Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Видеть другого



Читайте также:
  1. Quot;Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и, обратившись, увидел семь золотых светильников
  2. VIII. Сигналы, применяемые для обозначения поездов, локомотивов и другого железнодорожного подвижного состава
  3. АВТОНОМИЯ ДРУГОГО- В АВТОНОМИИ ОТ ДРУГОГО
  4. Благо другого
  5. БЛАГОДАРИТЬ ДРУГОГО
  6. Будем рады увидеть Вас на конференции и выставке!
  7. В поисках обоюдной выгоды я поддерживаю баланс между чуткостью к интересам другого и мужеством заявить о своих интересах.

Разумеется, наше зрение, если мы не слепые, фикси­рует того, кто располагается рядом: сидит ли неподалеку, бежит ли, снует ли в заботах дня, стоит ли неподвижно на­против или мелькает и пропадает за углом. Однако столь же очевидно для каждого из нас, что "смотрящий" - ещё не "видящий", а глядящие на одно и то же видят разное, и то, что видит один, иногда находится за границами вос­приятия второго.

Если полагать, что все одинаково способны видеть других людей вокруг себя, то не может не поражать, на­пример, следующее: при одинаковом количестве детей в типовом школьном здании неодинакова поведенческая картинка: в одной школе давка, толчея, теснота, в другой -свободное передвижение шумливого народа в свободном пространстве. Откуда берется это свободное простран­ство? И почему его не оказывается в другой школе с такой же площадью?

Или вот: на занятиях одного учителя детям всегда не хватает места и ежеурочно ведутся сражения за удобные столы и стулья, а на уроках другого педагога вообще не возникает спора о расположении и качестве предпочита­емой мебели.

И ещё: праздничный вечер в актовом зале иногда со­бирает такую многочисленность детей, которая никак не должна поместиться в этом зале, однако все размещают­ся, и никто не задавлен, не отодвинут, не выброшен, не смят и не унижен; а при небольшом количестве собрав­шихся в этом же зале тесно, душно, неудобно, все раздра­жены, потому что всем "нет места".

Умение "видеть Другого" - первая и основополагаю­щая этическая способность. Существование Другого на­чинается для нас именно тогда, когда среди окружающего мира, полного вещей, предметов, событий, явлений, мы вычленяем Человека из предметного мира, разом и резко очертив грань между предметными реалиями и ду­ховной субстанцией.

Содержание фундаментального умения "видеть чело­века" раскрывается до конца при обращении к таким по­нятиям, как "объект" и "субъект".

Объект (лат. "предмет") - то, что располагается вне сознания субъекта, воспринимается субъектом, подвер­гается воздействию, подвластно манипулированию, по­знается и оценивается и может быть преобразовано субъектом. Ландыш в лесу, бумага для письма, тарелка с закусками, полотно для будущей картины, метла для ра­боты по двору...- все это примеры бесконечного ряда объектов вокруг субъекта. Всё разнообразие мира для субъекта выступает как объект, но и "другой человек" по­падает в состав этого бесконечного разнообразия, ибо он тоже, располагаясь вне какого-то субъекта, становится тем, что воспринимается, познается, оценивается, под­вергается воздействиям и преобразуется.

Открылась дверь, и появилось нечто. Сразу и немед­ленно этот объект подвергается восприятию присутству­ющих: кто вошел? какого пола? какого возраста? какова мера знакомства? как зовут? в каком состоянии? И т.д.

Различной будет реакция на появление птицы, кошки, крокодила. Но принципиально отличной от них станет ре­акция на появление мужчины и дамы, малыша и старшек­лассника, старого и молодого. Но всегда иной будет реак­ция на появление человека. Этот объект особого рода: он есть потенциальный субъект. И отношение к нему будет выстраиваться как к объекту, являющему собою субъекта.

"Субъектно-субъектных" отношений нет в реальном мире, потому что человек имеет тело, материальную фор-

му, всегда для Другого выступает как вполне осязаемый объект, в первую очередь, телесная оболочка знаменует нашу объектность для другого человека. Отношения меж­ду людьми, если они субъекты, являются "субъект-объект-субъектными". Вероятно, пресловутые "субъект-субъект­ные" отношения можно встретить лишь...в раю среди ду­хов, в мире, лишенном телесной субстанции, звука и вся­кого рода предметности. Впрочем, и в придуманном раю один дух располагается, скорее всего, вне другого духа -следовательно, он есть объект для другого в своей ипос­таси.

