Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Первый раз. Прошлое IX

Читайте также:
  1. III.2.1. Первый (ионийский) этап в древнегреческой натурфилософии. Учение о первоначалах мира. Миропонимание пифагореизма
  2. Kenneth Cole: первый клиент нашего агентства, не улавливаемого радаром
  3. Абонемент полной предоплатой в первый день занятия – 4500р.
  4. Абонемент полной предоплатой в первый день занятия – 5200р.
  5. Абонемент полной предоплатой в первый день занятия – 5800р.
  6. АКТ ПЕРВЫЙ
  7. Беседа на псалом шестьдесят первый

 

Как только Дубэ решилась, она почувствовала себя уверенней. Все связи с прошлым были окончательно отрезаны, теперь у нее была одна дорога. После встречи с матерью ей казалось, что она поняла: выбора больше нет. Она с удивлением обнаружила, что теперь все стало ясно. Судьба. Ее судьба – убивать, стать убийцей и жить вместе с Учителем. Это – единственная уверенность в мире хаоса.

– Я хотела бы уйти отсюда… – тихо сказала она.

Учитель посмотрел на нее:

– Ты не уверена в своем выборе?

Дубэ быстро кивнула:

– Нет, нет, не в этом дело… дело в том… это трудно… для меня началась новая жизнь, так почему же…

Они ушли в тот же вечер. И снова – дорога, новые дома и новые земли.

Сначала они блуждали по Земле Солнца, почти целый год путешествовали по разным местам, деревушкам. Но ни разу не проходили мимо Сельвы. Может быть, ее больше нет, может быть, ее и не существовало и она живет только в воспоминаниях Дубэ. Та жизнь казалась ей такой далекой, и сама она настолько была далека от себя прежней, что с трудом верила в свои воспоминания.

Потом они вернулись домой, в Землю Моря. Когда Дубэ снова увидела океан, она почувствовала, как бьется ее сердце. Она бежала по песку, по линии морского прибоя, как в первый раз, и как в тот раз море бушевало.

Ничего не изменилось, и дом стоял на прежнем месте. Это был мир Учителя, мир, который не меняется. Зато она меняется, она обнаружила это, когда снова легла в свою кровать.

Дубэ помнила широкую, удобную кровать, а теперь она стала тесной для нее, девочка умещалась на ней, только согнув ноги в коленях.

Она выросла, ее тело изменилось. Она видела, чувствовала это и с трудом понимала. Бедра стали более мягкими, ноги – длиннее, выступили холмики грудей. Женщина, заключенная в ней, просилась наружу, каждый месяц проявлялась ее женская природа.

Иногда ей это нравилось. Она смотрелась в воду лохани, в которой умывалась, и находила себя милой: детское лицо и набухшие груди. Она, краснея, думала о том, есть ли у нее надежда понравиться Учителю, может ли эта ее проявляющаяся женственность его привлекать. Если бы она и решилась выйти замуж или полюбить кого-нибудь, то это мог быть только он.

Она встряхивала головой, изгоняя эти мысли, и капли с ее волос слетали на поверхность воды и на пол. Иногда ей не хотелось быть женщиной. Ей хотелось бы быть бесполой – так она могла по-настоящему, полностью отдаться службе Учителю. Она хотела стать такой, как он, измениться, чтобы стать его подобием. Несущей смерть, как он, элегантной, как он, – вот чего она хотела бы. А ее тело мешало ей, это была стена, отделявшая Дубэ от человека, которого она любила больше всех.

Пока же природа лепила ее тело, обучение шло успешно. Теперь Дубэ всегда сопровождала Учителя и видела, что он доверяет ей. Теперь только она готовила яды, и множество сделок совершала именно она. Только о работе в Земле Солнца, где они уже побывали, договаривался Дженна. Они с Учителем иногда приходили туда ради совершения какой-нибудь удачной сделки.

Дубэ чувствовала, что момент близок. Вскоре убивать придется и ей самой. Иногда она думала об этом: как это произойдет, что она будет испытывать. Она видела это много раз, так часто, что это событие перестало что-либо для нее значить. Но убивать самой – совсем иное, она это понимала, Горнар оставался для нее неизгладимым воспоминанием, раной, которая всегда кровоточила.

