Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Клод Проспер Жолио де Кребийон-сын (Claude-Prosper-Jolyot de Crébillon-fils) 1707-1777

Читайте также:
  1. Маттео Фальконе, автор Проспер Мериме

Заблуждения сердца и ума, или Мемуары г-на де Мелькура (Les Egarements du coeur et de l'esprit, ou Mémoires de M. de Meilcour) - Роман (1736)

Семнадцатилетний Мелькур вступил в свет, «обладая всем, что требу­ется, дабы не остаться незамеченным». От отца он унаследовал пре­красное имя, со стороны матери его ожидало большое состояние. Время было мирное, и Мелькур ни о чем не помышлял, кроме удо­вольствий. Среди суеты и блеска юноша страдал от сердечной пусто­ты и мечтал изведать любовь, о которой имел лишь самое смутное представление. Наивный и неопытный, Мелькур не знал, как завязы­ваются любовные связи в высшем кругу. С одной стороны, он был о себе достаточно высокого мнения, с другой — полагал, что успех у женщин может иметь только человек выдающийся, и не надеялся за­служить их благосклонность. Мелькур стал все больше думать о по­друге своей матери маркизе де Люрсе и убедил себя, что влюблен в нее. Некогда маркиза слыла кокеткой и даже ветреницей, но впос­ледствии усвоила строгий и добродетельный тон, поэтому Мелькур, не знавший о ее прошлом, считал ее неприступной. Маркиза без труда догадалась о чувствах Мелькура и была готова на них ответить,

[688]

но робкий и почтительный юноша вел себя так нерешительно, что она не могла этого сделать без риска уронить свое достоинство. Оста­ваясь с Мелькуром наедине, она бросала на него нежные взгляды и советовала ему держаться непринужденнее, но он не понимал наме­ков, а сделать самой первый решительный шаг маркизе мешали при­личия и боязнь утратить уважение Мелькура. Так прошло больше двух месяцев. Наконец маркиза устала ждать и решила поторопить события. Она стала допытываться у Мелькура, в кого он влюблен, но юноша, не надеясь на взаимность, не желал открывать свою тайну. Маркиза упорно добивалась признания, и в конце концов Мелькур объяснился ей в любви. Маркиза боялась, что слишком легкая победа охладит пыл юноши, он же боялся своими домогательствами оскор­бить ее. Так они, оба желая одного и того же, никак не могли прий­ти к заветной цели. Досадуя на суровость маркизы, Мелькур отправился в театр, где увидел девушку, поразившую его своей красо­той. В ложу прекрасной незнакомки вошел маркиз де Жермейль — молодой человек приятной наружности, пользовавшийся всеобщим уважением, — и Мелькур почувствовал, что ревнует. После этого он два дня повсюду искал незнакомку, обошел все театры и сады, но тщетно — он нигде не встретил ни ее, ни Жермейля.

Хотя Мелькур уже три дня не видел маркизу де Люрсе, он не очень скучал по ней. Поначалу он размышлял над тем, как бы ему за­воевать одну и в то же время не потерять другую, но поскольку несо­крушимая добродетель маркизы делала все дальнейшие попытки безнадежными, он по здравом размышлении решил отдать свое серд­це той, что нравилась ему больше. Маркиза, видя, что незадачливый поклонник не кажет носа и не возобновляет попыток завоевать ее сердце, встревожилась. Она отправилась с визитом к госпоже де Мелькур и, улучив момент, потребовала от юноши объяснений. Мар­киза упрекала его в том, что он стал ее избегать и отверг ее дружбу. Мелькур пытался оправдываться. Увлекаемый обстоятельствами, он начал вновь уверять маркизу в своей любви и просил позволения на­деяться, что сердце ее когда-нибудь смягчится. Маркиза, не полагаясь более на догадливость Мелькура, все яснее выказывала ему свое рас­положение. Юноше следовало просить о свидании, но застенчивость и неуверенность мешали ему. Тогда маркиза пришла ему на помощь и сказала, что завтра днем будет дома и может принять его. Наутро Мелькур отправился к Жермейлю в надежде узнать что-либо о незна­комке, но Жермейль уже несколько дней как уехал за город. Мелькур отправился в сад Тюильри, где случайно встретил двух дам, одной из которых оказалась давешняя прекрасная незнакомка. Мелькуру уда-

[689]

лось подслушать разговор дам, из которого он выяснил, что его из­браннице понравился в театре незнакомый молодой человек. Мелькур не верил, что это мог быть он сам, и терзался ревностью к незна­комцу.

