Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Fxxk me right

Читайте также:
  1. A dream in the hands of the right person is a winner every time
  2. A Real Hard Right
  3. A rights issue
  4. A well-regulated militia being necessary to the freedom of a free state, the right of the people to keep and bear arms shall not be abridged.
  5. A. Corruption and violations of economic and social rights
  6. A. Protection of minority rights
  7. Accommodation is provided at Varley Halls which is part of the University of Brighton.

http://ficbook.net/readfic/3656081

Автор: woovecha (http://ficbook.net/authors/330656)
Фэндом: EXO - K/M
Персонажи: Чонин/Кёнсу
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Повседневность, PWP, AU
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 9 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Описание:
С тех пор как у Чанёля появляется напарник для исследовательской работы, у Кёнсу почти не остаётся времени, которое он может провести наедине с самим собой.

Примечания автора:
кайсу-порнушка для вас, дорогие извр.. шипперы
take it easy~
я тоже ржу с названия

автор морально кончился на этом тексте.

этого тут вообще не должно было быть. поэтому я умываю руки, сматываю удочки, гашу свет, снимаю с себя ответственность и иду в бункер, думать над своим поведением.

17.10.2015
№11 в жанре «PWP»
№22 в жанре «AU»
№24 в жанре «Повседневность»

С тех пор как у Чанёля появляется напарник для исследовательской работы, у Кёнсу почти не остаётся времени, которое он может провести наедине с самим собой. Этот Ким Чонин постоянно торчит в их комнате, нервируя. Он приходит, как только заканчиваются пары, и они засиживаются с Чанёлем над книжками и конспектами до позднего вечера. И так продолжается уже третью неделю.

Вообще, Чанёль — хороший сосед. У него всегда можно что-нибудь одолжить, он редко кого-то приводит, предпочитает сам быть гостем, часто ночуя в другом месте, не шумит тогда, когда не надо, и с ним о многом можно поговорить. Но когда он безвылазно сидит в комнате, то автоматически становится вместе с этим своим Ким Чонином причиной раздражённого и недовольного вида Кёнсу.

До не может взять в толк, почему бы этим двоим не заняться проектом в библиотеке или в круглосуточном кафе или, например, в комнате самого Кима. Чонина слишком много. Кёнсу кажется, что он чувствует его древесный парфюм повсеместно, даже на своих вещах. Чонин каждый раз приходит с пачками снеков и банками газировки, постоянно отвлекается, чтобы спросить у киснущего на своей кровати Кёнсу что-нибудь дурацкое, а несколько раз остаётся с ночёвкой под молчаливое согласие того же Кёнсу. И все эти несколько раз он едва не застаёт До на горяченьком, встав среди ночи в туалет. Вот за это Кёнсу его особенно ненавидит.

То ли это весна так влияет, то ли долгое отсутствие личной жизни, или же всё в совокупности, но Кёнсу вот уже несколько месяцев испытывает настоящий бунт гормонов, находясь в перманентном возбуждении. Каждую ночь перед сном под веками пляшут картинки самого пошлого содержания в которых Кёнсу сочно имеют во всех позах, а днём он не может спокойно смотреть на продолговатые предметы и линейки, не начав при этом размышлять и фантазировать о том, какая длина и форма лучше.

Почему у него нет парня, Кёнсу и сам понять не может. Последний секс был давно, даже вспоминать больно, а найти кого-нибудь всё не получается. Стрелять глазами в каждого понравившегося парня, надеясь, что тот окажется заинтересован — затея глупая, рискованная и малоэффективная, а опуститься до гейских онлайн-знакомств ему не позволяет гордость. Поэтому, сознательно себя обложив, Кёнсу находит себе одну настоящую и такую необходимую его нежной извращённой душе радость.

Радость эту, поскольку у До отвращение к тупым кликухам, лаконично зовут Господин Член, она восемнадцати сантиметров ростом, восхитительного полупрозрачного фиолетового цвета, красивой ребристой формы и при должном обращении умеет вибрировать так, что приходится задыхаться. Кроме того, по акции Кёнсу достаётся ещё и аккуратная анальная пробка, так что из магазина он выходит самым счастливым и озабоченным человеком на Земле, с нетерпением предвкушая знакомства со своими новыми друзьями.

