшееся среди трофеев оборудование применяется при тяжёлых ранениях для регенерации тканей. В своём нынешнем виде аппаратура несовместима с организмом человека по некоторым гистологическим причинам. Однако её принципы работы выяснены, и даже получен аминокислотный раствор, который обеспечивает полную регенерацию травмированных органов человека. В ближайшее время планируется изготовление опытного образца, пригодного для лечения людей.

Березин дважды перечитал сводку. К горлу подкатил упругий комок. Свернув рабочие программы, он вышел из вирела, стащил с головы шлем. Ожесточённо потёр кулаком повлажневшие глаза. Набивая трубку, покосился на куцые обрубки бёдер, накрытые пледом.

Минувшей ночью ему снилось, что он гуляет по Москве на своих двоих. Неужто сон оказался вещим?

 

* * *

 

– Привет, Владлен, как жизнь молодая?

Щёголев вошёл в палату, взгромоздил на тумбочку полиэтиленовый пакет с фруктами.

– Здрасьте, дядя Серёжа, – мальчик пожал протянутую руку. – Зачем вы столько, мне их девать некуда. Вчерашние вон ещё остались, в холодильнике...

– Что ж ты, братец? Тебе надо есть, поправляться, силёнок набираться.

– А врачи говорят, я уже выздоровел, – Владлен сел на койке, обхватил колени руками, уткнул в них подбородок. – И теперь меня в интернат отправят. А я не хочу в интернат. Мне здесь нравится.

– Что поделаешь, братец, – Щёголев придвинул стул ближе к койке и уселся. – Мне вот здесь не нравится, а деваться некуда.

– Почему не нравится?

– По кочану. Просил о переводе в любой НИИ, не отпустили. Слишком ценный специалист. Ладно, нет худа без добра, зато к магистерскому диссеру материала накоплю...

Дверь приоткрылась, и в палату заглянула американка Хадсон.

– Здравствуй, Владлен!

– Тётя Эвелин, хэллоу! – восторженно крикнул мальчик.

– День добрый, – поздоровался и Щёголев.

Десантница смерила его холодным взглядом, ничего не ответила.

– Знаешь, Владлен, я сегодня попозже зайду, – сказала она. – Лады?

– Да заходите, не стесняйтесь. Вы с дядей Серёжей знакомы?

– Нет, – отрезала Эвелин и добавила по-английски почему-то: – Bye.

Дверь закрылась.

Выпендривается, подумал Щёголев. Задирает нос, героиня сучья с медалькой, всеобщая любимица. Плевать.

Кстати, норов у неё совершенно бешеный. Выбила Миллеру зуб, когда тот сострил насчёт командующего Березина. Парень просто пошутил, а она изо всей силы заехала ему в челюсть. Генерал же свою заступницу примерно наказал: взял да и разжаловал из ефрейторов в рядовые. Небось решил проявить принципиальность.

– Дядя Серёжа, а почему тёте Эвелин Ленин не нравится?

На стене в изголовье койки висел портрет Ленина, который Щёголев по просьбе мальчика выудил из Интернета и распечатал на цветном принтере.

– Трудно сказать, – Щёголев пожал плечами. – Американцы, как правило, коммунистов не любят. Соответственно, и Ленина тоже.

– Вот и нет, тёте Эвелин очень нравится генерал Березин, хотя он за сибирских коммунистов воевал. И даже портрет его при себе носит, она мне показывала. А про Ленина она сказала, что он людоед и лучше бы мне снять портрет со стены. Правда, когда я сказал, что меня мама с папой назвали в его честь, она стала извиняться. Я попросил объяснить, за что она Ленина так не любит. А она сказала, давай сменим тему. Разве он действительно такой плохой?

Щёголев поскрёб в затылке.

– Ну, знаешь ли, братец, историю люди оценивают по-разному. Для одних Ленин великий человек, для других кровавый деспот. Революция штука такая, неоднозначная. Что десятки миллионов людей тогда погибли, это факт. Гражданская война да ещё потом разруха. Но так вот сплеча рубить, как твоя тётя Эвелин, по-моему, не совсем справедливо.