Субъект (лат. "человек") - носитель сознания, воли, отношения. Субъект обладает отдельным внутренним ми­ром, его взаимоотношения с действительностью констру­ируются совсем по-другому, чем связи объекта с той же действительностью: субъект воспринимает себя в этом мире, воспринимая мир; субъект осознаёт воздействия, производимые им и направленные на него; субъект спо­собен осознавать манипулирование и оказывать сопротив­ление; субъект, познавая, оценивая и преобразуя объект, может познавать, оценивать и преобразовывать самого себя (раздваиваться и выстраивать отношение к себе как к объекту). Однако все эти качества не даны ему приро­дой, они приобретаются в ходе развития, поэтому способ­ность быть субъектом имеет свою степень развития. Гра­ницы поля её развития лежат между моментом рождения и моментом смерти человека.

Тот, кто проявил свою волю, отдавая себе отчет в по­следствиях, и тот, кто оценил ситуацию с позиции своих убеждений, и тот, кто выразил своё отношение к происхо­дящему без ссылок на общепринятое мнение, - все они являют пример субъекта. Но субъектом можно назвать и малыша, который заявляет, что не любит кашу, а любит ма­кароны.

Воспринимая другого человека, мы воспринимаем разной степени развитость субъекта, то есть человека, в

разной мере способного быть субъектом. Субъектом не рождаются, им становятся в ходе социально-психологи­ческого развития. Субъектность всегда в динамике - от са­мой маленькой доли до максимальной величины её.

"Видеть другого" - это, помимо того, что восприни­маешь его телесное расположение в пространстве, ви­дишь в человеке субъекта, отделив его радикально от всех находящихся вокруг объектов и отдавая ему как субъекту приоритет своего внимания. Можно сказать и так: "видеть другого" - это воспринимать человека как субъекта на фоне предметного мира объектов.

Двое разговаривают...К ним подходит собака. Её за­метили беседующие, но ни на секунду не прервали диалога.

Двое разговаривают...Около них оказался третий. Бе­седа немедленно обрывается. "Нужна помощь?"- спраши­вают. Вторжение третьего внутреннего разрушило ход ди­алога, потому что третий автономный внутренний мир не­прошено вошел в мир сторонний, закрытый для него.

Наличие сознания, воли и отношения обусловливает рождение такого внутреннего автономного мира челове­ка. Поэтому развитый человек - это всегда носитель авто­номного "Я". "Видеть Другого" - значит, обнаружить ря­дом такой автономный личностный мир и признать его су­ществование, наряду с существованием мира своего лич­ностного "Я".

• С одной стороны, сказанное означает некую сторон­нюю позицию по отношению к другому человеку, но, с дру­гой стороны, такое признание вводит в данное отношение признание "важности" мира человека, располагающегося рядом с тобою, - мы тогда говорим об "уважении", то есть, способности считать Другого "важным" для себя или "важ­ным" вообще для всех окружающих, для общества.

Очертим же круг поведенческих характеристик этичес­кого умения "видеть Другого". Вот они:

• человек учитывает присутствие окружающих его лю­дей и выстраивает свои действия с ориентацией на

их интересы; он не посягает на место, занятое ими в пространстве, не досаждает им своими минутными настроениями, не вторгается вход деятельности без позволения либо их на то просьбы, не играет роль центра протекающих событий, не стягивает на себя внимание всех находящихся вблизи;

• человек организует восприятие других людей так, чтобы в минимально короткий временной срок по внешнему портрету определить возраст человека, его самочувствие на данный момент, расположен­ность к общению, затруднительность ситуации, в ко­торой может находиться человек, индивидуальность проявляемых отношений к событиям;

• человек определяет характер деятельности других людей, признавая право их на избранный род заня­тий; не вмешивается в ход деятельности без надоб­ности, не пресекает активности, если она не связана с прямым посягательством на достоинство и жизнь другого человека;

• человек выстраивает собственное поведение в со­ответствии сложившейся ситуации, выражая согла­сие происходящему, отстраняясь от случившегося либо противопоставляя своё "Я" другим людям, со­вершающим событийные действия;

• человек всегда готов к проявлению доброжелатель­ности и приветствию в адрес других людей и реали­зует эту готовность при определенных условиях.

