Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Духовная жизнь Америки 7 страница

Духовная жизнь Америки 1 страница | Духовная жизнь Америки 2 страница | Духовная жизнь Америки 3 страница | Духовная жизнь Америки 4 страница | Духовная жизнь Америки 5 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Насколько мало и ничтожно выражение вежливости в Америке на улицах, настолько же сух и несимпатичен установленный этикет у них дома.

 

Заключение

 

Чёрное небо

 

Нация с патриотизмом и ненавистью к иностранцам, народ без национальной литературы и искусства, развращённое общество, жизнь плоско-материалистическая, полнейшее отсутствие духовного! Роберт Бьюкенен и Герберт Спенсер[53] решились в самой Америке высказать эти для самой жизни опасные отзывы об Америке и американцах.

Когда наши писатели описывают героя, к которому они относятся благосклонно, но которому туго приходится на родине по случаю его свободомыслия и левых убеждений, то в заключительной главе своего романа они отсылают его в Америку. Там-де ему простор! Когда наши свободомыслящие публицисты хотят выяснить своим подписчикам, какова должна быть свобода, то они указывают на Америку и говорят: вот это свобода! Когда наши наиболее передовые женщины хотят доказать, как плачевно мало удаётся им приложить своих жизненных сил к политике и как далеко отстали они в этом отношении от «людей» иных стран, то они прежде всего указывают на Америку, где женщины делаются даже бургомистрами в некоторых прериях. Вот это женщины!

Громкий шум, поднятый вокруг самого слова «Америка», слишком быстро и легко убеждает нас в этом развитии, которого она будто бы достигла. Слышишь крики избирательной кампании и воодушевляешься, прислушиваешься к оглушительному рёву из цирка Барнума и дрожишь, читаешь сообщения о свиных бойнях в Чикаго и ликуешь, читаешь всевозможные газетные выдумки и веришь. Оглушённый грохотом паровых молотов, чуть не задыхаясь от смрада машин, начинаешь думать своими подавленными мозгами: Америка — великая страна! Это только величина вещей так убедительно действуют на нас. Американский дух, действительно, мало-помалу проникает в сознание каждого; он передаётся через письма, газеты и рассказы путешественников. Сами янки вполне удовлетворяются вещами, будь они только велики; если они и не велики, то, по крайней мере, они должны тогда стоить много денег. Размеры и наличная стоимость — вот что составляет внутреннее содержание вещей. В роскошнейших дворцах Мичиганского авеню не больше стиля, чем в голове негра, в них нет никакой архитектуры. Но в них миллион долларов наличной стоимости, а это действует чрезвычайно убедительно на каждого. В памятнике Вашингтону нет ни тени никакого интереса, кроме его высоты. Он возвышается на 555 футов над землей; на верхушке, говорят, стоит Вашингтон; очень может быть, что он и действительно стоит там, его не видно; подобные произведения искусства делаются не для того, чтобы разглядывать их снизу, с земли. Верхнее озеро и городской парк в Филадельфии в американских альманахах всегда называются двумя из одиннадцати чудес Америки. Почему? Потому что Верхнее озеро самое большое озеро, а Филадельфийский парк — самый большой парк в мире.

В Соединённых Штатах пустые прерии занимают громадные пространства; что стоит занять несколько сот миль земли больше или меньше, раз вопрос идёт о том, чтобы сделать чудо из парка! «Метрополитен-опера»[54] тоже иллюстрирует пристрастие американцев к крупным предметам. Разумеется, это «самый большой театр в мире». Архитектор, строивший его, нарочно ради него ездил в Европу; он жил несколько недель в Париже, Вене и Москве, потом вернулся обратно и воздвиг чудовищное здание для оперы, где слушаешь и смотришь на представления, хуже которых нет ни в одной стране, Тем не менее, это — «величайший театр в мире», — а это убедительно действует на каждого. Иностранец стремится посетить его, ему хочется насладиться великим сценическим искусством, которое он и рассчитывает найти здесь. Он обманут в своих ожиданиях, он видит одно фиглярство; он туда больше не ходит. Затем он уезжает в Чикаго. Тут его тотчас же оповещают, что в театре «Madison square» «самый дорогой занавес в мире»: так написано на афишах. «Нет, нет! — говорит иностранец и решительно трясёт головой. — Мне бы хотелось видеть искусство!» — говорит он. И он твёрдо держится этого. Проходит некоторое время; мало-помалу американский дух проникает в него; он читает афиши, представляет себе дорогой занавес, слышит бой электрического барабана, раздающийся каждый вечер от 6—7 часов в «Madison square»: реклама действует. В конце концов, он отправляется в театр — чтобы увидеть занавес! Наличная стоимость искусства заменила его внутреннее содержание.

