Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 3. Духовное путешествие.

Читайте также:
  1. Воздействие дракона высокомерия на ваше духовное развитие.
  2. Воздействие дракона мученичества на ваше духовное развитие
  3. Воздействие дракона мученичества на ваше духовное развитие.
  4. Воздействие дракона саморазрушения на ваше духовное развитие
  5. Воздействие дракона саморазрушения на ваше духовное развитие.
  6. Воздействие дракона самоуничижения на ваше духовное развитие.

Тело Бейна расслабилось, как только он снова ступил на земли Мулгора. Он чувствовал себя скованно и неуютно всё время, что пробыл в Пандарии. Он глубоко вдохнул ароматный ночной воздух и выдохнул.

Шаман Кадор Песнь Облаков ждал его. «Хорошо, что вы вернулись домой, вождь», грохотал Песнь Облаков, низко кланяясь.

«Хорошо побывать дома даже так недолго, хоть и по столь мрачному поводу», ответил Бейн.

«Мертвые всегда с нами», произнес Песнь Облаков. «Мы можем горевать о том, что мы не ощущаем их физически, но мы всегда будем слышать их песнь на ветру и смех в приливах волн».

«Хотел бы я, чтобы они общались с нами и помогали нам советом, как это было когда-то». Эта мысль заставила что-то сжаться в груди Бейна, как будто от их беседы открылась старая рана. Несмотря на это, Бейн знал, что мудрый шаман остановит его, если эти рассуждения покажутся ему неразумными.

«Они говорят, Бейн Кровавое Копыто, хоть и не так, как мы привыкли слушать».

Бейн кивнул. Его отец, Кэрн, и правда, всегда был с ним. Бейн и Песнь Облаков находились вместе среди Красных Скал, древнего места, где павшие герои тауренов отправлялись в объятья Матери Земли и Отца Неба, очищаясь огнём. Расположенные невдалеке от Громового Утеса, Красные Скалы, метко названные, являли собой образования красноватого песка. Это было спокойное и тихое место, где герои покидали мир Громового Утеса, ступая на переход между этим миром и следующим. Бейн не был здесь со времен прощания с отцом, Кэрном Кровавое Копыто. Сейчас, как и тогда, Песнь Облаков стоял рядом, но в этот раз они были здесь одни. Взглянув на запад, Бейн увидел силуэты Громового Утеса, вырисовывающиеся на заполненном звездами небе. Его костры и жаровни и сами казались звездами. Огонёк сверкал и к востоку от Красных Скал, обдавая жаром и теплым свечением.

Огонь. Он обернулся и осмотрел церемониальную платформу сжигания, пустующую без тел ожидающих ритуала очищения. Остающийся пепел будет подхвачен песнью ветра и разнесется четырьмя ветрами во все уголки света. Даже обретя дом в Громовом Утёсе, таурены решили не хоронить своих мертвых. Ритуал смерти напоминал им об их происхождении, и, будучи свободными как ветер и пламя при жизни, они могли обрести ту же свободу и в смерти.

«Было ли у тебя достаточно времени для подготовки?» спросил он Песнь Облаков.

«Да», кивнул шаман. «Это не такой уж сложный обряд». Бейн не удивился. Таурены были простым народом, и не нуждались ни в трудных словах, ни в странных, сложных в получении, предметах для своих церемоний. Им всегда хватало того, что предоставляла им земля. «Готовы ли вы, мой Верховный Вождь?»

Бейн усмехнулся с ноткой боли в голосе. «Не готов. Но мы всё равно должны начать».

Одетый в кожаную броню, сделанную из шкур зверей, которых убил он сам, Песнь Облаков начал топать копытами медленно и ритмично, повернувшись мордой к восточному небу.

«Хвала духам воздуха! Ветер, ураган и буря! Вы и все остальные. Этой ночью мы просим вас присоединиться к нашему обряду и принести шепотом мудрость великого Кэрна Кровавое Копыто в ждущие этого уши его сына, Бейна».

