Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю (говорит Апостол и Евангелист Иоанн), и самому миру не вместить бы написанных книг. 3 страница

Читайте также:
  1. Annotation 1 страница
  2. Annotation 10 страница
  3. Annotation 11 страница
  4. Annotation 12 страница
  5. Annotation 13 страница
  6. Annotation 14 страница
  7. Annotation 15 страница

Вскоре после того Он воскресил сына вдовы Наинской, которого уже несли хоронить. Юноша! тебе говорю, встань! — сказал Господь; и мертвый, поднявшись, сел и стал говорить. И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой (Лк. 7, 11-17). Все были уверены, что в этом чуде действовал Бог через Иисуса, великого Пророка. Следовательно, никто не сомневался в действительной смерти сына бедной вдовы. И этот мертвец по слову Иисуса ожил, встал и заговорил.

Пусть, однако, неверующие в Бога утешают себя выдумкой о том, что и дочь Иаира, и сын вдовы Наинской были в летаргическом сне; оставим их в этом заблуждении. Но что скажут они о воскрешении Лазаря, тело которого уже четыре дня разлагалось и издавало такой сильный трупный запах, что даже верующая Марфа признавала бесцельным открытие пещеры, в которую оно было положено? Не имея основательных возражений, они говорят, что если бы Лазарь действительно был воскрешен, то об этом чуде должны были бы говорить все Евангелисты; но так как о нем говорит один только Иоанн, то, значит, остальные Евангелисты признавали это событие недостоверным, потому и умолчали о нем.

Ни один Евангелист не намеревался описать все события последних лет жизни Иисуса Христа; да это было бы и невозможно, так как, по свидетельству Иоанна, весь мир не мог бы вместить написанных книг, если бы писать подробно о всем, что совершил Христос. Поэтому умолчание одним или двумя и даже тремя Евангелистами о каком-нибудь событии, записанном в Евангелии, нисколько не лишает это событие достоверности. Многие чудеса, совершенные Иисусом, описаны не всеми Евангелистами, но из-за этого нельзя же отвергать достоверность сказаний тех Евангелистов, которые записали эти чудеса в своих Евангелиях. Говорят, что о таком событии, как воскрешение Лазаря, должны были писать все Евангелисты. Но почему же они должны были писать? Ведь если нам теперь, после возражений неверующих в Бога, это чудо кажется особенно выдающимся, то далеко не так смотрели на него Апостолы. До воскрешения Лазаря Христос воскресил не только дочь Иаира и сына вдовы Наинской: Он воскресил еще много других мертвецов, что доказывается ответом Его на вопрос учеников Иоанна Крестителя: Ты ли Тот, Которому должно придти, или другого ожидать нам? Совершив в присутствии учеников Иоанна множество чудес, Иисус сказал им: пойдите, скажите Иоанну, что вы видели и слышали: слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают, нищие благовествуют (Лк. 7, 18-22). А если Господь воскресил многих мертвых и если описать все чудеса Его не было никакой возможности, то умолчание тремя первыми Евангелистами о воскрешении Лазаря не может поколебать достоверность рассказа Апостола и Евангелиста Иоанна об этом чуде. Иоанн, как известно, дополнял в своем Евангелии повествования первых трех Евангелистов и писал, главным образом, о деятельности Иисуса Христа в Иудее, тогда как первые три Евангелиста описывали, главным образом, события, протекшие в Галилее. Каждый Евангелист писал свое Евангелие с известной целью и говорил о тех событиях которые отвечали намеченной им цели. Если признавать достоверными только те события, о которых говорят все четыре Евангелиста, то придется вычеркнуть из Евангелия очень многое, и в нем почти ничего не останется. Но к такому способу толкования исторических событий никогда еще не прибегал ни один добросовестный историк.

Рассматривая совершенные Иисусом Христом чудесные исцеления больных, увечных и бесноватых, мы видели, как неверующие в Бога стараются объяснить эти исцеления. Тут, по мнению их, действовала не творческая сила Божия, а исцеляющая вера и внушение. Но что скажут они про чудеса над предметами неодушевленными, которые верой не обладают и внушению не подчиняются?

