Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Привитие России любви к восточному Исламу

Читайте также:
  1. AIESEC в России
  2. II. ФИЗИЧЕСКАЯ КАРТА РОССИИ И СОПРЕДЕЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЙ
  3. III. Тайны любви
  4. IV. Практика любви.
  5. Mars в России и СНГ
  6. O любви
  7. The New York Times: благополучие человечества зависит от дружбы Англии и России

Http://www.idmedina.ru/books/encyclopedia/?1420 - Российские муфтии

Российские муфтии: от екатерининских орлов до ядерной эпохи (1788-1950) /А.Ю. Хабутдинов/

19.05.2009

В данной книге приведены биографии девяти уфимских муфтиев за период с конца XVIII — середины XX в. Знакомясь с описаниями жизненных путей выдающихся мусульманских духовных деятелей, у читателя книги есть возможность проследить развитие событий от установления стабильности в Волго-Уральском регионе после средневековой пугачевщины до эпохи всемирного раскола «холодной войны» и гонки ядерных вооружений.

 

Вступительное слово

Хусаин Мухаммеджан (1788–1824) — первый российский муфтий

Габдрахимов Габдессалям (1825–1840) — муфтий эпохи стабильности

Габдулвахид Сулейманов (1840–1862) — муфтий николаевской эпохи

Тевкелев Салим-Гирей (1865–1885) — муфтий эпохи реформ

Султанов Мухаммедъяр (1885–1915) — муфтий джадидистской эпохи

Баязитов Мухаммад-Сафа (1915–1917) — между реакцией и революцией

Баруди Галимджан (1917–1921) — первый лидер нации

Фахретдин Риза (1921–1936) — богословие Нового времени

Расули Габдуррахман (1936–1950) — муфтий эпохи войны и террора

Литература


Вступительное слово

В новом тысячелетии мы пересматриваем роль и место многих институтов, событий и лидеров. Этот анализ нужен не для возвеличивания былых героев и ни для копания в ранах прошлого, а для понимания путей движения в день сегодняшний и на будущее. Всемирная мусульманская умма на современном этапе, несмотря на все проблемы роста и кризисы, не утратила своего динамизма и притягательности для все более широких слоев населения по всей планете. Текущий период развития религии Ислама можно сравнить с периодом 1789–1848 гг. Выдающийся историк и специалист по формированию наций Эрик Хобсбаум писал, что «брожение и распространение Ислама было таким, что, касаясь, чисто истории религии, нам лучше было бы описать период с 1789 по 1848 г. как период возрождения Ислама». В это время «Ислам продолжал тихо, постепенно и необратимо распространяться в противовес организованным миссиям и насильственному обращению (в христианство — Д.М.)»[1]

Хронология всемирной истории развития Ислама совпадет с историей эволюции российской уммы. В 1788 г. Екатерина II создала единственный орган, объединявший всех мусульман Внутренней России и Сибири — Оренбургское Магометанское духовное собрание (ОМДС). 22 сентября 1788 г. был принят именной указ императрицы «Об определении мулл и прочих духовных чинов магометанского закона, и об учреждении в Уфе духовного собрания для заведывания всеми духовными чинами того закона, в России пребывающими» (само ОМДС было создано в 1789 г.). В этот же день по именному указу Сената Мухаммеджан Хусаинов стал муфтием всех мусульман России, «исключая Таврическую область».

После распада СССР и фрагментизации Духовных управлений мусульман на постсоветском пространстве, включая Россию, встал вопрос о жизнеспособности и актуальности муфтиятов как таковых. В них видели исключительно орудие имперских, а затем советских властей. Однако альтернатива в лице джамаатов доказала российскому обществу свою опасность. К тому же выяснилось, что в большинстве мусульманских государств существует институт муфтиев, хотя местами весьма отличный от российских реалий. Немалую роль в раскрытии истинной роли муфтиятов сыграли историки, прежде всего Уфы и Казани.