Таким же образом здесь, дома, нас очень легко убедить в том, что Америка велика. Шум, доносящийся оттуда, исступленный, однотонный шум рекламы, рано или поздно покоряет нас. Когда из года в год только и слышишь об этой стране, о гигантских предметах, находящихся в ней, о громадных пустых пространствах в ней и величайших денежных ценностях, то, в конце концов, впадаешь в какое-то оцепенение перед могуществом, создавшим всё это. Мы уже не спрашиваем о небольшом — о внутренней вещи; колосс — самая популярная реклама на земле. Одной басней об американских колоссах больше, одной меньше, — не всё ли равно, раз понятия наши так расширились, что пустое пространство земли составляет для нас парк, а занавес — сценическое искусство. Америка — великая страна!

«По своей политике, литературе, культуре и искусству, и своим городам и народу, Америка — страна разочарований и потери всяких иллюзий. Познакомившись хоть отчасти с каждой страной, я не могу себе представить ни одного места в цивилизованном мире, за исключением России, где я меньше желал бы жить, чем в Америке; я не могу представить себе страны, где жизнь могла бы быть хуже, грязнее, бессодержательнее и грубее».

«Америка — апофеоз филистерства[55], предмет смущения и отчаяния людей государственных; Мекка, куда стремится каждый религиозный и социальный шарлатан; где единственным богом, которому действительно молятся, является Мамона[56], а единственным достижимым просвещением — вычисление выгод; где нация, чтобы доставить богатство своим поставщикам, подрядчикам и монополистам, — освободила своих рабов и сделала своих свободных рабами; где народ переполнен и насквозь пропитан материализмом».

«Америка кичится своим равенством и свободой и не видит, что нет страны на свете, где права личности и интересы общественные нарушались бы более систематически, нежели в Америке».

Горячее слово, опасное слово, характеризующее человека! Лепель Гриффин, пожалуй, никогда уже не поедет в Америку под своим настоящим именем...

Но неужели не найдётся в Америке ни одного избранника? Неужели нет в ней кружка людей духа, дворца утончённости, салона, класса, клики личностей изящных, благородных душ?

Америке всего двести лет. В первом из этих столетий она была ещё совсем неорганизованна; в следующем столетии начал туда стекаться кой-какой народ, — славные ребята, усердные волы, мускульные животные, плотские существа, чьи кулаки могли рыть землю и чьи мозги не умели думать. Прошёл человеческий век; кой-какой народ всё чаще и чаще приплывал в Квебек на прямых парусах; среди них попадался какой-нибудь пиетистический пастор[57]. Время шло; к Балтимору причаливала шхуна с тридцатью тремя усердными волами, банкротами и одним убийцей. К Портсмутской гавани приставала барка, в которой помещалось полсотни усердных волов, тысяча фунтов пасторов, полдюжины убийц, четырнадцать мошенников и пять воров. Затем однажды тёмной ночью прибыл в Новый Орлеан торговый крейсер; ночь эта была так темна, а крейсер был так полон товара; он прибыл с берегов верхнего Нила и вмещал семьдесят чернокожих. Они высадились на берег; это были мускульные животные, негры из Ниам-Ниама[58], чьи руки никогда не обрабатывали землю и чьи мозги никогда не думали. А время шло; народ стекался в страну большими-большими потоками; изобретён был пар, чтобы привозить его туда из-за моря; переполнился Бостон, стал наполняться и Нью-Йорк. День за день, день за день человеческие толпы со всего света текли по царству прерий, народ всех рас и всех наречий, всякий сброд без числа, банкроты и преступники, авантюристы и безумцы, пасторы и негры — все члены великой армии париев со всей земли.

И ни единой благородной души.

Из этого-то народонаселения, из этих индивидуумов должна была Америка породить в будущем избранника духа...