Вечером Мелькур отправился к госпоже де Люрсе, которая на­прасно прождала его весь день. Когда Мелькур увидел маркизу, угас­шие чувства вспыхнули в его душе с новой силой. Маркиза почувствовала свою победу. Мелькур хотел услышать от нее призна­ние в любви, но в доме были гости, и он не мог поговорить с ней на­едине. Он возомнил, что покорил сердце, дотоле не знавшее любви, и был весьма горд собой. Позже, размышляя об этом первом своем опыте, Мелькур пришел к выводу, что для женщины важнее польс­тить самолюбию мужчины, чем тронуть его сердце. Гости маркизы разъехались, а Мелькур задержался, якобы ожидая запоздавшую каре­ту. Оставшись наедине с маркизой, он почувствовал такой приступ страха, какого не испытывал за всю жизнь. Его охватило неописуемое волнение, голос дрожал, руки не слушались. Маркиза призналась ему в любви, он же в ответ упал к ее ногам и стал заверять ее в своих пылких чувствах. Он не понимал, что она готова отдаться ему, и бо­ялся чрезмерной вольностью оттолкнуть ее от себя. Раздосадованной маркизе ничего не оставалось, как попросить его удалиться. Когда Мелькур пришел в себя и оправился от смущения, он понял всю не­лепость своего поведения, но было уже поздно. Он решил при следу­ющем свидании быть настойчивее. На следующий день к матери Мелькура явился с визитом граф де Версак. Госпожа де Мелькур не­долюбливала графа и считала его влияние вредным для сына. Мелькур восхищался Версаком и считал его образцом для подражания. Версак был дерзким повесой, он обманывал и высмеивал женщин, но его очаровательная наглость не отвращала их, а, напротив, пленяла. Он одержал множество побед и приобрел множество подражателей, но, не обладая обаянием Версака, они копировали лишь его недостатки, прибавляя их к своим собственным. Версак прямо с порога стал яз­вительно злословить о самых разных людях. Не пощадил он и марки­зу де Люрсе, сообщив Мелькуру некоторые подробности ее прошлой жизни. Мелькур почувствовал себя обманутым. Беспорочная богиня оказалась не лучше других женщин. Он отправился к маркизе «с на­мерением отплатить ей самыми оскорбительными знаками презрения за нелепое понятие о ее добродетели», которое она сумела ему вну­шить. К большому удивлению, он увидел во дворе маркизы карету Версака. Версак и маркиза беседовали как лучшие друзья, но после его отъезда маркиза назвала его самым опасным фатом, самым сквер-

[690]

ным сплетником и самым опасным негодяем при дворе. Мелькур, не веривший больше ни одному слову маркизы, повел себя так развязно и стал домогаться ее так грубо, что она обиделась. Пока они выясня­ли отношения, лакей доложил о приходе мадам и мадемуазель де Тевиль. Мелькур слышал это имя: госпожа де Тевиль была родственницей его матери, но жила в провинции, поэтому он никог­да ее не видел. Каково же было удивление юноши, когда он узнал в мадемуазель де Тевиль свою прекрасную незнакомку! Мелькуру пока­залось, что Гортензия — так звали девушку — отнеслась к нему с безразличием и даже с пренебрежением. Эта мысль огорчала его, но не излечивала от любви. Когда лакей доложил о приходе еще одной гостьи — госпожи де Сенанж, — Мелькур почти не обратил на нее внимания, но госпожа де Сенанж очень заинтересовалась вступаю­щим в свет юношей. Это была одна из тех философски настроенных дам, которые считают, что они выше предрассудков, меж тем как на самом деле они ниже всякой нравственности. Она была немолода, но сохранила остатки былой красоты. Она немедленно забрала себе в го­лову, что должна заняться воспитанием Мелькура и «сформировать» его — это модное выражение заключало в себе множество не подда­ющихся точному определению понятий. Мелькур же испытывал не­ловкость от ее развязных манер и считал ее престарелой кокеткой.