Оба собеседника задумались. Щёголеву вдруг вспомнилась одна француженка, с которой он в золотое студенческое время пытался завести интрижку. Звали её Жаклин, она стажировалась в МГУ, писала диссертацию по творчеству Достоевского.

Как-то раз, когда речь зашла о величайшем из французских императоров, милая Жаклин моментально посуровела.

– По-моему, Наполеон – очень большой козёл, – безапелляционно заявила она с очаровательным галльским акцентом, и Щёголев едва не задохнулся от хохота.

– Почему вам смешно? Я что-то неправильно сказала? – озабоченно допытывалась француженка.

Щёголев не мог выдавить ни слова, он пытался сдержать смех, но тут вдруг вообразил императора в треуголке, нахлобученной на козлиные рога...

– Но я вовсе не шучу, – настаивала Жаклин. – Ведь он действительно козёл. Из-за него погибла хренова туча французов...

В конце концов Щёголев объяснил, что дело не в её мнении, а в стилистике современного русского жаргона, применённого к венценосной особе.

А ведь права была очаровашка Жаклин, тысячу раз права, подумалось ему. Все эти бессмертные герои, основоположники, отцы отечества – попросту козлы. Кровавые массовые убийцы. Если маньяк убьёт человека, он попадёт в дурдом. А если маньяк убьёт миллион человек, он попадает в историю...

– Дядя Серёжа, а у вас бластер есть? – спросил вдруг Владлен.

– Мне выдали недавно вместо бластера лазерный пистолет. Новейшая модель.

– Он у вас при себе?

– Всегда.

– Покажите, а?

– Смотри, не жалко.

Откинув полу лабораторного халата, Щёголев вытащил пистолет из подплечной кобуры, ухарским ковбойским движением подкинул на ладони.

– Ух ты... – прошептал мальчик, пожирая оружие глазами.

Большим пальцем Щёголев сдвинул предохранитель, включился режим прицеливания. На стене затлела рубиновая крапинка.

– Вот, целишься по точке, – стал объяснять он. – Луч наводки совсем слабенький, безопасный. Когда нажимаешь на спуск, идёт подкачка мощности и выстрел боевым лучом. Вот здесь переключатель на три позиции: стрельба одиночными, короткими сериями, непрерывная. Одиночный выстрел пробивает пластину стали толщиной в сантиметр. Непрерывный импульс гораздо слабее, но режет практически всё, дело только во времени.

– Дядя Серёжа, можно мне его подержать?

– Вообще-то не полагается. Это не игрушка.

– Дядя Серёжа, ну, пожалуйста... – канючил мальчик, не сводя глаз с пистолета.

Поколебавшись, Щёголев выщелкнул из рукояти генератор.

– Ладно, держи.

Мальчик зачарованно взвесил на ладони пистолет, заглянул в стеклянистое толстое дуло, прицелился в окно.

Ксенолог вертел в руках прохладный, увесистый брусок флуктуационного генератора. Вот один из данайских даров, которые принесли на Землю инопланетяне. Вечный источник даровой энергии, перевернувший экономику планеты с ног на голову, разоривший подчистую экспортёров нефти. А что на очереди? Наверняка пси-генератор какой-нибудь, вроде того, который потрошит в своей лаборатории аппетитная персияночка. Абсолютный контроль над чужими мозгами, заветная мечта больших кровавых козлов...

– Руки вверх! – заорал вдруг Владлен, в упор наставив на Щёголева пистолет. – Я генерал Березин!

Щёголев отшатнулся, едва не упав со стула. Генератор грохнулся на пол с тупым стуком.

– Сдурел?! – зло рявкнул он и с маху вырвал оружие из рук мальчишки.

– Дядя Серёжа, извините, я просто пошутил... Я не хотел вас напугать, извините...

Дрожащими руками Щёголев подобрал генератор, вставил в рукоять, засунул пистолет в подплечную кобуру.

– Я же не думал, что вы такой... – мальчик осёкся, проглатывая едва не вырвавшееся оскорбительное слово. –...Что вы так испугаетесь.

– Ладно, пошутили, и будя, – пробормотал Щёголев. – Мне пора. Будь здоров.

– Вы обиделись?

– Нет, всё нормально. Засиделся тут у тебя, заболтался, а дела не ждут...

