Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Изумрудная скрижаль 7 страница

Читайте также:
  1. Annotation 1 страница
  2. Annotation 10 страница
  3. Annotation 11 страница
  4. Annotation 12 страница
  5. Annotation 13 страница
  6. Annotation 14 страница
  7. Annotation 15 страница

(19а) Асклепий. А каковы, Трисмегист, основы и начала вещей?

Г е р м е с. Велики те таинства, что я открываю вам; божественны те тайны, которые я оглашаю; потому, прежде чем начать говорить, я обращусь с молитвой к небесам, дабы они позволили мне это.

 

ИЕРАРХИЯ БОГОВ УМОПОСТИГАЕМЫХ И БОГОВ ОЩУЩАЕМЫХ

 

Существуют множество родов богов, и одни умопостигаемые, а другие чувственно воспринимаемые. При этом когда мы говорим об умопостигаемых богах, это вовсе не означает, что воспринимать чувствами мы их не можем; напротив, мы ощущаем их лучше, нежели тех, которых мы называем видимыми, о чем ты узнаешь из нашего рассуждения. Ты сможешь понять это, если сосредоточишь все свое внимание, ибо данное учение настолько тонко, настолько божественно, что превышает возможности простого человеческого ума. Оно требует повышенного внимания, без которого произнесенные слова не затрагивают ум, вернее же, возвращаются к своим истокам и смешиваются с ними.

(19Ь) Итак, есть боги, которые возглавляют все другие их роды; за ними следуют те, которые повелевают сущностью; это боги чувственно воспринимаемые: согласно своему двойственному происхождению, они делают все вещи зримыми посредством своей чувственно воспринимаемой природы, порождают одни вещи из других, и каждый из них зрим в своих творениях. Так, сущностью неба, что бы ни понималось под этим словом, повелевает Зевс, ибо именно посредством неба Зевс дарует жизнь всему. Сущностью света правит Солнце, ибо именно благодаря солнечному кругу мы получаем благодать света.

Тридцать шесть богов, имя которым Го-роскопы, располагаются в круге неподвижных звезд; правителем сущности их является так называемый Пантоморф, потому что он придает различные формы существам. Для семи небесных сфер правители сущности — Случайность и Рок, которые преобразуют все согласно закону природы и установленному порядку, который поддерживает разнообразие в непрерывном движении. Далее, все вещи создаются при посредстве воздуха, приводящего в движение все вещи; правитель его сущности — второй <...>.

 

ЕДИНСТВО ВСЕХ БОГОВ

 

(19с) <...> смертный от смертного и тому подобное. Все боги связаны между собой своим естественным сходством и образуют подобие цепи, которая тянется снизу вверх. Смертное притягивает бессмертное, чувственно воспринимаемое — умопостигаемое. Высший владыка же всего описанного есть всеобщий демиург, и все разнообразие вещей выглядит для него как единство. В самом деле, вещи зависят от единого и берут в нем свое начало, хотя, если их рассматривать отдельно друг от друга, и кажется, будто их много; тем не менее в своем единстве они представляют собой одно или, вернее, два: материю, из которой создано все, и божественное воление.

 

[Переход к части VI]

 

(20а) Асклепий. И это снова та же суть всего учения, Трисмегист?

 

ПРИЧИНЫ И СПОСОБ СОТВОРЕНИЯ ВСЕХ СУЩЕСТВ

А) ПОРОЖДАЮЩАЯ СПОСОБНОСТЬ БОГА-ТВОРЦА

 

Г е р м е с. Разумеется, Асклепий. В самом деле, бог есть отец и господин всего; мы могли бы дать ему также какое-либо еще более святое имя и еще более благочестивое; для нашего разума такое имя будет священным, и тем не менее, если иметь в виду его собственную божественность, мы не могли бы определить его никаким из этих имен. В самом деле, имя есть звук, состоящий в сотрясении воздуха, который выражает волю или мысль человека, которую ум его получил через ощущения. Далее, имя есть определенное количество слогов, которое образует некую связь между голосом и ухом. Всякое имя бога есть ощущение, дыхание, воздух — все, что заключено в этих трех вещах вместе, и все, что имеет к ним отношение. Нет никакой надежды, чтобы имя, каким бы сложным оно ни было, могло бы обозначить величие всеобщего отца и господа всех вещей. У него нет имени или, скорее, всякое имя принадлежит ему, ибо он всеедин; следует либо назвать все вещи его именем, либо назвать его именами всех вещей.