И на протяжении двух месяцев всё проходит хорошо и даже очень, но больше двух недель назад у Кёнсу почти буквально отбирают его маленькую радость, денно и нощно оккупируя комнату, так что остаётся только позорно передёргивать по-быстрому вечерами в душевой кабинке и желать вездесущему Ким Чонину, чтобы его отросток усох и отвалился за полным отсутствием мужского сострадания.

Но сегодня день совершенно прекрасный. Сегодня Чанёль обещает вернуться позднее обычного или вообще глубоким вечером, так что после пар Кёнсу сразу мчится в общагу и ни на секунду не теряет хорошего настроения. Он скидывает вещи, быстро и основательно принимает душ, переодевается и, прогнав грустные и стыдливые мысли о том, что это не дело, и лучше бы уже найти кого-нибудь классного для полноценного здорового секса, вставляет в себя тонкую чёрную пробку, предчувствуя отличный вечер.

Вся его идиллия нарушается внезапным стуком в дверь, когда Кёнсу только-только достаёт свой нежно любимый вибратор из самого укромного уголка. На пороге стоит грёбанный Ким Чонин, с улыбочкой сжимает ладонью ручку от висящей на плече сумки и интересуется, где Чанёль.

— Его нет, и не будет сегодня, — отвечает Кёнсу как можно более ровным и убедительным тоном и надеется, что под длинной пижамной кофтой не выпирает ничего компрометирующего.

— Жаль. Тогда я возьму некоторые записи и подожду его немного? Мы должны были сегодня работать, так много дел ещё, — Чонин спрашивает это будто дежурно, и, не дожидаясь ответа, заходит в комнату, кивнув. Кёнсу не успевает даже придержать дверь и застывает, раскрыв рот и проклиная себя за то, что вообще открыл.

И вот они сидят уже больше получаса. Чонин по-деловому перебирает чанёлевы бумажки, устроившись с ногами на его кровати, а Кёнсу сидит на своей, ёрзая, и делая вид, что тоже занят. Чонина никак не удаётся выгнать, и от бессилия и детской обиды Кёнсу хочется разрыдаться. Не для того он пересмотрел кучу порно, чтобы потом промучиться со стояком и бездарно спустить в туалете, радуясь, что отпустило и не застукали. Нет, Кёнсу хочется делать это долго и со вкусом, на своей мягкой удобной кровати, а посторонний и упёртый Ким снова всему мешает.

Он смотрит на экран планшета, переставляя включённые в панике шахматы, которые со скуки даже начинают занимать, и пышет ненавистью. Впрочем, Кёнсу просто излишне дипломатичен.

— Забери их к себе, у себя и доделаешь, — предлагает он, прокашлявшись.

Чонин отрывает взгляд от бумаги и отстранённо говорит:

— Чанёль-хён меня убьёт потом, тут же запутаться легко. Да и мне просто нужно свериться с его информацией. Подожду его, должен же вернуться.

И на секунду улыбается. Кёнсу готов сорваться и идти выгонять его пинками, но, дёрнувшись, вдруг томно ойкает и пугается. Тогда он начинает из мстительных побуждений разглядывать Чонина.

Парень, на самом деле, очень симпатичный. Да что уж там, он настоящий красавчик, Кёнсу едва ли не завистливо фыркает, подумав, что у такого-то уж наверняка каждый вечер есть секс. В Чонине вообще много ненавязчивой природной сексуальности, будто он совсем не при делах, такой расслабленной небрежности, из-за которой думается, что он может быть разным в постели, стоит его только правильно завести. В нём много и милой уютности, в этих его сонных выражениях, в частой заторможенности и тёплой серой кенгурушке, которую страшно хочется у него отобрать и носить, пропитанную запахами парфюма и самого Чонина. Кёнсу спускается взглядом с густых каштановых волос, рассыпавшихся по пробору, на красивые глаза и тёмные, крупные губы, наверняка очень мягкие. На изгиб смуглой крепкой шеи, которая пышет нежным теплом возле ворота, куда непременно хочется уткнуться лицом и вдыхать, и на большие, но аккуратные ладони с длинными пальцами, Кёнсу уверен, очень сильные.

