Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Занятия, жилище, пища, одежда

Читайте также:
  1. Верхняя одежда
  2. Верхняя одежда
  3. Вопрос 22. Какая одежда прилична христианину?
  4. Детская одежда – варежки Organic & Natural™ Baby
  5. Детская одежда – носочки – пинетки Organic & Natural™ Baby
  6. Еда, пища, есть, вкушать
  7. Задания для уяснения темы занятия, методики вида деятельности

Отечественными исследователями уже была отмечена самая тесная связь занятий с домашним бытом [5]. В купеческой среде основным занятием, конечно же, являлась торговля. Торговали обычно с утра до вечера, при этом очень часто тут же, при доме купца, где обычно выделялось помещение для лавки или склада. Одной из особенностей торговли в Сибири являлось отсутствие специализации отдельных купцов на том или ином ее виде. В.М. Флоринский, характеризуя сибирское предпринимательство, отмечал, что "большая часть магазинов не имеет специальной торговли, а держит всего понемногу, так, например, в одной и той же лавке вы найдете и фарфоровую посуду, и железные изделия, и закуску, и мануфактуру, и свечи. Этим, говорят, они сильно привлекают покупателей и конкурируют друг с другом" [6]. На эту особенность обращали внимание многие из современников. Так, Авдеева-Полевая писала: "тут есть все, начиная от предметов роскоши до самых

грубых изделий; но нет такого разделения лавок, как в России. В одной лавке найдете вы сукно, шелковые материи, холст, чай, сахар и разные мелочи" [7].

Просыпались в купеческих семьях очень рано, осенью и зимой до рассвета, пили чай, после чего мужчины отправлялись по своим делам. В праздничные дни время торговли обычно сокращалось. В воскресные дни лавки и магазины закрывались на насколько часов раньше. По большим праздникам многие торговые точки вообще не работали. Обычно на рождество не работали два дня, на пасху - три дня, на троицу и масленицу были открыты лишь некоторые магазины.

В торговле и ее организации участвовал как сам купец, так и члены его семьи (чаще всего жена и старшие сыновья). Это было необходимо, так как специфика купеческого труда и выполнение общественных служб требовали периодических отлучек главы семьи. Во время этих отлучек руководство выполнением торговых и домашних дел брали на себя старший в семье мужчина или жена купца. Купеческая семья, таким образом, была не только средством воспроизводства, но здесь также возникали дополнительные отношения компаньонов в предпринимательском семейном деле [8].

Необходимо отметить, что семейность торговых занятий купечества, семейный характер торгово- промышленной жизни был характерен как для Сибири, так и для России в целом. П.А. Бурышкин так описывал семейственность московской буржуазии: "И фабрики и торговые фирмы оставались зачастую собственностью той семьи, члены которой дело создали, сами им руководили и передавали его по наследству членам своей же фамилии... эта форма "семейных предприятий" была характерна для Москвы" [9]. В Сибири же, по мнению Г.Х. Рабиновича, семейные капиталистические предприятия преобладали вплоть до 1900-х годов [10].

Однако справиться со всеми делами только силами членов семьи удавалось немногим, и большинство купцов использовали наемных приказчиков, лавочных сидельцев, а также так называемых "мальчиков" - подростков, которых родители или родственники отдавали в услужение для приобретения навыков торговой деятельности. "Мальчики" обычно служили бесплатно, "из харчей и науки". Такой мальчик, исполняя разные поручения хозяев, должен был прислуживать и в доме, поэтому в купеческих семьях очень редко служили специальные лакеи. Служба мальчиков была тяжелой и не всякий ее выдерживал, хотя неко-

торым удавалось, с течением времени, дослужиться до приказчика, а затем и завести собственное дело. Так, например, именно мальчиком при лавке начинал свою карьеру один из крупнейших бийских купцов А.Д. Васенев [11].

Существовал целый ряд категорий торговых служащих. Мальчик, отработав пять-шесть лет и оказавшись верным и расторопным, получал первый чин торговой иерархии - становился "молодцом", ему уже поручали дела большей важности, а его место занимали другие. Более высоким считалось положение лавочного сидельца, т.е. продавца в лавке. Практически во всех предприятиях служили приказчики, ну а на вершине иерархии служащих находились доверенные [12]. Условия труда торговых служащих были тяжелыми, рабочий день мог достигать 12 и даже 15 часов [13]. Тем не менее, именно из приказчиков и доверенных - верхушки торговых служащих, нередко выходили новые предприниматели, такие как, томские купцы П. Михайлов и Д. Малышев, барнаульский И. Федулов, бийский Палабужев [14].

Кроме торговых служащих при магазинах и лавках использовались другие категории наемных работников: рабочие, дворники, караульные и т.п. В некоторых заведениях тем, кто работал за прилавком, выдавалась особая форменная одежда: куртка, пояс, фуражка, однако подобная практика была принята в основном в крупных магазинах в начале XX в.

Организацией домашнего быта в купеческих семьях занималась женщина - хозяйка, ей помогали в домашних делах и другие члены семьи, особенно дочери. Сам хозяин редко вникал в домашние дела, хотя и требовал, чтобы "дом" велся на соответствующем уровне. Труд наемных работников также использовался в различных домашних работах, хотя специальную прислугу для домашнего хозяйства держали далеко не все торговцы. Так, о жене одного из богатейших бийских купцов конца XIX в. современник писал: "Старуха Сычева при полумиллионном капитале мужа сама везде поспевает по домашности и хотя ей за пятьдесят лет, но она сама для своей семьи варит даже щи и готовит кушанье" [15].