(20Ь) Таким образом, он, единственный и всеобщий, будучи обоеполым, обладает способностью к неограниченному порождению, поскольку всегда оплодотворен своим собственным волением и порождает все то, что желает породить. В самом деле, его воление есть всеобщее благо, которое также оказывается благостью всех вещей, рожденных от природы его собственной божественности с той целью, чтобы все вещи были таковы, каковы они есть, и чтобы природа могла порождать из себя в изобилии все то, что должно родиться в будущем. Итак, Асклепий, вот в чем заключается учение о причинах и способе сотворения всего сущего.

 

Б) ПОРОЖДАЮЩАЯ СПОСОБНОСТЬ СОТВОРЕННОГО

 

(21) Асклепий. Так что же, Трисмегист, о боге ты говоришь как об обоеполом?

Гермес. Я говорю так не только о боге, но обо всех вещах, причем как об одушевленных, так и о неодушевленных. В самом деле, невозможно, чтобы существовало что-либо не способное к порождению, ибо если бы такая способность не была свойственна всем существующим вещам, эти самые вещи не могли бы существовать всегда такими, каковы они. Я утверждаю, что способности чувствовать и порождать заключены в самой природе вещей; такие способности присущи даже космосу и уму, которые порождают и сохраняют то, что порождено. Действительно, оба пола среди живых существ полны порождающей способности, и тем более таков их союз или, вернее, их непостижимое соединение, каковое можно назвать Эросом, или Афродитой, или же обоими этими именами, вместе взятыми. Таково величайшее таинство, которое человек способен постигнуть.

Так вот, наиистиннейшая среди всех истин и наияснейшее среди всех умозрительных представлений — это то, что всеобщим богом, господином всеобщей природы, для всех живых существ установлено таинство вечного рождения; тем самым он явил свою высшую милость, радость, веселье, наслаждение и божественную любовь. Нужно было бы доказывать власть над нами этого закона, если бы каждый не знал о нем на основании своего собственного опыта. Примем во внимание лишь тот миг наивысшего накала, когда после длительного трения две природы смешиваются и одна жадно восприемлет и прячет в себя семя другой. В этот миг в итоге этого взаимного совокупления женское обретает природу мужского, а мужское становится равнодушным, принимая женское безразличие. Таинство это, столь сладостное и необходимое, совершается скрыто из опасения того, чтобы тем, кто участвует в совокуплении двух природ, не пришлось бы краснеть под насмешками безбожных, что неизбежно произошло бы, если бы соитие полов предстало пред их взорами.

 

[Переход к части VII: малое количество набожных]

 

(22) Благочестивых в космосе немного; более того, их столь немного, что их легко можно было бы пересчитать <по пальцам>. Большинству людей, в силу недостатка знания и умения познавать сущее, свойственно зло. Тем не менее в согласии с божественным замыслом, по которому сотворен мир, существует средство против зла, позволяющее презирать все пороки, существующие в мире; однако, когда нечестивость и невежество усиливаются, зло развивается, и душа, получающая от него неизлечимые раны, пораженная им и испорченная, словно распухает — как от яда, и избежать этого могут лишь те, кому ведомо высшее знание. Продолжим же наши рассуждения о том, почему лишь человеку бог позволил принять участие в уме и знании о нем, хотя воспользоваться ими и дано только немногим. И потому будь внимателен.

 

VII

ВЕЛИЧИЕ ЧЕЛОВЕКА, НАДЕЛЕННОГО УМОМ

 

Поскольку бог, отец и господин, создал человека после богов из двух частей — подверженной разрушению космической и божественной, — тело унаследовало все космические пороки; иные же пороки привносит в нас, например, потребность в пище, общая со всеми живыми существами, которая внушает нам желания, а также вожделения; все иные пороки также нашли свое место в человеческой душе. Что же касается богов, то они, созданные из чистой части природы, не нуждаются в помощи ума и науки — мудрость и науку заменяют у них бессмертие и вечная молодость. И тем не менее для поддержания единства всего бог определил для них вместо науки и ума, дабы они не были совершенно чужды богам, вечный закон порядка, представленный в виде необходимости.

