Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 24. Ты – сильнее, чем обстоятельства

Ты – сильнее, чем обстоятельства. Марина Минина.

Она, наверное, слишком рано повзрослела, но так и не успела поумнеть. Если бы жизнь шла своим прописанным уже свыше порядком: радостное, беззаботное детство, юность, меняющая мировоззрения и наконец, взросление вкупе с набором жизненного опыта. Но её жизнь приняла скачкообразный поворот – что-то пропустила, потом вставив это не в тот отрезок жизни, о чём-то позабыла, а что-то нарисовала слишком рано и не вовремя. Она должна была влюбиться до беспамятства ещё в юности, обжечься, пережить и понять какие-то известные истины. Как там говорят? Болячки легче залечиваются и переживаются в детстве. Так же с чувством, именуемым «любовь». Чем раньше ты с ней познакомишься, тем легче будет в будущем, ты хотя бы будешь понимать, с чем имеешь дело.

Что случается с людьми? Почему время так безвозвратно всё меняет, а нас в первую очередь? Почему со временем нас так сильно засасывает нудная обыденность и пессимистическое отношение ко всему, что нас окружает? Почему мы теряем от природы данный максимализм и веру в лучшее? Необъяснимый факт, но чем старше мы становимся, тем реже обращаем внимания на то, что когда-то приносило счастье. Мы перестаём понимать, что значит смеяться до слёз, улыбаться от души и без причины, любить, не опасаясь и не прося ничего взамен. Так грустно, по-настоящему грустно. Реальность – это поглощающий всё на своём пути зверь, ненасытный, страшный. Она вспоминала ту девушку, которой была в юности, и не узнавала себя сейчас. Словно какие-то ничтожные десять лет назад существовал другой человек, который без вести пропала.

Когда она полюбила его, то всей душой устремилась к нему. Там не было гордости, красивых поступков, благодушных жестов и слов. Она не пыталась быть понимающей, или хотя сделать что-то, чтобы все её мысли стали более близкими к реальности. Всё было наоборот. Она словно сошла с ума, уверенная до глубины души, что всё будет именно так, как должно быть, а должно быть так, как она хочет. Она это знала, чувствовала, в это верила. Любовь – это не та прелестная сказка, где она принцесса, а он принц, и всё конечно закончится счастливым концом, любовь – это когда все твои недостатки вылезают наружу. Любовь к Андрею не сделала её лучше, но стала самой важной частью, самой нужной, самой необходимой.

Его образ в ее мыслях прописался, наверное. Она думала о нем постоянно, как зацикленная, как наркоманка, жаждущая своей дозы. Он был везде, всегда, появлялся в любую секунду, при любых обстоятельствах, в любых ситуациях. Он, словно навящивое видение, преследовал, проникая под кожу в сердце прямым разрядом. Знать, что где-то там, пускай, далеко, пускай, совершенно недосягаем, даже если бы был рядом, но всё равно есть он. Он существует на самом деле, из плоти и крови, живой, настоящий. И это ощущение заполняет всё внутри, заставляет замереть сердца, почувствовать прикосновение чего-то, что казалось бы совершенно невозможно. Так сильно, так глубоко, пронзительно - ощущение любви к реальному, осязаемому человеку, чувство, что он не фантом, не мираж, а твое чувство почти физически реально, твое чувство не игра воображения.

Неделя без него. Слишком много. Грань её терпения уже уходила за черту. Она скучала по нему, а внутри такое щемящее ощущение, которое меняет свою силу подобно беспорядочной метели. Сердце то сжимается от горько-сладкого ощущения, и ты вспоминаешь его голос, улыбку, слова, которые он говорил. А порой почти забываешь, но чувство, что он не рядом, всё равно преследует, как жажда пить или необходимость дышать. Она давала себе время, чтобы свыкнуться с мыслью, что его нет в её жизни, но время делало лишь хуже, не зашивая полученные раны, а вновь и вновь вспарывая и давая слабое, временное обезболивающее. В ней жила кроха маленькой надежды, заставляющей ожидать нереального с остервенением сумасшедшей.