Темнело, но теперь мех Бейна мягко трепал нежный ветерок. Он напряг уши, но всё что доносилось до него – это тихий шелест, по крайней мере, в этот момент. Песнь Облаков полез в свою шаманскую сумку и достал пригоршню серой пыли. Он разбросал её, шагая по земле, полукругом соединив восток и юг. Обычно в таком ритуале использовали толченую кукурузу. Но это было для ритуалов жизни. Этот же был ритуалом мертвых, и поэтому серая пыль была пеплом тех, кто ушёл к духам в этом месте.

«Хвала духам огня!» Песнь Облаков повернулся к небольшому огню, поднимая свой ​​посох в почтении. «Тлеющий уголек, огонь и пламя! Вы и все остальные. Этой ночью мы просим вас присоединиться к нашему обряду, разогрев Бейна Кровавое Копыто храбростью Кэрна Кровавое Копыто, его любимого отца».

На мгновенье, пламя взвилось высоко вверх, и Бейн почувствовал жаркое тепло огня. Дав знак о своём присутствии, огонь утих до своего обычного состояния, мягко горя и тихо потрескивая.

Потом Песнь Облаков повернулся на запад, призывая духов «Капли дождя, реки и циклона!», прося их искупать Верховного Вождя тауренов в воспоминаниях любви его отца. В сердце Бейна вновь проскользнула на секунду боль, и он подумал: «Слезы ведь тоже состоят из воды».

Духи земли были приветствованы следующими. «Почва, камень и горы! Сами кости наших почитаемых мертвых». Песнь Облаков просил духов позаботиться о том, чтобы Бейн и его народ нашли утешение в этих землях, куда их всех привёл Кэрн. Шаман замкнул священный круг, выложенный серым пеплом. А Бейн почувствовал движение энергий, излучающих силу. Это напомнило ему ощущение, что он испытал впервые увидев шторм, но при этом он ощущал себя необычайно спокойным.

«Мы будем рады видеть тебя, Дух Жизни», позвал Песнь Облаков. «Ты – воздух, которым мы дышим, огонь в нашей крови, наши кости в земле, вода наших слез. Мы знаем, что смерть - это всего лишь тень жизни, и что конец так же естественен, как и начало. Мы просим тебя присоединиться к нам, в этом обряде, и пригласить тех, кто блуждает в твоей тени, побыть с нами в эту ночь».

Они стояли в середине круга, в тишине, тихо и ровно дыша. Через некоторое время, Песнь Облаков кивнул и пригласил Бейна присесть возле пустых кострищ, лицом к Громовому Утесу. Бейн так и поступил, продолжая глубоко дышать и пытаясь успокоить свой разум и мысли. Песнь Облаков передал ему глиняный кубок, наполненный темной жидкостью, что отражала свет звезд.

«Отвар поможет увидеть видение, если Мать Земля этого захочет. Пейте, Вождь». Бейн поднёс кубок ко рту и вкусил приятные ароматы и вкусы Серебролиста, Остротерна, Земляного корня и чего-то еще, что он не мог определить. Он вернул кубок шаману. «Не засыпай, Бейн Кровавое Копыто, а смотри на эти земли мягким взором», призвал Песнь Облаков. Бейн расслабился, позволяя напряженности покинуть его тело, и прикрыл глаза.

Он услышал тихий и ровный стук барабана, сшитого из кожи, подражающий сердцебиению таурена. Бейн не знал, как долго он сидел и слушал Песнь Облаков, он знал только то, что он был глубоко расслаблен, и чувствовал мир и покой в своем сердце, бьющемся в такт с барабаном.

Затем, вежливо духи сообщили ему о том, что кто-то, наконец, прибыл. Кэрн Кровавое Копыто улыбнулся, глядя на своего сына.