Про превращение воды в вино в Кане говорит нам свидетель-очевидец, Иоанн, один из первых учеников Иисуса; и мы не имеем никакого права относиться к его показанию с недоверием. Пусть говорят, что в двух необычайных уловах рыбы не было ничего чудесного, а произошло лишь случайное совпадение этих уловов с приказанием Иисуса закинуть сети. Пусть отвергают чудо со статиром, основываясь на умолчании Евангелистов о действительном улове рыбы с такою монетою во рту. Но что скажут про насыщение более пяти тысяч людей пятью хлебами и более четырех тысяч семью? Ведь рассказывают нам об этом свидетели-очевидцы, Апостолы Матфей, Петр (через Марка) и Иоанн, которые своими руками раздавали народу хлеб; нельзя же было, разрезав каждый небольшой хлеб более чем на тысячу кусочков, раздать каждому по такому кусочку и накормить голодных? А ведь ели эти голодные, сколько кто хотел (Ин. 6, И) и насытились (Мк. 6, 42)а что первая толпа действительно была поражена чудом насыщения ее пятью хлебами, видно уже из того, что она хотела тотчас же взять Иисуса, вести Его в Иерусалим и провозгласить Его там Царем Израилевым (см. с. 464—465). А мгновенное укрощение бури по слову Иисуса — умолкни, перестань — бури, от которой погибали Апостолы, привыкшие к волнениям родного озера? Ведь об этом свидетельствуют три Евангелиста, и если один из них, Лука, не был в то время в числе погибавших, зато Евангелист Матфей и Апостол Петр, со слов которого писал Марк свое Евангелие, были в то время в лодке и сами молили Иисуса о спасении. А хождение Иисуса по воде? Это хождение своими глазами видели и о нем рассказали нам Матфей, Петр (через Марка) и Иоанн; если они и приняли Иисуса первоначально за привидение, призрак, то потом, когда Он вошел в их лодку, они убедились, что это действительно их Учитель. А мгновенное засыхание осужденной Иисусом смоковницы, которая была покрыта листьями и потому не могла быть сухою?

Про все эти чудеса отрицатели их говорят, что ничего подобного в действительности не было и что все это выдумали сами Евангелисты, чтобы выставить Иисуса как Сына Божия. Но если признать, что никаких чудес не было совершенно Иисусом и что рассказы о них придуманы Его Апостолами, то как объяснить, что неграмотные галилеяне, не знавшие никакого языка, кроме арамейского наречия, испорченного галилейским произношением, прошли по всему известному тогда миру, везде проповедовали воскресшего Христа и, несмотря на соблазн креста, везде имели громадный успех и обращали ко Христу толпы своих слушателей? Если Христос не совершал чудес и Сам не воскрес, если это знали Его Апостолы, то спрашивается: зачем, для чего они проповедовали о Нем? Зачем обманывали всех? И что могло заставить их отречься от всего в мире, даже жертвовать своею жизнью, чтобы поддержать этот обман? Нет, господа отрицатели! Обманщики прежде всего преследуют свои личные цели и обманывают-то людей ради достижения этих целей; Апостолы же не преследовали никаких своих личных выгод и потому не могли употреблять обман как средство к достижению цели; да и возможно ли допустить, что они, обманывая народ, были настолько упрямы, что ради поддержания своей лжи испытывали все возможные мучения и безбоязненно шли на казнь?