Стране посчастливилось. В Неваде и Калифорнии нашлось золото, в Пенсильвании — серебро и масло, в Монтане — железо, медь, ртуть и олово, в Аллеганах, Огайо, Кентукки и Виргинии — каменный уголь; принялись за земледелие и скотоводство, за лесопромышленность и возделывание плантаций, за рыболовство и охоту; солнце было жаркое и земля плодородная; самые маленькие деревца приносили плоды, большие дороги зарастали травой. Сброд со всего мира чувствовал себя превосходно в этом новом царстве; он стал плодиться и множиться, наслаждался жизнью, по колено ушёл в пищу, ел в три или четыре раза больше, чем в старом отечестве. И рабы из усердных волов стали патриотами.

Из этих-то патриотов, в этом сброде должна была Америка породить избранника...

Каким образом могло это быть? Ведь в стране не было никого из людей духа; сброд не порождает ничего благородного, а когда сброд, наконец, превратится в патриотов, то представители его становятся людьми весьма самодовольными. Лучшие представители Америки, высшие из всех, передовые люди, которые могли бы положить собой начало к созиданию дворца утончённости, в самодовольстве сердца своего, наложили 35 процентов пошлины на ввоз произведений духа — чтобы создать в стране избранника. 1 января 1863 года они сделали негров господами над южными землевладельцами, приняли в семьи свои мускульных животных из Ниам-Ниама, отдали им в мужья и жёны своих сыновей и дочерей — чтобы породить отбор людей духа.

Нечего и ожидать появления избранника в Америке, — более чем несообразно требовать избранника от страны, в которой нация, как таковая, является чистейшим экспериментом, и чей народ, происходя от посредственностей, воспитан в патриотической ненависти ко всему ненациональному. Если кто не родится с благородной душой, то облагородить его может только постороннее влияние, или же никогда не быть ему благородным. Среди американцев нет никакого стремления к сверхвысокому; самое заветное, чего они хотят достигнуть, это быть высокородным янки, цель которого — общий уровень: политическая демократия. У него нет изысканного требования умственного изящества, духовного господства. Если есть дворец духа в Америке, почему же молчат американцы во всех областях духовной жизни? Где этот класс, кружок, салон?

Но ведь есть же люди мысли в Америке? Может быть, я прошёл мимо и забыл о двадцати одном поэте, о которых упоминается в энциклопедическом словаре издательского бюро, о семи историках, одиннадцати художниках, двух историках литературы, двух теологах, одном генерале Гранте и одном Генри Джордже[59]? Я не прошёл мимо и не забыл об этих умах. Я не забыл о них ни в одном пункте своей книги...

В пятидесятых годах обозначилось как будто появление избранника в двух старейших из южных штатов, но пронеслась война и стёрла это прежде, чем оно успело обосноваться. Впоследствии это уже не повторялось. Кровь народа с тех пор демократически мешалась с негритянской, и интеллект стал понижаться, а не повышаться. К этой совместной жизни принуждали. Безчеловечность оторвала негров от Африки, где они были дома, а демократия сделала их цивилизованными гражданами вопреки всем законам природы. Они сразу перескочили все промежуточные ступени развития от крысоловки[60] до янки. Теперь из них делают пасторов, цирюльников, воспитателей и зятьёв. У них все права белых, и все они пользуются истинной свободой чернокожего негра. Негр как был, так и останется негром. Если он кого-нибудь бреет, то хватает его за нос, как его блаженной памяти праотец хватал нильского крокодила за ногу; подаёт ли он вам обед, он погружает в суп свой лоснящийся большой палец до самого первого сустава. Безполезно упрекать его за эту немножко слишком негритянскую манеру держать себя; если такой упрёк не последует ещё более грубого ответа, то, во всяком случае, африканский демократ покажет вам, он в высшей степени обижен: «Mind your own business»[61]. Приходится замолчать, вопрос исчерпан. Но если рядом с тобой находятся два огромных кулака и полноправие, то всякий аппетит за обедом пропадает. Вот если бы ты сам определённо потребовал себе супа с большим пальцем, — ну, тогда другое дело.

Негр всегда останется негром — человеческим существом с тропиков, существом с кишками в голове, рудиментарный орган в белом общественном теле.