Ей приходилось присутствовать при убийствах, но она не могла смотреть в глаза мертвецу. Она была уверена, что если посмотрит в глаза умирающего, то увидит в них себя и Горнара.

Она думала об этом, и думала часто.

Но момент настал неожиданно, для нее и для Учителя.

Речь шла об обычной работе. Она, как всегда, должна была помогать Учителю и, как обычно, сама заключала договор.

 

Дубэ встретилась с человеком из соседнего города. Шел затяжной дождь, ее плащ очень скоро промок. Она вошла в помещение, которое выбрала для переговоров, дрожа от холода, но ей пришлось накинуть мокрый капюшон. Может быть, это было начало болезни, может, привычный страх, который она испытывала каждый раз, когда шла договариваться о деле.

Человек, стоявший перед ней, был небольшого роста и тоже казался испуганным. У него была маленькая лысая голова и пухлое детское тело.

Он говорил быстро, волновался и все время озирался по сторонам.

– Не надо вести себя так подозрительно, – сказала ему Дубэ с обычной сдержанностью. – Вы привлекаете внимание.

Но после ее замечания он еще больше засуетился.

Он стал рассказывать Дубэ историю про месть, в которой Дубэ вскоре запуталась. Речь шла о склоках между мелкой знатью, о глупых людях, пытавшихся доносить друг на друга. Дело происходило на границе, где всегда шла война. Человек был посланцем мелкого наместника, который хотел расквитаться со своим соперником и устал ждать, когда война отомстит за него.

– Человек, которого твой хозяин должен убить, живуч, как кошка, к тому же он трус, все время отсиживается в тылу, никогда не появляется на передовой…

Дубэ ошалела от этого бессвязного бормотания, мелочности всех этих взаимных претензий, о склоках, о человечках, которые думают возвыситься в результате убийства.

«И из-за таких пустяков убивают?»

– Скажите, что нужно сделать?

Человечек назвал время и способы убийства.

– Шестьсот каролей.

Обычная тактика, на которую человечек поддался. Дубэ вышла, наконец, из помещения, держа в руках рисунок с портретом жертвы, с новой работой для Учителя.

 

Вечером она все рассказала Учителю: о встрече, о переговорах, о работе.

– Человек, о котором идет речь, находится в одном дне пути отсюда, ему дали отпуск, и он покинул место военных действий.

Учитель задумчиво потер подбородок.

– Я бы сказал, что первым делом нужно отправиться туда, где он находится. Узнаешь о его перемещениях, может быть, придется вступить в контакт с кем-то из его слуг.

– Надо отправляться завтра. Отпуск продлится неделю, времени мало, а от этого дела надо избавиться.

– Мне кажется, это неплохая мысль.

Дубэ улыбнулась. Теперь Учитель соглашается с ее предложениями и почти полностью доверяет ей слежку. Она гордилась таким доверием и радовалась, что может быть ему полезна: ведь он столько сделал для нее.

 

В последующие дни Дубэ полностью погрузилась в работу.

Они поселились в одной гостинице, представившись как отец и дочь, хотя хозяин принял их за парочку или что-то в этом роде. Учитель очень разозлился от такого предположения, а она, почти польщенная, покраснела. К тому же Учитель был не настолько старше ее, наверняка не настолько, чтобы быть ее отцом.

Целыми днями она занималась слежкой, проверяла дом жертвы, следила за его перемещениями. Все, что она узнавала, подробно пересказывала Учителю. И только когда все обстоятельства дела были ясны, он сделал последние приготовления.

Однажды вечером Учитель разъяснил ей план действий:

– Устрою ему засаду в лесу. Я договорился с кучером жертвы. Он привезет его сюда, в уединенное место. Когда все будет кончено, я убью и кучера.

Дубэ потеряла дар речи от этой новости. Она знала этого человека, разговаривала с ним несколько раз во время слежки.

– Но почему кучера? Разве он тебе не помог?