Он ушёл, потому что не хотел объяснять, не хотел лишних слов и чувства неловкости. Они ведь, проснувшись рядом с друг другом, не могли продолжать создавать иллюзию ненависти. Для неё их ночь была началом чего-то большего, для него – лишь слабость сильного, принципиального мужчины. Он не хотел отношений, и, наверное, сделал ей одолжение, избавив от фальшивых признаний. Её бы сломал, подкосил холод в его глазах, пренебрежение в его словах. Он дал ей время на осмысление, на выводы, на смирение с тем, что он не хочет серьёзных отношений. Хотел этого лишь с одной единственной и будет ей верен до конца своих дней. Чёртов бесчувственный идиот! Она ненавидела его. Убеждала себя, что ненавидит. Обещала себе больше не любить, забыть. Надежды, превратившиеся в удушающую удавку на шее. Она ненавидела себя за то, что верила. Верила вопреки разочарованиям и урокам, преподнесённым им.

Тяжело без него, будто в сердце кровоточащая рана, тяжело дышать, жить, улыбаться, словно пробита насквозь грудная клетка. Время лечит. Она надеялась, что это правда. Боже, ей казалось, что она примет всё, согласиться со всем, лишь бы он был рядом. Просто рядом.

Наверное, если бы она была художником или поэтом, смогла бы выразить свои чувство красками на холсте или словами на бумаге, создав шедевр. Говорят, такой способ самовыражения помогает успокоить, облегчить, излечить боль, поселившуюся внутри. А она изнывала от запертых чувств, которые будто грызли изнутри. Словно остро-ядовитые клыки, вцепившиеся мертвой хваткой. Тревожно, сосёт под ложечкой, будто в предчувствии худшего. Она перестанет его любить, обязательно. Такая необходимая ложь для самоубеждения.

Они встретились с Романом в ресторане.

- Ты сегодня задумчивая.
- Бывает, и мою голову посещают умные мысли.

Он усмехается, кладёт поверх её руки свою.

- Ты любишь страдать. Любишь чувство потери, неудач?
- О чём ты?
- Ты всё воспринимаешь так, словно каждый раз, когда ты разочаровываешься, происходит конец света. Это как задача по алгебре, который кто-то решит простым способом, а кто-то другим, замороченным. Один ответ, разные по сложности пути достижения результата.
- Ты предлагаешь мне обзавестись таким свойством как легкомысленность?
- Я предлагаю тебе прекратить представлять всё хуже, чем оно есть. Потанцуешь со мной?
- Танго?

Он встал, протягивая руку, но она отрицательно покачала головой с извиняющейся улыбкой.

- Таким мужчинам как я не отказывают.
- У Вас, мужчина, раздутое самомнение.

Он усмехается, глаза его сверкают, впервые, она завороженно смотрит на него. Он наклоняется к её лицу и тихо говорит:

- Доверься мне.

Она вложила свою руку в его и доверилась. Он вёл её уверенно, не давая времени и шанса сомневаться или беспокоиться. Глаза в глаза, шаг за шагом, в одном ритме, не сбиваясь. Словно они чувствуют друг друга. Резкие повороты, он наклоняет её, её волосы водопадом, почти до пола. Её коралловое платье элегантного кроя и его солидный чёрный костюм. Они прекрасно смотрятся вместе. Ноги как в петле, шаг туда, шаг сюда. Он спасает её от ошибок, просто делясь своей самоуверенностью. Не даёт шанса обратить внимание на окружающих, которые наблюдает за ними, лишь глаза в глаза, не отвлекаясь. Ещё шаг, поворот, он резко прижал её к себе, отстранил. Танец любви и танец страсти. Его руки на её теле, непривычно, жёсткие, горячие прикосновения, мимолётные. Он прижимает её к себе спиной, и она ощущает его возбуждение. Тело пронзает дрожь. Снова зрительный контакт, его глаза горят, зрачки слегка расширены. У неё приоткрыт рот, надрывное слегка дыхание. Финальные аккорды, конец мелодии.

