Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

17 страница

6 страница | 7 страница | 8 страница | 9 страница | 10 страница | 11 страница | 12 страница | 13 страница | 14 страница | 15 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

— Я забрал у тебя все, твою маму, твой блог, твою жизнь. Столько всего, в чем ты находишь удовольствие, даже когда ешь что-то, просто потому, что это не на пластиковом подносе. И твоя спина...

Его челюсти сомкнулись, он слегка покачал головой. — И я понятия не имею, как собираюсь все это исправлять, но я исправлю. Я обеспечу тебе безопасность. Я обеспечу нам будущее, которое мы ждем с предвкушением.
Он вдохнул тогда же, когда и я. — Я обещаю.

— Дэймон, это не...

— Прости, — дрогнувшим голосом сказал он. — Это, все это — моя вина. Если бы я...

— Не говори так.
Я развернулась на его коленях, мое платье немного задралось, когда я положила руки по обе стороны его лица. Я пристально посмотрела в его блестящие глаза. — Это не твоя вина, Дэймон. Ничто из этого.

— Правда? — низким голосом сказал он. — То, что ты изменилась, было моей ошибкой.

— Либо так, либо моя смерть. Так что, ты спас мою жизнь. Ты не разрушал ее.

Он потряс головой, и его короткие темные волосы немного растрепались. — Я должен был держать тебя в стороне с самого начала. Я должен был сохранить тебя в безопасности, чтобы в конечном итоге ты в первую очередь не пострадала.

От этих слов мое сердце заныло. — Послушай меня, Дэймон. Это не твоя вина. Я ничего не стала бы изменять. Ясно? Да, был отстой, но если бы пришлось пройти через это снова, то я бы прошла. Есть то, что я бы хотела изменить, но не тебя — никогда тебя. Я люблю тебя. Это никогда не изменится.

Его губы раскрылись от резкого вздоха. — Скажи это снова.

Я погладила его нижнюю губу подушечкой пальца. — Я люблю тебя.
Он прикусил мой палец. — И все остальные слова тоже.

Наклонившись, я поцеловала его в кончик носа. — Я люблю тебя. Это никогда не изменится.

Он скользнул руками вверх по моей спине, одну оставил под моей лопаткой, а другой обхватил мой затылок, его глаза нашли мои. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, Котенок.

— Я счастлива, — сказала я, прослеживая пальцем изгиб его щеки. — Ты делаешь меня счастливой.

Он опустил подбородок и поцеловал каждый мой пальчик. Его мышцы напряглись, а потом он приблизил свое лицо к моему уху и прошептал глубоким голосом: — Я хочу сделать тебя по—настоящему счастливой.

Мое сердце затрепетало. — По—настоящему счастливой?

Он опустил руки на мои бедра, его длинные пальцы скользнули под ткань. — Чрезвычайно, безумно счастливой.
Я затаила дыхание. — Ну, вот опять наречие.

Его руки медленно двинулись вверх, от чего жар затопил мое тело. — Ты любишь, когда я начинаю с наречий.

— Возможно.
Его губы оставили горячие следы на моей шее. — Позволь мне сделать тебя чрезвычайно, безумно счастливой, Кэт.

— Сейчас? — мой голос прозвучал смущенно и пронзительно.
— Сейчас, — прорычал он.

Я подумала обо всех людях в доме, но потом его губы накрыли мои, и, казалось, прошла вечность, с тех пор, как он целовал меня. Его рука запуталась в моих волосах, когда поцелуй углубился и наше дыхание смешалось. Он опустил руки на мою талию, а в другую секунду он уже стоял, и мои ноги обхватили его бедра.

— Я люблю тебя, Котенок.
Еще один глубокий, опаляющий поцелуй зажег внутри меня огонь. — А я сейчас собираюсь показать, как сильно я тебя люблю.