Дубэ тут же поняла глупость своего вопроса. Учитель несколько мгновений смотрел ей в глаза. Дубэ был знаком этот взгляд – немой упрек.

– О чем я говорил тебе?

Дубэ потупила глаза.

– Да… это – свидетель.

Они вышли вечером, в полной темноте. Дубэ посмотрела на небо. Луны не было. Для такого рода работы много света не нужно.

Она закуталась в плащ. Как всегда, сопровождая Учителя, она испытывала противоречивые чувства. Возбуждение, страх, угрызения совести. И каждый раз она чувствовала себя будто оглушенной.

Они устроились в зарослях.

Движения обоих были безупречны, они действовали ловко и бесшумно.

Ожидая жертву, Учитель был абсолютно спокоен. Дубэ передала ему стрелы.

Прошли минуты, а может быть, и часы. Дубэ и сама не знала. Поднялся ветер, зашумели листья. Это было им на руку: чем больше шума, тем меньше будет их слышно.

Наконец застучали копыта лошадей по сухой траве. Дубэ положила руку на кинжал. Простая предосторожность, предосторожность, к которой Дубэ уже привыкла, с тех пор как начала помогать Учителю.

Он уже был готов, держал руку на кинжале, извлеченном из ножен.

Стук копыт усиливался, карета ехала быстрее, послышался неясный голос вдали.

– Что это…

Карета появилась внезапно, Дубэ увидела тяжело дышащих лошадей, раздувающих ноздри. Было темно, но глаза Дубэ привыкли: в темноте она видела хорошо.

«Они слишком близко», – подумала она и инстинктивно застыла. Как раз в тот момент, когда ей показалось, что они проезжают мимо, карета повернула и затормозила.

Учитель вскочил, не произнося ни слова.

Дубэ увидела, как он резко открывает дверцу кареты. Ей удалось разглядеть человека, находившегося внутри, она увидела его глаза, их слабый блеск в ночи.

«Нет!» – хотела было закричать Дубэ, но Учитель действовал быстро, он стоял над ней, и Дубэ больше ничего не увидела. Только какой-то шум, ноги, стучащие по дереву. Приступ тошноты скрутил ее внутренности. Она видела столько смертей, но ей не удавалось оставаться хладнокровной. Она злилась на саму себя и на свою слабость.

С кинжала Учителя капала кровь. Кучер все время оставался на своем месте, вглядываясь в пустоту перед собой.

Дубэ научилась чувствовать ужас, она поняла, что человеку страшно, жилы на его шее набухли, он сжал челюсти.

Учитель направился к нему, и было видно, как этот человек затрясся.

– Ты свое дело сделал, – сказал ему Учитель. Дубэ знала, что он делает так, чтобы успокоить кучера.

Все произошло в одну секунду. Человек спрыгнул со своего места и кинулся в лес. Учитель бросился за ним, но не успел схватить его.

– Дубэ! – закричал он.

Ее тело отозвалось раньше, чем она это осознала. Дубэ побежала так быстро, как сама не ожидала. Страху и прочим чувствам места не оставалось. Все происходило слишком быстро.

Ее руки схватили нож, пальцы действовали легко, она сделала точный бросок. Человек перед ней был только неясным темным пятном. Дубэ не понимала, что делает, у нее не было времени думать.

Потом приглушенный крик, и она снова осознала реальность происходящего.

«Я попала в него, – подумала она, почти не веря самой себе. – Я убила его».

Учитель подбежал к человеку, сжимая в руке кинжал. Остановился. И больше – ни одного движения. Он повернулся к Дубэ:

– Ты убила его.

Эти слова странно прозвучали в тишине леса. Дубэ застыла на месте.

«Я убила его».

Она больше ни о чем не могла думать. В ее ушах звучал последний вопль этого человека, звон брошенного ножа.

Она встала, подошла к Учителю.

– Я убила его.

Кучер лежал лицом на ковре из листьев. Кровь вытекала на землю. Дубэ не могла видеть его лица, но как будто видела, у него были глаза Горнара.