Вечером явился Версак в сопровождении маркиза де Пранзи, чье присутствие явно смутило маркизу де Люрсе — судя по всему, Пранзи некогда был ее любовником. Версак обратил внимание на Гортен­зию и изо всех сил старался ей понравиться, но девушка оставалась холодна. Версак делал все, чтобы настроить присутствующих друг против друга. Он шепнул маркизе, что госпожа де Сенанж хочет за­владеть сердцем Мелькура, и маркиза терзалась ревностью. За ужи­ном гости исчерпали запас новых сплетен. Когда они встали из-за стола, маркиза предложила сыграть в карты. Мелькур пообещал при­слать госпоже де Сенанж понравившиеся ей сатирические куплеты, но Версак сказал, что учтивее было бы не посылать, а привезти их, и Мелькуру ничего не оставалось, как пообещать госпоже Сенанж до­ставить их лично. Версак явно радовался, что сумел насолить маркизе. Госпожа де Люрсе просила Мелькура заехать за ней завтра после обеда, чтобы вместе отправиться к госпоже де Тевиль. Мелькур с вос­торгом согласился, думая лишь о Гортензии. Придя на следующий день к маркизе, Мелькур, окончательно разочаровавшийся в ней после того, как узнал о ее былой слабости к господину де Пранзи, держал себя с ней так равнодушно, что маркиза заподозрила его в се­рьезном увлечении госпожой де Сенанж. Маркиза де Люрсе осудила

[691]

его выбор и попыталась образумить его. Мелькур же думал только о том, как бы ему почаще видеть Гортензию. Приехав к госпоже де Тевиль, Мелькур заговорил с девушкой и был готов поверить в ее распо­ложение к нему, но тут пришел маркиз де Жермейль, и Мелькуру стало казаться, что Гортензия влюблена в маркиза. Мелькура охватила такая тоска, что он побледнел и изменился в лице. Маркиза приписа­ла грустную мину Мелькура мыслям о госпоже де Сенанж и беспре­станными разговорами о ней вызвала раздражение юноши. Сухо распрощавшись с маркизой, Мелькур вышел от госпожи де Тевиль и отправился к госпоже де Сенанж. Было уже довольно поздно, и он не рассчитывал застать ее дома, что дало бы ему возможность оставить куплеты и уехать, но госпожа де Сенанж оказалась дома и очень ему обрадовалась. В наказание за поздний визит она приказала ему сопро­вождать ее и ее подругу госпожу де Монжен в Тюильри. Мелькур от­говаривался, но госпожа де Сенанж была так настойчива, что ему пришлось уступить. Госпожа де Монжен была молода, но казалась такой пожившей и увядшей, что жалко было смотреть. Обе дамы на­перебой старались завладеть вниманием Мелькура и, чувствуя себя со­перницами, осыпали друг друга колкостями. В Тюильри все взоры были обращены на Мелькура и его спутниц. Госпожа де Сенанж во что бы то ни стало хотела доказать всем, что Мелькур принадлежит ей, а не госпоже де Монжен. В довершение всех бед на повороте аллеи Мелькур увидел маркизу де Люрсе, госпожу де Тевиль и Гор­тензию, идущих им навстречу. Ему было неприятно, что девушка видит его в обществе госпожи де Сенанж. Маркиза, хорошо владев­шая собой, ответила на неловкий поклон Мелькура с милой и непри­нужденной улыбкой.

После ухода госпожи де Сенанж Мелькур разыскал госпожу де Люрсе и ее спутниц. Маркиза стала насмехаться над Мелькуром и описывать причуды и пороки госпожи де Сенанж. Мелькур пришел в ярость, он принялся защищать госпожу де Сенанж и превозносить ее достоинства, забыв, что его слушает не только маркиза, но и Гортен­зия. Убедив и ту и другую в своей любви к госпоже де Сенанж, Мелькур впал в уныние, ибо понял, что сам закрыл себе дорогу к сердцу девушки. Вернувшись домой, он всю ночь предавался мрач­ным и бесплодным размышлениям. Наутро ему принесли письмо от госпожи де Люрсе. Она уведомляла его, что уезжает на два дня в де­ревню и приглашала сопровождать ее. Мелькур, твердо решивший порвать с ней, ответил отказом: он написал, что уже связал себя обе­щанием, которое не может нарушить. Но оказалось, что маркиза со­биралась в деревню вместе с Гортензией и ее матерью, так что

[692]