Кёнсу смотрит на то, как Чонин сидит, согнув ноги по-турецки, уперев локоть в коленку и устроив на ладони лицо. Да, Ким ещё и гибкий, Кёнсу помнит, как Чанёль рассказывал, что младший занимается танцами. И у него наверняка крепкая упругая задница. Сглатывая, До не решается представлять Чонина обнажённым. Он глубоко вздыхает, ловя мурашки от очередного движения и думает, что неплохая идея — взять, да с отчаяния собраться в какой-нибудь кабак, чтобы его там кто-нибудь уже наконец снял.

— Ты не против? — как-то внезапно спрашивает Чонин, вырывая Кёнсу из грёз. — Тут немного жарко.

До непонимающе смотрит, а Чонин легко улыбнувшись, скатывается с кровати и стягивает с себя кенгурушку через голову. Кёнсу залипает на полоске оголившегося пресса над поясом джинсов, на том, как напрягаются и дёргаются в движении твёрдые мышцы, когда Чонин становится боком, и взгляд невольно замечает, что тёмная гладкая кожа покрыта мурашками. Но это становится не так важно, потому что потом Кёнсу не совсем случайно смотрит на пах Чонина и обнаруживает, что ширинка на его низкопосаженных узких джинсах весьма внушительно топорщится. Несколько иначе, чем положено, крупной длинной складочкой в один бок и очертания все очень интригующие.

Смущённо покашляв, Кёнсу толкает на носу очки вверх и прячет взгляд в экране. Ничего себе, кто бы знал, что история архитектуры древнего Китая такая возбуждающая. Он кидает на парня напротив быстрый взгляд. Чонин садится обратно, как ни в чём не бывало, а вот у самого Кёнсу всё внутри сладко стискивает жаром от такой ситуации. Как же хочется. Это несправедливо — вот так приходить и дразнить.

Тем временем Чонин ложится на кровати и потягивается, показывая изнывающему Кёнсу ещё больше кожи, а затем встаёт и по-хозяйски идёт в ванную. Кёнсу в неверии хмурится, предполагая, что Ким пошёл дрочить, и косится на свою подушку, под которой спрятан вибратор, встречу с которым ему сегодня опять успешно обламывают.

Нервно вздыхая и думая, что просто кончить — уже будет хорошо, До тянется к своему телефону и строчит Чанёлю возмущённое сообщение.

Он чуть двигает бёдрами, но не успевает даже запустить руку в штаны, как дверь ванной распахивается снова, и Чонин возвращается. Кёнсу подпрыгивает на кровати, чертыхаясь, и просто ну почему его никто не может оставить в покое. До тихо бесится, насылая проклятья, а Чонин вдруг привлекает внимание, протягивает ему что-то и загадочно спрашивает:

— Что это, хён?

Рядом вздрагивает оповещением телефон. В ладони Кёнсу обнаруживает тюбик с чем-то прозрачным. Он тупо смотрит на смазку, которую ему вручает Чонин, и думает, что её явно не было раньше в ванной. Рядом под весом Кима проминается кровать, и Кёнсу переводит потерянный взор на Чонина, который даже не скрывает ухмылки.

— Э-э?.. — изрекает Кёнсу, медленно сглатывая под гипнотическим взглядом карих глаз. — Это…

Ким словно с издёвкой поднимает брови. Щеки завороженного Кёнсу невесомо касаются кончики пальцев Чонина, а потом он стремительно опускает ладонь вниз и ощутимо сжимает прикрытый двумя слоями тонкой ткани стояк До. Кёнсу дёргается от резкого прикосновения, не сдержавшись стонет в голос, и испуганно смотрит в ответ.

— Верно, хён. Это то, что нам с тобой понадобится сегодня, — Чонин нагло улыбается и вжимает руку сильнее, перебирая пальцами, чтобы схватиться удобнее. Кёнсу задушено всхлипывает, а внутри становится так горячо и хорошо, что он бы попросил оставить эту ладонь навечно. Чонин наклоняется ближе и выдыхает в ухо: — Потому что я тебя наконец-то трахну.