Перевoд kаliоuga для группы
ВКoнтaкте vk.cоm/bооksоurce

 


Глава 24

ДЭЙМОН

Мои руки вокруг нее напряглись, пока я ждал ее ответа. Не то чтобы я на самом деле верил, что она от меня отвернется. Дело не в этом. Я хотел убедиться, что после всего этого она готова. В последнее время она не была готова, и это была не просто видимость. Если она еще не была, все в порядке. Держать ее в объятиях всю ночь было бы так же восхитительно.

Но мне понадобился бы холодный и очень продолжительный душ.

Потому что, держать ее на своих коленях, прижатой своей самой мягкой частью к моей самой твердой, было проверкой моего самоконтроля и возбуждало меня так, как никто в этом мире и за его пределами не смог бы.

Кэт подняла подбородок, ее глаза встретились с моими. Все, что мне нужно было видеть, во что нужно было верить, находилось в ее глазах. — Да.

После того, как я услышал это короткое слово, я не терял времени даром. Делать это, быть с ней любым доступным мне способом, вытеснило бы все то ужасное, что произошло, но это было началом.

— Держись, — сказал я ей, а потом поймал ее хриплый ответ поцелуем.

Она обвила руки вокруг моей шеи, когда я схватил ее за бедра. КА когда я встал, она сжала меня ногами, и я едва сдержал стон. Удивлял тот факт, что, даже пытаясь двигаться к спальне, я не отрывал от не рта. Целуя ее. Впитывая ее. Этого было недостаточно, никогда не могло быть достаточно.

Я внес ее в дом и пронес через множество бесполезных комнат, которые, казалось, никогда не кончатся. Она хихикнула мне в губы, когда я врезался во что-то, что, вероятно, стоило маленькое состояние. Я дошел до ступеней, поднялся по ним, не сломав наши шеи, и нашел спальню, в которую ранее отнес наши вещи.

Кэт потянулась, махая рукой по воздуху, пока не нашла край двери и не закрыла ее за нами, затем я зубами поймал ее нижнюю губу. Слегка прикусил, и моя кровь вскипела от звука, который она издала. Я собирался воспламениться прежде, чем что-либо началось.

Я развернул нас к кровати, убрав рот от ее теплых губ. Я хотел снять простыни и одеяло и найти более мягкий покров, достойный Кэт.

Она прижалась в горячем, легком поцелуе к моему колотящемуся пульсу. Не найдя лучших простыней, я положил ее на кровать, двигаясь медленнее, чем требовало мое тело. Она одарила меня легкой улыбкой, и мое сердце перевернулось в груди, когда я опустился перед ней на колени. Наши глаза встретились.

Мой пульс забился быстрее, ощущаясь в каждой частичке моего тела. — Я не заслуживаю тебя. Слова вырвались прежде, чем я успел остановить их. Они были правдой. Кэт заслуживала целого мира и даже больше.

Наклонившись вперед, она положила руку на мою щеку, и я почувствовал прикосновение каждой клеточкой своего тела. — Ты заслуживаешь всего, — сказала она.

Я повернул голову, целуя ее ладонь. Так много слов вертелось на кончике языка, но когда она встала и потянулась вниз, поймав пальцами подол своего платья, мое сердце остановилось, и слова замерли в тишине между нами.

Кэт сняла свое платье и бросила его на пол возле меня.

Я не мог пошевелиться. Я не мог даже дышать. Думать стало почти невозможно, когда я пристально посмотрел на нее. Она поглотила меня. Одетая только в тонкий клочок ткани, с волосами, спадающими по плечам на грудь, она стояла там, словно богиня.

— Ты... ты так красива, — я медленно встал, мои глаза следовали за легким румянцем на ее шее. Я усмехнулся. — Ты очень красива, когда краснеешь.

Она пригнула голову, но я поймал ее подбородок, заставив ее глаза посмотреть в мои.
— Серьезно, — сказал я ей. — Очень красивая.

Нежная, почти застенчивая улыбка опять появилась на ее лице. — Благодаря твоей лести.

Я тихо рассмеялся. — Приятно узнать, потому что я, благодаря ей, планирую прикоснуться тебя везде, и избрать красивый путь.