Размашистым широким шагом он вышел из лазарета, руки в карманах, грудь колесом. Зашагал по коридорам базы, глядя поверх голов, даже не пытаясь ни с кем поздороваться. Человек-невидимка из касты неприкасаемых. Плевать.

Навстречу попался сержант Чукарин. Тупая румяная ряшка, на камуфляжном комбинезоне орденская плашка. Отвёл глаза, прошагал мимо, ни привета, ни ответа. Как халявный спирт под огурчики трескать, у него губа винтом, конечно. А потом можно и не замечать человека, геройский гонор выказывать. Не больно-то и надо, чтобы всякие одноклеточные здоровались. Наплевать.

Щёголев пришёл к себе в комнату, достал из шкафчика фляжку с водкой, хватанул глоток, занюхал рукавом. Мокрый ожог прополз по пищеводу, свернулся угольком в пустом желудке. Рухнул на койку ничком.

В который раз вспомнил, как сдавал отчёт о последнем допросе декапода завлабу Михайлову. Тот просмотрел файл, сухо кивнул, никаких объяснений не потребовал. Как будто он не читал стенограмму, не просматривал видеозаписи, не знает, что Щёголев пытал подопытного. Победителей не судят, что ли?

Нет, в бесстрастном взгляде Михайлова мерещилось другое: ты, Щёголев, законченный подонок. Читать тебе нотации бесполезно, принимать меры противно.

Больше в кабинет завлаба он не заходил, и тот не вызывал.

После атаки пришельцев на базу Владлен остался единственным, кто продолжал со Щёголевым здороваться и пожимать протянутую им руку.

В первый раз он наведался к парнишке с чисто служебной целью: расспросить его как очевидца, узнать подробности нападения инопланетян, уточнить кое-какие детали. Однако завести разговор на нужную тему не смог. Просто язык не повернулся. Есть вещи, о которых лучше не спрашивать, не вспоминать.

Кажется, мальчуган это понял и оценил. Смекалистый вьюнош. И тактичный, ведь ясно же, что бабы ему рассказали и о Галахер, и о бойкоте. Знал, но не подавал виду, щадил его, Щёголева. Долг платежом красен.

«Я же не думал, что вы такой трус», – хотел сказать Владлен, но вовремя спохватился.

Да, мальчишка давно знает обо всём, знает и втайне презирает его, Щёголева. И поделом.

Свою неуклюжую дурацкую шутку он сыграл потому, что считает Щёголева трусом. Паршивым трусом, который боится даже разряженного лазерника в руках мальчишки.

Щёголев вынул из кобуры пистолет, переключил его на стрельбу очередью. Не спеша поднял руку, холодное дуло коснулось виска.

Это тоже трусость или нет? Плевать.

Вообразил свою черепную коробку, искромсанную и обугленную серией импульсов. Некрасиво как-то, неаккуратно, Щёголев приложил дуло к груди. Сердце колотилось часто и глухо. Значит, всё-таки боязно.

Больших и кровожадных козлов ненавидят, но помнят. Маленьких трусливых козлов презирают и забывают. Плевать.

Он криво усмехнулся и надавил гашетку.

 

Глава 15

 

Купчина Ильин виновато хлопал куцыми рыжими ресницами.

– Да как же я мог знать, ваше превосходительство... – елейным голосом оправдывался коммерсант. – У этого Эссера солидная фирма, все лицензии в полном ажуре. Кому он дальше винтовочки продаст, уже не наше дело. Мы продавцы, а он перекупщик.

Хотя первоначальная вспышка гнева улеглась, Березин всё равно кипятился.

– Так ведь не картошкой же торгуем! Из-за того, что ваш бельгиец сбагрил винтовки Пакистану, возникли международные осложнения!

– Ну, промашечка вышла, – сокрушённо поник головой Илларион Петрович. – Что поделаешь, бывает. И на старуху бывает проруха, Андрей Николаевич...

Как ни крути, а в оправданиях торгаша были свои резоны. Генерал скрипнул зубами, глотнул чаю, переводя дух.

– Зато нам нынче крупный профит сам в руки идёт, – проронил Ильин, раскусил сушку и запил чаем.