«Господибожемой, да, да, да!» — хочется воскликнуть Кёнсу, когда вслед за словами на его мочке смыкаются влажные губы, и Чонин играет с ней языком.

— М-х, — лишь произносит он, потому что через мгновение Ким отстраняется, стаскивает с его носа очки, и с напором целует Кёнсу, с жаркими нетерпеливыми вздохами сразу же проскальзывая языком в приоткрытый рот.

Чонин целует глубоко и голодно, будто показывает, как сильно он хочет и как он будет делать это с Кёнсу. До в ответ извивается, стремясь потереться членом, и тянет наверх футболку Чонина, который роняет их обоих на кровать и, оторвавшись с влажным звуком, без лишних движений снимает одежду с себя и заодно раздевает и старшего. Чонин становится на коленях меж его расставленных ног, и Кёнсу готов кончить только от этого, представив, что будет дальше.

Чонин чёртов Аполлон. Кёнсу почти говорит это вслух, когда видит оголённую кожу его торса с рельефными мышцами и тёмными пятнышками сосков. Чонин снова ухмыляется, заметив реакцию Кёнсу, наклоняется к нему и минуя губы широко проходится языком по шее, отчего До дрожит и льнёт ближе, а потом судорожно вздыхает, ощущая, как за ухом, на шее, на плечах и груди одно за другим расцветают красные пятна.

— Это был я, — урчит Чонин, оставляя неяркий след от зубов на втянувшемся животе. — И здесь, — он прихватывает губами нежный сосок, ласкает его, а потом ставит рядом засос.

Кёнсу классно и просто невероятно хорошо, и это всё так приятно, но он уже слишком возбуждён, поэтому лишь просяще поскуливает и мечется в сильных руках, снова впуская в рот горячий язык.

Когда Ким задевает пальцами наконечник пробки, а потом дразняще двигает её, прижимая меж их раздетыми телами болезненно возбуждённый и истекающий смазкой член старшего, этого становится достаточно, и Кёнсу видит звёзды под дрожащими веками, кончая с подавленным стоном, запрокинув голову.

— Упс, — улыбается Чонин, отстраняясь. — Я не хотел. Ты же простишь меня?

Смотря мимо и заново собирая свои мысли, Кёнсу думает, что, оказывается, этот милый парень с инженерного тот ещё чертяга. От неожиданности он охает и крупно вздрагивает, когда Чонин вытаскивает из его тела пробку.

— Так и знал, — он кидает её на кровать. — Видел бы ты себя до этого, хён.

— Прости, но ты всё будешь комментировать? — беззлобно интересуется Кёнсу. Ему хорошо, но после долгого терпения и воздержания хочется большего. А ещё у Чонина мягкие полные губы, и это заставляет строить на их счёт конкретные планы.

— Если тебе не нравится, я могу уйти, — дразнится Ким, легко прихватывая зубами мягкую кожу у согнутой коленки, и тут же отстраняясь.

В ответ Кёнсу хнычет и сверкает на него предупреждающим взглядом, а потом смотрит на чужие хипсы, ткань которых обтягивает приличных размеров возбуждённый член. Кёнсу хмыкает, заметив тёмное пятно у самого края, и сводит колени, ловя Чонина.

— Куда ты денешься, — шепчет он. Настаёт его черёд быть дерзким, и До подтягивается, садясь и оказываясь лицом напротив чужих ключиц.

В этот момент в затуманенных глазах младшего проскальзывает азартное и трогательно просящее выражение, словно ему уже не терпится и ещё немного, и он станет умолять. Ухмыльнувшись, Кёнсу одним точным движением опускает Чонина на лопатки, а затем избавляет от хипсов.

Он проводит по загорелому торсу ногтями от паха вверх, и Чонин тянется и облизывается, а его эрегированный член дёргается в предвкушении. На бархатной коже выступают мурашки, и Кёнсу повторяет движение снова, полностью сбивая Чонину дыхание и наслаждаясь видом. А затем наклоняется к самому главному.