Румянец стал ярче, но она схватилась за мою футболку. Я опередил ее. Стянув рубашку через голову, я позволил ей упасть туда, где уж лежало ее платье. На мгновение мы стояли, разделенные всего несколькими дюймами. Никто из нас не говорил. Воздух наполнился электричеством, поднимая волоски на моих руках. Зрачки глаз Кэт начали расширяться.

Скользнув рукой по ее шее, я нежно притянул ее к себе. Моя грудь соприкасалась с ее, и дрожь, прокатившаяся по ее телу, замкнула мои чувства. Ее губы приоткрылись в тот миг, когда коснулись моих, ее пальцы нашли пуговицу на моих джинсах, а мои пальцы обнаружили тонкие полоски на ее бедрах.

Я направил ее к кровати, ее волосы рассыпались вокруг нее подобно темному нимбу. Ее глаза были прикрыты, когда она наблюдала за мной, но я смог увидеть тусклое белое свечение, исходящее из них.

Ее взгляд жег меня изнутри. Я желал поклоняться ей. Я нуждался в этом. Каждым дюймом. Уставившись на пальцы ее ног, я проложил себе путь наверх. Медленно. Некоторые зоны удерживали мое внимание намного дольше. Такие как изящный свод ее стопы и чувствительная кожа под коленями. Изгибы ее бедер соблазняли меня, а долины выше манили. То, как она выгнула спину, ее быстрое дыхание, стоны, и то, как ее пальцы царапали мою кожу, перевернуло мой мир. Когда, наконец, я завершил свой путь вверх по ней, я положил руки по обе стороны от ее головы.

Пристально глядя на Кэт, я влюблялся в нее снова и снова. И терял душу, когда она улыбалась. Найдя совершенно новую цель, когда она протянула руку между нами и коснулась меня. Я немного отодвинулся, чтобы взять презерватив. И в следующее мгновение нам ничего не мешало, не было больше ожидания, любые самоотверженные намерения исчезли. Мои руки были жадными, я был жадным, и мои руки находились везде, а мои губы следовали за ними. Наши тела двигались вместе, словно не было времени, разделявшего нас. И когда я посмотрел на нее, мой взгляд странствовал по ее разрумяненным щекам и распухшим губам, я осознал прямо тогда, что в моей жизни никогда не было более красивого, более прекрасного момента, чем этот.

Я был опьянен ее вкусом, ее прикосновениями. Существовал только звук наших колотящихся сердец, пока она не выкрикнула мое имя, и в тот момент я распался на части. Комнату заполнял мерцающий белый свет, и мне было все равно, от кого он исходил.

В течение долгого времени я не мог пошевелиться. Черт, я не хотел шевелиться. Не тогда, когда ее рука скользила вниз по моей спине, ее рваное дыхание отзывалось в моих ушах. Но мой вес, должно быть, надавливал на нее, даже если она не жаловалась.

Поднявшись, я перекатился на свою сторону. Моя рука проложила путь по ее ребрам, через ее бедро, и она повернулась ко мне, пододвигаясь так близко, что между нами снова не осталось ни дюйма.

— Это было прекрасно, — сонно пробормотала она.

Я все еще не был способен говорить. Только бог знал, что слетело бы с моих уст в этот момент, так что я просто поцеловал ее во влажный лоб. Она издала довольный вздох, а потом она задремала в моих руках. Раньше я ошибался.

Не было более совершенного, более прекрасного момента, чем этот. И я хотел целую жизнь таких моментов.

 

КЭТИ

Утром наши руки и ноги были сплетены вместе, и простыня обернулась вокруг моих бедер. Потребовалось несколько хитростей ниндзя чтобы, извернувшись, освободиться от Дэймона. Я вытянула руки над головой, и счастливо вздохнула. Все мое тело приятно ломило.

— Ммм, это сексуально.

Я распахнула глаза. Пораженная и выставленная на обозрение, я схватила простыню, но Дэймон выбросил вперед руку, ловя мою. Огонь охватил мое лицо, когда мой взгляд столкнулся с его древесно—зеленым.

— Что? — лениво пробормотал он. — Теперь ты скромная? Не вижу смысла.