Некоторые сибирские купцы, особенно те, кто победнее, держали в хозяйстве коров, имели огород или сад при доме. Журналист и краевед В. Ильин писал в середине XIX в., что дома в Тобольске построены довольно редко и "почти при каждом из них находятся садики с лесными деревьями, кустарниками и незатейливыми цветниками..." [16].

Распространенным видом дополнительного дохода был заработок от сдачи жилья внаем. Особенно часто практиковали это купеческие вдовы, но были и купцы, имевшие специальные "доходные дома". Вообще недвижимости у купечества было много, кроме того, некоторые купцы, занимаясь ростовщичеством, ссужали деньги под залог домов и таким образом могли стать собственниками нескольких десятков домов, как, например, томский купец Е.И. Королев.

У крупных торговцев занятия могли носить только административный характер и сводиться к нескольким часам пребывания на складе или в конторе. Встречались и такие, кто практически целиком устранялся от дел, поручая их заботе доверенных или управляющих. В целом, для крупной буржуазии было характерно большее по сравнению с другими группами количество свободного времени, которое использовалось по собственному усмотрению [17].

Особое место в жизни купечества занимал собственный дом. При этом для владельца он был не просто жилищем, а также символом богатства и даже мерилом общественного положения. До революции купеческие особняки и магазины - кирпичные с мощными стенами или деревянные, отделанные богатой резьбой, определяли облик сибирского города, служили его украшением. Во многих сибирских городах сохранились традиционные деревянные купеческие особняки.

Купеческий дом часто был одновременно и жильем, и лавкой, и магазином, и конторой, а также складом товаров, заводом, банком, местом проведения праздников. Неудивительно, что купеческие особняки были обычно основательными, просторными, как правило, двухэтажными, с большими окнами, часто с балконами или лоджиями на втором этаже. Излюбленный дом сибирского купца - деревянный двухэтажный, на каменном полуподвале, или комбинированный (первый этаж каменный, второй - деревянный). На втором этаже обычно жил сам купец со своей семьей, на первом располагалась лавка, контора, кухня, жили дальние родственники и прислуга. Само здание было как правило крыто железом, богато украшено резьбой по дереву. Стоимость дома сибирского купца средней руки составляла от 3 до 10 тыс. руб., но, конечно же, были дома и побогаче. Так, томский купец В. Вытнов закладывал в 1899 г. "имение: состоящее из: а) каменного одноэтажного дома, крытого железом с полуподвальным этажом со сводами и пристроенными к нему с двух сторон каменных пристроек, б) деревянных: навесом, завознею и сараями и в) земли: всего 544 1/4 кв. саженей". Все это имуще-

ство было оценено по городской оценке в 13772 руб. 62 коп., при этом указывалось, что реальная стоимость дома с землей составляет 27814 руб., а застраховано оно на сумму 30000 руб. [18].

А вот как описывал дома томичей японский путешественник, побывавший в Сибири в 1911 г.: "Огромные дома обиты железными крышами, обнесены изгородью из толстых плах, построены, в большинстве случаев, в два-три этажа. На каждый из них ушло столько материала, сколько хватило бы на пять-десять японских жилищ с полным хозяйственным оборудованием. Издали постройки кажутся крепостями" [19].

Интересны и впечатления от сибирских городов, описанные одним из европейских путешественников: "Западная Сибирь возможно наиболее населенная, благоустроенная и наиболее цивилизованная часть страны, однако приграничные города, подобно Бийску, также имеют проблемы. В дождливую ночь город был тоскливым местом. Мокрые деревянные пешеходные дорожки, проложены через пласты глубокого черного болота. Большие дикие собаки лаяли от домов и рвали свои цепи, в то время как ноги путешественников чувствовали скользкие доски, положенные над пропастями летней сибирской грязи" [20].

Для отопления домов употреблялись русские печи, а иногда голландские с лежанками. Стены комнат белились известкой, иногда оклеивались шпалерами (обоями). У богатого купечества, подражавшего образу жизни "благородных", встречались многокомнатные жилища с характерной анфиладой парадных комнат.

Своеобразен интерьер купеческого дома. Из сеней проходили в "переднюю", где у зеркала можно было "оправить голову и платье", затем в зал и гостиную. В зале столы, стулья, расставленные по стенам, настенные часы. В гостиной обязательно располагался круглый стол, диван, тяжеловесные кресла, ломберный сто- лик. Над диваном - большое зеркало, на стенах картины "по состоя- нию". Третья комната по фасаду - чайная или столовая, убиралась попроще. Здесь располагались комод, горка или шкаф с чайным сер- визом, серебряной посудой, иногда с хрусталем. По заднему фасаду дома размещались спальни, в которых обычно находились комод с бельем, туалетный столик, а у задней стены - постель под пологом. Часто рядом со спальнями располагался и кабинет хозяина, где стояли стол под сукном, кресло, у задней стены - диван, стулья, на стене - портреты хозяев.