Первоначально Березин собирался потребовать у коммерсанта детальный отчёт о его торговых махинациях, подбить итоги, а потом выгнать прохвоста взашей и больше не лезть ни в какие сомнительные сделки. Однако в следующем полугодии урезанную на двадцать процентов смету проекта предстояло латать: либо найти дополнительный доход, либо по одёжке протягивать ножки.

– Предупреждаю сразу: никакой торговли оружием через частных лиц больше не будет.

– Правильно, ваше превосходительство, – с готовностью поддакнул Ильин. Прибыль от винтовок хорошая, да уж больно много всяких камешков подводных. У меня совсем другое на примете.

– Что ж, выкладывайте, – пробурчал генерал.

– Я вам давеча говорил, что, ежели у вас какие новинки появятся да кабы знать подноготную наперёд, можно с большой выгодой на бирже сыграть.

– Помню, говорили. Ну, и?..

– Теперь вот по моим словам и вышло, знатная оказия подвернулась.

Ильин огладил длинную бороду, взгромоздил на колени пузатый кожаный портфель, извлёк из него папку, а оттуда газетную вырезку и протянул её генералу.

– Вот о чём я хочу с вами потолковать, ваше превосходительство.

В глаза Березину бросился жирный заголовок: «Сенсационная разработка псковских учёных».

Он прочёл помеченные маркером абзацы.

«По своей эффективности, простоте и доступности регенерация не идёт ни в какое сравнение с методикой клонирования органов, – говорит биофизик Фатима Саидова. – Если раньше пересадку клонированных органов могли себе позволить лишь миллионеры, то в ближайшей перспективе любой больничный стационар сможет исцелять пациентов путём регенерации».

«В ближайшие дни пройдут испытания промышленного образца регенерационной камеры».

«Один из крупнейших российских производителей медицинского оборудования, «Урал-орто», заявил о том, что намерен приобрести патент на производство регенерационных камер».

– Да, я в курсе, – кивнул Березин. – Испытания пройдут через неделю, потом будет объявлен конкурс на приобретение патента. Что вы можете предложить?

– Это же столько увечных исцелится... Дело-то богоугодное, ваше превосходительство, – закатив глаза, Ильин прицокнул языком.

– Давайте-ка без лирики, Илларион Петрович. Ближе к делу, будьте так добры.

Коммерсант подался вперёд всем корпусом и хитро прищурился.

– В газетах пишут про «Урал-орто». А надо, чтобы конкурс выиграл концерн «Росмед».

– До сих пор мы сотрудничали с «Урал-орто», – возразил Березин. – Они давно для нас делают кибер-аптечки, по нашей же разработке.

– В том-то и соль, ваше превосходительство, в том-то и соль! Все считают, что патент получит «Урал-орто». Биржу залихорадило, акции «Росмеда» нынче подешевели, а «Урал-орто» на повышение идёт, как на дрожжах. Я вот что предлагаю, ваше превосходительство. Прибыль от винтовок вложить в «Росмед». Туда же передать патент, вот вам и барыш!

– Если называть вещи своими именами, это биржевая афёра, – насупившись, отчеканил генерал.

– Да какая ж тут афёра, ваше превосходительство? – всплеснул руками Ильин. – Мы разве обманываем кого?

– Обмана нет, это верно...

– А потом, не извольте беспокоиться, всё будет шито-крыто. Я открыл специально офшорчик, чтобы заработанными для проекта деньгами ворочать. И по бумагам выходит, что ваше дело – сторона. А что касаемо патента, тут хозяин барин, кому захотите, тому и отдадите. По всем статьям «Росмед» и «Урал-орто» примерно одинаковы, куда ни кинь.

В горле у Березина пересохло, он допил остывший чай, помедлил и спросил:

– Вы можете подготовить финансовую раскладку? Сколько мы вложим в «Росмед», какая прибыль ожидается, ну, и тому подобное?

– Да у меня всё уже готово, – разулыбался Илларион Петрович, вытягивая из портфеля засаленный листочек, убористо исписанный от руки.

– Оставьте, я посмотрю. Надо взвесить, стоит ли овчинка выделки.