Жар пронесся по моему горлу, кожу закололо. В словах Дэймона был своего рода смысл. Вчера ночью не было никакой скромности, но тем не менее. Солнечный свет раннего утра струился через окно. Я вырвала простыню из его хватки и накрылась.

Он надул губы, смешно, что он мог сделать это, и в тоже время выглядеть сексуально.

— Я стараюсь сохранить загадку, — сказала я ему.

Он тихо рассмеялся, и этот тихий звук прокатился сквозь меня. Придвинувшись ближе, он поцеловал меня в кончик носа. — Загадки переоценивают. Я хочу узнать каждую веснушку и каждый изгиб лично.

— Думаю, ты сделал это вчера ночью.
— Нет, — он покачал головой. — Это было просто легкое ознакомление. Я хочу знать их желания и мечты.

Я рассмеялась. — Это нелепо.
— Это правда.
Он перекатился, сбросив с себя простыню, и свесил ноги на пол.
Мои глаза расширились.

Обнаженный, он плавно встал, совершенно не беспокоясь о том, что каждый дюйм его тела находился на виду. Потянувшись, он поднял руки высоко над головой. Он наклонил спину, его мышцы напряглись. Углубления на его бедрах напряглись, привлекая мое внимание слишком надолго и далеко от приличий.

Наконец, я заставила свой взгляд подняться. Наши глаза встретились. — Знаешь, есть такая штука под названием брюки. Ты должен их попробовать.

Повернувшись, он дерзко ухмыльнулся. — Тогда ты будешь разочарована. Только подумай, ты сможешь видеть это каждый день, начиная с сегодняшнего.

Мое сердце пустилось в пляс. — Твою голую задницу? Ну и дела. Избавь меня от этого.

Он снова рассмеялся, а потом исчез в ванной. Испытывая слишком теплое ощущение, я закрыла глаза. Каждый день? Навсегда? Мой живот приятно затрепетал, и это не имело никакого отношения к его нынешнему раздетому состоянию. Просыпаться возле Дэймона, засыпать рядом с ним?

Я открыла глаза, когда услышала, что дверь снова открывается. Он тер глаза, и я опять уставилась на него, так, как, по правде говоря, смотрела на него всегда в совершенно неподходящих для этого местах. Это как знать, что ты не должен на что-то смотреть, и твои глаза автоматически хотят отправиться именно туда.
Он опустил руки. — Думаю, у тебя слегка текут слюни.

— Что? Нет.
Но, возможно, у меня текли. Так что я натянула простыню на лицо. — Джентльмен никогда не укажет на что-то столь непристойное.

— Я не джентльмен.
Он наклонился вперед, срывая с меня простыню. Я держалась, игривая борьба не могла продолжаться слишком долго. — Там нечего скрывать. Я поймал тебя.
— Отвали.

— Хотя бы у меня не текут слюни.
Он отшвырнул простыню на другую сторону широкой кровати. От его медленного взгляда, я испытывала сильнейшие ощущения. — Ладно. Думаю, сейчас потекут.

Мое лицо собиралось сгореть еще до завтрака. — Прекрати.

— Не могу.
Он положил руку с другой стороны от моих бедер и наклонился, дотрагиваясь пальцами до моего подбородка. — Получай слюни.

Рассмеявшись, я пихнула его в твердую грудь. — У тебя неоправданная самооценка.

— Угу.
Он надавил, пока наши тела не соприкоснулись, и его бедро не оказалось между моими. Он наклонил голову, удерживая свой вес на руках, задев своими губами мои. — Поцелуешь?

Я схватила его за плечи и наградила быстрым поцелуем. — Вот, пожалуйста.

Насупившись, он поднял голову. — Так только целуют своих бабушек.

— Что? Поцеловать лучше?
Вытянув шею, я вложила в поцелуй больше напора. — Как на счет этого?
— Отвратительно.
— Не слишком любезно.

— Попробуй снова, — сказал он, его глаза сузились.

Дыхание застряло в горле. — Я не знаю, заслуживаешь ли ты лучшего поцелуя, сказав мне последнюю гадость.