Однако, несмотря на городской образ жизни, на большие и богатые свои жилища, многие сибирские купцы, по мнению В.П. Бойко, "во многом сохранили крестьянский, народный уклад жизни и не любили парадных апартаментов" [21]. Вот какие наблюдения о купеческих жилищах приводят современники: "Хозяева теснились в задних апартаментах, воздух которых насыщен смесью запахов от лампадного масла и рыбного пирога" - писал Г.Н. Потанин в известной статье "Города Сибири" [22]. С ним был согласен и Н.М. Ядринцев: "Кухня всегда была местопребыванием хозяйки дома и ее местожительством, даже у богатых купцов. Это существовало даже тогда, когда строились обширные каменные палаты, в которых анфилады комнат были только парадными покоями для приема гостей" [23].

Кроме жилых комнат все купеческие дома имели подсобные помещения, состав и размеры которых были различны. Так, подвалы и полуподвалы использовали как кухни, мастерские, кладовые, в чуланах хранились сундуки с одеждой, съестные припасы, утварь. К дому примыкал двор с амбарами, сараями, конюшней, баней, погребами.

В начале XX в. многие состоятельные купцы все чаще строят для себя респектабельные кирпичные особняки. На Ленинском проспекте Барнаула (до революции - Московском) сохранился торговый корпус, построенный в 1913 г. купцом 1-й гильдии Иваном Ивановичем Поляковым. Усадьба Полякова состояла из двух мощных кирпичных корпусов, складов, овчинно-шубной и пимокатной фабрики, собственной электростанции. Семья купца проживала на втором этаже одного из торговых корпусов (на первом размещался чайный магазин). Во двор усадьбы Полякова вели кирпичные ворота с декоративными башенками [24].

Электрическое освещение жилых и торговых зданий в Сибири также появляется только в начале XX в. В Барнауле хотя и не было городской электростанции, зато одна за другой возникают небольшие частные купеческие электростанции - в 1898 г. купцов Суховых, в 1900-м Платонова, позже - И.Ф. Смирнова и И.И. Полякова. Самой крупной в городе была электростанция винозаводчика Платонова, она находилась на Московском проспекте, рядом с домом владельца. Электростанция Платонова давала энергию для освещения во многие центральные магазины, учреждения, в том числе и в Народный дом.

Самым большим магазином дореволюционного Барнаула был "Пассаж И.Ф. Смирнова", который занимал целый квартал между

улицами Пушкина и Гоголя. Первый этаж двухэтажного кирпичного здания с башенками по углам занимали магазины, на втором располагались контора владельца, шляпная мастерская и отделение банка. Огромные окна первого этажа, заполненные товарами, закрывались от перегрева в летнее время специальными маркизами из плотной ткани, а на ночь на них опускались массивные металлические ставни.

В начале XX в. существовала особая "купеческая кладка", для которой употребляли красный фигурный кирпич, стараясь сделать фасады домов более приметными, выделить их на фоне окружающих зданий. Для украшения кирпичных купеческих особняков широко применяли металлические ажурные решетки, консоли и парапеты [25]. Для многих сибирских городов этого времени были характерны целые усадебные комплексы, совмещающие в себе жилые дома купцов, торговые лавки и магазины, различные хозяйственные строения (навесы, амбары, склады и даже электростанции). Купеческие строения этого времени, особенно торгово-коммерческие, отличаются крупными размерами, рациональностью в построении объемов, планов, декора, что во многом обуславливалось функциональными потребностями зданий [26].

Каменные купеческие дома и магазины строились во многих городах Сибири. В Камне-на-Оби сохранился двухэтажный каменный дом купцов Винокуровых, гордость винокуровской семьи; Бийск украшают пассаж Второва-Фирсова, дома купцов Ассанова, Измайлова, Рождественского, Игнатьева, Сычевых. В Тобольске до сих пор стоит дом купцов Корниловых, построенный в начале XX в. - "почти столичный образец модного в то время "протореннесанса", настоящий дом-дворец" [27].

Купеческие строения образовывали особую структуру, формирующую торговые зоны города, входящие в состав его общегородского центра. Роль купечества в формировании облика сибирских городов выражалась в том, что многие влиятельные купцы своими именами и фамилиями дали название городским улицам и переулкам. В Томске, например, в честь купцов были названы улицы: Евграфовская, Большая и Малая Королевская, Дроздовская, Ереневская, Завьяловская; переулки Макушинский, Серебренниковский, Тецковский - всего более 50 улиц и переулков. Напрямую были связаны с деятельностью купечества такие топонимы: Базарная и Соляная площади, улицы Миллионная, Торговая, Магистратская и др. [28].

Нужно отметить, что гильдейская купеческая семья не обязательно проживала в одной усадьбе. Некоторые семьи имели по нескольку домов и дач. Это относится, например, к барнаульским купцам Морозовым. Возглавлял семейное дело Андрей Григорьевич Морозов - один из богатейших предпринимателей Алтая в начале XX в. Его взрослые сыновья самостоятельно крупных коммерческих дел не вели, а входили вместе с отцом в торговый дом "А.Г. Морозов с сыновьями". Обороты торгового дома в 1913 г. составляли около 4 млн. руб. Однако, дома и другое недвижимое имущество было разделено и отец, также как и каждый из сыновей, жили в своих собственных домах, хотя и числились в одном купеческом семействе [29].