Мелькур пожалел о своем отказе. Во время их отсутствия он не нахо­дил себе места и очень обрадовался, когда к нему пришел Версак. Видя меланхолическое расположение духа Мелькура, Версак приписал его разлуке с госпожой де Сенанж, которая на два дня уехала в Вер­саль. Версак решил просветить Мелькура и показать ему свет таким, каким его следует видеть. Он раскрыл юноше глаза на фальшь и пус­тоту светского общества и объяснил, что преступление против чести и разума считается более простительным, чем нарушение светских при­личий, а недостаток ума — более простительным, чем его избыток. Версак считал, что не надо бояться переоценить себя и недооценить других. Напрасно полагать, что блистать в свете может лишь человек, обладающий особенными талантами. «Посмотрите, как я себя веду, когда хочу блеснуть: как я манерничаю, как рисуюсь, какой вздор несу!» — говорил Версак. Мелькур спросил его, что такое хороший тон. Версак затруднился дать четкое определение, ибо это выражение было у всех на устах, но никто толком не понимал, что оно означает. По мнению Версака, хороший тон — не что иное, как благородное происхождение и непринужденность в светских дурачествах. Версак поучал Мелькура: «Как женщине стыдно быть добродетельной, так мужчине неприлично быть ученым». Величайшее достижение хоро­шего тона — светская беседа, начисто лишенная мыслей. В заключе­ние Версак посоветовал Мелькуру обратить внимание на госпожу де Сенанж, считая ее наиболее подходящей для неопытного юноши. Расставшись с ним, юноша погрузился в мысли о Гортензии. С тру­дом дождавшись ее возвращения из деревни, он поспешил к ней и узнал, что она и госпожа де Тевиль в Париже, но куда-то отлучились. Нетерпение его было так велико, что он помчался к маркизе де Люрсе, решив, что Гортензия, вероятно, у нее. У маркизы было много гостей, но Гортензии среди них не оказалось.

Маркиза встретила Мелькура без тени смущения и досады и заго­ворила с ним как: ни в чем не бывало. Ее спокойная благожелатель­ность взбесила Мелькура, мысль о том, что маркиза его разлюбила, больно задела его самолюбие. Он заметил, что госпожа де Люрсе часто смотрит на маркиза де ***, и решил, что она уже нашла ему замену в лице маркиза. Мелькур остался после разъезда гостей и по­просил маркизу уделить ему час-другой. Юноша высказал ей все свои обиды, но она так умно повела себя, что он сам почувствовал, как он смешон. Маркиза сказала, что искренне любила Мелькура и прощала ему недостатки неопытной молодости, веря, что он обладает прису­щими молодости чистотой и искренностью, но ошиблась в нем и те­перь жестоко наказана, Мелькур почувствовал прилив любви и

[693]

нежности к маркизе. Маркиза предлагала ему удовольствоваться дружбой, но Мелькур не желал останавливаться на полпути. Его былое уважение к маркизе воскресло, и победа над ее добродетелью казаласьневероятно трудной и почетной.

Самообман длился долго, и Мелькур не помышлял о неверности. Но в один прекрасный день он ощутил душевную пустоту и возвра­тился к мыслям о Гортензии. Он ничего не обещал Гортензии, да она его и не любила — и все же он чувствовал перед ней вину. В то же время он не мог бросить маркизу. «Укоры совести портили мне удо­вольствие, удовольствия заглушали мое раскаяние — я уже не при­надлежал себе». Обуреваемый противоречивыми чувствами, он продолжал посещать маркизу и мечтать о Гортензии.

О. Э. Гринберг


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 55 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Жан Расин (Jean Racine) 1639-1699 | Жан де Лабрюйер (Jean de La Bruyère) 1645-1696 | Антуан Гамильтон (Antoine Hamilton) 1646—1720 | Франсуа Салиньяк де Ла Мот-Фенелон (François de Salignac de la Mothe Fénelon) 1651-1715 | Жан Мелье (Jean Meslier) 1664-1729 | Ален Рене Лесаж (Alain René Lesage) 1668-1747 | Пьер Карл де Шамплен де Мариво (Pierre Carlet de Champlain de Marivo) 1688-1763 | Шарль де Секонда Монтескье (Charles de Secondât Montesqieu) 1689-1755 | Аиссе (Aïssé) 1693 или 1694-1733 | Вольтер (Voltaire) 1694-1778 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Антуан Франсуа Прево (Antoine-François Prévost) 1697-1763| Жан-Жак Руссо (Jean-Jacques Rousseau) 1712—1778

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.008 сек.)