Он сделал своими бедрами что-то поистине поразительное, заставив меня задохнуться. — Да, — самодовольно проговорил он. — Я заслуживаю еще один поцелуй

Да — он заслуживал. Я снова поцеловала его, но отстранилась прежде, чем поцелуй превратился в нечто более глубокое. Дэймон сильнее нахмурился, и я усмехнулась. — Вот все, чего ты заслуживаешь.

— Я категорически не согласен с этим.
Кончики его пальцев двинулись по моей руке и ребрам. Легчайшее прикосновение продолжилось на моем животе и дальше. Все это время его взгляд был прикован к моему. — Попробуй еще раз.

Когда я не шелохнулась, он что-то проворно сотворил своими пальцами, от чего мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я подняла голову, ощущая головокружение и легкость. Коснувшись своим ртом его губ, я снова поцеловала его, уделив особое внимание его нижней губе. Когда я начала отстраняться, он обернул руку вокруг моей шеи.

— Нет.
Его голос был низким. — Это едва ли было лучше. Может быть, мне нужно просто показать тебе.

От жара в его взгляде я задрожала. Все мое тело напряглось. — Может быть.

И он показал — о, Боже, как никогда. Прошлая ночь была сладкой и медленной и невозможно идеальной, но это было чем-то совсем иным, от чего просто останавливалось сердце. Острое лезвие отчаяния было в каждом поцелуе, в каждом прикосновение. Чувственность возникла между нами, нарастая с каждым сделанным вдохом. Дэймон двигался на мне, а потом во мне, превращая тлеющий огонь в неконтролируемую бурю. Я схватилась за него руками, когда напряжение распустилось внутри меня, границы его тела расплывались, стоило ему отбросить всю свою сдержанность.

Никто из нас не двигался, казалось, вечность. Наши бедра все еще тесно прижимались друг к другу. Мои руки сомкнулись вокруг его шеи. Одна из его рук лежала на моей щеке, другая изогнулась вокруг талии. Даже перекатившись на свою сторону, он притянул меня к себе. Выбора у него было немного. Я не отпускала его. Не хотела. Я хотела все поставить на стоп и остаться там, прямо там с ним. Потому что я знала, неизвестная реальность ждет момента, когда мы покинем кровать и выйдем из комнаты. Нужно было определиться с серьезными вещами. Принять решения, после которых никто из нас не сможет вернуться назад.

Но я думала об утренней мысли — о вечности. Неважно, с чем мы столкнемся, мы столкнемся с этим вместе. Это делало меня готовой.

— О чем ты думаешь, Котенок? — спросил он, смахивая волосы с моей щеки.

Я открыла глаза и улыбнулась. — Просто думаю о вещах, которые нужно решить.

— Я тоже. — Он поцеловал меня. — Но, думаю, нам нужно принять душ и переодеться, прежде, чем мы встанем на этот путь.
Я рассмеялась. — Верно.

— Я говорил тебе, что люблю твой смех? Неважно, скажу еще раз. Я люблю твой смех.

— А я люблю тебя.
Я прижала свои губы к его, а потом села, захватив с собой простыню. — Я первая в душ.

Дэймон приподнялся на локте. — Мы можем всегда принимать его вместе.

— Да, а в конце мы бы нуждались в душе после душа.
Обернув простыню вокруг себя, я побежала в душ. — Я скоро вернусь.
Дэймон подмигнул. — Буду ждать.

 

ДЭЙМОН

Если у меня и имелись какие-то сомнения, была ли Кэт идеальной женщиной, то они разрешились прямо тогда. Она принимала душ меньше, чем пять минут. Необыкновенно. Я даже не думал, что это возможно. По мнению Ди быстрый душ минут на пятнадцать.

А потом она вышла с полотенцем в руках, вытирая мокрые волосы. Когда она посмотрела на кровать, симпатичный румянец прополз по ее щекам.

Думаю, я мог бы надеть какую-нибудь одежду, но тогда я бы пропустил ее смущение.