На фотографии перед нами девочка-малышка на по­роге подросткового периода своей жизни (см. фото № 1).Чуть-чуть напоминает андерсеновского гадкого утен­ка: неловкость движений, угловатость позы, непропорци­ональность частей тела, нескладность танцевального па. Но вглядимся в лицо, в ласковую доверчивую улыбку, в от­крытые глаза, излучающие радость танца (и костюма, до­бавим мы). Она вся - жажда красоты и стремление к кра­соте. Она вся - неосознанная потребность стать прекрас­ной Дамой.

Если кто-то скажет, что эту девочку плохо учили танце­вать или что эта девочка вовсе не умеет танцевать, то этот кто-то будет, вероятно, прав, с точки зрения предметного восприятия милой юной дамы. Он констатирует предмет­ное качество предметных действий. Но о нём нельзя ска­зать, что он "видит девочку". Он видит не человека, а руки и ноги, тело и голову, тапочки и платье. Не более того. Ве­роятно, он так прямо и выразит свою оценку: "Ей ещё мно­гому надо учиться, пока она не заслуживает внимания".

Но тот, кого интересует Человек, долго станет глядеть на эту фотографию, рассматривая, удивляясь, умиляясь и восхищаясь душевным состоянием малышки. Перед нами Другой с его внутренним миром, индивидуальным состо­янием души, особыми порывами, собственной деятельно­стью, правом на то, чтобы "быть" в этом мире.

А доведись ему оказаться на полянке среди елок и уви­деть танцовщицу, он не помешает танцу, пройдет по краю поляны, проявит доброжелательность и, может быть, ап­лодисментами выразит одобрение, но быстро скроется, чтобы не вторгаться без надобности в деятельность дру­гого. Или, заметив, что его внимание ей приятно, задер­жится в роли зрителя несколько минут.

Можно было бы сказать, что "видеть Другого" - это воспринимать человека как носителя другого внутренне­го мира и обнаруживать состояние данного внутреннего мира на данный момент, признавая причинность состоя­ния, действий, внешнего вида, реакций на ситуацию про­исходящего.

Этот человек сердит - что же, есть много на свете ве­щей, которые заставляют нас быть сердитыми.

Человек шумлив - и на то есть причины: переполнен­ная эмоциями душа выливается вовне.

Подросток разоделся, как попугай, - наверное, хочет стать заметным, но пока не знает тайны завоевывания сим­патий окружающих.

Вот этот несется, расталкивая всех, - он, конечно, опаздывает, такое случается и с нами.

Посмотрим, как умение "видеть Другого" обусловли­вает методику работы с Другим. Рассказывает Татьяна Михайловна Похладюк:

-...Я заметила, что на уроках чтения дети имеют обык­новение делать какие-то зарисовки на клочках бумаги, в тетрадях, на партах... "Если они рисуют, значит, в этом есть необходимость", - подумала я. И решила при чтении сказ­ки С.-Экзюпери "Маленький принц" учесть их потребность в зрительном образе. На первом занятии мы приготовили бумагу и цветные карандаши для рисования. Третьекласс­ники, хоть и большие дети и сами умеют читать, очень лю­бят, когда взрослые им читают сказки. Я приготовилась им читать. Но сказала: "Попробуйте нарисовать то, что уви­дите внутренним зрением, когда станете слушать сказку". Дети с радостью принялись за любимое дело. Однако большинство копировало авторские рисунки в книжке.

На втором занятии была поставлена та же задача, она дополнялась просьбой не копировать рисунки С.-Экзюпе­ри. Некоторые дети немедленно принялись за создание своего художественного варианта. Другие - внимательно слушали сказку, а потом принимались за рисование. Тре­тьи - только слушали, рисунки сделали дома и принесли на следующий день. Мы собрали все рисунки и устроили выставку.

На последнем занятии мы уже не читали, а обсужда­ли впечатления. Все дети единодушно сказали, что им по­нравилась сказка. Один мальчик так выразил своё отно­шение: "Никогда не слышал сказки лучше, чем эта!" Детей поразил одинокий колодец среди пустыни...Запомнилось выражение Лиса "Зорко одно лишь сердце"...1

Безусловно, умение "видеть Другого" обретает любой человек в ходе своей социальной жизни. Это умение име­ет свои градации, складывавшиеся в процессе реальных связей с миром и людьми. Когда мы говорим о педагоги-

1 Похладюк Татьяна Михайловна, педагог гимназии "Эври-ка", г. Анапа.