В сибирских городах купеческие особняки и магазины в это время играли роль градостроительного ядра. Специалист по истории сибирской архитектуры Т.М. Степанская отмечала, что торговля и развивающаяся промышленность во второй половине XIX- начале XX вв. становятся основными градообразующими факторами городов Сибири [30]. Добротные и основательные постройки купцов подчеркивали своеобразие купеческого быта, который во многом сохранял черты патриархальности и консерватизма. Можно согласиться с мнением В.П. Бойко о том, что "в таких жилых и производственных помещениях формировались такие качества купцов, как ответственность родителей перед своими потомками, так как здания строились не столько для себя, сколько для наследников, и рассчитаны были на века, стремились выделиться среди других величиной, качеством и добротностью постройки, уважением к человеку, который будет жить и работать в доме" [31].

Питание как элемент организации материальной жизни тесно связано с социальным положением и позволяет составить представление об образе жизни сибирского купечества.

Об отношении сибиряков к пище современники составили в целом одинаковое суждение: "Сибиряки и поесть любят хорошо", при этом отмечались такие особенности питания как обилие жирной пищи и пристрастие сибиряков к чаепитию [32].

Увлечение чаепитием распространилось в среде сибирского купечества еще в первой половине XIX в. Удовольствие это было для того времени довольно дорогим и в чаепитии выражалось отличие купцов от простых горожан и крестьян. Позднее, во второй половине XIX в., с развитием чаеторговли и появлением дешевых сортов чая, потребление этого напитка в Сибири становится повсеместным, однако, по

замечанию В.П. Бойко, "только купцы могли позволить себе выпивать огромное количество чая" (до 40 стаканов в день) [33].

Чай пили не менее 3-4 раз в день. Чаепитие сопровождалось молоком, булками, вареньем, пряниками. Этот напиток был обязателен при приеме гостей. К концу XIX в. чаепитие в Сибири становится непременным атрибутом деловой беседы, отдыха, семейных вечеров и т.п. В Сибири был распространен так называемый "кирпичный" чай, байховый пили гораздо реже. Купцы-старообрядцы предпочитали чаи липовые, малинные, морковные. Сортов этого напитка было много. В воспоминаниях современников упоминаются: байховый, черный, "сквозник", зеленый, кирпичный, цветочный чай разных сортов [34].

Другой особенностью сибирской кухни было обилие мучных блюд. Повсеместно были распространены пироги, шаньги, блины, оладьи, калачи. Хлеб в состоятельных семьях предпочитали пшеничный, причем белый хлеб в Сибири называли "крупчатым".

В будние дни вставали очень рано, пили чай и завтракали зимой и осенью при свечах. Обедали в будние дни, когда было много дел, около двух часов, часа в четыре или пять снова пили чай, а часов в восемь или девять ужинали.

В рационе сибиряков постоянно присутствовали овощи, особенно в постные дни. Однако в зажиточных семьях, имевших разнообразный стол, практически не ели картофель, только изредка он шел на гарнир, гораздо большее значение имели соленые огурцы и квашеная капуста, особенной популярностью пользовавшиеся в постные дни. Надо сказать, что постных дней набиралось в году довольно много, почти столько же, сколько и "мясоедных", но, по отзывам современников, в конце XIX в. посты соблюдались уже не очень строго. Тем не менее, в постные дни, даже на званых обедах, наряду со скоромными "подаются, кроме того, почти столько же блюд постных, так как некоторые именитые купцы в постные дни скоромного не едят" [35].

Во второй половине XIX и даже в начале XX в. фрукты в Сибири были редкостью, так как местное садоводство было очень слабо развито, а цены на все привозные продукты были очень высокими. Даже в купеческих семьях фрукты нечасто появлялись на столе - в основном по большим праздникам. Интересно, что фрукты и сладости вообще были доступны только богатым. Как отмечали современники, в Сибири "человек достаточный может иметь все: варенье, обсахаренные плоды, сухие фрукты, вина; даже шампанское и ром..., но все это очень дорого" [36].

Ежедневно употреблялись в пищу продукты мясо-молочного рациона, так как в Сибири они были очень дешевы и доступны даже для небогатых людей. Специфическими сибирскими блюдами были пельмени и так называемая "провесная говядина". Пельмени готовили только зимой, обычно заготавливали по несколько мешков сразу и хранили на морозе в деревянных коробах. Вот какие строки посвятил сибирским пельменям Н.М. Ядринцев: "... пельмени составляют по местному вкусу всю суть сибирской еды, совершенство кулинарного искусства, предмет благоговения и поклонения. Когда подаются пельмени, то все блюда бывают поражены паникой и не смеют являться на стол, присутствующие не смеют отказываться, сколько бы их не подавали. Со стороны кажется, - с юмором добавляет автор, - что пельмени наполнили все, что человек сыт до верха горла, берет боязнь, что они как из мортиры, под влиянием упругости и натиска, станут делать обратные изо рта выстрелы. Но это только так кажется. Сибиряк, потребивший их, только краснеет, и лицо его сияет удовольствием..." [37]. Мороженые пельмени были очень удобной пищей во время зимних поездок. Николай Щукин писал: "купцы и приказчики их, отправляясь в дорогу, запасаются мерзлыми пельменями. Приехав на станцию, кипятят воду, кладут в нее пельмени, и через полчаса кушанье готово" [38].

"Провесную говядину" готовили таким образом: в январские морозы вешали на подставки, устроенные на кровле дома, куски говядины, слегка посоленной. Там мясо висело до пасхи, пока морозом и ветром ее не высушивало, придавая особенный вкус. Провесную говядину брали с собой в дорогу, подавали на закуску [39].