Вместо того чтобы создать избранника духа, они положили основание мулатской помеси; а потому, быть может, мы будем в праве искать избранника в странах, где существование избранника более обеспечено. Из того, что в странах с длинной и богатой историей культуры есть избранники, ещё не следует, чтобы были они и в новооткрытой стране без всякой истории и со старой, отжившей культурой. Напрасно было бы требовать от Америки более высоких избранников, чем те, каких могли создать пасторы на протяжении четырёх поколений. По-видимому, местом их пребывания является Бостон. Они действуют в тишине, не переворачивают мира, не потрясают земли.

Хотя и бесполезно было бы требовать высокого духа от американцев в виду их прирождённых свойств в качестве наследников всякого сброда, а также их социального жизненного строя, так мало способствующего духовному развитию, но это же самое служит отчасти обстоятельством, извиняющим их в том, что высокое развитие духа им несвойственно. Тем не менее, хотя мы и не рискуем жизнью и целостью своего тела, говоря об этом шёпотом, но всё же ещё вернее вовсе молчать об этом. Сомнительно, чтобы можно было в чём бы то ни было возлагать надежды на постепенный прогресс, на мелкие улучшения, скромные социальные реформы, за которые сегодня борются, но от которых и следа не останется в будущем поколении; скорее можно надеяться на крупный шахматный ход, на мощных отдельных революционеров духа, которые одним ударом переносят человечество на несколько поколений вперёд. Но если время для исторической революции не подготовляется, если земля не обрабатывается для выдающихся духовных возможностей в данной стране? Если её, наоборот, оставляют в покое, не возделывают, дают зарастать плевелами и сорными травами в изобилии? Запущенное национальное поле, чудо в виде обширного пустого парка! Задача каждого американца — быть прежде всего патриотическим гражданином просторных прерий, а потом уже развитым индивидуумом, членом всего человечества. Это чувство проникает его и окрашивает все его представления с самой колыбели; только, будучи американцем, ты на самом деле человек. Оттого и не найдёшь во всей этой обширной стране ни одного хоть немного сомневающегося, чуткого искателя, беспокойного духа, который нарушил бы эту гладь, сбился бы с такта, впервые внёс бы сознательно дисгармонию в жалкую музыку жестяных дудочек. Все живут себе в неразрывном согласии, под громкие крики «ура», и даже не оглянутся...

Мир шума и пара и огромных, стонущих чеканных машин; мировое государство, в котором сошлись люди со всех поясов земного шара, от белых жителей севера до тропических обезьян и духовных мулатов включительно; страна с мягкой, плодородной почвой и первобытными лугами.

И чёрным небом...


[1] Ласкер Эдуард (1829—1884) — германский политический деятель; депутат рейхстага с 1867 года.

[2] В соболезновании Конгресса в связи со смертью Эдуарда Ласкера содержалась его характеристика как «борца за свободные и либеральные идеи, немало содействовавшего социальному, политическому и экономическому преуспеянию его отечества». Эта резолюция была адресована рейхстагу через посредство Бисмарка. Последний отказался передать её по адресу на том основании, что в ней заключалось порицание политики императора Вильгельма II; также он настоял на отозвании американского посла Серджанта, вручившего ему резолюцию.

[3] Тайлер Джон (1790—1862) — десятый президент США (1841—1845).

[4] Бушель — мера объёма жидкостей и сыпучих веществ в Англии и США. 1 американская бушель — 35,2393 л.

[5] Сюда не входят фабрики и рудники Америки. Она одна удовлетворяет свыше половины спроса на золото и серебро; железные рудники есть в 23 штатах; в ней есть богатейшие источники нефти и целые залежи компактного (solid) каменного угля. Между тем как в Англии добывание угля на большой глубине сопряжено со значительными затратами, так что в продолжение 10 лет 564 копи были заброшены, — в Соединённых Штатах уголь лежит в верхних слоях, и его хватит на сотни лет для всего человечества. Прибавьте к этому реки и озёра во всех направлениях от Атлантического до Тихого океана, изобилующие рыбой; в каждом ручье водятся лососи и белая рыба. — Примечание автора.

[6] Уитмен Уолт (1819—1892) — американский поэт. Его поэзию отличает свободный стих без рифмы и размера, использование множества образов («каталогов»).

[7] Во время Гражданской войны 1861—1865 Уолт Уитмен работал санитаром в госпиталях.