– Твое первое убийство, Дубэ. Теперь ты – наемный убийца.

Дубэ застыла на месте, опустив руки. Она ничего не чувствовала. Она подняла глаза. На небе светились слабым светом мириады звезд.

«Сколько их…»

Она оторвала взгляд от этого человека. Почувствовала, как из глаз льются слезы. Потом посмотрела на Учителя и, кажется, успокоилась.

– Ты держалась молодцом.

Домой они вернулись за полночь. Все было кончено. Как будто ничего и не произошло.

– Я отдам тебе половину денег, ты это заслужила, – сказал ей Учитель.

Дубэ слушала его рассеянно. Теперь ничто уже не имело значения. Все происходило так, будто она смотрела сквозь стекло. Все было далеко и бесполезно.

Потом она осталась одна в своей комнате. Между ней и тем, что произошло, уже не стоял туман.

Это произошло неожиданно, совсем не так, как она ожидала.

Учитель похвалил ее. Она сделала то, для чего была рождена, она сделала это инстинктивно, и сделала хорошо. Однако она не чувствовала удовлетворения, только отчаяние. Судьба свершилась, отныне и впредь все всегда будет так: поиски работы, убийства, деньги и опять все сначала, спираль, от которой перехватывает дыхание.

Она вышла из дома, хотя дул сильный ветер и ветер нес песок. Она пошла к колодцу. Порывы ветра яростно били ей в лицо. Она вытащила ведро и погрузила руки в воду. Вода была ледяной. Дубэ провела рукой по лицу, потом полила воды на руки, и снова, и снова, пока не утратила чувствительность, пока пальцы не онемели и лицо не стала колоть тысяча иголок.

– Горнар… Горнар…

Почувствовав, как чьи-то руки обхватили ее за плечи, она яростно оттолкнула их.

Позади стоял Учитель. Было темно, но Дубэ видела, что он печален. Она не могла подойти к нему.

– Я не хотела убивать Горнара… – прошептала она и почувствовала, что сходит с ума.

– Пойдем домой.

– Я не хотела его убивать!

Учитель сильно схватил ее за руку, прижал к себе.

– Пойдем домой, – повторил он сдавленным голосом.

И она расплакалась.

Учитель отвел ее домой, посадил перед камином, завернул в свой плащ. Но холод не отступал, обволакивал ее, и в эту первую ночь после убийства не было такого тепла, которое могло бы ее согреть.

Учитель терпеливо ждал, пока она даст волю чувствам, переживет ненависть, боль, чувство вины.

В конце концов все прошло. Может быть, это чувство снова вернется, но на какое-то время все прошло.

– Так всегда бывает, ты должна знать это.

Голос Учителя снова был таким же, как и в первую ночь: полным боли, понимания, почти нежным и теплым.

– Я жил в Гильдии. Ничего другого я и не знал, с самого своего рождения в тех проклятых стенах. С детства меня ни к чему не приучали, кроме смерти, меня учили, что убивать хорошо, что это делается во славу того проклятого бога, которого следовало бы стереть с лица земли. Я больше ничего не знал в жизни, ничего. В двенадцать лет от меня потребовали совершить первое убийство. Жертвой был один из наших, однажды совершивший слишком серьезную ошибку. Там так поступают. Тот, у кого недостает храбрости, умирает. И я думал, что поступаю правильно, выполняю священный долг, что мне оказали честь таким выбором.

Он негромко и горько засмеялся.

– Это было не трудно. Он был почти опьянен теми снадобьями, которые они используют. Мне надо было всего лишь убить его ударом ножа в сердце. Я хорошо знал, как это делается. В двенадцать лет я знал, как убить человека, как заставить его страдать и как убить его в одно мгновение.

Он замолчал, вздохнул. Дубэ слушала его.

– Мне показалось все это пустяком, когда я совершил убийство. Однако в последующие дни меня мучил образ покойника: каким он был при жизни, как он смотрел на меня, когда я ударил его кинжалом. Он преследовал меня. Я чувствовал себя грязным, но, сколько бы я ни мылся, на моих руках всегда оставалась кровь, всегда.