Популярным видом пищи была свежая и соленая рыба, которая в постные дни заменяла мясо. С рыбой пекли пироги, из нее варили уху, ее жарили, солили.

Практически во всех семьях делались заготовки продуктов на год. Авдеева-Полевая писала: "В достаточных домах все заготовляется впрок, годовое: мука, разная крупа, семя конопляное, орехи кедровые, брусника, масло коровье; на зиму заготовляли солонину, капусту многими манерами, огурцы, грузди, рыжики, обварные грибы, варенье разное, овощи, коренья: к лету приготовляли ветчину, рыбу, языки, говядину провесную. Во многих домах макали свечи, два раза в год: осенью и в марте; делали свой солод; посылали служителей за дровами, за вениками" [40].

Кроме чая пили и другие напитки - кисели, квас, мед ("медовуха") и пиво. При этом в отличие от крестьянских семей, где

пиво варили свое, купечество предпочитало пиво покупное. В Сибири, на местных заводах вываривалось 3 сорта пива - русское, баварское и портер [41]. В начале XX в. во многих городах Сибири появляются заводы искусственных минеральных и фруктовых вод. Их продукция пополнила ассортимент напитков.

Водку в Сибири пили как простую, так и со всякими специями, которую здесь называли "специальною" или "настойкою". В отличие от простонародья, пившего "простое вино" (спирт, разбавленный до крепости 40°), купечество предпочитало "очищенную". Водочных заводов, в отличие от винокуренных, в регионе было мало, но их продукция отличалась высоким качеством. Можно привести факт, что наливка "нектарин из китайских яблочек", изготовленная мастером Невлером на барнаульском водочном заводе И.К. Платонова, получила в 1896 г. на Всероссийской Нижегородской выставке медаль за высокое качество [42].

Купцы часто по воскресеньям и праздникам ходили в ресторан, чтобы выпить чаю и встретиться с деловыми партнерами и друзьями. Праздничные обеды были очень обильными. Для званых обедов готовили множество блюд. На стол ставили пиво, квас, мед, вино, наливки. Порядок блюд был такой: сначала подавали холодные закуски, затем суп и щи, потом соусы и жаркое. Большие чаши с супом и щами подавали на стол и кто-нибудь из родственников разливал по тарелкам. Обилие и разнообразие блюд праздничного обеда сибирского купца трудно вообразить в наше время. Вот как описывает такой обед Авдеева-Полевая: "Окорок ветчины целый; кость у него обвита мелко выстриженною бумагою и завязана ленточкою; окорок свежей свинины или буженины, убранный таким же образом, поросенок, обсыпанный яйцами; курицы, тоже обсыпанные яйцами; утки, убранные таким же образом. Дичина, тетерки, глухие тетерева, обложенные лимонами. К холодным блюдам подавали лимонный сок, уксус и горчицу. К супу и щам подавали пирожки, более жаренные в масле, их называли спускными. Соусы подавали сначала кислые, потом сладкие: с говядиной, в виде небольших круглых котлет, с луком - красный; с почками тоже красный, кислый, с курицей - белый соус. Пшенник, в соуснике запеченный, с яйцами и сахаром. Жаркое всех родов подавали каждое разно. К жаркому огурцы соленые, огурчики в тыкве, грузди и рыжики соленые, капуста свежая шинкованная, летом зеленый салат, арбузы и дыни соленые. Пирожные: пирог сладкий, слоеный; торты разными манерами, слоеные, их называли тарки; вафли, кольца, кудри, стружки, трубочки, розочки, наливашники двух сортов; бисквиты, большой бисквит, испе-

ченный в кастрюле; миндальное разное, в формах печеное, крестиками, с вареньем; желе и бламанже" [43].

Продукты обычно в семьях купцов закупали большими партиями, что было более выгодно. Цены на продукты питания в Сибири были очень низкими. Так в Тобольске, в 1890 г. по данным городского полицейского управления, мука пшеничная стоила 80 коп. за пуд, ржаная - 70 коп. Ведро картофеля продавалось за 11 коп., 100 штук моркови за 65 коп, ведро квашеной капусты за 25 коп. Свинина и говядина первого сорта стоили не дороже 2 руб. 25 коп. пуд. Рыба стоила в зависимости от сорта: пуд стерляди 7 руб. 50 коп., окуня 2 руб. 30 коп., щуки 1 руб. 50 коп. Привозные же продукты были дороже: пуд риса, также как и пуд сахара, можно было приобрести за 7 руб. 50 коп., фунт чая за полтора рубля [44]. Цены на спиртное были такими: в 1890 г. в Барнауле ведро (12,3 литра) вина в 40° стоило в среднем 1 руб. 50 коп., а водочные изделия, в зависимости от качества от 5 руб. 20 коп. до 16 руб. ведро. Оптовые цены на пиво составляли от 80 коп. до 2 руб. за ведро, портер стоил дороже - 3-4 рубля [45].

Для приготовления пищи во многих купеческих семьях пользовались услугами наемных кухарок и стряпух. Некоторые богатые гильдейцы держали выписанных из столиц поваров.

