Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

При дворе

Читайте также:
  1. БОЛЬШОЙ МЕНШИКОВСКИЙ ДВОРЕЦ. ГРОТЫ ПОД ПАРАДНОЙ ГРАНИТНОЙ ЛЕСТНИЦЕЙ.
  2. Вычистив свою чашку, я вышел из столовой и снова вернулся в спальню. Некоторое время я стоял и смотрел в окно, наблюдая людей, суетившихся во дворе.
  3. Гаага. “Дворец мира”.
  4. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ. О дворе Вату и том, как он нас принял
  5. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ.О дворе Скатан и о том, что христиане не пьют кумыса
  6. ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. О дворе Сартаха и о его славе
  7. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ. О посте несториан. О том, как мы ходили во дворец Мангу-хана, и о весьма многих других посещениях

Зинаида Гиппиус

ЖИВЫЕ ЛИЦА

Маленький Анин домик. Вырубова, Императрица, Распутин

Благоухание седин. О многих

МАЛЕНЬКИЙ АНИН ДОМИК

Вырубова

 

 

ЭТО БЫЛО ВЧЕРА...

 

Хочется начать, как сказку: в некотором царстве, в некотором государстве, жили-были царь с царицей...

Что ж, разве это не страшная сказка -- русская быль?

Длинна и недосказана сегодняшняя, самая, кажется, страшная. Но как изумительна вчерашняя, ее породившая. Сказка, где в неповторимом сочетании действуют трое: царица, верная слуга ее, Анна Вырубова ("Аня", как обычно звала ее царица, да и мы, бессильные, невольные участники совершавшегося), а третий -- сибирский мужичонка Распутин.

Заранее скажу, что не для осуждения, даже не для суда я пишу. Судей много и без меня. Я только рассказываю. Сказка не нова -- но ведь каждый рассказывает по-своему; со своего места видит свое; да и в каждом повторении она только страшнее.

 

 

АНЯ

 

Мы увидели "царицыну верную слугу" Анну Вырубову (Аню) в первый раз уже после революции; потом встречались постоянно.

Незадолго до первой встречи мне показали ее большой портрет. Странно: с первого взгляда -- узнаешь ее, как давно знакомую. И даже, с первого взгляда, схватываешь ее всю: такое... не открытое, но откровенное лицо; так ясно для умеющего читать написана на нем ее несложная внутренная сущность.

Портрет старый, т. е. снятый еще до ареста и мытарств по тюрьмам. Круглощекая русская "Красна-девица", и платье русское, придворное, идет ей как нельзя лучше.

Портрет старый, но в голову не пришло усомнить-

 

ся, такая ли она теперь, после всего, что пережила? Не изменилось ли это лицо? Нет, оно неизменяемо. То, что, высвечиваясь, делает лицо человеческое таким или другим -- здесь неизменяемо. Неподвижно.

Вот она сидит, в черном платье, скромно причесанная, пополневшая, но она,-- Аня портрета. Верная слуга царицы. Верная "другиня" Распутина. Верная -- это прежде всего.

Сидит в кресле немножко тяжело (она вся тяжеловата и хромает сильно после неудачного сращения переломов), но держится прямо и все рассказывает, рассказывает, с детскими жестами пухлых ручек. У нее и говорок детский -- или бабий -- скорый, с захлебыванием, с чуть заметным пришепетыванием. "Каша во рту",-- обмолвилась однажды рассерженная царица.

Рассказывает Аня... все о своих последних несчастьях, о крепости, об издевательствах в тюрьме.

-- Сколько раз Господь спасал от солдат... сама не вспомню, как...

Вид у нее, может быть, по привычке, делано-искренний, делано-детский. Ведь и глаза такие: широкие, открытые, светлые... но непроницаемые, вдруг стеклянные -- слепые. Я не сомневаюсь, впрочем, в искренности ее рассказа: ведь ни о царице, ни о Распутине она слова не обронила.

Это молчание радует; чувствуешь облегчение. Не хочется, чтобы кто-нибудь вдруг спросил ее... о важном, о прошлом. Как-то жалко. Ведь она сейчас же, непременно, начнет лгать, побежит по каким-то окольным тропинкам, хитрым, путаным и вывертливым, тоже невинно,-- физиологически. Она не может иначе, она верная. Она совершенна в самоотдаче, в каком-то круглом самопредании... Это делается с ней само, но уж если сделалось -- она железнокрепка, упряма и хитра.

Царица тоже упряма и верна. Но как они различны, эти две женщины, царица и ее единственная подруга -- Анна Вырубова!