Среди всех живых существ один лишь человек пользуется умом и наукой, с тем чтобы избежать телесного зла или победить его; помимо этого бог позволил человеку надеяться на бессмертие и стремиться к нему. Именно для того, чтобы человек мог сделаться благим и стать бессмертным, бог и сотворил его из двух природ — смертной и божественной. Божественное соизволение поставило его выше самих богов, которым дана лишь бессмертная сущность, равно как и выше всех смертных живых существ. Вот почему человек, родственный богам, тем не менее почитает их с присущим ему благочестием, а боги с нежной любовью следят за всеми человеческими делами и помогают людям.

(23а) Однако сказанное относится лишь к немногим, благочестивым. Что же касается злых, то о них нечего говорить, дабы не осквернить святость данной речи.

 

[Переход к части VIII]

 

(23Ь) И поскольку наш разговор коснулся родства и связи людей с богами, узнай, Асклепий, могущество и силу человека!

 

VIII

ЧЕЛОВЕК — ТВОРЕЦ ЗЕМНЫХ БОГОВ

 

Господин и отец, всевышний бог — создатель небесных богов, и равным образом человек есть творец тех богов, к которым позволено приблизиться в храмах. Человек не только получает свет, но и дарует его, он не только стремится к богу, но и сам создает богов. Ты, похоже, удивлен, Асклепий, неужто даже тебе, как и обычным людям, недостает веры?

Асклепий. Я в смущении, Трисмегист; тем не менее я принимаю твои слова. Я полагаю, что человек, удостоенный столь великого счастья, в высшей мере благословен.

Гермес. И по праву: он заслуживает нашего восхищения как величайшее из всех живых существ.

Далее, род небесных богов создан из наиболее плодотворной и чистой части природы, и единственные их видимые знаки есть словно подобия голов. Боги же, которых

создает человек, как и он, имеют две сущности: божественную, которая исконна и наиболее чиста, и человеческую, — и последняя есть материя, из которой сделаны такие боги. У них имеются не только головы, но и тела со всеми их органами, ибо человек, помня о своей природе и своем происхождении, остается верным им в воспроизведении божественного: подобно тому как отец и господин сотворил вечных богов по подобию своему, так и человек создает собственных богов по своему подобию.

(24а) Асклепий. О Трисмегист, ты, я надеюсь, имеешь в виду не статуи?

Г е р м е с. Конечно статуи, Асклепий. Видишь, сколь велики сомнения даже у тебя. Одушевленные статуи, наделенные сознанием и духом, которые совершают великие и необыкновенные дела: существуют прорицающие статуи, которые предсказывают будущее, например в сновидениях и многими другими способами; имеются те, которые поражают нас болезнями или, напротив, исцеляют от недугов, причиняют боль или радость — в зависимости от того, чего мы заслуживаем.

 

IX

АПОКАЛИПСИС

 

(24Ь) Разве ты не знаешь, Асклепий, что Египет есть изображение неба или, вернее, что он есть отражение здесь, внизу, всего того, что происходит на небе или проявляется на нем? И если говорить еще более правильно, то наша страна есть святилище всего земного. Однако, поскольку мудрые должны наперед ведать все, необходимо, чтобы и вы знали следующее.

Придет время, когда будет казаться, будто Египет напрасно служил божественному своим благочестивым умом и постоянным поклонением ему и что все священные культы окажутся напрасными и превратятся в ничто. Ибо божественное уже собирается покинуть землю и вернуться на небо, покинув Египет, свое старинное обиталище, который овдовеет, будучи лишен присутствия богов. Чужеземцы наводнят эту страну и эту землю и будут не только пренебрегать святынями, но, что еще более прискорбно, религия, благочестие и сам культ богов будут

запрещены законом, и за его отправление будет ждать кара. Тогда священная земля наших храмов будет изрыта могилами и усеяна мертвецами.

О Египет, Египет! О твоих благочестивых культах останутся только неясные предания, в которые потемки твои, как и все остальные люди, уже не будут верить; останутся лишь слова благочестия, высеченные на камне, где перечислены твои свершения.

И населят Египет какие-нибудь скифы, или индусы, или какие-либо иные варвары. Божественное возвратится на небо, покинутые им люди умрут, и Египет, лишенный богов и людей, опустеет.

Я обращаюсь к тебе, о великая в своей святости река. Я открою тебе твое будущее. Потоки крови, оскверняя твои священные волны, поднимутся из твоих берегов, и число мертвых превысит число живых, а если кто-то случайно и выживет, то такие люди будут египтянами лишь по языку, но нравы их будут чужеземными.