Во рту собирается слюна от вида склонившего голову к животу, крепкого большого члена, блестящего от выделяющейся смазки. Кёнсу, в своей озабоченности повидавший в порнушке десятки пенисов, с восторгом дорвавшегося отмечает, что этот идеальный. Он, облизнувшись, берёт его сначала в руки, ощущая приятную тяжесть, а затем легко проводит сомкнутыми губами по горячему стволу, внимательно смотря снизу на лицо Чонина, блаженно прикрывающего глаза. А потом раскрывает рот, медленно и с удовольствием обводит языком крупную головку под участившиеся шумные вздохи и опускает голову, заглатывая почти полностью, втягивая щёки и кружа мягким языком. Кёнсу закрывает глаза и двигает головой, не торопясь, а выпустив изо рта, то лижет и посасывает головку, раздвигая складочки, то ласкает ствол, проходя с нажимом по венам, плотно держа у основания рукой. В волосах путаются чужие пальцы, и до слуха доносятся приглушённые пылкие ругательства Чонина, смешанные со стонами и резкими вздохами, и До тянется свободной рукой к своему паху, потому что это всё чертовски заводит.

— Хватит, — хрипло прерывает Чонин. Его приоткрытые губы влажно блестят, а взгляд тёмный и глубокий, и Кёнсу, у которого всё внутри горячо сжимается от желания, с ним охотно соглашается, выпрямляясь.

У Чонина такой приятный низкий бас, и когда он просит встать на четвереньки, Кёнсу готов сделать вообще что угодно. Он послушно становится, чуть прогибаясь в спине, и смотрит из-за плеча, как Чонин выдавливает лубрикант на ладонь, смазывает член, а потом притягивает Кёнсу к себе за пояс.

Чонин разводит половинки и проходится по влажной ложбинке ребром ладони снизу вверх, заставляя Кёнсу сжаться и вздрогнуть, а потом потянуться назад. Он снова дразнится, гладит бёдра, с чувством сминая ягодицы и медля, вводит в подрагивающее колечко мышц палец и затем второй и мучительно медленно прокручивает их, то раздвигая, то собирая вместе, а потом и вовсе безжалостно вынимает и снова вводит, отмечая вслух, как ему нравятся тихие беспрерывные постанывания в ответ.

От возбуждения у Кёнсу краснеют уши, шея и щёки, а во рту пересыхает, и он закусывает нижнюю губу, когда Чонин попадает подушечками по простате. Пальцев недостаточно, а эти болезненно неторопливые ласки вызывают стойкое желание закричать в отчаянии. Кёнсу сжимается, стонет в голос от очередного прикосновения и оборачивается, чтобы разразиться эмоциональной речью, но давится всеми претензиями. Ладони Чонина крепко вцепляются в его бёдра, а головка члена исчезает в теле. Ким входит плавно и легко и наклоняется, чтобы поцеловать взмокшие лопатки Кёнсу и его подрагивающие плечи.

Кёнсу же едва не хнычет от долгожданных ощущений и вытягивается, сгибая руки в локтях и опуская на них голову в поисках лучшего угла. Его пробирает дрожью и мурашками до самых вспотевших висков, и он стонет без стеснения, чувствуя растягивающую его изнутри горячую плоть. Чонин отстраняется, а потом входит снова одним толчком на всю длину, и Кёнсу выдыхает почти счастливо, захлёбываясь чувствами.

Чонин качает бёдрами, сразу задавая быстрый темп и больше не играя, а Кёнсу стонет прикрывая глаза при каждом толчке, потому что, да, чёрт возьми, это в тысячу раз лучше дурацкой резины. Сейчас Кёнсу готов признаваться в любви члену Чонина, движущемуся в его теле так точно и сильно. Он бессвязно мычит и скулит, собирая в кулаках простынь и мотает головой от накрывающих волнами ощущений. Ко всем игрушкам в одночасье пропадают всякие привязанности, потому что властные руки Чонина и его твёрдый член, толкающий внутренности к глотке, делают Кёнсу адски хорошо. Замедлившись, Чонин наклоняется и, опираясь на одну руку, ладонью второй с нажимом проводит по груди и дрожащему животу Кёнсу, а потом До чувствует мокрые прерывистые поцелуи, поднимающиеся с плеча на шею. И от такой невыносимой смеси грубости и нежности он готов влюбиться в этого парня.