Нет, мы не можем отрицать событий, о которых нам говорят свидетели-очевидцы, и притом, самые достовернейшие свидетели, в правдивости которых нельзя сомневаться. Ведь познания о всех событиях, при которых мы сами не присутствовали, мы основываем на показаниях свидетелей-очевидцев и на записи этих показаний. Нельзя же отрицать действительность событий только потому, что они не нравятся нам или не согласуются с нашими убеждениями? Если так свободно обращаться с историческими данными, то почему же не отрицать, например, существование Нерона и все его ужасные казни христиан? Если признать, что нормальный человек не способен на такие зверства, какие историками приписываются Нерону, и что ненормальный человек не мог быть облечен властью римского императора, то все зверства Нерона придется счесть выдумкой христиан, пожелавших окружить своих братии ореолом мученичества. И так можно отрицать все историческое прошлое, всю историю человечества.

Считая невозможным идти по пути голословного отрицания событий, действительность которых удостоверена достовернейшими свидетелями-очевидцами, мы должны признать, что Иисус Христос действительно совершил все чудеса, описанные Евангелистами.

Но какой же властью, какой силой Христос творил все чудеса, описанные Евангелистами? Ведь мы верим, что чудеса может творить только Бог. Мы знаем, что ни один пророк, ни один Апостол, ни один угодник Божий не совершали чудес собственной властью или силой; все они молили Бога о совершении чуда, и чудо по молитвам их совершалось, но совершалось Богом. Христос же совершал все чудеса Своим именем, Своей властью. Когда прокаженный сказал Ему: «Господи! Если хочешь, можешь меня очистить», Он не стал молить Бога об исцелении несчастного, не сказал: «Отче! Очисть сего прокаженного!» Нет, Он, не обращаясь с мольбой к Отцу, ответил больному: хочу, очистись, то есть: «Я хочу, чтобы ты очистился, и потому Я повелеваю тебе — очистись». Укрощая ураган и разбушевавшееся море, Он тоже не обращался к Отцу; Он властным, повелительным тоном сказал: умолкни, перестань. Воскрешая умершую дочь Иаира, Он опять-таки Своим именем совершил чудо, сказав умершей: девица, тебе говорю, встань. И сыну вдовы Наинской Он так же властно повелел: Юноша! тебе говорю: встань! Словом, все чудеса Христос совершал Своим именем, Своей силой или властью. Один только раз Он перед совершением чуда обратился к Отцу. Перед воскрешением Лазаря Он возвел очи к небу и сказал: Отче! Благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Но, сказав это громко, Он тотчас же пояснил окружавшим Его причину такого обращения к Отцу: Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня (Ин. 11, 41-42). Сказать это было необходимо, потому что фарисеи распускали в народе клевету на Спасителя, уверяя всех, что Он совершает чудеса диавольской силой; необходимо было убедить народ, что то чудо, которое будет вслед за тем совершено, как и все прочие чудеса, совершаются Божественной силой. Но и после такого обращения к Отцу Христос громким голосом сказал: Лазарь! иди вон (Ин. 11, 43).

Итак, все чудеса Христос совершал собственной, лично Ему принадлежавшей Божественной силой или властью. Власть эту Он передал Апостолам, которые затем совершали чудеса именем Его. Посылая Апостолов на проповедь, Господь дал им власть: больных исцелять, прокаженных очищать, мертвых воскрешать и бесов изгонять, — но, дабы они не могли подумать, что, совершая чудеса, совершают их своей властью, Он тут же добавил: «Вы даром получили эту власть от Меня; поэтому и совершайте ею чудеса тоже даром, не беря за это ничего и не приписывая их себе или своим заслугам». Так и поступали Апостолы. После Сошествия на Апостолов Святого Духа Апостол Петр, увидя хромого от рождения, сказал ему: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи.

Да, Христос дал Апостолам власть совершать чудеса. Но ведь дать можно только свое; чужого нельзя дать, и потому, если Христос дал эту власть Апостолам, значит, она принадлежала лично Ему, и Он дал им Свою власть, а не чужую.