– Стоит, ваше превосходительство, ещё как стоит! Только тянуть негоже, сейчас на бирже самый тот момент...

– Позвоните завтра, я дам ответ.

– Спасибо за чаёк, ваше превосходительство, – умильно молвил Ильин, поднимаясь с кресла. – Не смею более докучать. Во сколько позвонить прикажете?

– Около полудня.

– Желаю здравствовать, ваше превосходительство...

Коммерсант откланялся, и Василий проводил его до дверей.

Задумчиво попыхивая трубкой, Березин изучал оставленную Ильиным смету. Цифры выглядели заманчиво.

В конце концов, не себе же в карман я эту прибыль огребаю, подумал он и вспомнил слова Ракитского насчёт жены Цезаря. Со стороны советовать легко. А вот интересно, если бы Цезарь сократил своей жене денежное довольствие, смогла бы она остаться выше подозрений? Или ей пришлось бы позаботиться о самоокупаемости?

В кабинет вошёл Василий с перьевой метёлочкой в руках.

– Разрешите, я пыль смахну, товарищ генерал?

– Давай-давай, – кивнул Березин.

Денщик двинулся в обход кабинета, обрабатывая метёлочкой книжные полки.

– Не нравится мне этот ваш старовер, – вдруг промолвил он.

– Чем же он тебе не по нраву? – спросил генерал, убирая листок в ящик стола.

– Да так, нутром чую. Скользкий он человечишко. Крепко себе на уме.

Мысленно Березин отдал должное проницательности Василия, однако заметил:

– Профессиональное качество, братец. У них в коммерции без этого как без рук.

– Вот-вот, – хмуро согласился Василий. – Ему бы на рынке давлеными щеглами торговать.

– Как это – давлеными?

– Было такое дело в старину. Когда покупателю пташку отдавали, незаметно эдак ей башку сжимали двумя пальцами. Хрусть! Через денёк-другой щегол от этого околеет, а человек придёт другого покупать, – сумрачно пояснил денщик. – Вы уж извините, товарищ генерал, что я не в своё дело лезу. Но кажется мне, что этот ваш купец как раз из таковских.

Отложив выкуренную трубку, Березин полез в стол, достал смету и снова внимательно проверил расчёты Ильина, как будто после слов Василия там мог обнаружиться подвох. Проценты-дивиденды, вилка биржевого индекса, вероятный доход по минимуму и он же по максимуму... Надо же, в какие дебри приходится влезать. Хотя овчинка стоит выделки. Опять же, в Андах стоит старый локатор, на эти деньги можно там установить новый, с хорошей эвристической начинкой.

– Прикажете обед подавать? – спросил денщик.

– Попозже, братец. Через полчасика.

Василий окончил приборку и вышел.

Тренькнул компьютерный таймер, напоминая о том, что через десять минут в виреле предстоит встреча с полковником Лихачёвым. Генерал выколотил трубку, тщательно протёр её ёршиком и положил рядом с компьютерной клавиатурой. Затем нахлобучил шлем и вошёл в вирел.

До визита контрразведчика оставалось несколько минут. Березин потратил их, листая обширный каталог заоконных пейзажей, транслируемых в реальном времени. Виды модных северных курортов успели ему изрядно надоесть, Москву с высоты птичьего полёта он мог разглядывать и из окна своей квартиры, всякие экзотические кущи напоминали об атолле Ракитского, вызывая тихую дрожь. Немного поразмыслив, генерал сделал выбор, и теперь из кабинета открывалась панорама цветущего яблоневого сада на Таймыре.

– Разрешите войти, товарищ генерал?

– Да, товарищ полковник.

Вошедший с неизменной папкой под мышкой Лихачёв выглядел, как обычно, свежо и бодро, но Березин чутьём уловил его затаённую озабоченность.

– Здравия желаю. Вот еженедельная сводка, – контрразведчик извлёк из папки объёмистый файл.

– Благодарю, – Березин отправил сводку в свой бювар. – Какие новости насчёт Антарктиды?

– Американцы прислали ответ на наш запрос. Дескать, крайне сожалеют, но архивные материалы об экспедиции Бэрда утрачены во время Второй Гражданской войны.

– Это действительно так?