Кёнсу едва держится на ослабевших коленках и прижимается к Чонину спиной, показывая, что ему тоже нравится. Он откидывает голову назад, и Ким находит его губы своими, целуя и покусывая их.

— Хочу видеть твоё лицо, — голос хрипит, когда он говорит это, горячо дыша Кёнсу на ухо.

Чонин с лёгкостью переворачивает теряющегося в ощущениях До на спину и, подхватывая под бёдра, подтягивает к себе. У Кёнсу в груди заходится сердце и ему очень жарко и очень хорошо, что не то слово, и хочется ещё, сильнее, глубже, ближе. Он блестящими глазами смотрит на влажную грудь Чонина, на его красивое лицо с раскрасневшимися щеками, на то, как перекатываются под смуглой кожей мышцы на сильных руках, на широкие крепкие плечи, на которых ноги Кёнсу будут смотреться просто потрясающе. И опускается взором вниз.

— Нравится? — спрашивает Чонин, заметив горящий взгляд на своём паху.

Набухшая тёмная головка касается входа, и насмешливый тон в густом голосе Чонина заставляет в нетерпении захныкать и жалобно свести брови.

— Да-а-ах, — Ким надавливает чуть выше и Кёнсу снова хочется ругаться. — Быстрее…

— Быстрее что? — он отталкивает спускающиеся к паху дрожащие ладони старшего и прихватывает одну его ногу под коленом.

— Чонин! — раздражённый заминкой, Кёнсу сердито сверкает на него глазами и без стеснения самыми пошлыми словами разъясняет, что и как Чонин должен с ним сделать.

Подхватив Кёнсу под поясницу, Ким лёгким движением укладывает его бёдра на свои и входит с напором, двигаясь резко и точно. Кёнсу прикрывает закатывающиеся от подскочившего удовольствия глаза и сладко стонет в невозможности сдерживаться. Он говорит о том, как ему хорошо, интимно шепчет имя Чонина и просит не останавливаться, подстёгивая.

В жаркой тесноте, плотно обхватывающей член, до умопомрачения классно и горячо, и Чонину не хочется прерываться ни на секунду. У него замыкает схемы от того, какой Кёнсу раскрепощённый и чувствительный и как открыто он реагирует на все его прикосновения. И это всё лучше, чем он представлял себе. Он мощно толкается, крепко удерживая Кёнсу в своих руках, и прерывисто дышит. У обоих из головы пропадают всякие мысли, кроме одной, относящейся к тому, что происходит сейчас между ними.

В какой-то момент Чонин ловит руку Кёнсу и тянет его, усаживая на себя и входя до упора. Кёнсу порывисто хватается за его влажную от испарины шею, встречаясь расфокусированным взглядом с таким же напротив, и чувствует, как широкие ладони сжимают его бёдра до синяков. Он стонет и поскуливает, не зная куда себя деть от накрывающих как цунами эмоций из-за того, что делает с ним Чонин, и не слышит ничего кроме тихого рычания над своим ухом. Запрокинув голову, он получает короткий укус под подбородком и в ответ смазано целует покрасневшие губы. Кёнсу опускается к своему паху, плотно овивая непослушными пальцами налитый кровью член. Дыхание смешивается, чувства переливаются через край, и надолго их обоих не хватает.

— Я сейчас… — с трудом выдыхает Чонин, и До чувствует, как слабеет хватка на его ягодицах. Он жмётся ближе, не давая выскользнуть, и сквозь подступающую глухоту интимно просит не отстраняться.

Кровь стучит в висках, растекаясь жидким оловом, и, срываясь на стон, Чонин изливается внутри. Задыхаясь, Кёнсу кончает следом, окропляя свой живот и чужую грудь.

Несколько расплывающихся во времени секунд Чонин держит его в объятиях, восстанавливая ясность разума, прежде чем Кёнсу откидывается назад, ложась на кровать. Он смотрит перед собой, успокаивая дыхание, но ни за что не может зацепиться взглядом. Расслабленное и удовлетворённое тело становится тяжёлым и неохота даже поворачиваться, а в груди так спокойно и свободно, что Кёнсу блаженно прикрывает глаза, отходя от мощного оргазма.

— Это было… — где-то рядом слышится приглушённый голос Чонина.