Интересен вопрос об одежде купцов. Одежда является важным элементом быта, она указывает на национальную и сословную принадлежность человека, его имущественное положение. В литературе часто можно встретить указание на существование какой-то специфической купеческой одежды. Так, английский путешественник Уоллес Маккензи отмечал, что "Русский купец никогда не высказывал желания быть не тем, чем он есть. Он обыкновенно носит платье, указывающее на его социальное положение" [46]. Однако, в действительности предметы одежды сибирского купечества, особенно повседневной, были в основном те же, как у крестьян и мещан, только богаче и лучше по качеству и больше по количеству. Как отметил В.П. Бойко, "В парадных случаях купцы вынуждены были отдавать дань европейской моде, облачаясь в сюртуки, жилетки, туфли, а иногда и во фраки и цилиндры. Но лучше и естественнее они чувствовали себя в сапогах с высокими голенищами, картузе и в длиннополых, утепленных, из толстого сукна сюртуках" [47].

В Сибири приобретение одежды для каждого социального класса имело определенные источники. Верхушка чиновничьего аппарата и крупнейшие представители буржуазии могли позволить себе заказать

платье или костюм в лучших швейных мастерских Москвы и Петербурга, владельцы которых покупали образцы платьев у лучших портных Парижа или выполняли их по рисункам из модных журналов, которые получали из столицы моды каждые две недели. В крестьянском быту платье изготовлялось в большинстве случаев собственными силами семьи. Основная же масса купечества, как и большинство горожан, платье и обувь заказывали у местных мастеров [48].

В сибирских городах существовала целая сеть небольших портняжных мастерских и одиночек-ремесленников. Только в Томской губернии в 1881 г. количество ремесленников, занимавшихся приготовлением одежды, составляло 389 человек [49]. Плата за шитье была довольно высокой: так, за шитье сюртука брали 8 руб., брюк - 2 руб. 50 коп., жилета - 2 руб., пальто - от 5 до 8 руб. [50].

С течением времени увеличивался привоз в Сибирь готового платья из Европейской России. Особенно усилилась конкуренция в 90-е гг. XIX в., после проведения Сибирской железной дороги и увеличения производства готового платья на российских фабриках. Цены на готовое платье на Нижегородской ярмарке, с которой осуществлялось снабжение Сибири, в 1899 г. составляли: на дамские жакеты 5-15 руб., мужской полный костюм 6-15 руб., сюртук и жилет 11-20 руб., брюки - 1руб. 50 коп., пальто драповое или бобриковое на вате - 9-12 руб., пальто на барашковом меху - 18-30 руб. [51]. Однако фабрики готового платья обслуживали в основном средние и малосостоятельные слои, тогда как богатая клиентура, не терпящая шаблонности и требующая выполнения субъективных капризов, долгое время оставалась верной портному.

Излюбленной одеждой купцов был костюм с поддевкой - коротким кафтаном с застежкой на крючках, часто без рукавов, одевавшимся под верхнюю одежду [52]. Летом короткая поддевка из тонкого сукна сочеталась с жилетом, плисовыми шароварами, заправленными в смазанные сапоги. Любимым цветом сукна у гильдейцев был темно-синий. Для зимы шили сюртуки в виде пальто на вате или на меху. Поверх сюртука надевали суконную "чуйку" или шубу.

Чуйки, популярные в купечестве, представляли собой мужской длинный кафтан без воротника и отворотов, сшитый обычно из сукна, с отделкой по вырезу горловины и низу рукавов полосками меха или ткани [53]. Даже среди богатого московского купечества, еще не отказавшегося от традиционного костюма, чуйки из дорогого сукна с ценным мехом были даже предметом щегольства. Например, московский купец-

мануфактурщик Заборов "зимой и летом ходил в чуйке и высоких сапогах бутылками, голову покрывал картузом с большим лакированным козырьком" [54].

Характерными для купцов были также длиннополые, утепленные, из толстого сукна сюртуки, прозванные "сибирками". Сибирка по своему назначению была универсальной и выполняла роль летнего пальто и представительского костюма. Известный специалист по истории русского костюма Р.М. Кирсанова писала, что сибирки, вплоть до начала XX в., оставались "признаком мелкого, часто провинциального купечества, мещан, лавочников, уличных торговцев" и, в то же время, "старинная сибирка или чуйка служили "миллионщикам" средством эпатажа, нарочито выражающим стремление подчеркнуть свою сословную принадлежность" [55.

Зимние шубы крыли сукном или драдедамом (плотной хлопчатобумажной тканью). На торги часто ездили в простых полушубках. По всей Сибири пользовались популярностью полушубки - "барнаулки" черного цвета, которые производились в Барнауле [56]. В непогоду или в дороге поверх шубы или другого верхнего платья надевали овчинный тулуп. Обычной обувью для сибирской зимы были валенки ("пимы") чаще всего белые.

В качестве головного убора мужчины носили летом картузы, зимой - меховые шапки. Некоторые купцы, особенно старообрядцы, предпочитали высокие, дорогие бобровые шапки. Волосы стригли "в кружок" или "под скобку". В праздничные дни было в обычае смазывать волосы растительным маслом.

Известный историк Р. Пайпс так характеризовал внешний облик купцов: "В отличие от дворянства, которое шло на поводу у Запада и утратило все черты восточного наследия, купцы оказались более косными и до начала XX века сохранили типично восточный внешний вид: борода (теперь обычно подстриженная), сюртук, являвший собой видоизмененный кафтан и застегивавшийся на левую сторону, высокая шапка, мешковатые штаны и сапоги" [57].