– Полной уверенности пока нет, стараемся выяснить. Но это потребует времени.

Нахмурившись, Березин побарабанил пальцами по краешку стола. Время уходит, безвозвратное драгоценное время... Эскадра Тихоокеанского флота уже взяла курс к берегам Антарктиды, три орбитальных спутника перенацелены на круглосуточное слежение в районе Земли Королевы Мод. Нет сомнений, что база инопланетян будет обнаружена, это в конечном счёте лишь вопрос времени. Такого тягучего, такого быстролётного времени...

– Как психологическая обстановка на Псковской базе? – хмуро спросил он.

– В пределах нормы, товарищ генерал. Конечно, случай со Щёголевым никому радости не доставил. Но его обходят молчанием.

– Понятно. Какие-нибудь существенные новости есть?

– Так точно. Имеется один настораживающий факт. Начиная со вторника пришельцы перестали общаться в эфире открытым текстом, они перешли на кодовый язык. Это произошло после заседания комиссии ООН, где вы упоминали о гиперволновом декодере. Вряд ли это случайное совпадение.

– То есть, произошла утечка информации, – сказал Березин.

– Да. Предположительно утечка на уровне ООН. Поскольку в опубликованной части вашего отчёта нет ни слова о декодере.

– Весёленькое дело. Какие будут соображения?

– У нас имеется версия, которая сначала казалась сумасшедшей, – немного поколебавшись, проговорил Лихачёв. – Но в неё теперь ложатся новые звенья. Разрешите доложить?

– Давайте-ка без обиняков. Говорите как есть.

– Как только Стивена Паттона назначили председателем комиссии, мы взяли его в детальное изучение. Наши аналитики обратили внимание на то, что вокруг него происходит нечто странное. А именно, сначала гибнет Макмиллан в автомобильной аварии, потом вся семья Паттона погибает в авиакатастрофе, жена и двое детей. Оба раза произошла хакерская атака через компьютерную сеть. Характерный почерк нападавшего хакера один и тот же. Впрочем, насколько нам известно, Паттон вовсе не хакер. У него квалификация заурядного пользователя.

Лихачёв сделал небольшую паузу.

– Не стыкуется что-то, – промолвил Березин. – Предположим, Паттон нанял хакера, чтобы тот прикончил Макмиллана. Тут ясно просматривается мотив: карьерный рост. Но взять да угробить собственную семью... С какой стати? Это ни в какие ворота не лезет.

– Да, действительно, – спокойно поддакнул контрразведчик. – Это из разряда совершенно нечеловеческих вещей.

– Погодите-погодите... Вы считаете, что тут замешаны инопланетяне?

– Мы не можем исключить такую возможность. Более того, вывод напрашивается.

Откинувшись на спинку кресла, генерал испытующе взглянул в лицо Лихачёва, как всегда, непроницаемое, невозмутимое. И всё-таки что-то странное брезжило сквозь профессиональную выучку. Беспокойство. Да, подспудное беспокойство. Поверят ему или не поверят?

– Так, значит, сумасшедшая версия, говорите? – хмыкнул Березин и щегольнул цитатой из Нильса Бора. – Давайте разберёмся, насколько она сумасшедшая, чтобы быть верной. Как я понимаю, Паттон у вас под наблюдением?

– Конечно, – кивнул Лихачёв. – У наших коллег в Миннесоте есть один источник, близко знакомый с Паттоном, он приторговывает важной информацией. Попробуем прощупать через него. Кроме того, мы уже задействовали ресурсы ФАПСИ. Электронные контакты Паттона теперь под круглосуточным контролем. А на днях удалось перехватить кое-что жареное. Ознакомьтесь, пожалуйста.

Полковник раскрыл свою папку, и два файла из неё перепорхнули на компьютер Березина.

– Вот, в прошлую пятницу со счёта Паттона уплачено чип-картой полторы тысячи фирме «Миннесота паркингз», Лтд. Перевод сделан в двадцать один четырнадцать по местному времени. А вот по состоянию счёта на субботу эта проводка отсутствует. Некто ухитрился её стереть.

– Странная махинация, – покачал головой генерал. – Сумма уж больно мизерная.