Сбросив ноги с кровати, я прогулялся по комнате. Проходя мимо, я ласково потрепал ее розовую щеку. Ее лицо запылало еще ярче, и я рассмеялся, когда она пробормотала себе под нос что-то совсем неподобающее женщине.

Ванна была милой и наполненной паром. Когда я встал под душ, позволив воде бить в лицо, я думал о прошлой ночи и об этом утре. Мои мысли вернулись назад, к первому разу, когда я увидел, как Кэт выходит из своей двери и направляется к моему дому, чтобы спросить дорогу. Даже если в тот момент я не хотел этого признавать, она запустила в меня свои когти, и я не хотел, чтобы они исчезали.

В этом миг мозг сбросил на меня кучу дерьма. Поднимая воспоминания, которые я почти забыл — о том, как Кэт спорила со мной через цветник и отказывалась ехать на озеро в тот день, когда Ди спрятала мои ключи. Словно мне нужны были ключи, чтобы куда-нибудь пойти. Даже тогда я искал поводы, чтобы провести с ней время. Было так много моментов. Как тогда, когда она, словно ниндзя, пошла на Арума после возвращения домой. Она рисковала своей жизнью ради меня, даже тогда, когда я не был для нее ничем, кроме как гигантским оружием. А ночь Хэллоуина? Она бы умерла за меня и Ди.
Я бы умер за нее.

И что дальше? Не только с жильем, но и с нашими жизнями. Мы оба жертвовали и пожертвуем ради друг друга всем, чем угодно. Следующий шаг был сложным. Я подумал о поездке на машине, когда я смотрел на ее левую руку.

Сердцем в груди совершило нечто странное, что-то между паническим сжатием и возбужденным прыжком. Я снова опустил голову под струю. Что-то росло в моей груди, накапливаясь до тех пор, пока нельзя было отрицать, чего я хочу. Мои руки сжались в кулаки возле плитки.
Дерьмо.

На самом ли деле я об этом думал? Действительно ли я хотел этого? Черт, да. Была ли это самая безумная вещь, какую я когда-либо рассматривал? Совершенно точно. Остановит ли что-то меня? Нет. Чувствовал ли я себя так, словно собираюсь потерять сознание? Лишь немного.

Я находился в душе больше, чем пятнадцать минут.

Я был как девчонка.
Ощущение паники и возбуждения возросло, когда я повернулся к смесителю и выключил воду. Руки немного дрожали, и глаза сощурились.

Мне действительно следовало об этом подумать.
С другой стороны, кого я дурачил? Когда я решался на что-то, то я это делал. И я решился. Нечего ходить вокруг да около. Нет смысла ждать. Это было правильно. Это ощущалось правильным. И вот что было важным — единственным, что больше всего имело значение.

Я любил ее. Всегда буду.

Обернув полотенце вокруг бедер, я вошел в спальню. Кэт сидела на кровати, скрестив ноги, одетая в джинсы и свою футболку с надписью: «Мой Блог лучше, чем ваш Видео—блог». Да, для меня это практически решило дело.

— Я тут думал, — сказал я, слова вырвались прежде, чем мозг осознал их. — В одном дне восемьдесят шесть тысяч четыреста секунд, верно? И одна тысяча четыреста сорок минут.

Она нахмурилась. — Ладно, поверю тебе на слово.

— Я прав.
Я коснулся пальцами своей головы. — Здесь много бесполезных знаний. В любом случае, ты слушаешь меня? В одной неделе сто шестьдесят восемь часов. В году около восьмидесяти семи сотен часов, и, знаешь что?

Она улыбнулась. — Что?

— Я хочу проводить каждую секунду, каждую минуту, каждый час с тобой.
Часть меня не могла поверить, что что-то столь убогое исходит из моего рта, но так же это было изумительно правдиво. — Я хочу измерять ценность секунд и минут в году с тобой. Я хочу десятилетия часов, так много, что не могу их сосчитать.

Ее грудь резко поднялась, и она взглянула на меня, распахнув глаза.

Я сделал еще один шаг, а потом опустился перед ней на одно колено, в полотенце. Вероятно, следовало надеть какие-нибудь штаны. — Ты хочешь этого? — спросил я.