ческой работе, предполагается, что эти градации очень высокие.

Бесспорно, все эти характеристики требуют от чело­века определенных физических и духовных усилий, но зато обеспечивают поведенческую свободу, ибо умение "ви­деть других" позволяет человеку выстраивать свои дей­ствия адекватно обстоятельствам окружающей социаль­ной среды.

Его поведение приобретает красивые формы, движе­ния становятся уверенными и раскованными, он избавлен от страха совершить неожиданную оплошность, потому что затраченные усилия на восприятие Другого дали ему ин­формацию об этом Другом, а значит, и о соответствующем поведении в данной ситуации.

Подтверждением сказанному могут служить наши вос­поминания об эпизодах, когда мы задумывались глубоко, уходили в себя, отстранялись от происходящего и непре­менно попадали в неловкое положение, доставляя окру­жающим неудобства.

Знаменитый лорд Честерфильд в "Письмах к сыну" ука­зывает на "чтение людей и изучение различных их изда­ний" как на наиважнейшую часть образования, составля­ющую единицу общих знаний о мире.

Одним из парадоксов рассматриваемого нами этичес­кого умения "видеть" является умение «не видеть". Не за­мечаются физические недостатки, не фиксируется плохое временное самочувствие, не разглядывается одежда Дру­гого, не вводятся в контекст взаимодействия детали по­ведения, выдающие интимные переживания человека. Умение не заметить что-либо в другом человеке (шляпу набок,.покрасневшие от слез глаза, осунувшееся лицо, разного цвета носки, нехватку пуговицы на костюме...) вхо­дит в искусство восприятия Другого. Если сделать акцент на духовной стороне, "умение не замечать" приобрести нетрудно.

Молодая учительница обратилась к первокласснице в шутливой форме:

- Здравствуй, беззубая! - подчеркивая, что заметила выпадающие молочные зубы.

Девочка обиделась и сообщила об этом педагогу, на что та ответствовала:

- Ладно, я буду называть тебя зубастой...

Для этого работника школы оказалось непостижимым умение «не замечать", потому что её умение «видеть" (она же видит, что молочные зубы выпадают) ограничивается узким предметным восприятием, лишенным учета духов­ного мира девочки как субъекта.

Увиденное не всегда оглашается. Увиденное не все­гда рассматривается. Иногда увиденное уходит в тайну и ни в коем случае не обнародуется.

Решающим в отборе увиденного, которое следует «увидеть", станет способность воспринимать другого че­ловека как субъекта, наделенного тонкой ранимой душой, сложными переживаниями и индивидуальной историей жизни: хочет ли он, чтобы Другой увидел черты его состо­яния на данный момент?!

А теперь поставим вопрос: возможно ли научить де­тей сложному искусству "видеть Другого"? Если мы отве­чаем на него положительно, то следует раскрыть методи­ки формирования у детей данного тонкого искусства.

, В первую очередь, укажем на приучение детей к ос­мысленному месторасположению среди других людей. Предварительно полезно обговорить с детьми, каким об­разом они займут место среди всех, какое место станут выбирать, как станут учитывать желания других детей, а заодно - как свободно и независимо достоинство челове­ка от того стула, на котором расположился человек. Про­стое правило учета присутствующих становится со време­нем привычным, если педагог подкрепляет такую ориен­тацию традиционным вопросом: "Все ли здесь?" (ни в коем случае не подменять вопросом: "Кого нет?"), веселой кон­статацией количества присутствующих "все мы собрались, нас здесь много, и мы рады каждому" (ни в коем случае не подменяя словами "вот как нас много, и поэтому нам не-

легко"), а также доброй обеспокоенностью: "Удобно ли всем?"(не подменяя на "Кто жалуется на неудобство?"). Хорошо бы при этом пригласить всех детей осмотреться и оценить ситуацию, прежде чем прозвучит громогласное "все здесь" и "всем удобно".

Организация групповой деятельности (не исключаем и урочную работу группы детей) непременно должна пред­полагать максимальное использование всех способов ус­тановления визуального контакта между детьми. Если ви­зуальный контакт не установлен и дети не видят друг дру­га в лицо, то их взаимодействие сужается до границ "учи­тель-ученик", а общение происходит только между педа­гогом и говорящим ребенком. Надо основательно проду­мывать мизансцену работы с детьми, подчиняя педагоги­ческую мизансцену принципу "каждого видит каждый".