(25) Отчего плачешь ты, Асклепий? Ты еще не слышал самого ужасного. Египет впадет в вероотступничество, наихудшее из зол. Он, когда-то святая земля, любимая богом за благочестивое служение земным богам, когда-то единственное прибежище святости и наставник в делах религии на земле, станет главным примером варварского насилия.

И тогда человек отвернется от космоса и более не будет испытывать к нему ни восхищения, ни любви, и все то благое, которое могло бы быть в настоящем, как и в прошлом и в будущем, подвергнется опасности. И тяжело будет это бремя для людей; и будут они презирать этот космос и перестанут ценить его как нерушимое создание бога, как славное и совершенное устроение многочисленных форм и образов, где воля бога, щедрого на чудеса, создала неповторимое зрелище, соразмерное сплетение всего, достойное вечного почитания, хвалы и любви.

И поставят тогда тьму над светом, а смерть предпочтут жизни, и никто не подымет свой взор к небу. Человека благочестивого будут принимать за сумасшедшего, а нечестивого — за мудреца; бешеного станут почитать за храброго, а наихудшего — за наилучшего.

И над разговорами о душе и обо всем, что имеет к ней отношение, о ее бессмертии и стремлении к нему, как и обо всем том, о чем я с вами говорил, будут лишь смеяться и видеть в этом лишь забаву или суету. Тем же, кто останется верен религии ума, поверьте мне, будет определено одно лишь наказание — смерть. Будут установлены новые изваяния и новые законы, но ни святое, ни набожное, ни достойное неба и его божественных обитателей не прозвучит и не найдет веры в душе.

0 горе! Боги покинут людей, и останутся только злые демоны. Они смешаются со злосчастным человечеством и наложат на него свою длань, толкая его на всяческие безрассудства — на войны, на грабежи, на обман и на прочие противоречащие сущности души деяния.

И тогда сама земля потеряет свою устойчивость, а море перестанут бороздить суда; нарушится упорядоченное движение звезд в небе.

И замолчит всякий божественный глас, и никто не сможет нарушить этого молчания; и окажутся плоды земли испорченными, и перестанет земля их производить; даже воздух будет пронизан мрачным оцепенением.

(2оа) И такова будет старость земного мира — безбожие, распущенность и полное отсутствие порядка.

И когда произойдет все описанное, Асклепий, сам господин и отец — высший бог, установивший единство космоса, — увидев нравы и деяния людей, остановит это зло

своим волением и дарует торжество божественной благости: дабы положить конец неведению и всеобщей порочности, он либо смоет зло потопом, либо спалит мир в огне, либо разрушит его смертоносными болезнями, которые распространятся во всех обителях нечестия. Он вернет землю к ее изначальному состоянию, так что космос вновь окажется достойным поклонения и восхищения; и бог, демиург и восстановитель космоса, вновь будет бесконечно прославляться человечеством за это благодеяние.

И возрождение космоса есть восстановление всего благого, святое религиозное обновление природы, которое будет совершено в установленное время, определенное божественной волей. (26Ь) Ведь божественная воля была, есть и будет всегда; она не имеет начала и конца, она постоянна и вечна. Ибо природа бога есть следование совету воли.

Асклепий. А не получается ли, что этот самый совет божественной воли есть высшая благость, Трисмегист?

 

ОТСТУПЛЕНИЕ

А) БОЖЕСТВЕННАЯ ВОЛЯ

 

Г е р м е с. Воля, Асклепий, рождается как результат совета, и даже само волеизъявление есть следствие воли. В самом деле, бог, который образует полноту всего и владеет всем, чего он пожелает, никогда не изъявляет свою волю случайно. Напротив, все то, чего он желает, есть благо, и результатом его действия также является благо. Таков бог, как и его благой образ — космос.

(27а) А с к л е п и й. Следовательно, космос благ, Трисмегист?

Г е р м е с. Да, благ, Асклепий, как я сейчас тебе это покажу. Бог распорядился и распределил все блага среди всех существ и всех видов в космосе; таковы ощущения, душа и жизнь; равным образом и космос разделяет и распределяет среди смертных все зримые блага: смену времен года, плоды, их рождение, рост и созревание и тому подобное.

