Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Более серьезная, чем в военкомате?

Читайте также:
  1. А как стрелкам засчитывали сбитых, тем более сбитых ночью?
  2. А теперь еще вопрос. Пока жизнь выглядит еще более или менее терпимой; когда же начнутся настоящие неприятности?
  3. Автор говорит также о трех наиболее известных судьях, одном генера­ле, царе Давиде,пророке и судье Шмуэле(Самуиле) и о других про­роках.
  4. Аустенита доэвтектоидной стали (при непрерывном охлаждении более строгим является использование термокинетической диаграммы)
  5. Более глубокое крещение Святым Духом
  6. Более других нуждаются в кальции беременные и кормящие грудью женщины, девочки-подростки, а также те, кто часто использует диеты ради похудения. Калий
  7. Более простые социальные проблемы оказываются неразрешимыми

Специальная медицинская комиссия. Началась она утром, а закончилась поздно вечером. Как сейчас помню первый кабинет, замер силовых элементов – динамометр, становая сила, все прочее. Я показал отличные результаты, врач даже восхитился: «Ой, какой молодец!» Это меня немножко взбодрило. А потом кабинеты пошли один за другим, и мы заметили: если врач говорит идти в следующий кабинет – значит, по своей специальности замечаний не имеет, все в порядке, если говорит «свободен» – иди в казарму и собирай вещи. Меня все время отправляли в следующий кабинет. К вечеру я попал к зубному врачу, он посмотрел: «Вы свободны!» У меня все опустилось – что же у меня с зубами? Зубы у меня не болели никогда, более того, я на зубах мог висеть на веревке. Передо мной товарищ шел по фамилии Казачок, из Белоруссии – ему тоже сказали, что он свободен. И не додумались, что у нас это был последний кабинет, и нас просто отправили на отдых! Потом выяснилось, что медкомиссию мы прошли. Вечером старшина построил нас и говорит: «Чью фамилию зачитаю – десять шагов вперед!» Слышу: «Казачок!» Он вышел. «Гордеев!» Я тоже вышел, думаю – ну, не прошел! Старшина еще человек 20 вызвал, и командует: «Остальные напрааа-во! В казарму, шааа-гом марш! Собирайте вещи и поезжайте домой».

В этот же вечер нам выдали поношенное армейское обмундирование без знаков различия, и я подумал – неужели мы почти летчики? Вечером старшина говорит (кадровый был, хороший такой, требовательный, но заботливый): «Утром ничего не кушайте, рентген будет!» Ну, думаю – там еще можно погореть! Наутро сделали нам рентген, анализы какие-то взяли, и сказали – готовьтесь сдавать вступительные экзамены. На второй день начались экзамены. Сельская школа, сами знаете, не отличалась хорошим качеством. По математике и физике я задачи решил, по русскому написал диктант, и сдал это все. Наступила мандатная комиссия. Привели нас к штабу и начали по одному вызывать. В это время на центральном аэродроме начались полеты, и как раз на посадку И-16 заходит. Я любуюсь на него и думаю – неужели мне удастся на такой красивой машине летать??? Тут выходит первый – прыгает от радости, прошел мандатную комиссию. Второй выходит – тоже зачислили. Через какое-то время, вызывают: «Гордеев – на мандатную!» Захожу. Старшина нас проинструктировал, как докладывать, вплоть до того, что рассказал случай – надо докладывать: «Товарищ полковник, кандидат такой-то на мандатную комиссию прибыл». Один, говорит, перепутал: «Товарищ кандидат, полковник…» Его сразу убрали.

Я зашел строевым шагом, как умел, четко доложил, ничего не перепутал. «Садитесь!» Там такой длинный стол, девять человек сидят военных, и я один, сельский парень. Сижу, думаю – вот попал в компанию! Все меня внимательно рассматривают. Кадровик докладывает: «Экзамены, математика – хорошо, физика – хорошо, русский язык – неудовлетворительно!» Все зашевелились, полковник, председатель комиссии, спрашивает: «Как же Вам двойку поставили, или преподаватель не прав?» Я вспомнил преподавателя – у него очки такие были, в позолоченной оправе. Да нет, говорю – преподаватель прав, наверное. А у нас в селе на суржике говорили, половина слов по-украински. Я и диктант наворочал таким же образом, и преподаватель двояк мне поставил. Я говорю – преподаватель, наверное, прав, а сам думаю – беда! Полковник говорит – ну, хорошо, все ясно, можете идти. Я встал и пошел, и у двери слышу, он говорит – что с ним делать? Я вышел, ребята – ну как, прошел? Говорю – нет… Может, я слишком подробно рассказываю?


Дата добавления: 2015-09-06; просмотров: 113 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Первые шаги в авиации | Ейская школа морских летчиков и летчиков-наблюдателей военно-воздушных сил Рабоче-крестьянской Красной Армии имени Иосифа Виссарионовича Сталина | В мирном небе | Первый боевой опыт | Великая Отечественная война | Комиссар авиационного истребительного полка | Начальник политотдела 9-й штурмовой авиадивизии | Заместитель командира по политчасти 10-го гвардейского истребительного Краснознаменного авиационного полка ВМФ | Как бы Вы оценили Героя Советского Союза Георгия Дмитриевича Костылева как летчика? | Будучи комиссаром 3-го гвардейского истребительного авиаполка, с кем из ведомых больше всего любили летать? |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
С приписками в боевых счетах летчиков имели дело?| Что-то изменилось с началом войны в вашей подготовке, в быту?

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.009 сек.)