Кёнсу находит десятки восторженных эпитетов, но ему лень даже повернуть языком. Он довольно жмурится, сжимаясь, и мечтает, чтобы это состояние эйфории осталось навсегда. Сейчас ему не стыдно ни за что: ни за смущающую пробку, ни за те вещи, что он шептал в запале страсти, ни за то, что позволил сделать это с собой. А насчёт последнего он думает, что был бы круглым идиотом, если бы не дался Чонину. Потому что это было невероятно и просто потрясно. И точно было лучшим, что случилось с ним за последнее время, и пусть потом будет неловко.

Чонин наклоняется к нему, приподнявшись, и Кёнсу тянется навстречу короткому благодарному поцелую. Они молча лежат рядом и смотрят друг другу в глаза. Кёнсу скользит взглядом по лицу Кима вниз на ключицы и подмечает, что и сейчас находит этого парня действительно привлекательным. Грудь Чонина тяжело поднимается из-за сбившегося дыхания, а чёлка липнет ко лбу. Уголки его губ подрагивают, а потом растягиваются в улыбке, говорящей разом всё о том, что лень сейчас произносить вслух. Кёнсу прыскает тоже и осознаёт вдруг, что они всё ещё голые и на его кровати. Улыбка у Чонина больше довольная, чем насмешливая, но До легонько толкает его ладонью, прося, чтобы мысли так явно не проступали на лице. Облизнув губы, Ким начинает первым.

— Пустишь в душ?

Кёнсу согласно угукает и добавляет:

— Надо прибраться побыстрее, вдруг Чанёль придёт.

— Его до обеда можно не ждать, — Кёнсу с лёгким недоумением смотрит на него, а Чонин посмеивается, словно его шалость удалась. Цокнув языком, До качает головой. Ну конечно же, Чонин всё знал заранее и имел конкретную цель своего визита, которую успешно выполнил. Но прогонять его теперь и на что-то обижаться Кёнсу не хочется. И можно будет задуматься над своим весьма лёгким поведением, но как-нибудь потом.

— Ты такой сладкий, — тихо произносит Чонин, вынуждая поморщиться и фыркнуть. Забавно, они флиртуют, лежа в постели.

— Только не надо вот этого, — Кёнсу усмехается.

— Будешь со мной встречаться? — звучит не серьёзнее, чем предложение выпить чаю. Кёнсу удивлённо поднимает брови, но не видит в карих глазах ни намёка на шутку. Что-то внутри так и не успокаивается и кричит, что преступление — отказываться от такого, тем более что оно само пришло в руки и не против задержаться.

— У тебя никого нет, верно же?

— А то оно не видно, — чуть повернувшись, Кёнсу не без странного удовольствия чувствует, как что-то стекает по внутренней стороне бедра. К нему возвращается чувство стыда, и он так же несерьёзно отмахивается: — Я подумаю. Иди уже.

Кёнсу провожает взглядом широкую спину с красными следами на смуглой коже, и закусывает губу, думая, уронит ли он себя вообще, если согласится на предложение сегодня же.

Выйдя из ванной, он не ожидает увидеть в комнате Чонина, но тот, одевшись по пояс, всё ещё сидит на его кровати и с бесподобным выражением на лице держит в руках почему-то работающий вибратор. Кёнсу ярко вспыхивает, а Чонин честно говорит, что всего лишь поправлял подушку. До пристыжено и гневно ворчит на него и отбирает игрушку, шлёпнув по рукам, но потом, встретившись взглядом с Чонином, не выдерживает. Они хохочут до слёз и падают на одеяло, и отдышавшись, начинают неторопливо целоваться, между делом пытаясь разговаривать. А вечером, после того, как они разбираются со своими делами, Кёнсу седлает узкие крепкие бёдра, и Чонин катает его полночи.

Утром, взъерошенный и по-своему счастливый, он выпроваживает Кима и без сожалений убирает игрушку в дальнюю коробку, предположительно надолго. А потом достаёт назад, поближе, загоревшись интересной идеей.

Не забудьте оставить свой отзыв: http://ficbook.net/readfic/3656081


Дата добавления: 2015-11-14; просмотров: 35 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Различные способы передачи будущих действий| Photographers

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.018 сек.)