 

Б) ПОЛОЖЕНИЕ БОГОВ В КОСМОСЕ

 

(27Ь) Итак, бог располагается выше самой высочайшей вершины небес, он присутствует повсюду и видит все со всех сторон. И вне неба есть место, где отсутствуют звезды, чуждое всякой телесной вещи.

(27с) И между небом и землей правит тот, кто распределяет жизнь; мы называем его Зевсом. Земля и море управляются Зевсом Аидом; он питает всех смертных, как и плодоносящие растения. Благодаря энергиям этих богов плодоносит земля и все то, что на ней произрастает.

(27d) Есть и другие боги, чьи силы и энергии распространяются на все сущие вещи. Что же касается тех, которые правят землей, то они воцарятся в одном городе в Нижнем Египте, который будет возведен на его западе и в который по морю и по суше будет стремиться все смертное племя.

Асклепий. Но где же находятся земные боги сейчас, Трисмегист?

Г е р м е с. Сейчас они собрались большой общиной на горе в Ливии.

(27е) Но достаточно об этом.

 

О БЕССМЕРТНОМ И СМЕРТНОМ

 

Теперь нам следует обсудить вопрос о бессмертии и смерти. В самом деле, ожидание смерти и страх перед ней терзают простых людей, которые не ведают подлинной сущности сущего.

Итак, смерть наступает с разложением тела, которое поизносилось в тяжком труде, или же с достижением того времени, на которое оно было рассчитано. И по завершении этого срока те силы, которые удерживают телесные органы в качестве единого орудия для удовлетворения жизненных потребностей, исчерпываются и тело умирает. Это случается также тогда, когда тело уже не в силах более выносить тяготы жизни. Таким образом, смерть есть разложение тела и исчезновение телесных ощущений. Что касается описанной смерти, то беспокоиться здесь неуместно. Но есть и иная смерть, которая приходит с необходимостью, и избежать ее не может никто, хотя бы человек по своему невежеству и не верил в нее.

Асклепий. Что же это такое, то, чего люди не знают или во что не верят?

(28) Г е р м е с. Я скажу тебе, Асклепий, слушай. Когда душа отделится от тела, она попадет во власть высшего демона, чтобы он провел над ней заслуженный суд. Если он сочтет ее благочестивой и праведной, то он позволит ей обосноваться в подобающем обиталище. Однако если он решит, что она запятнана грехами и обезображена пороками, то он низринет ее в бездну и предаст беснующимся ураганам и смерчам, в которых непрерывно противоборствуют воздух, огонь и вода. Постоянно мечущиеся между небом и землей потоки этих стихий будут вечно терзать ее. И тогда само бессмертие души обернется против нее и кара ее окажется бесконечной. Вот то, чего мы должны бояться, чему ужасаться и чего избегать, дабы не оказаться в этой западне. Ибо тот, кто не верит в это сейчас, будет вынужден поверить, когда получит такое наказание по грехам своим, причем в действительности, а не в виде пустых угроз.

Асклепий. Так что же, Трисмегист, стало быть, человеческие грехи караются не только по земным законам?

Г е р м е с. Да ведь все земное, Асклепий, смертно. И те, кто наделен жизнью по земным законам, по этим же законам ее и лишаются. И после смерти они удостаиваются кары тем большей, чем больше грехов, совершенных ими, осталось скрытыми. В самом деле, божественное всеведение с неизбежностью будет добиваться того наказания, которое будет соответствовать содеянным грехам; и тяжесть их выяснится именно по тяжести полученного наказания.

(29) Ас к л е п и й. И кто заслуживает самого тяжкого наказания, Трисмегист?

Гермес. Те, кто, будучи осуждены по земным законами, были бы казнены; в последнем случае они могли бы служить для людей примером того, что они не оставили расплату на долю своих душ, а сами понесли заслуженное наказание.

Человек праведный, напротив, в своем благочестивом служении богу находит защиту против рока и демонов, ибо бог хранит таких людей от любого зла.

Ведь отец и господин всего сущего, все- единый бог, с удовольствием проявляет себя во всем. Он, разумеется, не обнаруживает себя в каком бы то ни было месте, а также не выказывает своих качеств или своего величия. Он освещает человека знанием, доступным только для ума. И тогда тот изгоняет из своей души тьму греховности и обретает свет истины и соединяет свои ум с божественным. Любовь человека к божественному уму освобождает его от смертной части его природы и дарует ему надежду на грядущее бессмертие.