– Как угодно, только это уже само по себе криминал, и независимо от суммы, – возразил Лихачёв. – Однако дело тут гораздо серьёзнее. Хакер допустил крупную ошибку. Он уничтожил сведения о переводе, однако не восстановил прежнюю сумму. Получается, полторы тысячи испарились неведомо куда. Наши люди проникли в базу данных «Миннесота паркингз», там также обнаружилась подчистка, и весьма грубая. Будто бы за парковку на Мэйфлауэр-стрит в ту пятницу заплатил чикагский полицейский сержант Спенсер Брэдли. Эта фамилия уже зафиксирована в материалах разработки: убийца Макмиллана проник в навигационную сеть, воспользовавшись служебным паролем сержанта Брэдли...

Контрразведчик сделал многозначительную паузу.

– Погодите-ка, я уже запутался в этих частностях. Хватит ребусов, давайте ваши выводы, – потребовал Березин.

– С вашего позволения, теперь последний штрих, товарищ генерал, – сказал Лихачёв. – Вот файл криминальной полосы в номере «Миннесота пост» за минувший понедельник, заметка о зверском убийстве проститутки на Мэйфлауэр-стрит. По заключению эксперта, оно произошло в пятницу, в интервале от восьми до одиннадцати часов пополудни. То есть, как раз в то время, когда Паттон припарковал машину на этой улице.

Генерал прочитал короткую заметку с кричащим заголовком, пристально вгляделся в фотографию: окровавленная постель, труп голой женщины с разодранным горлом.

– Загрызена... – пробормотал он. – Не задушена, не зарезана, а именно загрызена. Бред какой-то.

– Тем не менее это факт.

– Вы считаете, Паттон совершил это и замёл следы?

– Опять-таки вывод напрашивается, товарищ генерал. С вашего позволения, просуммирую. Произошло три убийства, в каждом из них замешаны некий хакер и Паттон. Я попробовал сложить эту головоломку, исходя из одного-единственного фантастического допущения. Что Паттон уже не человек. И тогда всё сходится.

– То есть, он находится под контролем пришельцев?

– Да. Причём не сотрудничает с пришельцами, а находится под их полным контролем. Они располагают эффективной аппаратурой для зомбирования, вспомните случай с сержаном Леконтом в Эфиопии.

– Насколько я помню, на заседании комиссии ООН не было декапода с психотронной установкой, – покачал головой Березин.

– Однако нам неизвестны возможности пришельцев по части пси-контроля, – возразил полковник. – Они могут быть гораздо шире, чем предполагалось.

Генерал продолжал играть роль «адвоката дьявола», подыскивая возражения против версии Лихачёва.

– И опять не сходятся концы с концами, – после короткого раздумья заявил он. – Если им управляют чужаки, зачем было проститутку убивать? Да ещё таким зверским манером?

– Предположим, в процессе контроля произошёл сбой, и у Паттона поехала крыша... – Немного помявшись, Лихачёв проронил: – Откровенно говоря, в нашем ведомстве накоплен известный опыт в области психотронного оружия.

– Догадываюсь.

– Так вот, зомбирование нередко приводит к сильным аффектам. Иногда реакция психики бывает совершенно непредсказуемой.

– Ладно, допустим, вы меня убедили, – Березин энергично припечатал ладонью подлокотник. – Что дальше? Банковские файлы получены вами без юридической санкции. А в Северных Штатах суд не примет в качестве доказательства результаты незаконной слежки.

– Это и не потребуется, товарищ генерал. Мы планируем связаться с их Бюро защиты Конституции и на условиях анонимности скачать им все файлы, касающиеся Паттона. Пусть разбираются. К тому же есть одна улика, которую хакер уничтожить не в состоянии. Зубной прикус так же индивидуален, как отпечатки пальцев. Я уверен, мы выведем его на чистую воду. – Контрразведчик хищно прищурился.

– Ну, что ж, – произнёс генерал. – В добрый час.

Попрощавшись с Лихачёвым, он развернул оставленный контрразведчиком файл сводки, рассеянно пролистал и отправил обратно в бювар.


Дата добавления: 2015-10-24; просмотров: 46 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
10 страница| 12 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.033 сек.)