Глаза Кэт встретились с моими, и она не задумываясь, ответила. — Да. Хочу. Ты знаешь, что хочу.

— Хорошо, — мои губы изогнулись. — Тогда выходи за меня.


Глава 25

КЭТИ

Время остановилось. Мое сердце пропустило удар, а потом сделало несколько скачков. В животе было чувство, будто я взбиралась на гору. Я смотрела на него так долго, пока он не забеспокоился.

— Котенок? — Он склонил голову в сторону. Мокрые пряди волос упали на его лоб. — Ты дышишь?

Дышала ли? Я не была уверена. Все, что я могла делать, это таращиться на него. Он не мог сказать то, о чем я думала. Выходи за меня. Утверждение, потому что я была почти уверена, что это не вопрос, произошло так неожиданно, что я была ошеломлена.

На его лице появилась кривая ухмылка. — Ладно. Твое молчание затянулось дольше, чем я думал.
Я моргнула. — Извини. Просто это... о чем ты меня спросил?

Он низко усмехнулся и протянул руку, переплетая свои пальцы с моими. — Я сказал, выходи за меня.

Сделав еще один глубокий вдох, я сжала его руку, мое сердце совершило еще одно сальто. — Ты серьезно?

— Серьезнее, чем когда-либо, — ответил он.

— Ты ударился головой в ванной? Потому что ты там долго находился.

Дэймон зашелся смехом. — Нет. Я должен быть оскорблен этим вопросом?
Я залилась румянцем. — Нет. Просто это... ты хочешь на мне жениться? Как бы, на самом деле, жениться?

— Существует несколько разновидностей женитьбы, Котенок?
Его губы снова поползли вверх. — Это нелегально, потому что нам придется использовать новые удостоверения, так что, в любом случае, это не по—настоящему, но для меня это будет по—настоящему — для нас обоих. Я хочу сделать это. Прямо сейчас. У меня нет кольца, но, обещаю, я раздобуду то, которое будет тебя достойно, когда все... все уляжется. Мы в Вегасе. Нет места лучше. Я хочу жениться на тебе, Кэт. Сегодня.

— Сегодня?
Мой голос прозвучал, словно писк. Я думала, что могу упасть в обморок.
— Да. Сегодня.

— Но мы...
Мы были молоды, но, в самом деле, существовало ли для нас такое понятие, как слишком молоды? Мне было восемнадцать, до девятнадцать месяцы. Я всегда воображала, что свяжу себя узами как минимум в двадцать с половиной, но наше дальнейшее будущее было неизвестно. И это был не обычный мир, с которым люди сталкиваются каждый день, не зная, насколько коротки, могут быть их жизни. Мы находились на статистически отстойной стороне, где ничто не происходило нам на пользу. Если мы не сумеем спрятаться, и нас снова схватят, не думаю, что Дедал окажется столь чуткими, что позволят нам быть вместе. Другими словами, переживем ли мы все это. У нас не было гарантированных лет, чтобы выяснять наши отношения.

— Но что? — мягко спросил он.

Я не была уверена, что мы нуждались в этих годах, чтобы определиться, хотим ли мы быть вместе. Прямо в эту секунду я знала, что хочу провести остаток своей жизни с Дэймоном, но это было не так просто. Этим его решением могло управлять что-то еще.
Он сжал мою руку. — Кэт?

Мое сердце стучало безумно быстро. Я чувствовала себя, словно находилась на вершине американских горок.
— Ты хочешь сделать это, потому что завтра может не наступить? Вот почему ты хочешь на мне жениться? Потому что позже это может не произойти?

Он откинулся назад. — Могу ли я сказать, что это не играет никакой роли в том, чтобы сделать это сейчас? Нет. Играет. Но это не единственная и даже не главная причина того, почему я хочу на тебе жениться. Это больше похоже на катализатор.

— Катализатор, — прошептала я.