Именно в этом и заключается разница между добрыми и злыми. Тот, кого осветили благочестие, святость, мудрость и богопочитание, видит оком своего ума истинный смысл вещей и, укрепленный в своей вере, возвышается над другими людьми настолько, насколько Солнце превосходит все остальные звезды. Ибо само Солнце освещает их, но не столько силой своего света, сколько своей божественностью и святостью. Да, Асклепий, считай его за второго бога, который правит всем зримым и дарует свой Свет всем его обитателям — одушевленным и неодушевленным.

 

[Переход к части XI]

 

И если космос есть живое существо, которое жило, живет и будет жить вечно, то ничто в нем не может умереть. Каждая из его частей всегда жива, ибо в вечном живом существе нет места для смерти. Следовательно, космос полон жизни и вечности и потому живет всегда. Поскольку он вечен, то и Солнце всегда будет править всеми живыми существами, и столь же вечно оно будет наделять их жизненной силой. Бог же вечно правит всеми живыми существами, населяющими мир, и вечно же дарует им саму жизнь. Раз и навсегда он наделил жизнью все те живые существа, которые подчиняются его вечному закону. Об этом законе я сейчас и буду говорить.

 

 

XI. ВРЕМЯ И ВЕЧНОСТЬ

 

А) ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЕ

 

(30) Итак, движение космоса осуществляется в вечности и в соответствующей вечности есть место для космоса. Поэтому он никогда не перестанет существовать и никогда не будет разрушен, ибо сама вечность его жизни окружает и защищает его. Космос также дарует жизнь всему тому, что в нем есть, и потому предоставляет в себе место всему тому, что управляется Солнцем. Что же касается движения космоса, то оно обусловлено двумя энергиями: с одной стороны, его самого животворит вечность, а с Другой — он сам животворит все то, что содержит в себе, при этом делая это разнообразным по числу и времени, которое установлено для всех вещей действием Солнца и звезд в согласии с божественным законом. Земное же время различается в зависимости от окружающего воздуха; таково чередование жаркого и холодного времени. Небесное время определяется кругооборотом звезд, которые в определенные моменты возвращаются в одни и те же точки. Космос есть обитель времени, и движение последнего поддерживает жизнь космоса. Само же время возобновляется по установленному закону, и последовательность смены времен производит обновление всего того, что располагается в космосе, например при смене времен года. И поскольку все подчинено описанному закону, среди рожденного нет ничего постоянного, ничего застывшего, ничего неподвижного — ни на небе, ни на земле.

В самом деле, названные качества присущи одному лишь богу, поскольку он пребывает в самом себе, происходит из самого себя и объемлет самого себя; он полон и совершенен. Он сам есть свое неподвижное постоянство, и ничто внешнее не может сдвинуть его с места, ибо все пребывает в нем, сам же он есть всеединое. И не следует предполагать, что его движение осуществляется в вечности, напротив, скорее сама вечность неподвижна, ибо всякое движение во времени возвращается в нее, а любое движение самого времени берет свое начало из нее.

 

 

Б) ПРИЧАСТНОСТЬ

 

(31) Итак, бог неподвижен и вместе с ним неподвижна вечность, которая заключает в себе прежде всякого рождения сам нерожденный космос, который мы справедливо называем чувственно воспринимаемым богом. Чувственно воспринимаемый космос, сотворенный по образу божьему, наследует его вечность. В самом деле, времени, несмотря на его непрерывное движение, от природы присущи сила и постоянство, заставляющие его возвращаться к своему началу. Равным образом течение времени всегда возвращается в вечность, несмотря на то, что последняя постоянна, неподвижна и пребывает в покое, а условием времени является движение. И потому создается впечатление, что вечность, сама по себе неподвижная, посредством времени, которое есть в ней и содержит все движение, также движется. Следовательно, постоянство вечности есть вечность движения, сама же подвижность времени становится постоянством, ибо оно соблюдает свой бег. Поэтому можно всегда считать, что бог постоянно движется в самом себе благодаря самой своей неподвижности. В самом деле, постоянно в его величии есть движение без движения, ибо порядок, поддерживаемый им, оказывается неизменным.