Смешные эпизоды урока, создаваемые детьми, слу­жат дополнительным подтверждением серьезности усто­явшихся привычек "видеть" одного учителя и "не видеть" никого другого на занятиях. Вот совсем «свежий» пример. Шестиклассники обсуждали "Пёстрые рассказы" А.П.Че­хова. По окончании педагог предлагает им обратиться к писателю (портрет Чехова) и сказать что-либо, как если бы создатель этих замечательных рассказов был с ними здесь и сейчас. Дети с удовольствием откликаются. Поочеред­но встают и говорят: "Дорогой Анток Павлович!..." - не­посредственно глядя на учителя и для него произнося сло­ва благодарности, не подарив взгляда тому, с кем гово­рят...

Обращая внимание детей на то, что реакция окружа­ющих влияет чрезвычайно на состояние человека, педа­гог приглашает во время взаимодействия выражать свое отношение к партнеру мимически во время речи ученика и вербально, если ученик завершил своё дело. Такое при­глашение есть не что иное, как упражнение в умении "ви­деть Другого" в его активном проявлении. Педагог мягко подчеркивает, что состояние каждого из нас различно, оно нуждается в добром подкреплении, и что учитывать состо-

 

яние Другого - значит, обеспечивать себе самому наибо­лее благоприятные условия в предстоящей деятельности. С этой точки зрения, надо серьезно задуматься педаго­гам над традиционным "лесом рук", вырастающим немед­ленно, как только один из учеников запнулся или задумал­ся над решением: не есть ли это полное пренебрежение к состоянию ученика?!

Прекрасным упражнением для развития умения видеть Другого является традиционное определение достоинств активной работы ученика. Тут не имеет значения, что соб­ственно делал или что собственно происходило. Тут глав­ное - как проявил себя отдельный ученик, а в этом прояв­лении на первое место выдвигается вопрос "что было хо­рошо" или "что именно удалось", или же "какие прекрас­ные качества проявились здесь и сейчас". Можно подкре­пить данные повседневные упражнения специальной иг­рой "Волшебный стул"1.

Главным в формировании искусства "видеть Другого" становится для ребенка вхождение в сферу человеческих отношений. Конечно, важно научить его замечать телесное присутствие человека рядом с собою, но решать станет тот момент, когда ребенку удастся взглянуть на человека как на носителя отношений, то есть, как на личность. Этому следует учить ежеминутно и ежедневно.

Педагогическим усилением такого воспитательного влияния могут стать специальные занятия этического и психологического плана. Предложим детям возможность "видеть Человека" за предметно-действенными ситуаци­ями такими, как, например, эти:

- Вижу: старуха села на скамью...Она...

- Вижу: мальчик упал и плачет... Он...

- Вижу: люди ссорятся... Я...

- Вижу: кошка облизывает котят...Им...

1 Игра "Волшебный стул", довольно распространенная се­годня в школьной системе воспитания, описана в сборнике ме­тодических материалов "Собранье пёстрых дел". Четвёртое из­дание. Смоленск, 1998.

- Вижу: мама стирает бельё...Она...

- Вижу: мужик пашет землю...Я...

- Вижу: горит дом...Мне...

- Вижу: самолет летит в небе...Там...

По окончании занятий дети сами сделают вывод:

смотрит и не видит тот, кого не волнуют отношения к Че­ловеку, но сразу открывается горизонт наблюдаемого, сто­ит лишь подумать об отношениях между людьми или к лю­дям. Система подобных занятий играет роль этико-психологического тренинга интенсивного режима. Внедренный в повседневную работу с детьми, которая ежедневно на­учает и приучает детей "видеть Другого", эти занятия иг­рают роль своеобразного катализатора.

Итоговым воспитательным результатом развития умения "видеть другого человека" станет пробуждающий­ся и всё более расширяющийся и углубляющийся интерес к другому человеку: он, этот другой человек, пред­стаёт в сознании школьника как некий удивительный мир со своими особыми закономерностями, внутренними со­бытиями, собственным мнением, особыми чертами и ка­чествами и непредсказуемыми реакциями на явления мира.


Дата добавления: 2015-07-10; просмотров: 166 | Нарушение авторских прав






mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.015 сек.)