Неверующие в Божественность Иисуса Христа говорят, что такая власть чудотворения вовсе не принадлежала исключительно Ему, так как Он Сам же сказал Апостолам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит (Ин. 14, 12). Да, Господь сказал это; но, дабы Апостолы не могли подумать, что они своею властью будут совершать чудеса, Он тут же пояснил, что верующие в Него будут совершать чудеса потому, что Он к Отцу идет и уже не будет лично, непосредственно творить их, а будет давать эту власть верующим в Него: если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю Я, да прославится Отец в Сыне. Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю (Ин. 14, 13-14). Следовательно, если верующие и могут совершать чудеса, и совершать даже более тех, которые совершал Сам Господь, то все-таки совершать их будут не они, а через них Сам Христос: Я то сделаю; не вы, а Я.

Итак, мы должны признать, что Иисус Христос действительно совершал чудеса и совершал их Своей властью, Своей силой.

3. Посмотрим же теперь, чему учил всеведущий и всемогущий Христос.

Он учил о Боге, о назначении человека, о средствах для осуществления этого назначения и о будущей вечной жизни; и учил, как власть имеющий, как никто и никогда не учил. Но, чтобы лучше усвоить себе возвещенную Им истину, надо сравнить Его учение с ветхозаветным.

Ветхозаветные люди считали Бога грозным, мстительным, карающим за грех не только самого согрешившего, но и неповинных в том грехе детей его, внуков и правнуков. Приписывая Богу все свои недостатки и, так сказать, очеловечивая Его, они тем самым обнаружили полное непонимание Его; Истинный Бог был для них Неведомым Богом. Моисей же, сдерживая свой буйный и жестоковыйный народ только страхом жестоких наказаний, вынужден был рисовать запуганному воображению евреев страшные картины последствий Божьего гнева. Внушая им, что за каждый грех Бог жестоко покарает их в этой же земной жизни их, он влагает в уста Божий такие, например, слова: Когда изострю сверкающий меч Мой, и рука Моя приимет суд, то отмщу врагам Моим и ненавидящим Меня воздам; упою стрелы Мои кровью, и меч Мой насытится плотью, кровью убитых и пленных, головами начальников врага (Втор. 32, 41—42). Понятно, что при таких понятиях о Боге евреи должны были задаваться вопросом: кто же может избегнуть Божьего гнева, если безгрешных людей нет? И Моисей должен был дать ответ на него; он должен был успокоить совесть по крайней мере лучших людей своего народа. И вот, воспользовавшись обычаем жертвоприношений, существовавшим издревле, он узаконил случаи и порядок принесения очистительных жертв. Хотя он прекрасно понимал, что сожжение жертвенного животного, нарочно для того убитого, не может очистить грешника от греха его, не может избавить его от последствий этого греха, - но он все-таки установил эти жертвы; и требовал он принесения их с целью вызвать у согрешившего сознание вины и, следовательно, стремление к воздержанию от дальнейших грехов. Евреи же, не понимая воспитательного значения законов Моисея о жертвоприношениях, вообразили, что такими подарками Богу, такими жертвами, дым от которых составляет приятное для Него благоухание (Лев. 2, 2 и др.), они могут умилостивить Его и отвратить от себя страшные последствия Его гнева. Итак, страх перед грозным и мстительным Богом — вот что служило руководящим началом в жизни ветхозаветных людей, и потому все отношения их к Богу выражались в словах: бойся Бога (Еккл. 12, 13).

Христос же проповедовал Бога любви и всепрощения — Бога, идущего навстречу заблудшему грешнику, чтобы довести его до раскаяния и исправления, Бога, прощающего всех искренно кающихся и радующегося обращению каждого грешника на путь истинный, Бога, с радостью принимающего в Свой дом возвратившегося с покаянием блудного сына, Бога, подающего надежду спастись даже таким грешникам, которые, по преклонному возрасту своему, стоят одной ногой в могиле и потому не смеют уже и надеяться на милосердие Божие, Бога, вводящего в Царство Небесное разбойника, покаявшегося только на кресте, перед последним предсмертным вздохом своим! Словом, Христос проповедовал Бога любви, и все отношения людей к Нему выражал в двух словах: люби Бога. Какая же громадная разница в понятиях о Боге, ветхозаветных и принесенных на землю Христом! По закону Моисея надо было воздерживаться от грехов из-за страха жестокой казни от мстительного и грозного Судьи, а по заповедям Христа — из-за свободного желания исполнять волю Того, Кого любишь всем сердцем, всей душой своей.