Он целует её руку.

- Спасибо за прекрасный танец. Я давно не получал такого наслаждения, - его голос немного подсевший, ещё более приятный и притягательный.
- В этом лишь твоя заслуга.
- В том, что я давно не получал наслаждения? – с усмешкой интересуется он.
- В том, что танец был прекрасным, - не теряясь, отвечает Лина.

Они идут обратно к столику, продолжить прерванный разговор и трапезу.


Через два дня Андрей видит журнал, где на первой полосе фотография Лины и Романа. Они танцуют, прижавшись друг другу, её глаза горят, губы чуть приоткрыты. Заголовок гласит: «Роман Грунтов и его таинственная спутница. Что их связывает? Неужели бизнесмен нашёл свою возлюбленную?» Он смотрит пару секунд, делает глубокий вдох, прикрывает глаза и резким, яростным движением сметает всё со стола. На пол падают бумаги, ручки, а он стоит, тяжело дыша, словно пробежал несколько километром. Жгучая ненависть или что-то иное, не поддающееся описанию, рвёт изнутри на части, вызывая желание свернуть её тонкую шейку или хорошенько трахнуть так, что она будет помнить лишь его имя, произнося на выдохе в момент экстаза. Достаёт бутылку коньяка, налив его в бокал, выпивает залпом. В глазах просто темнеет от злости, ярости, ненависти и… боли.

Она – чистый, манящий соблазн, запретный плод. Он ненавидел её или убедил себя, что ненавидит. Он хотел её, но не хотел серьёзности, не хотел отношений, не хотел чувств, грёбаных, бесполезных сложностей. Он уже обжёгся однажды, а память у него хорошая. Повторять пройденный этап самообмана и иллюзий он не собирался. Он бы мог сравнить Лину со зверьком, поведением и повадками которого ему хочется познакомиться. Она не значила для него что-то более чем любая другая почти незнакомая женщина. Она почти ничего для него не значила, но только был один нюанс – она одним словом и даже просто видом выводила его из привычного и такого понятного спокойствия, тем не менее, заставляла испытывать накал бешеных, безудержных эмоций. Он ей никто, как и она ему. Их не связывает ничего. Всё между ними было так запутано. Их ненависть друг другу оказалась лишь иллюзорной фантазией извращенцев. Для него она лишь стала козлом отпущение, пешкой, на которой он мог выместить свою злость, выразив ее ненависть. Ее ненависть была лишь наигранным самовнушением в попытке переубедить саму себя, что он не так уж важен. Но как показала чертова практика всё тайное становится явным.

На секунду он прикрыл глаза, понимая, что успокоился. Не до конца, но уже не было таких безошибочно сильных и в чём-то подавляющих своим давлением эмоций. Поднявшись из коричневого кожаного кресла, он подошёл к окну, отодвинув штору. Было уже достаточно светло, и моросил дождик, но всё равно погода была прекрасной. Прохладно, свежо и не холодно. Небо было чистое и настолько ослепляюще яркое, что он на секунду залюбовался, отвлекаясь от всего происходящего и от собственных мыслей, и противоречий. Бездумно потёр подбородок, обдумывая, что же всё-таки происходит.