Это был Кэрн, которого Бейн никогда не знал - могучий бык в расцвете сил, его глаза были резки и остры. Кэрн держал рунное копье, оно снова было целым, как и он сам. Мышцы на массивной груди Кэрна растянулись, когда он поднял копье в приветствии.

«Отец», выдохнул Бейн.

«Мой сын», сказал Кэрн. Его глаза сияли. «Между нашими мирами перемещаться невероятно сложно, и у меня совсем мало времени, но я знал, что должен придти, когда твоё сердце столь неспокойно».

Вся боль, что Бейн похоронил глубоко внутри, что он не мог выразить, не мог даже позволить себе чувствовать, чтобы это не мешало его обязанностям перед народом тауренов, который он вел, прорвалась, словно поток из разрушенной плотины. «Отец… Гаррош убил тебя! Он отказал тебе в праве умереть с честью! Он стоял в стороне, когда Зловещий Тотем и я боролись, как… как звери в яме, в то время как он ждал победителя! Он осквернил землю, лгал своему народу, а в Тераморе…»

Слезы текли по морде Бейна, слезы горя и гнева, и на мгновение он замолчал. Столь сильные эмоции мешали ему говорить.

«А теперь тебя попросили защитить его», ответил Кэрн. «Когда все, чего ты хочешь – сломать ему шею своим копытом».

Бейн кивнул. «Да. Ты выступал против него, прежде чем кому-либо хватило мужества. Отец… должен ли был я поступить также? Мог ли я остановить его? Кровь… вся кровь, что он пролил и на моих руках тоже?»

Он был удивлен вопросом, но слова, казалось, появились сами собой. Кэрн мягко улыбнулся.

«Прошлое есть прошлое, сын мой. Всё проходит также как цветы на ветру. Решения Гарроша принадлежат только ему, как и ответственность за них. Ты всегда следовал своему сердцу, и я всегда гордился тобой».

И в тот момент, Бейн понял, какой совет собирался дать ему отец. «Ты… думаешь, что я должен пойти и сделать это», прошептал он. «Защитить Гарроша Адского Крика…»

«То, что я думаю - не имеет значения. Ты должен делать то, что сам считаешь правильным. Как ты всегда и делал. То, что было правильным для меня тогда – бросить вызов Гаррошу. То, что было правильным для тебя в другое время - поддержать его в качестве лидера Орды».

«Вариан должен был позволить Го’элу убить его», прорычал Бейн.

«Но он этого не сделал и поэтому мы здесь», сказал спокойно старо-молодой бык. «Ответь мне на один вопрос, и ты точно будешь знать что делать. Если тебя так преследует то, что я был убит предательством, можешь ли ты тогда сделать всё что надо и стремиться к абсолютной истине, даже, возможно особенно, когда это даётся тебе нелегко? Можешь ли ты сделать всё, чтобы оправдать честь этой роли, возложенной на тебя? Дорогой сын, моя плоть и кровь, я думаю ты знал ответ ещё до того как пришёл сюда».

Бейн знал. Но это знание причиняло ему боль.

«Я приму это бремя», пробормотал он, «и я буду защищать Гарроша так хорошо, как только смогу».

«Ты не сможешь сделать это и при этом остаться собой. Но ты будешь рад, когда всё это закончится. Нет, нет», сказал он, подняв руки отказываясь продолжать, когда Бейн попытался заговорить. «Я не могу сказать тебе, чем всё закончится. Но я обещаю, твоё сердце обретет покой».

Образ Кэрна начал исчезать. Бейн, осознав это, поразился собственной глупости и тому, что потратил эту драгоценную возможность на жалобы, как юнец, когда его отец… его отец!

«Нет!» вскрикнул он, вставая с дрожащим от волнения голосом. «Отец! Пожалуйста, не уходи так рано! Пожалуйста, не сейчас!»

Было так много вещей, о которых Бейн хотел сказать. Как ужасно он скучал по Кэрну. Как сильно он стремился почтить память своего отца. Что эти несколько мгновений были ценней всей его жизни. Слишком поздно. Он протянул руку в мольбе, но его отец уже был в тени жизни, и руки Бейна сомкнулись на пустом месте.