В какой-то момент Дубэ показалось, что он почти плачет, но потом он снова заговорил, уверенно и громко, как обычно:

– Потом я пришел в себя. Так всегда бывает. Но в первый раз я тоже хотел умереть, как и ты.

Дубэ снова заплакала.

– Я думала, что хочу этого, Учитель, думала, что просто победила Горнара, и все, но оказалось иначе… это никогда не забудется… никогда…

Учитель крепко прижал ее к себе.

– Теперь ты понимаешь, почему я не хотел оставлять тебя рядом с собой, понимаешь? Моя дорога такова, и я не хотел, чтобы ты тоже шла по ней.

Он крепко обнял ее, Дубэ прижалась к его груди.

– Поклянись мне, что больше не будешь этого делать, – выдохнул он.

Это были те слова, которые Дубэ с самого начала не хотела слышать. Слова, которые означали для нее одиночество и брошенность. Теперь они были желанными, почти вымоленными. Но она все еще боялась.

– Не бросай меня, Учитель, не бросай меня! Я научусь убивать без страха, стану безжалостной, как ты, сделаю все, что ты захочешь.

– Но я не хочу этого!

Голос его был громким, но в нем звучало отчаяние.

Он оттолкнул ее, потом взял в руки голову, посмотрел ей в лицо.

– Я не хочу, чтобы ты еще убивала, не хочу, чтобы ты оставалась со мной.

Дубэ не знала, что думать. Она любила только Учителя. Если для него нужно убивать и испытывать такой же ужас, который каждый раз будет ее мучить, то она сделает это.

– Посмотри на меня! Ты не хочешь убивать, и я знаю это! Если бы ты могла остаться со мной, не делая этого, что бы ты выбрала?

Она не знала, что ответить.

– Я хочу остаться с тобой… Ты всегда был со мной, и я всегда хочу быть рядом с тобой…

– Но хочешь ли ты убивать? Ты хочешь продолжать делать это день за днем, пока не умрешь вместе со мной?

Он смотрел на нее так внимательно, что Дубэ почувствовала себя беззащитной под его взглядом.

– Нет! Я не хочу этого! Я не хочу больше этого делать! – сказала она сквозь слезы, крепко обнимая его. – Но не бросай меня!

– Я не сделаю этого… никогда… ты останешься со мной, но, клянусь тебе, ты никогда не будешь больше делать подобное.

Дубэ крепко обняла его, прижалась к нему.

– Спасибо, Учитель, спасибо…

Учитель нежно отстранил ее и приблизил свои губы к ее лбу.

Дубэ, как будто что-то подтолкнуло ее, подняла голову, и их губы встретились. И если для него это был братский поцелуй, которым человек потерянный целовал существо, разделяющее с ним его мрачную судьбу, то для нее все было иначе. Для Дубэ это был результат долгого пути, обожания, которое росло вместе с ней, длилось бесконечно, это был тихий остров и нежность моря в слишком печальной ночи.

Но так было всего лишь мгновение: Учитель тут же отстранился. Он ограничился тем, что снова прижал ее к себе.

Дубэ почувствовала, как ее тело ослабевает, а сердце бешено бьется. Но не было больше ни страха, ни сожалений. Это было что-то новое, сладостное. Она ощутила, как тревога понемногу уходит. Потом она уснула.

 


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 45 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: РЕБЕНОК-ПРОРОК | РАБОТА ПОБЕДИТЕЛЯ | ПУТЬ УЧЕНИЧЕСТВА. ПРОШЛОЕ VI | СТАРЫЙ ЖРЕЦ | СМЕРТЕЛЬНОЕ ЗАДАНИЕ | УБИЙСТВО В ЛЕСУ. ПРОШЛОЕ VII | КРОВАВОЕ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ | ОДИН ДЕНЬ ПРОСИТЕЛЯ | ВЫБОР. ПРОШЛОЕ VIII | НЕВЫПОЛНИМОЕ ЗАДАНИЕ |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ДОГОВОР| ОБРЫВКИ ПРАВДЫ

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.02 сек.)