Уже вечер, и Андрей выходит на улицу, заводит машину и решает поехать в клуб. Почти загробная тишина его квартиры не притягивает, а отторгает. Он заходит в клуб, поднимаясь на второй этаж. Бокал перед ним, он смотрит по обыкновению вниз, где другие люди живут своей кипящей, бурлящей жизнью. Ещё глоток, он видит её. Желание, моментальное, сильное, непереносимое. Судьба, словно сводит их, злой рок или ироничный подарок. Они опять в одном месте в одно и то же время. Будто два магнита, которые постепенно, притягиваясь друг к другу, оказываются рядом. Он наблюдает за ней, как зачарованный, как тонущий наслаждается последними глотками воздуха. Спускается вниз, направляясь к ней. Лина танцует, медленно и плавно двигаясь, не замечая ничего вокруг, не обращая внимания. Его ощущения – запутанный клубок смятения. Он подходит к ней близко, слишком близко, медленно кладёт руки ей на талию. Она вздрагивает, её тело напрягается в его руках. Он притягивает её ближе, давая ощутить своё желание. Она резко оборачивается, рассерженная, раздосадованная, но её злость, словно со скалы вниз на бешеной скорости, исчезает. Она смотрит на него, и он ощущает, что хочет ещё раз ощутить её тело, насладиться ею, хочет провести с ней ночь.

Один взгляд на него и всё летит к чертям. Лишь вчера она уже убедила себя, что больше не будет любить его или хотя бы не будет позволять этому чувству так владеть собой… но вот, когда он стоял перед ней она забыла о собственных запретах, всё, что ей хотелось это оказаться ещё ближе, на расстояние ощущения его дыхания. Его глаза, его улыбка, его голос. Она напоминала самой себе маленькую девочку, которая до отчаяния хочет исполнения своих желаний. Казалось бы, что только у подростков, любовь такая, что кажется всегда единственной, необходимой как воздух, такой значимой. Но она взрослая, уже рассудительная, а всё равно как маленькая верила, что наступит тот день, когда всё станет так, как она сама этого хочет в идеале. Ведь всё кажется пустым, бессмысленным без него. Всё кажется таким бесцветным, ненужным.

Его рука с упоительной нежностью прикасается к её губам, щеке, нежная, слабая ласка. Он ещё ближе к ней, она теряется, словно человек больной клаустрофобией, запертый в закрытом помещении. У неё тоже фобия – не может без него, каждая секунда, что он вдалеке, личный ад для неё. Он целует её, она отвечает на поцелуй.

- Я ненавижу тебя, - говорит она ему на ухо.
- Я уже слышал это, - с усмешкой отвечает он.

Страсть, безумная, поглощающая без остатка обоих. Они уже не понимают, где они, кто они, что важно, а что незначительно. Её спина прикасается к стене, его руки на её теле. Она задыхается, но упрямо не отрывается от него ни на секунду, боясь, что это лишь мираж, который может раствориться в воздухе, просто исчезнуть. Его прикосновения не мягкие и нежные, а грубые и сильные. Она дрожит, её лихорадит в его руках. Хватается за него, боясь упасть. Его руки на груди, её ноги вокруг его талии. Его губы на шее, её руки в его волосах. Музыка по нарастающей,, задавая ритм, или соответствуя ритму их единения.

Необходимость в нём была столь сильна, столь проникновенно важна. Внутри такие странные ощущения, когда он рядом. Маленький беззаветный рай, если он близко. Всего лишь смотреть в его глаза, чувствовать его запах, ощущать его присутствие, слышать его голос. Она не поступалась своими принципами, не унижалась, не перешагивала через собственную гордость. Нет, она просто делала то, что хотела, словно была уверенной в себе и делающей всегда то, что хочется. Конечно, в реальности она скорее была пугливым зверьком, но когда тебе что-то необходимо, когда хочешь чего-то до жажды, до поглощающей нужды, можно на многое решиться и многое совершить.

- Никаких отношений, - резко говорит он.
- Просто секс?
- Без романтических соплей.
- Похоже на деловое предложение, - с усмешкой сказала она.

Это странное притяжение между ними, странная связь, нить, которая, казалось, сближает их. Почему, так устойчиво стараясь её ненавидеть, он всё равно стремиться оказаться около неё? Она словно зажигает его кровь, с ней рядом он всегда на взводе, в непонятном лёгком тягучем напряжение – предвестнике их вечный перепалок, эмоциональных, несдержанных.