И во взаимных отношениях людей какая громадная разница между законами Моисея и заповедями Христа! Именем Бога Моисей говорил своему народу: Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя (Лев. 19, 18). Хотя этим законом евреям предписывалось любить только евреев, но мы не сомневаемся, что Бог внушил Моисею заповедь о любви ко всем вообще людям. Евреи поняли превратно эту заповедь, быть может, вследствие неудачной редакции ее и потому ненавидели людей других народностей, презирали их и даже предпринимали очистительные омовения после неизбежного соприкосновения с ними. Насколько ниже себя они ставили всех не евреев, видно из следующего закона их: Не ешьте никакой мертвечины; иноземцу, который случится в жилищах твоих, отдай ее, он пусть ест ее, или продай ему (Втор. 14, 21). А что чувство жалости к врагам было недоступно сердцам ветхозаветных евреев, видно из повеления Моисея убить после войны с мадианитянами всех пленных мужчин, даже мальчиков, и всех замужних женщин и вдов (Чис. 31, 17).

Христос же заповедал нам любить всех людей, к каким бы народностям они ни принадлежали, любить даже врагов, благо творить ненавидящим нас и молиться за обидчиков и притеснителей. Прощаясь со Своими Апостолами, Он сказал: любите друг друга так, как Я возлюбил вас (Ин. 15, 12). А возлюбил Он всех людей так, что отдал Себя в Жертву им и, когда не понявшие ни Его, ни учения Его, распинали Его, Он молился за них: Отче! прости им, ведь они не знают, они не понимают, что делают (Лк. 23, 34).

Восстановляя Царство Божие на земле, Он восстановил и забытый устав этого Царства: трудись! люби Бога! люби ближнего! Этим уставом люди должны руководствоваться во всех своих делах. Трудясь не только для себя, но и для других, любя Бога и друг друга, они должны постепенно объединяться в одну всемирную, дружную, общечеловеческую семью, в единое стадо с Единым Пастырем — Христом.

Какая же неизмеримая пропасть между ветхозаветным учением и учением Христа о взаимных отношениях людей! Там — обособленность каждого народа и вражда, даже ненависть к людям не своей народности; там — стремление каждого народа поработить себе всех и пользоваться трудами побежденных; там — каждый народ считал Бога исключительно своим Богом, покровительствующим только ему и относящимся враждебно ко всем другим народам! Здесь же — любовь ко всем, даже врагам; здесь — стремление не поработить себе других, а послужить им; здесь — все люди братья, все дети одного Отца Небесного, все члены одной всемирной семьи!

Относительно назначения человека, цели и смысла его жизни мы напрасно будем искать каких-либо указаний в книгах Моисея. Прощаясь с народом своим, Моисей умолял его в точности исполнять все законы его и обещал за это все блага земные, ни единым словом не упомянув о благах небесных. И будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы (и будешь господствовать над многими народами, а они над тобою не будут господствовать). И призывал Моисей все проклятия на народ свой, если он отступит от закона, все бедствия опять-таки в земной жизни: И рассеет тебя Господь (Бог твой) по всем народам, от края земли до края земли... Но и между этими народами не успокоишься (Втор. 28, 12—13, 64—65). Таким образом, для ветхозаветных людей целью земной жизни их были блага этой же жизни: чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на... земле (Втор. 5, 16).

Христос же учил, что земная жизнь наша не что иное, как приготовительная школа ко вступлению в настоящую, вечную загробную жизнь, для которой человек и создан. Он учил, что награды и наказания за прожитую жизнь ожидают нас в будущей жизни, беды же, какие мы испытываем в этой жизни, чаще всего служат испытаниями нашей веры, а также средствами довести нас до раскаяния, до сознания своих грехов.