В глазах Кэрна появилась великая печаль, и он тоже протянул руку, но исчез на следующем выдохе.

Песнь Облаков поймал Бейна, когда тот упал.

«Нашёл ли ты ответы на свои вопросы, Верховный Вождь?» спросил Песнь Облаков, передавая Бейну кубок, наполненный прохладной, чистой водой. Бейн потянулся, и его голова начала проясняться.

«Ответы, которые я искал? Нет, но я получил ответы, которые мне необходимы», сказал он, грустно улыбаясь своему другу. Песнь Облаков понимающе кивнул. Звуки ночи, песнь сверчков и дуновения ветра, нарушил знакомый гул завихрений яркого света.

«Кто смеет прерывать ритуал?» ​прорычал Песнь Облаков. «Круг еще не был разомкнут!» Бейн поднялся на копыта, в то время как шаман подошел к открывающемуся порталу. Стройный высокий эльф шагнул через портал. Он выглядел довольно типично для своей расы. Острые, элегантные, длинные золотые волосы и красиво подстриженная бородка, украшающая его подбородок. Он срочно подозвал Бейна.

«Верховный вождь, меня зовут Кайроздорму. Тажань Чжу послал меня сопроводить вас в Храм Белого Тигра. Пожалуйста, вы должны пойти со мной».

«Вы прерываете священную церемонию…» начал Песнь Облаков.

Эльф раздраженно взглянул на него. «Мне ужасно жаль, оказаться столь неуважительным, но нам действительно нужно спешить!»

Глаза Бейна рассмотрели накидку эльфа. Коричневая с золотой отделкой и эмблемой в центре груди: золотой круг содержал внутри символ бесконечности. Это была накидка Хранителей Времени, и Бейн решил узнать об этом больше. «Я не знал, что ваша стая продолжает носить это», сказал он. «Я думал, ваша власть над временем…»

Кайроздорму взмахнул длинными пальцами нетерпеливой руки. «Это долгая история, а у нас мало времени».

«Забавные фразы исходят от вас. Там что снова какая-то жутая катастрофа среди путей времени?»

«Гораздо более прозаичная причина - этот портал не будет оставаться открытым вечно». Он вдруг усмехнулся. «Ладно», поправился он, сверкая белыми зубами в кривой усмешке, «теоретически это возможно, но он не такой ни здесь, ни там в данный конкретный момент. Верховный вождь Бейн, я жду вас, пожалуйста».

Бейн повернулся к Песни Облаков. «Я благодарю тебя за все, Кадор. Но долг зовёт».

«Похоже, я слышу эльфийский акцент в твоих речах, Вождь», сказал Песнь Облаков, но всё равно поклонился. «Ступай, Верховный вождь, я уверен, твой отец благословляет тебя».

Еда была легкой и простой: ореховый хлеб, сыр «Дарнасский Блю» и свежие лунные груши, запиваемые соком луноягоды. Здесь, в храме возлюбленной Элуны, Тиранда рассказывала Верховному Друиду Малфуриону Ярости Бури о событиях, которые произошли ранее в Храме Белого Тигра. Ей было приятно узнать, что Тажань Чжу выделил мага, создающего порталы куда угодно, хоть и только тем, кто участвует в судебном процессе. Ю Фэй была милой пандаренкой, чей шелковый халат был вышит цветами оттенков воды и гармонировал с непослушной прядью волос, за которой прятались голубые глаза.

«Ча’шао Шелест Ветра», сказала Ю Фэй, используя термин пандаренов для «Советника» и низко поклонилась, как только представилась. «Для меня большая честь отправить вас домой, пока ваши обязанности не потребуют присутствия здесь. Не стесняйтесь звать меня, если вам вдруг понадобится моя помощь».

