Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Памятуя о недавнем выходе Японии из военной эпохи, я не мог не согласиться с мнением Богданова.

Читайте также:
  1. Глава 33. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ
  2. Глава 33. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ
  3. Глава 33. Преступления против военной службы 1 страница
  4. Глава 33. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ 1 страница
  5. Глава 33. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ 2 страница
  6. Глава 33. Преступления против военной службы 2 страница
  7. Глава 33. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ 3 страница

Солдаты, обитавшие в обычном лагере, пели в хоре, выпускали стенную газету, участвовали в производственном соревновании, вели диспуты в политкружках, устраивали митинги. Выходцы из бедных семей, не сумевшие получить обязательного образования, организовали кружок по ликвидации неграмотности, в котором преподавали солдаты, закончившие школу. Уставшие после трудового дня пленные до позднего вечера бились над азбукой и четырьмя арифметическими действиями.

Из окна штрафного барака их жизнь напоминала бурлящий, пенящийся горный поток. Меня обуревало желание вырваться из атмосферы, царившей в штрафном батальоне, но это было невозможно. Значит, не оставалось ничего иного, кроме как попытаться изменить саму эту унаследованную от старого мира атмосферу. Перед мысленным взором сразу вставали самые разнообразные, сложные и невероятные препятствия на пути этих попыток. Было, однако, невыносимо оправдывать препятствиями дальнейшее пребывание в столь зловонной обстановке.

В штрафном батальоне все же было несколько человек с навыками свободного мышления. И вот, собравшись, эти люди, имея в виду пробудить дремлющие чувства коллектива и вдохнуть в уже разлагающийся «живой труп» новый дух, совершенно чуждый иерархическому укладу старой армии, решили в качестве первого шага создать лекционное общество. Первое его заседание мы провели в один из нерабочих дней, в воскресенье после обеда.

Лейтенант Каваками из Токио, единственным хобби которого со студенческих времен, проведенных в университете Кэйо (или Мита, как его еще называют), было посещение театральных постановок, прочитал лекцию «Театр Цукидзи — средоточие движения за новую драматургию». Лейтенант Кобаяси, в прошлом инженер металлургического завода «Явата», выступил с докладом «Препятствия на пуги японской науки». Подпоручик Танимото, служивший в исследовательском отделе Маньчжурской железной дороги, сделал сообщение «Народы СССР и советская национальная политика». Подпоручик Эндо, до войны преподававший немецкий язык в провинциальной школе, подготовил лекцию «Поражение в войне и литература (на примере немецкой)».

Тема моего выступления — «Китай после Северного похода». Не будучи специалистом по Китаю, я выбрал эту тему потому, что в то время советские газеты ежедневно, в большом объеме и на первых страницах публиковали разнообразную информацию об этой стране. Говорить я старался простым языком, вставляя в текст сохранившиеся в памяти эпизоды из таких книг, как «Северный поход» Го Можо и «Красная звезда над Китаем» Эдгара Сноу.

Вопреки нашим ожиданиям, появление лекционного общества не встретило сопротивления с чьей бы то ни было стороны. Впрочем, стоило только хорошенько подумать, как стало бы очевидным, что именно отсутствие сопротивления было вполне естественным, а мы, вообразив возможность какого-то противодействия обществу, настроенному на организацию обычных лекций, видимо, выглядели довольно глупо. Кажется, офицеры от души радовались возможности провести, не скучая, длинный день сибирского лета.

Но было бы неверно утверждать, что наша затея «застряла» на уровне простого развлечения. Лекционное общество словно вдохнуло новую порцию свежего воздуха в душную атмосферу штрафного батальона. На какое-то время лекции сделались главным предметом офицерских разговоров. Несколько молодых офицеров, сгруппировавшихся вокруг нас, настойчиво требовали продолжать начатое нами дело.

Что касается лично меня, представителя нижних чинов, то с того времени даже самые консервативно настроенные офицеры, которые раньше звали меня на «ты«, перешли на «вы» и стали добавлять к фамилии слово «господин». Очень скоро наша группа приобрела известность во всем штрафном батальоне.

Вероятно, за несколько месяцев работы, когда всем приходилось вкалывать в качестве неотличимых друг от друга «трудовых единиц», незаметно и самопроизвольно возникло психологическое состояние, способствовавшее восприятию свободного мышления. Думается, что наша группа, которая со студенческой легкостью начисто игнорировала старый армейский иерархический уклад, распространяла на всех новые, неординарные представления.

После работы мы усаживались в кружок на чей-нибудь тюфяк и вели нескончаемые разговоры на самые разные темы. Бывало, Эндо ставил проблему, подлежащую обсуждению:

— Хотя я и неотесанный школьный учитель и всегда «опаздываю на поезд», но мне интересно, что же это такое — идейная метаморфоза людей? Просто так это непонятно, но вот возьмите, к примеру, Инэко Кубокаву. Недавно я прочитал в «Нихон симбун» статью о том, как она вместе с Нацу Кавасаки и другими общественными деятельницами посетила штаб Макартура. Кубокава — профессиональная писательница, автор нашумевшей книги «Карамельная фабрика». Когда началась война, она ездила в действующую армию на средства информационного отдела сухопутных войск. А теперь статья в газете для военнопленных. Каковы ее истинные взгляды?

— Официантка тоже расплывается в улыбке перед новым гостем, — брякнул, словно отрезал, Каваками с присущим токийцам свойством высказываться откровенно, не заботясь о чьих-либо чувствах.


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 68 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Я сидел над ворохом бумаг, когда ко мне подошла Маруся. | Она перечислила то, чем я часто хвастал в разговорах о токийской жизни. | Лагерь в таежной глуши. | Мне оставалось только молиться, чтобы у Маруси не вышло неприятностей из-за меня. | Увидев утром старшину, который пришел за нами, я улыбнулся ему как старому доброму знакомому. | Кавада с любопытством выслушал эту историю. | Замечание майорши рассердило меня. Воспоминание о встрече с ее мужем подлило масла в огонь. | Он никак не мог успокоиться из-за приключившегося с ним недоразумения. | Петя работал на заводе в Берлине, на рейнских виноградниках, в Голландии, Бельгии, Франции. | Возразить было нечего. |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
С этим его мнением я не мог согласиться.| Не зная в то время, что советская газета для военнопленных искажает факты, я счел эту статью правдивой, но не мог не возразить Каваками.

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.006 сек.)