Заповедуя нам любить Бога, верить в Его беспредельную любовь к нам и надеяться на Его милосердие и всепрощение, Христос требовал, чтобы мы, согласуя во всем свою волю с волей Божией, постоянно стремились к совершенству и, совершенствуясь, достигали той степени богоподобия, или богочеловечества, которая открывает двери Царства Небесного. Таким образом, по учению Христа достижение людьми возможного для них совершенства и затем Царства Небесного составляет цель, а неуклонное стремление к этой цели — смысл их земной жизни, за пределами которой начнется иная жизнь, жизнь вечная, где ожидает блаженное состояние достигших такого совершенства и прощенных Богом грешников и мучительное состояние духа — всех нераскаянных и непрощенных.

Указав людям цель их земной жизни, Христос указал им и на средства к достижению цели; Он научил нас, как мы должны жить, чтобы составить здесь Царство Божие и через него достигнуть блаженства в Царстве Небесном. Он знал, что погрязшему в грехах человеку трудно сразу отстать от них, и потому в Нагорной проповеди Своей указал нам, как мы должны перевоспитывать себя, как исправляться и отставать от греховной жизни; и расположил Он эти способы в такой строгой постепенности, что, начав самоисправление по Его программе с сознания своего ничтожества в сравнении с тем совершенством, к какому надо стремиться: Блаженны нищие духом (Мф. 5, 3; Лк. 6, 20), и последовательно применяя к себе все параграфы этой программы, мы легко, почти незаметно для себя будем подвигаться по пути к этому совершенству.

Да, Своим учением Христос дал ответ на все вопросы, над разрешением которых тщетно трудились лучшие люди древнего мира.

И это учение нельзя считать плодом размышления, мнением философа. Нет, Сам Христос говорит, что оно от Бога, и предлагает всякому, путем личного опыта, убедиться в этом: кто хочет творить волю Божию (то есть жить согласно этой воле), тот узнает об этом учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю (Ин. 7, 17). Да, всякий, постигший это учение и устраивающий жизнь свою по правилам его, невольно преклоняется пред его неземною мудростью и святостью, невольно признает его учением божественным, не человеческим, убеждается, что оно действительно от Бога. Известный философ Иустин (живший во втором веке по Р. X.), будучи язычником, изучил все философские системы, чтобы познать цель и смысл человеческой жизни, но ответ на волновавшие его вопросы и полное успокоение нашел только в учении Иисуса Христа, когда случайно познакомился с Евангелием. Да, никакие человеческие учения, никакие религиозные и философские системы древнего и нового мира не могут сравниться с простотою, величием и мудростью учения Христа! Все человеческие мудрствования не что иное, как жалкий младенческий лепет в сравнении с тем Словом, Которое было у Бога и открылось людям во Христе.

Неверующие в Бога употребляют всевозможные усилия, чтобы подорвать веру в божественное происхождение учения Иисуса Христа. Они не стесняются ничем, прибегают даже к подлогам и клевете. Они, например, говорят, что Иисус долго проживал в Индии, ознакомился там с учением Будды и это учение выдал потом за Свое.

Клевета эта, не опирающаяся ни на какие исторические данные, легко опровергается обстоятельствами, истинность которых удостоверена Евангелистами.

Мы знаем, как враждебно относились к Иисусу все фарисеи, все первосвященники и книжники иудейские. Они не признали в Нем Мессию, но боялись, что все увеличивающееся влияние Его на народ может повести к крушению их власти, а следовательно, и к лишению их тех материальных выгод, которые сопряжены с этой властью. Вот почему они употребляли все усилия, чтобы подорвать в народе уважение к новому Пророку. Они не стеснялись распространять в народе клевету о том, что Иисус обольщает народ, совершая чудеса силой диавольской. Они всегда обвиняли Его, и обвиняли всенародно, в нарушении закона о субботнем покое, в отступлении от преданий старцев. А когда это не помогло, они решили убить Его, и осуществили свою мечту, довели Иисуса до крестной смерти. Отыскивая всякие поводы к обвинению Его в чем-либо, они, конечно, постарались тщательно разведать все обстоятельства Его прежней жизни и, несомненно, успели в этом. Если и в наше время люди, желающие повредить кому-нибудь, унизить его в глазах его знакомых, заботливо копаются в его прошлом и собирают даже всякие сплетни о нем, то, конечно, и враги Христовы не оставили без подробного исследования всех обстоятельств предшествовавших лет Его жизни.