Женская одежда в купеческой среде отличалась большим разнообразием. Самым распространенным женским костюмом купчих было платье с длинными рукавами из шерсти, шелка, кисеи, поверх которого надевалась короткая кофта без воротника, парчевая или шелковая. Широко распространенным украшением был жемчуг. Купчихи носили жемчужные нити на шее, жемчужные серьги.

Вот как описывает Е. Авдеева-Полевая одежду сибирских купчих: "Прежде все купчихи носили юбки и кофты, а на головах платки; платки были парчевые, глазетовые, тканные, с золотыми каймами, шитые золотом, битью, канителью; бывали платки по сто пятидесяти рублей; дома носили в достаточных и бедных домах бумажные вязаные колпаки. Ныне все молодые женщины, купчихи, одеваются точно так же, как и в столице. Кто приедет прямо из Москвы или Петербурга, тот мало заметит разницы в одежде" [58].

Зимой носили салопы, шубы и шубки на заячьем, лисьем, куньем мехах. Женские шубы были очень разнообразны, они отличались покроем и могли быть крыты сукном, штофом, нанкой, плисом, бархатом [59].

Необходимо отметить, что стремление к роскоши и "барскому" образу жизни не было типично для сибирского купечества. Желая самоутвердится, некоторые богатые гильдейцы стремились обеспечить себе почет и уважение с помощью денег, строили особняки и дачи в виде поместий, с домашним оркестром и оранжереями, с собственной охотой. Однако сами же купцы относились к таким, "выбивавшимся" из своего сословия собратьям достаточно негативно. Так, например, томский купец З.М. Цибульский, который вел подобный образ жизни, резко выделялся среди местного купечества. Томские купцы Цибульского недолюбливали, считали его гордецом, необщественным человеком, "похожим скорее на сановника, чем на купца" [60]. Трудно согласится с американским историком Р. Пайпсом, который писал о русском купце: "стоило монархии издать законодательство, направленное на охрану частной собственности, как он стал выставлять напоказ свои вульгарные повадки, ел и пил без меры и забивал дом мебелью" [61]. Среди сибирского купечества любители показной роскоши и разгульного образа жизни встречались нечасто.

Можно сделать вывод, что быт сибирского купечества был значительно ближе к быту средних городских слоев (мещанства), чем в европейской части страны. Если в Европейской России на протяжении второй половины XIX-начала XX в. отмечена тенденция переориентации в образе жизни купечества, когда объектом для подражания выступало сначала дворянство, а затем интеллигенция [62], то в Сибири ориентация на быт других сословных групп была выражена в значительно меньшей степени.

Блок 9. Моральный кодекс российского предпринимателя.
В начале ХХ в. в российском предпринимательстве сложились следующие принципы деятельности и поведения предпринимателей:
1.Уважай власть. Власть – необходимое условие для эффективного ведения дела. Во всём должен быть порядок. В связи с этим проявляй уважение к блюстителям порядка в узаконенных эшелонах власти.
2.Будь честен и правдив. Честность и правдивость – фундамент предпринимательства, предпосылка здоровой прибыли и гармоничных отношений в делах. Российский предприниматель должен быть безупречным носителем добродетелей честности и правдивости.
3.Уважай право частной собственности. Свободное предпринимательство – основа благополучия государства. Российский предприниматель обязан в поте лица своего трудиться на благо своего Отечества. Такое рвение можно проявить только при опоре на частную собственность.
4.Люби и уважай человека. Любовь и уважение к человеку труда со стороны предпринимателя порождает ответную любовь и уважение. В таких условиях возникает гармония интересов. Что создаёт атмосферу для развития ý людей самых разнообразных способностей, побуждает их проявлять себя во всём блеске.
5.Будь верен своему слову. Деловой человек должен быть верен своему слову. Единожды солгавшему кто поверит? Успех в деле во многом зависит от того, в какой степени окружающие доверяют тебе.
6.Живи по средствам. Не зарывайся. Выбирай дело по плечу. Всегда оценивай свои возможности. Действуй сообразно своим средствам.
7.Будь целеустремлённым. Всегда имей перед собой ясную цель. Предпринимателю такая цель нужна как воздух. Не отвлекайся на другие цели. Служению двум господам, Богу и Мамоне, противоестественно. В стремлении достичь заветной цели не переходи дозволенного. Никакая цель не может затмить моральные ценности.
Приведённые условия есть не что иное, как основы организационной культуры для эффективной работы любого предпринимателя.

Известен также Симон (Семен) Скирмунт (1747 - 1835). Он сделал блестящую карьеру, став маршалком брестского воеводства и послом (депутатом) сейма времен конца Речи Посполитой. Удачная женитьба на Элизабете из известного рода Ожешко, позволили ему скопить немалое состояние. У Михаила Клеофаса Огинского, известного своими полонезами, в том числе печальным "Finis Pologne" ("Смерть Польши!"), который политкорректно переименовали в "Прощание с Родиной", Симон Скирмунт приобретает поместья Молодово и Поречье в Пинском Полесье. Самым знаменитым представителем рода стал его сын Александр.