И то, что находится в таком положении, не может быть воспринято нашими ощущениями, беспредельно, непостижимо, неоценимо, к нему невозможно прикоснуться, его невозможно взвесить и вообще исследовать каким бы то ни было образом. В самом деле, невозможно сказать, где оно, откуда оно, куда оно, каково оно и какой оно природы. Оно есть во всем высшем постоянстве, и его постоянство есть в нем; и относится это как к богу, так и к вечности, а также к ним обоим, вместе взятым.

Вечность превосходит границы времени, и при этом само время также не может иметь границ, которые определены ему другим временем — числом, чередующимися временами года или возвращениями звезд в ходе их вращения на исходные места; потому время имеет характер вечности. И то и другое кажется безграничным и вечным, и неподвижность, установленная как точка отсчета для всякого движения, благодаря своему постоянству должна быть на первом месте.

 

[Вывод]

 

(32а) Бог и вечность — начала всего; космос, который пребывает в движении, не может быть первым. Движение в нем идет впереди покоя, хотя как то, чему свойственна вечная жизнь, он и обладает постоянством.

 

 

ОТСТУПЛЕНИЯ

А) ТРИ УМА И ЗНАНИЕ

 

(32Ь) Всеобщий божественный, ум во всем обладает природой подобной вечности. Сам в себе он неподвижен, но, несмотря на свое постоянство, он самодвижен; он священен, не подвержен порче, вечен, более того — ему соответствуют все определения, выраженные через превосходную степень. Он также соответствует вечной жизни высшего бога, которая состоит в совершенной истине; он есть плерома всего умопостигаемого, существующая, если можно так выразиться, в боге.

Космический ум есть плерома всех эйдосов чувственно воспринимаемых предметов, а также всех видов знания о чувственно воспринимаемом.

Человеческий ум есть <...>; он связан с человеческой памятью, при посредстве которой человек владеет всем своим прошлым опытом.

Божественный ум пребывает в вечном нисхождении, и последним, кто воспринимает его, является человек. В самом деле, высший бог не пожелал одарить им всех живых существ из опасения, чтобы потом не устыдиться своего смешения с низшими животными.

Знание, которое соответствует характеру и способностям человеческого ума, полностью основывается на памяти о прошлом; именно благодаря своей памяти человек смог стать повелителем всего земного. Знание, которое связано с природой и характером космического ума, — то, которое производится как результат созерцания чувственно воспринимаемого, располагающегося в космосе. Вечность в нем занимает второе место, и ее природа познается через чувственно воспринимаемый космос. Далее, знание, соответствующее природе ума высшего бога, причем только такое знание, есть чистая истина, даже тень которой невозможно постигнуть, наблюдая за космосом, ибо он полон лжи, временной изменчивости, видимости и заблуждений.

Итак, Асклепий, ты видишь, с каких высот простирается само основание человеческого знания. И я благодарю тебя, всевышний боже, за то, что ты позволяешь мне видеть, освещая для меня все лучами своей божественности. Вы же, Тат, Асклепии и Аммон, соблюдайте молчание относительно этих божественных таинств, сохраняя их глубоко в ваших сердцах.

 

 

Б) ЗНАНИЕ БОГА ЧЕРЕЗ СОЗЕРЦАНИЕ КОСМОСА

 

Разум человеческий отличается от ума тем, что наш разум зависит от напряжения мышления, относящегося к тому виду знания, которое соответствует характеру космического ума; и потому ему удается постигать природу мира, а при ее посредстве достигать знания о вечности и о богах, которые располагаются выше космоса. Тем не менее мы, люди, видим небесное словно в тумане, поскольку его ясному узрению препятствуют сами человеческие ощущения. В том же, что касается созерцания сверхнебесного, наши возможности еще более ограничены; и велик тот человек, которому все-таки удается созерцать его!


Дата добавления: 2015-08-13; просмотров: 147 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: О ЛИЧНОСТИ И СОЧИНЕНИЯХ ГЕРМЕСА ТРИСМЕГИСТА | ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 1 страница | ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 2 страница | ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 3 страница | ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 4 страница | ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 5 страница | ИЗ ДИАЛОГОВ ГЕРМЕСА С ТАТОМ | ИЗ ДИАЛОГОВ ГЕРМЕСА С ЦАРЕМ АММОНОМ | Из рассуждений Гермеса | ГЕРМЕТИЧЕСКИЕ ФРАГМЕНТЫ У РАЗНЫХ АВТОРОВ |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 6 страница| ИЗУМРУДНАЯ СКРИЖАЛЬ 8 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.027 сек.)