[8] Шелли Перси Биш (1792—1822) — английский поэт. В первом своём поэтическом произведении «Королева Маб» (1813), в форме средневековых видений изложено его революционно-демократическое кредо. В драме «Освобождённый Прометей» (1820) провозглашается неизбежность победы добра и справедливости, когда расцвет творческих сил природы и освобождённого человека явит миру царство вечной красоты и гармонии.

[9] Мюссе Альфред де (1810—1857) — французский писатель. В своих произведениях он прославлял свободу, боготворчество, жёстко критиковал буржуазное политиканство. Наиболее известны четыре его лирические поэмы «Ночи» (1835—37), где грустные раздумья порождены ощущением одиночества.

[10] Лонгфелло Генри Уодсуорт (1807—1882) — американский поэт. На основе сказаний индейских племён и взяв за основу литературный образец финский эпос «Калевала», он создал «Песнь о Гайавате» (1855), которая принесла ему мировую славу.

[11] Пейн Томас (1737—1809) — общественно-политический деятель США и Великобритании, представитель революционного крыла просветительства XVIII в. В 1774 уехал в Северную Америку, где сразу выдвинулся в первые ряды борцов за независимость английских колоний. «Греховность» Томаса Пейна состояла в его богоборческих взглядах, выраженных им в работе «Век разума» (1794). В результате травли со стороны религиозных и политических кругов, умер в бедности, а похоронен был вне церковного кладбища.

[12] Олеография — вид полиграфического воспроизведения картин, исполненных масляными красками. Был распространён во 2-й половине XIX в.

[13] Середина XIX века ознаменовалась в Америке бумом железнодорожного строительства. Фактически рынок контролировали два человека — Корнелиус Вандербильд, человек, умерший в 1877 году самым богатым американцем того времени, и его основной соперник Джей Гульд, директор Erie Railroad Co. В борьбе друг с другом и прочими конкурентами Гульд и Вандербильт использовали все доступные средства — от биржевых махинаций до вооруженных нападений. Сформированные на их деньги бандитские шайки грабили поезда компаний-конкурентов, взрывали мосты и т.д.

[14] Моджеевская Хелена (1840—1909) — польская актриса. Гастролировала в Великобритании и США. Её искусство было органично, близко жизненной правде, отличалось романтической одухотворенностью. Лучшие роли: Мария Стюарт («Мария Стюарт» Словацкого), Амалия («Разбойники» Шиллера), Федра («Федра» Расина). Всеобщим признанием пользовались её роли в пьесах Шекспира.

[15] Речь идёт об англо-эфиопской войне 1867—1868 гг. Английские колонизаторы выиграли войну, но им всё же не удалось закрепиться в Эфиопии ввиду отчаянного сопротивления местного населения, и они вынуждены были вывести свои войска оттуда к концу мая 1868 года.

[16] Хоторн Натаниель (1804—1864) — классик американской новеллы, творчество которого глубоко пропитано пуританской традицией Новой Англии. Отвергая слепой фанатизм официальной пуританской идеологии (новелла «Кроткий мальчик»), Хоторн идеализировал некоторые черты пуританской этики, видя в ней единственную гарантию нравственной стойкости, чистоты и условие гармонического существования.

[17] Гарт Фрэнсис Брет (1836—1902) — американский писатель. В пародиях на писателей романтического и сентиментального направления («Романы в самом кратком изложении», 1867), Гарт выступал как сторонник реализма. Герои Гарта — отверженные буржуазным обществом люди, способные на самоотверженные поступки («Счастье ревущего стана», 1868; «Млисс», 1860 и др.).

[18] Мильтон Джон (1608—1674) — английский поэт. В 1638 опубликовал элегию «Люсидас», полную намёков на религиозно-политическую борьбу в Англии. В конце жизни создал поэмы на библейском материале «Потерянный рай» (1667) и «Возвращённый рай» (1671), где говорится о закономерности восстания против самого Бога.

[19] «Земля» (1887) — роман французского писателя Эмиля Золя (1840—1902), описывающий крестьянскую жизнь.

[20] Миннеаполис — город на севере США в штате Миннесота, на реке Миссисипи. Главный торгово-промышленный центр территории между озером Мичиган и Северо-Западным центром.

[21] «Yankee Doodle» (амер., букв.: «Янки — болван») — популярная шутливо-патриотическая песня времён Войны за независимость в Северной Америке 1775—1753.