Он тянет её за собой. Они оказываются на улице. Холодный воздух по разгорячённым телам, обжигающий диссонанс. Он бросает на неё озорной взгляд. Что-то задумал, однозначно. Уже два часа ночи и на улице сгустились сумерки. Лина любила ночь – воздух иной и тишина вокруг становится будто бы успокаивающей и объёмной, приятной, мороз по коже отрезвляет, заставляет ощутить реальность данной секунду. Он открывает дверцу, она послушно садится, обдумывая, что за сюрприз он ей готовит. Машина, резко стартовав, понеслась по улицам. Живот сводит от напряжения, скорость, от которой сердце бьётся громкими, тяжелыми ударами.

- Страшно? – с усмешкой спросил он, видя её напряжённое лицо. Он бросал ей вызов, и она не могла не ответить на него. Он провоцировал её.
- Я знаю, что ты слишком любишь собственную персону, чтобы подвергнуть себя опасности, значит, и я в безопасности.

Он усмехнулся, спокойный, самоуверенный, до безумия красивый и сексуальный. Резко крутанул руль. Машину заносит, крутой вираж. Скользящий, шумящий звук шин, резкий поворот. Он был спокоен, сосредоточен, расслаблен, не волновался. Машина полностью развернулась, и он опять погнал. Секунда и на его лице вновь лёгкая, довольная усмешка. Невообразимые ощущения. Не просто адреналин, а смесь разных оттенков. Она чувствовала необыкновенную лёгкость и счастье, успокоение. Не боялась, не опасалась, была счастлива, как никогда, как ни с кем. Лишь он мог просто своим присутствием подарить ей самое важное и лучшее в жизни.

Мы вообразили счастье именно таким, каким по-нашему разумением оно должно быть. А в реальности лишь ищем созданный нашим сознанием идеал, не находим, устаём от поисков, разочаровываемся, страдаем. Мы несчастны, весь мир против нас, ополчился, разъярился, решил отомстить. Мы точно знаем, что такой «несчастье», но никак не можем понять, что же собой представляет обратная монета. Забавно. Мы живём миражами, фантазиями, своими выдумками, пропуская важное, нужное, необходимое. Счастье неосязаемо, к нему невозможно прикоснуться, хорошенько ощупать со всех сторон, чтобы убедиться в реальности происходящего. Счастье – это состояние души. Чувства, переменчивые, многогранные, сложные, многослойные. Под натиском тысячи эмоций тяжело различить звезду твоей мечты.

Они, наконец, около его дома. Он смотрит на неё, взгляд глубокий, горячий. Нажимает на кнопку вызова лифта. Лина волнуется, руки подрагивают, машинально прикусывает нижнюю губу, облизывает. Его глаза темнеют, зажигаются каким-то странно опасным и одновременно притягивающим огоньком. Он стоит перед ней, в нескольких шагах. Такое ничтожное расстояние. Она смотрит внимательно в его глаза, они молчат, она делает шаг ближе к нему. Словно гипноз, дурман. Словно они остались одни в этом мире, хаос внутри, пустота в мыслях, лишь ощущения яркие и ясные, нужные как дыхание в эту секунду. Он делает шаг, незаметный, преодолев расстояние между ними. Приподнял пальцами её подбородок, сжимая крепко и настойчиво. И, может, это всё лишь сон? Не бывает так в реальности, до дрожи безумия, до тяги зависимости, до жаркого сумасшествия. Просто быть с ним рядом и весь мир где-то позади, всё, что важно уже незначительно, все тревоги и заботы, страхи, ты для них уже в недосягаемости. Просто быть рядом… этого так много и так мало. Просто быть рядом – слишком важно, слишком больно думать, что происходящее краткосрочно и уйдёт, испарившись, словно созданная лично тобой фантазия. Мимолетность никогда не являлась большим проклятием.