«Любимая, ты уверена, что тебе по силам эта задача?» спросил Верховный Друид. Перья, что теперь росли из его рук и напоминали о тысячелетиях, проведенных в Изумрудном Сне, задевали крышку стола, когда он наливал вторую чашку сока луноягоды Верховной Жрице. Тиранда вдруг осознала, что привыкла к изменениям, которым подвергся Малфурион во время его долгого сна: перьям, ногам, которые теперь больше походили на лапы лунопардов, чем ноги эльфов, длине и толщине его большой зеленой бороды. Нет, внешний вид не мог изменить красоту его сердца и души для неё. Он всегда был и будет её возлюбленным.

Малфурион продолжил: «Ты не знаешь, как долго суд продлится, или к чему он тебя приведет».

Тиранда потягивала напиток, прохладный и сладкий, как ночные леса. «Все взгляды мира обращены на этот суд, душа моя. И», заметила она, улыбаясь, «ты более чем способен позаботиться о чём-либо, что может возникнуть в мое отсутствие. Я смогу возвращаться домой каждую ночь, чтобы быть с тобой. Похоже, это благословение от самой Элуны. Что же касается того, куда он приведет меня», здесь ее голос стал слегка жестче «вполне вероятно, мне не придётся ничего делать, за исключением представления доказательств. Было немного тех, кто любил Гарроша много лун назад, еще меньше их теперь, когда его безумие было остановлено».

Его лицо было мрачным, когда он пытался встретиться с ней взглядом. «Я не спрашивал, как ты собралась выступать в суде, я спрашивал, что суд может сделать с тобой?»

Тиранда была удивлена и слегка озадачена. «Что ты имеешь в виду?»

«Ты верховная жрица, посвященная Элуны, чьи избранные просвещают и исцеляют. И, когда это необходимо, ты жестока в бою. Но ты будешь работать со словами, скользкими и непостоянными словами, а не с сердцами. Ты будешь разжигать ненависть и желание осуждать, не просветлять».

«В конце концов, те факты, что я представлю, обеспечат просветление и понимание, и, осудив Гарроша надлежащим образом, в конечном счете, я принесу исцеление», сказала она. Он все еще выглядел обеспокоенным, и открыл было рот, чтобы ответить, но прежде, чем он успел что-либо сказать, женский голос раздался снаружи помещения, где Тиранда и ее супруг обедали.

«Миледи?»

«Вы можете войти, Кордрисса».

Тонкая рука подняла входную вуаль, и в проёме появилась голова Стражницы в темно-синей броне «К вам посетитель. Она говорит, что пришла по поводу суда и это срочно».

Малфурион вопросительно поднял бровь, и Тиранда покачала головой, так как была удивлена так же, как и он. «Конечно, Кордрисса. Покажи её».

Стражница отошла, держа вуаль, и дала знак таинственному посетителю войти.

Гостья оказалась гномкой с серебряными волосами, закрученными в косы по обе стороны от её слегка усыпанного веснушками лица. Большие зеленые глаза сверкали от удовольствия, когда она приветствовала Тиранду и Малфуриона.

«Верховный друид, Верховная жрица! Так приятно видеть вас обоих снова! Страшно жаль, что беспокою вас, Ча’шао, но я боюсь, что это очень важно».

Ча’шао. Конечно же, это был еще один титул, что Тиранда сейчас носила, по крайней мере, временно. «Конечно, Хроми» улыбнулась Тиранда, изящно опускаясь на коленях перед бронзовым драконом Хронорму. При упоминании имени дракона, Стражница спокойно отпустила вуаль, чтобы дать им поговорить с глазу на глаз. «Как я могу помочь?»

«У Небожителей есть то, что они хотели бы, чтобы вы, и Ча’шао Кровавое Копыто использовали, для представления своих доводов. Проще будет показать вам это. Не могли бы вы проследовать за мной, пожалуйста?»

 


Дата добавления: 2015-11-30; просмотров: 28 | Нарушение авторских прав



mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.013 сек.)