Он кивнул. — Я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы убедиться в том, что ничего плохого не случится. Я сделаю все, чтобы убедиться, что у нас достаточно времени на все, чего мы хотим, но я не настолько глуп, чтобы игнорировать тот факт, что может произойти что-то, что я не смогу контролировать. И, черт побери, я не хочу оглядываться назад и видеть, что я не воспользовался шансом сделать тебя своей, чтобы по—настоящему доказать, что я хочу провести остаток моей жизни с тобой. Что я упустил эту возможность.

Воздух натолкнулся на ком, внезапно возникший в моем горле. Слезы жгли глаза.

— Я хочу жениться на тебе, потому что я люблю тебя, Кэт. Я всегда буду любить тебя. Это не изменится сегодня или через две недели. Я буду точно так же, как сегодня, любить тебя и через двадцать лет.
Он отпустил мою руку и немного приподнялся, обхватив мою щеку. — Вот почему я хочу жениться на тебе.

Навернулись слезы, и несколько выскользнули из глаз. Он поймал каждую из них большим пальцем. — Слезы это хорошо или плохо?
— Это просто... ты говорил такие красивые вещи.

Я вытерла лицо, чувствуя себя излишне эмоциональной дурой на грани инсульта. — И так, ты, правда, хочешь жениться сегодня?

— Да, Кэт, я, действительно хочу жениться.
— В полотенце?

Он откинул голову и низко рассмеялся. – Может, я одену немного одежды.
Мои мысли мчались галопом. — Но где?
— В Вегасе тысячи мест.
— Выходить отсюда безопасно?

Он кивнул. — Думаю да, если мы с этим поторопимся.

Быстрый брак в Вегасе? Я почти рассмеялась, потому что мы были одними из миллиона, кто приехал в Вегас и поженился. Часть оцепенения исчезла от осознания того... насколько нормальным было сделать это.
Пожениться.
Мое сердце совершило сальто.

— Если ты не готова, то все в порядке. Нам не нужно этого делать, — сказал он, и наши глаза встретились. — Я не расстроюсь, если ты не чувствуешь, что это правильное время, но я спрошу еще раз. Тебе даже не нужно говорить "нет". Просто не говори ничего. Хорошо?
Он набрал немного воздуха. — Сделаешь ли ты меня самым удачливым засранцем на Земле и выйдешь за меня замуж, Кэти Шварц?

Мое дыхание дрогнуло. Напряжение прокатилось по всему телу. Мои представления о предложение были совсем иными. Оно никогда не включало в себя полотенце, и у меня была длинная помолвка, план свадьбы, а так же семья и друзья, свидетельствующие момент, но...

Но я любила в Дэймона. И, как он и сказал, я буду любить его и завтра, и через двадцать лет. Это никогда не изменится. Эмоции были сложными, но ответ прост.

Я сделала вдох, казалось, это был первый вдох, который я когда-либо делала. — Да.
Он в изумление уставился на меня. — Да?

Я энергично закивала, словно тюлень. — Да. Я выйду за тебя. Сегодня. Завтра. Когда угодно.

В мгновение ока он уже стоял, заключив меня в крепкие объятия. Он плотно сжал меня руками, мои ноги на несколько дюймов оторвались от пола, и его рот прильнул к моему. Этот поцелуй заявлял больше притязаний, чем мог бы любой сертификат о браке.

Я поднялась в воздух, сжимая его плечи. Когда Он начал светиться красивым мягким белым светом, когда он снова посмотрел на меня взглядом, вызывающим трепет. Я улыбнулась. — Ладно, давай приведем наш план в действие.

ДЭЙМОН

Я не позволил бы Кэт переодеть футболку. Я испытывал к ней нежность. В конце концов, это была первая футболка, в которой я ее увидел, и, я думал, она ей шла.

Чувствуя себя так, будто могу за секунду залезть на Эверест, я быстро переоделся в джинсы и рубашку. Ладно. Может быть не быстро. Я продолжал отвлекаться на губы Кэт, потому что эти губы сказали "да", что вдруг превратило их во что-то, чего я не мог прекратить касаться.


Дата добавления: 2015-11-14; просмотров: 61 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
16 страница| 18 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.03 сек.)