А сделать это было так легко: стоило только пожить некоторое время в Назарете. В этом маленьком городке жизнь каждого обитателя его была хорошо известна всем его согражданам; так же хорошо известна, как известны теперь в наших уездных городишках мелочные подробности жизни всех и каждого. И если бы Иисус отлучился в Индию, то об этом знали бы все назаретяне; знали бы об этом с их слов и враги Христовы и, конечно, не упустили бы случая открыто обвинить Его в этом. А так как никто из них ни разу даже не заикнулся об этом, то следует признать, что рассказы неверующих о путешествии Иисуса в Индию и о пребывании Его там — гнусная ложь (подробности об этом см. сноску 2, с. 128).

Но (скажут) разве Иисус не мог познакомиться с учением Будды и не путешествуя в Индию? — Мог ли скромный Назаретский плотник, оставаясь в Назарете, знать учение Будды, судить не берусь. Но, сравнивая учение Иисуса Христа с учением Будды, утверждаю, что это — два учения, резко противоположные одно другому. Христос заповедал нам любовь к Богу и ближним; Он заповедал нам так любить ближних, чтобы и жизнью жертвовать за них в случае надобности. Любовь — основа всей жизни человека, по учению Христа; любовью определяются все отношения людей между собою. Люби! И любящее сердце твое подскажет тебе, как должен ты поступать с людьми, с которыми придется тебе сталкиваться. Только взаимная любовь обеспечивает всеобщее благо; только она может водворить возможное земное счастье, вернуть людям потерянный рай. Да, вот на чем основано все нравственное учение Господа нашего Иисуса Христа.

Посмотрим же теперь, как Будда смотрел на любовь. Отвергая бытие Бога, веруя в переселение душ, признавая жизнь страшным бедствием, от которого надо избавиться, Будда все свое учение направил на прекращение перевоплощений и скорейший переход в небытие. Поэтому все, что мешает человеку достигнуть этой конечной цели жизни, должно быть устранено. «Все скорби и жалобы (говорил Будда), все страдания происходят оттого, что человек любит кого-нибудь или что-нибудь; где нет любви, там нет и страданий. Поэтому свободны от страданий только те люди, которые ничего и никого не любят. Кто стремится туда, где нет ни скорби, ни печали, тот не должен любить!» (Подробное изложение учения Будды см. в моей книжке «Беседы о переселении душ и сношениях с загробным миром. Буддизм и спиритизм»).

Вот как расходятся эти два учения: Иисуса Христа и Будды! Христос говорил: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 13, 34—35; 15, 13). А Будда говорил: «Блажен будет только тот, кто никого и ничего не любит!» Можно ли после этого сравнивать учение Иисуса Христа с учением Будды? Можно ли говорить, что Христос заимствовал Свое учение от Будды? Кажется, больше этой нелепости и сказать нельзя!