[22] «Home, sweet home» (англ.: «Дом, милый дом») — популярная песня из оперы «Клари» (1823) английского композитора Генри Роули Бишопа (1786—1855).

[23] «Хижина дяди Тома» (1852) — роман американской писательницы Гарриет Бичер-Стоу (1811—1896), впервые показавший мировой общественности безчеловечность рабовладения в Америке. Это произведение сыграло существенную роль в идеологической подготовке отмены рабства в США.

[24] Грант Улисс Симпсон (1822—1885) — военный и политический деятель США. Участвовал в войне США против Мексики 1846—1848. Во время Гражданской войны 1861—1865 был главнокомандующим всеми федеральными армиями. В 1869—1877 президент США от республиканцев.

[25] Генерал Джон А. Логан участвовал в битве при Атланте в 1864 году, возглавлял влиятельную организацию ветеранов Союза. С его именем связана традиция отмечать в последний понедельник мая День поминовения американцев, погибших в войнах.

[26] Эмерсон Ралф Уолд (1803—1882) — американский философ-идеалист, поэт и эссеист, глава трансценденталистов. Широкую известность приобрели лекции Эмерсона на общественные и эстетические темы («Литература и общественные задачи», 1876).

[27] Лонг-Айленд — остров у восточного побережья США, близ устья реки Гудзон. Западная часть острова занята двумя районами Нью-Йорка (Бруклин и Куинс). На остальной территории дачные посёлки, парки и пляжи.

[28] В 1873 году Уитмена разбил паралич.

[29] Понедельник, в который не работают. — Примечание автора.

[30] Норвежская поговорка.

[31] Бутс Эдвин Томас (1833—1893) — американский трагик, из актёрской семьи Бутсов. Лучшие роли: Ричард III, Шейлок, Макбет, Отелло, Лир. Выдающийся исполнитель роли Гамлета. Был крупнейшим актёром США 2-й половины XIX в.

[32] Речь идёт о младшем брате Эдвина Бутса, актёре Джоне Уилксе Бутсе (1838—1865). Будучи ярым сторонником рабовладельцев 14 апреля 1865 смертельно ранил президента А. Линкольна; был застрелен во время преследования.

[33] «Приключения Оливера Твиста» (1838) — роман английского писателя Чарлза Диккенса (1812—1870), описывающий историю мальчика, рождённого в доме призрения и обречённого на скитания по трущобам Лондона.

[34] Людвиг II Баварский (1845—1886) — король Баварский, сын короля Максимилиана II. Унаследовав от предков страстную, даже болезненную любовь к искусству, большую часть государственный средств тратил на развитие музыки и архитектуры — построил несколько дворцов и оперный театр в Байрёйте, предназначенный для исполнения произведений Рихарда Вагнера, которому он поклонялся. В 1886 году был объявлен сумасшедшим и отстранён от престола.

[35] «Urvasi» (1886) — опера немецкого композитора Вильгельма Кинцля (1857—1941).

[36] Сарду Викторьен (1831—1908) — французский драматург. Автор многочисленных пьес — водевилей и «комедий интриги», бытовых драм и «комедий нравов», мелодраматических пьес на исторические темы. Неглубокие, с эффектными ситуациями и остроумным диалогом, пьесы Сарду имели значительный успех у публики. Их злободневность и некоторая сатирическая острота умерялась апологическим утверждением основ буржуазного общества.

[37] За исключением тех случаев, когда Сара Бернар ставила пьесу Сарду во время своих турне по Америке. — Примечание автора.

[38] Дюма Александр (Дюма-сын) (1824—1895) — французский писатель и драматург. Наиболее известна его драма «Дама с камелиями» (1852; на её сюжет написана опера Дж. Верди «Травиата»). Дюма хорошо знал законы сцены, умело строил интригу и диалог; его пьесы не лишены жизненной правды, хотя многие содержат морализаторскую тенденцию, утверждающую незыблемость устоев буржуазной семьи и общества.

[39] Бернар Сара (1844—1923) — французская актриса. Работала в театрах «Комеди Франсез», «Жимназ» и др. К.С. Станиславский считал искусство Сары Бернар образцом технического совершенства. Однако виртуозное мастерство, изощрённая техника, художественный вкус сочетались у неё с нарочитой эффектностью, некоторой искусственностью игры. С 1880-х гг. гастролировала во многих странах Европы и Америки, выступала в России.