Царица никому не нравилась и тогда, давно, когда была юной невестой наследника. Не нравилось ее острое лицо, красивое, но злое и унылое, с тонкими поджатыми губами; не нравилась немецкая угловатая рослость. Кто-то сказал при мне: "Погодите, а может быть, она замечательна. Ведь какое имя выбрала? Екатерина!"

Вышло вздор, Алису в православии нарекли Александрой. Но не совсем, должно быть, вздор, если через

 

многие годы пишет Алиса мужу: "...Как хорошо, что ты дал мне Верховный Совет!.. Вообрази меня сразу со всеми министрами!.. Со времени Екатерины ни одна императрица не принимала лично и одна. Григорий (Распутин) в восторге".

Кстати, здесь о письмах ее, т. е. не о них, а о факте напечатания, обнародования интимнейших писем женщины, жены к мужу. Да еще взятых у мертвой, только что вместе с мужем и детьми убитой столь жестоко и позорно.

Само по себе -- такое обнародование чудовищно. Средний культурный человек, особенно до войны, не поверил бы, что это возможно. Однако недопустимое сделано, и -- хорошо, что оно сделано. Без него никогда не знали бы мы правды, отныне твердой и неоспоримой, об этой женщине как верной и любящей женщине, как верной и любящей жене, как самоотверженной матери.

Не знали бы мы и правды о ней -- императрице. Не знали бы с потрясающей, неумолимой точностью, как послужила она своему страшному времени. А нам надо знать. Эта правда ей не принадлежит. И хорошо, что не осталась она скрытой.

 

 

ПРИ ДВОРЕ

 

В 14-м году, летом (о войне еще никто не помышлял), к нам на дачу приехал редактор газеты "День" и без конца рассказывал о путешествии в Сибирь корреспондента в одном вагоне с Гр. Распутиным (тогда, вскоре, Распутина и ранили).

Корреспондента посылали платонически: о Распутине было строго запрещено упоминать.

Задавленная правда растет криво, вкось -- сплетнями. Вот годы это длится с Распутиным, ужас -- в одежде скандала. Там, при дворе, в сущности, ничего не понимают. Там идет какая-то своя жизнь, со своими большими и маленькими горестями, там свои дела и своя среда... Мещанская? Не знаю, во всяком случае -- потрясающе некультурная, невежественная.

Царица, впрочем, помнит, что она царица, а муж ее -- самодержавный царь. Это значит -- что он неограниченный владыка над всеми решительно и по воле

 

Божией может делать в своей стране, что хочет. Люди злы, рабы часто бунтуют; для этого нужна строгость. Так хочет Бог.

Другого ничего царица никогда не слышала и потому, естественно, не знает. Ум от природы у нее был, но очень обыкновенный; а нужен исключительный, чтобы пробиться сквозь эту толщу невежества.

Но царица все-таки восприняла твердо то малое, что слышала, чему ее учили. У нее своя линия. Аня -- живет как рыба в воде, как птица на ветке. Она везде бы искала, кого обожать, кому служить, кому отдаться. И везде бы нашла.

Царица чуть-чуть презирает Аню, однако Аня ей нужна. Без ее отдающейся верности она жить не может. Но часто и несправедливо раздражается против Ани и даже ревнует ее к мужу.

Серьезной ревности у нее, конечно, нет. Она не сомневается в верности мужа. Неизвестно, не было ли тут и психологически обратной ревности. Кому предана Аня больше, кого вернее обожает, царицу или царя? Считалось, что царицу. Но вот оказывается, что она так же безоглядно обожает и царя. И царица в раздражении, находит, что Аня с ней "груба", "нелюбезна"... "После ее поведения в Крыму -- что-то пропало, разорвана связь... Она никогда не будет так близка мне, как была..."

Раздражение неглубокое, но совсем исчезло оно только в конце 16-го года. Незаметно окрепла их нерушимая связь -- Распутин.

 

 


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 55 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ЦАРЬ И ЦАРИЦА | МАЛЕНЬКИЙ ДОМИК | ВОЙНА ОБЪЯВЛЕНА | ПРОТИВ ЦЕРКВИ | БАХВАЛ И НЕМЦЫ | ВЫБОРЫ МИНИСТРОВ | МАЛЕНЬКИЙ СКАНДАЛ | ПОСЛЕДНИЙ ИЗБРАННИК И ПОСЛЕДНИЕ БИТВЫ | БЛАГОУХАНИЕ СЕДИН |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
На копеечку эту (за 14 ночей я получила около тысячи ленинок, полдня жизни) не раскутишься. Выгоднее продать старые штаны.| ЮРОДИВЫЕ БАБНИКИ

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.008 сек.)