4. Не ограничиваясь одним учением, Христос примером Своей жизни доказал нам, что жить так, как Он учил, возможно и совсем не так трудно, как это кажется многим. Он исполнял все, чего требовал от людей, и слово Его никогда не расходилось с делом. Он был Образцом того совершенства, к достижению которого люди должны стремиться. Он был безгрешен: на вопрос Его фарисеям — Кто из вас обличит Меня в неправде, в грехе? (Ин. 8, 46) — даже злобные враги Его не могли указать ни на один поступок Его, который можно было бы счесть грехом, и ни на одно слово Его, которое можно было бы назвать неправдой. А ведь они неотступно следовали за Иисусом, следили за каждым шагом Его, за каждым словом; они имели и шпионов, доносивших им обо всем, что только касалось Иисуса. Они искушали Иуду (и искусили) задолго до последних дней жизни Иисуса. Они проникли в кружок самых близких к Господу людей и одного из них подкупили, склонили на свою сторону. Доказательством этому служат слова Спасителя, сказанные Им вслед за тем, как многие ученики Его, не поняв беседы о хлебе жизни, оставили Его и больше не ходили за Ним. Спрашивая Апостолов, не хотят ли и они отойти от Него, Господь сказал: не двенадцать ли вас избрал Я? но один из вас диавол (Ин. 6, 70). Этими словами Господь обнаружил замыслы Иуды о предательстве, а может быть, и не одни только замыслы. Наконец, враги Христовы имели полную возможность узнать от назаретян все подробности прошлой жизни Иисуса, и, конечно, узнали. И вот, если такие люди не могли указать ни на одно слово Иисуса, которое можно было бы счесть неправдой, ни на один поступок Его, который можно было бы назвать грехом, то следует признать, что Христос был безгрешен. И не грешил Он не потому, что не мог грешить, а потому, что не хотел грешить, потому что как Человек вполне подчинил Себя воле Отца Своего, Бога (подробности об этом см. выше, с. 149—150).

Мы знаем, что самые святейшие люди, например, Апостолы и величайшие из пророков, сильнее других сокрушались о своих грехах и каялись и проповедовали другим необходимость покаяния. Христос же, проповедуя покаяние и возвещая прощение всем искренно кающимся, Сам никогда не каялся ни в чем и не просил у Бога прощения. И это было следствием сознания Своей безгрешности, такого сознания, какое составляет отличительную черту Его; и это сознание мог проявлять только Тот, Кто, как говорит Апостол Павел, не почитал хищением быть равным Богу (Флп. 2, 6). Положим, некоторые, даже из христиан, полагают, что Христос бил торговцев, выгоняя их из храма, и гневно обличал книжников и фарисеев. Но о том, что Он обличал Своих врагов (за которых потом молился) не с гневом, а с глубоким сокрушением сердечным, с искренним сожалением к ним и почти со слезами, сказано выше, на с. 715, а про изгнание торговцев — на с. 190; добавим только к сказанному, что употребленное Евангелистами слово выгнал нельзя понимать буквально: если я, например, молча укажу на дверь непрошенному гостю, и он уйдет, то про меня скажут, что я выгнал его; так и про Иисуса, выгонявшего скот бичом из веревки и взглядом Своим указавшего торговцам, что им не место здесь, Евангелисты сказали, что Он выгнал торговцев. Нет, Христос ни на кого не гневался, никого не обижал; вся жизнь Его была точным исполнением Его божественного учения; и если Он, по человечеству Своему, подвергался искушениям, то всегда побеждал их, и побеждал исключительно покорностью воле Отца: не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22, 42). И эту покорность воле Отца Он заповедал и нам как единственное действительное средство для победы всех искушений и для стремления к совершенству.


Дата добавления: 2015-08-13; просмотров: 69 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Приход Марии Магдалины ко гробу | Явление им ангелов | Явление воскресшего Христа Марии Магдалине | Явление Иисуса двум ученикам по пути в Эммаус | Значение маловерия апостолов | О свойстве телавоскресшего Иисуса | Явление Иисуса одиннадцати апостолам | Восстановление Петра в Апостольстве | Почему Господь не явился по воскресении своем народу и своим врагам? | Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю (говорит Апостол и Евангелист Иоанн), и самому миру не вместить бы написанных книг. 1 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю (говорит Апостол и Евангелист Иоанн), и самому миру не вместить бы написанных книг. 2 страница| Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю (говорит Апостол и Евангелист Иоанн), и самому миру не вместить бы написанных книг. 4 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.011 сек.)