Родился Александр Скирмунт в Молодово в 1798 г. и с юности отличался весьма пытливым и практичным умом. Окончив в 1818 г. физико-математический факультет Виленского университета со степенью магистра, он отправляется для продолжения учебы в Германию и Францию, где проводит несколько лет, изучая практическое применение химии. Еще при жизни отец передает Александру право управления имениями и капиталами. Он с энтузиазмом берется за дело и организует в 1830 г. в Молодово новую по тем временам отрасль производства - сахарно - рафинадный завод, один из первых в Белоруссии. В год открытия завода Александр Скирмунт получает государственную привелегию (патент) на собственное изобретение аппарата с использованием пара для ускоренного испарения сахарного сиропа.

В разные годы число рабочих на суконной фабрике колебалось от 444 до 200 человек. Большинство рабочих жило при фабрике: было 4 дома с 90 квартирами для семейных и 4 общежития для несемейных рабочих. Владелец оплачивал питание, квартирную плату, содержал за свой счет доктора и больницу на 12 мест. Действовало бесплатное училище, где ребятишек учили грамоте и ткацкому ремеслу.

Почти сразу по возвращении из-за границы Александр Скирмунт породнился с древним родом Сулистровских, женившись на Констанции, дочери минского губернатора. От этого брака у них родилось шесть сыновей и пять дочек. По примеру отца Александр Симонович еще при жизни в 1860 г. передает управление фабриками в Поречье старшему сыну, тоже Александру, а Молодово - сыну Генриху. Но и на склоне лет дух предпринимательства в нем не угас. Он отправляется в Крым, приобретает участок в долине Балаклавы, разводит там лучшие сорта венгерского и рейнского винограда, а когда виноградник начал давать прибыль, передал его другому своему сыну, Казимиру. Еще один виноградник он основал на берегу Адриатического моря, однако плодов своего последнего начинания увидеть не успел. 22 июля 1870 г. в 72 - летнем возрасте основатель династии белорусских предпринимателей умер в Германии, куда он выехал на лечение.

Александр Александрович Скирмунт, занимаясь хозяйственной деятельностью, немало времени уделял государственной службе. С 1847 года он почетный смотритель училищ в Кобринском уезде, в память Крымской войны награжден бронзовой медалью, в 1858 г. назначен губернатором гласным комитета по устройству быта помещичьих крестьян. За труды по освобождению крестьян награждается серебряной медалью, позднее стал почетным мировым судьей Пинского округа.

Его брат Генрих Александрович вводит экономические новшества в Молодово, правда идут они не с таким размахом, как в Поречье. Широкую известность приобрела организованная им школа домашнего хозяйства, просуществовавшая до начала первой мировой войны. Дворец в Молодово нередко посещают знаменитые гости. Часто бывает в нем родственница Скирмунтов польская писательница Элиза Ожешко. В искусстве прославились представители рода Елена Скирмунт (1827-1874), которая училась живописи и скульптуре в Вильно, Берлине и Париже, а ее дочь Констанция (1851-1933) стала известной польской писательницей.

Но не только карьеру предпринимателей выбирали Скирмунты. Один из них в конце прошлого века был епископом в Ватикане. Сын Александра Александровича Скирмунта, Роман, стал видным политиком, депутатом первой Государственной Думы (от Минской губернии), а также деятелем "Белорусской Народной Республики". Его двоюродный брат Константин Генрихович (1866-1949) из молодовской ветви Скирмунтов до Октябрьской революции был членом Государственного Совета, а после - послом Польши в Англии и министром иностранных дел.

V раздел (57 документов) раскрывает участие иностранных подданных в инвестировании и организации ремесленного и промышленного производства, строительстве путей сообщения и объектов городского хозяйства. Архивные документы: свидетельства и аттестаты о владении ремеслом, прошения о причислении в цехи, паспорта на проживание в белорусских губерниях, прошения, контракты и разрешения местных властей на открытие фабрик и заводов, строительство железных дорог и городских объектов, списки рабочих разных отраслей производства освещают применение труда мелких иностранных ремесленников в конце XVIII – середине XIX в. и создание значительных для того времени предприятий, бурное строительство сети железных дорог и других объектов с применением иностранного капитала, рабочих и специалистов во второй половине XIX – начале XX в. Хорошо известны одна из самых мощных в России спичечных фабрик «Прогресс-Вулкан» и фанерная фабрика в Пинске австрийских предпринимателей Иосифа Гальперина и братьев Лурье, бельгийская льнопрядильная фабрика «Двина» в Витебске, арендованная французами шелковая фабрика в им. Лохозва Новогрудского у. и др. Французские и английские капиталы пришли на территорию Беларуси со строительством Петербургско-Варшавской и Динабургско-Витебской железных дорог, бельгийцы создали акционерное общество «Витебский трамвай» [31]. Иностранные ремесленники привнесли на территорию Беларуси опыт в изготовлении традиционных для их родных мест товаров: швейцарские сыроделы и кондитеры, немецкие пивовары и колбасники, турецкие булочники. Роль иностранцев в промышленном производстве Беларуси трактуется историками по-разному. По мнению Д.А. Дудкова, владельцы мануфактурно-фабричных предприятий – иностранцы занимали господствующее положение в некоторых отраслях [32], по другим данным в 1860–1890 гг. они составляли только 2, 29% [33]. Однако нельзя не признать, что иностранные промышленники, ремесленники, рабочие внесли определенный вклад в развитие Беларуси, оставив свой след в нашей истории.


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 235 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Купеческие мемуары| Посещение музейно-выставочного комплекса стрелкового оружия им. М.Т. Калашникова.

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.022 сек.)