[40] На остальных, пострадавших при этом случае, власти не нашли нужным обратить внимание. — Примечание автора.

[41] В годы президентства Улисса С. Гранта (1869—1877) происходили многочисленные биржевые спекуляции, широкое распространение получила коррупция.

[42] Омаха — город в США, на правом берегу реки Миссури, в штате Небраска. Важный узел железнодорожных и автомобильных дорог. Крупный центр торговли скотом и зерном.

[43] Лассаль Фердинанд (1825—1864) — деятель немецкого рабочего движения, публицист и адвокат. Рассматривал всеобщее избирательное право как универсальное политическое средство освобождения рабочих. Постепенное и мирное «введение социализма» связывал с организацией с государственной помощью и деятельностью т.н. «производительных ассоциаций». Умер от раны, полученной на дуэли.

[44] Гартман Эдуард (1842—1906) — немецкий философ-идеалист. Его основное сочинение «Философия бессознательного» (1869) противопоставляет естественно-научному материализму мистический идеализм, а идее социального прогресса — пессимистический взгляд на историю.

[45] Томас Кир (1825—?) — американский энтомолог. Профессор Иллинойского университета (1874). Работы о влиянии саранчовых на сельское хозяйство США.

[46] Адамс Чарлз (1814—1865) — американский естествоиспытатель. Профессор химии и естественных наук в Марионе (1837), Мидльбери (1838). Работы по геологии и моллюсковым.

[47] Кафры (от араб. кафир — неверный, т.е. не мусульманин) — название, данное европейскими колонизаторами южно-африканскому народу коса. Их вооружённое сопротивление англо-бурским колонизаторам, продолжавшееся с конца XVIII в. до начала 80-х годов XIX в., получило название «Кафрских войн».

[48] Прозелитизм — стремление обращать других в свою веру, убеждения.

[49] Корреджо (настоящие имя и фамилия — Антонио Аллегри) (1498—1534) — выдающийся итальянский художник, представитель Высокого Возрождения. Многие произведения Корреджо отмечены утончённым гедонизмом и эротикой.

[50] Улица Карла-Юхана — главная улица столицы Норвегии Христиании (с 1924 — Осло). Названа в честь короля Швеции и Норвегии Карла XIV Юхана (1818—1844).

[51] «Ruy Blas» («Рюи Блаз», 1838) — историческая драма французского писателя Виктора Гюго (1802—1885).

[52] «Благодарю вас, я не танцую» (англ.).

[53] Спенсер Герберт (1820—1903) — английский философ и социолог, один из родоначальников позитивизма.

[54] Метрополитен-опера (Metropolitan Opera House) — ведущий оперный театр в США. Открыт в 1883 в Нью-Йорке. Здание построено по проекту архитектора Дж. К. Кейди. Единственный в США постоянный оперный театр.

[55] Филистерство — узкий обывательский кругозор, ханжеское поведение.

[56] Мамона — древнегреческий бог богатства, имя которого используется как синоним корыстолюбия, стяжательства.

[57] Пиетизм — мистическое течение в протестантизме (особенно в лютеранстве) конца XVII—XVIII вв., ставившее религиозное чувство выше религиозных догм. Возник как реакция на формализм и сухой рационализм ортодоксального лютеранства.

[58] Ниам-Ниам (самоназвание — сандех) — народ, живущий в южной части Судана, на территории от нижнего течения рек Мболлу и Уэлле до верхнего Нила. Основные занятия — охота, гончарное и кузнечное ремёсла, в меньшей мере — мотыжное земледелие. Широко распространено людоедство (Ниам-Ниам, на языке соседнего народа динка, — «обжоры»).

[59] Джордж Генри (1839—1897) — американский экономист, публицист. Будучи буржуазным радикалом распространял среди рабочих буржуазно-реформистские взгляды.

[60] Автор, возможно, имеет в виду бытовавшую издревле у народа Ниам-Ниам практику отлавить диких буланых кошек и держать их вблизи жилищ, чтобы те уничтожали крыс и мышей. Считается, что именно они стали родоначальниками домашних кошек.

[61] Заботьтесь о своих собственных делах (англ.).


Дата добавления: 2015-08-26; просмотров: 39 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Духовная жизнь Америки 6 страница| Параметры источников выбросов

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.023 сек.)