Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

XI. Притязания на рациональность 195

Читайте также:
  1. XI. Притязания на рациональность 187
  2. XI. Притязания на рациональность 191
  3. XI. Притязания на рациональность 193
  4. XI. Притязания на рациональность 197
  5. XI. Притязания на рациональность 199
  6. XI. Притязания на рациональность 201

и само являться существующим. Итак, в основе различения бытия и мышления лежал повторный вход различения в то, что на его основе уже было отличено - в мышление. Но не являлась бы в таком случае уже данная фигура неким таинственным изначальным основанием притязаний на рациональность? То же самое относится и к различению природы и действия, которое смогло достичь своего схождения лишь в предположении, согласно которому действие лишь тогда считается рациональным, если оно соответствует своей собственной рациональной природе. Но в представлении рациональности как схождения эта структура не

Луман Н. Л Общество как социальная система. Пер. с нем./ А. Антоновский. М: Издательство "Логос". 2004. - 232 с. Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru 99

могла подвергаться рефлексии. Поэтому староевропейская традиция порождает лишь параллельную онтологию бытия и мышления, природы и действия. Их связь она могла лишь предполагать - и благодарить за это Бога.

В таком случае, традиции противостоит лишь открытие этого повторного вхождения13. Оно предполагает наличие более абстрактных понятийных средств, которые затем, со своей стороны, дают импульс для дистанцирования от антропологической версии рациональности, формулирующейся в понятиях мышления и действия, а также для перехода к более формальному системно-теоретическому изложению.

Если целерациональность как форма копируется, прежде всего, в саму себя, то это означает, что рациональность сама мыслится в качестве средства. Но, в таком случае, - ради какой цели? Очевидно, теперь сама цель должна проявиться вовне с тем, чтобы рациональность могла ей служить. Это уже было подготовлено различением цель/мотив. Двигаясь далее, можно было бы утверждать, что рациональность служит для рационального самопредставления - или же для легитимации или для обоснования действия. Во всех этих вариантах рациональность, видимо, предстает в геделевской интерпретации. Она опирается на внешне задаваемый смысл для того, чтобы иметь возможность внутренне представлять себя как замкнутую, как полноценное различение14. Вовлечение этого внешнего образца в исчисление может только воспроизводить проблему. (Поэтому это ведет не дальше устремлений Рассела и Тарского решить проблему через различение (!) уровней.) Поэтому рацио-

Никлас Луман

нальность вместе с процессом ее повторного вхождения изначально является "идеологией". Она сохраняет соотнесенность с операциями, которые сама она не может ни совершать, ни обосновывать. Ведь всякое повторное вхождение приводит систему в состояние "неразрешимой неопределенности" (unresolvable indeterminacy)15.

Подобное истолкование судьбы современной рациональности может быть дополнено и уточнено при помощи системно-теоретического анализа. Применительно к различению системы и окружающего мира это правило повторного входа требует, чтобы различение системы и того, что ее окружает, вновь осуществлялось в системе. В рамках системы! Следовательно, не требуется никакого объятия более широкой системы, никакой последней гарантии рациональности со стороны мира, а значит, и никакого "господства" как формы ее реализации. Сама система порождает и наблюдает эту дифференцию системы и окружающего мира. Она порождает ее, осуществляя операции. Система наблюдает ее благодаря тому, что оперирование в контексте собственного аутопойезиса требует различения само-референции и ино-референции, которое затем может "объективироваться" в различение системы и окружающего мира. Система, как и прежде, способна подсоединять свои собственные операции лишь к собственным операциям, однако ориентирующую их информацию она может заимствовать либо у себя самой, либо у своего окружающего мира. Нет сомнений в том, что это реально возможно в том числе (и прежде всего) для операционно закрытых систем. При этом речь идет об операционном испытании - испытании в том смысле, что его осуществление порождает дифференции, которые в форме систем либо находят, либо не находят своего продолжения.

Весьма сходные соображения можно сформулировать в понятийности современной семиотики. Здесь первичная дифференция представляется, прежде всего, знаками. Рациональным считается усилие по прочитыванию мира при помощи относительно незначительного количества знаков, которыми, однако, можно образовывать практически бесконечное множество комбинаций. Традиция мыслила знаки как референцию, как указа-


Дата добавления: 2015-12-01; просмотров: 30 | Нарушение авторских прав



mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.006 сек.)