Его губы на её губах, с яростью, она сходит с ума, поцелуи, словно борьба, где каждый желает получить первенство. Поглощающие ощущения. Дверь лифта протяжно скрипит, открываясь. Они, не отрываясь друг от друга, заходят в кабину. Его руки на теле, сжимают, ласкают, она протяжно стонет, он поглощает звуки её страсти, поцелуй, затягивающий бесповоротно. Добираются до квартиры, уже в коридоре начиная раздеваться. Он помогает стянуть с неё кофточку, она скидывает с его плеч пиджак. Словно в замедленно-ускоренной съёмке. Она не успевает за развитиями событий, лишь может чувствовать, ощущать.

- Дыши, - тихо говорит он, когда его рука скользит по плоскому животу к груди, а она, не замечая, задерживает дыхание, загипнотизированная его взглядом.

Они в его спальне. Он сверху, тело к телу. Она дрожит, ощущая контакт их обнажённых тел. Его мышцы перекатываются, когда она к нему прикасается. Она восхищается им, не может насытиться, упиваясь его реакцией на каждое её касание и действие. Его руки на бедрах, всё выше по обнажённой коже. Она выгибается в его руках, дыхание тяжёлое, надрывное, он целует её, ласковые губы на шее, всё ниже, до дрожи. Она сгорает, плавится, раскалённые до предела ощущения. Она смотрит в его полные яростного желания глаза, и тело дрожью отзывается лишь на его тяжёлый взгляд. Он не торопиться, словно у них впереди вечность, исследует её тело, покрывая каждый миллиметр чувственными поцелуями. Она сходит с ума, лишённая опоры, окрылённая, но потерявшая ориентацию в пространстве. Он всё глубже проникает под кожу, всё больше вызывает зависимость. Слепое обожание, горячее желание, пламенная необходимость.

Он входит в неё, она выгибается, стонет, растворяется. Он сплетает их руки над её головой, смотрит в глаза. Его движения в её теле, восхитительно, он проникает так глубоко, словно задевает до основания, неповторимо. Меняет темп, ускоряется, она горит в его руках, плавится. Поцелуй, обжигающий, его рука скользящая нежно по телу. Он сжимает её грудь, наклоняется, всасывает, ласкает, играет, его язык, словно в подобие танца терзает её заострённый сосок. Она сверху, нежные, плавные движения, он помогает сохранить этот неторопливый ритм. Она склонятся к нему, желая поцеловать. И вот он опять сверху, нежность сменяется грубыми, страстными толками. Стон или крик из её уст. Она уже не знает, где он, где она, где небо, где земля.

- Я обожаю цвет твоих глаз, - его низкий, урчащий голос.
- У меня список того, что я обожаю в тебе намного длиннее.

Его медленные движения в её теле. Она выгибается навстречу, открывается сильнее, лишь бы ощутить его ещё глубже. Несравнимое биение их сердец, звучащих в унисон и создающих какофонию. Их поцелуи, словно лихорадка безумия или наваждение полуночи. Когда они вместе, мир для них перестаёт существовать. Нет «до» и «после», есть сейчас, данная секунда, данное мгновение. Она крепче обнимает его ногами, заставляя двигаться в её теле, не сдерживаясь, проникать до максимума, не жалея. Его мощные движения в противоречие нежным рукам, ласкающим тело. Она стонет, извивается под ним, меняя угол проникновения, кричит, ногтями царапая спину до крови. Он вновь замедляет ритм, она утыкается носом в его плечо, сильный, резкий толчок, она кусает его, выражая всю гамму эмоций. Он рычит, этот гортанный стон из груди, отдаётся громким эхом в её теле.


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 59 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 8 | Глава 10 | Глава 12 | Глава 13 | Глава 15 | Глава 16 | Глава 17 Часть 1 | Глава 18 | Глава 20 | Глава 21 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 22| Глава 25

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.011 сек.)