И если для формирования башкирского этноса ОМДС не сыграло определяющей роли, то для татар именно муфтият создал миллет-нацию. Сегодня эта постановка проблемы уже мало кого удивляет. Но двадцать лет назад она просто полностью отрицалась, а ровно десять лет назад автору этой книги перед защитой кандидатской диссертации пришлось выслушать много реплик о ненаучном характере преувеличения роли мусульманского духовенства в формировании татарской нации и развитии ее общественно-политического движения.

Сегодня мы смело говорим о системообразующей роли ОМДС и его муфтиев в формировании национальной общности мусульман тюрко-татар Внутренней России и Сибири, как назвала себя нация на II Всероссийском мусульманском съезде в Казани 22 июля 1917 г.

В книге Айдара Хабутдинова даны биографии девяти уфимских муфтиев. Она затрагивает эпоху от установления стабильности в Волго-Уральском регионе (впервые за четыре века) после средневековой пугачевщины до эпохи всемирного раскола «холодной войны» и гонки ядерных вооружений. За эти полтора с лишним столетия (1788–1950) изменился мир, изменилась и Россия. Но российские муфтии — от Мухаммеджана Хусаинова до Габдуррахмана Расули — представляли высокие образцы мусульманской учености и сохраняли в неприкосновенности Исламские устои среди большинства тюрко-татар края. Бухара и Каир, Каргала и Казань были центрами мусульманского богословия и правоведения, местами образования будущих муфтиев, казыев, ахунов, мударрисов и имамов. Их выпускники несли свет Ислама от больших городов до маленьких деревенек, зачастую несмотря на репрессии властей. Сегодня эти традиции ждут своего возрождения от резиденций муфтиев до каждого из махалля-приходов.

Этот и последующие годы являются юбилейными для четверых,по-жалуй, самых выдающихся муфтиев из этого списка. В этом году мы отмечаем 250 летие первого российского муфтия Мухаммеджана Хусаинова и 125-летие последнего из муфтиев, видных деятелей эпохи джадидизма Габдуррахмана Расули. В следующем году мы будем отмечать 150-летие Галимджана Баруди, первого из российских муфтиев, избранного на общенародном съезде, а не назначенного властями. В 2008 г. придет череда 150-летнему юбилею преемника Баруди — Ризы Фахретдина, который проявил себя не только выдающимся богословом, но и государственным деятелем и политиком, в том числе и на международной арене. На Всероссийских мусульманских форумах в Нижнем Новгороде мы постараемся продолжить традицию не только Всероссийских мусульманских съездов 1905–1906 гг., но и традицию единого Духовного управления мусульман.

Дай нам, Аллах, сил последовать по их пути во имя единства уммы и упрочения основ религии Ислама!

 

Ректор Нижегородского исламского института
им. Х. Фаизханова
Дамир Мухетдинов

Примечания:

[1] Хобсбаум Э. Век революции: 1789–1848. — Ростов-на-Дону, 1999. — С. 307, 309.


Мухаммеджан Хусаин
(1788–1824)
первый российский муфтий

В 2006 г. российские мусульмане отмечают целый ряд событий, символизирующих единство уммы. Это 100-летие III Всероссийского мусульманского (Нижегородского) съезда и создания партии «Иттифак аль-муслимин», юбилей I Российской Гос. Думы и ее мусульманской фракции. Символично, что на этот год приходится 250-ти летний юбилей первого муфтия Оренбургского Магометанского духовного собрания (ОМДС) Мухаммеджана Хусаина, ставшего первым лидером российских мусульман. Он сыграл выдающуюся роль в треугольнике татарско-башкирско-казахских отношений, во многом не утративших актуальность и сегодня. Ведь ОМДС вначале, а затем с 1917 г. по конец 1930-х гг. объединяло их. С середины XIX века миссионеры типа Ильминского, а затем недальновидные российские и советские чиновники способствовали разрыву отношений между этими народами. Во многом поэтому границы России на юго-восточном степном направлении вновь откатились к рубежам времен Ивана Грозного. Теперь уже казахстанский президент Нурсултан Назарбаев призывает к интеграции трех тюркских народов с другой стороны границы. А ведь в послевоенные годы процент титульного населения в этой республике был ниже процента татар в Татарстане. Геополитика не терпит пустоты… И поэтому сегодня стоит вспомнить эпоху расширения Империи, прекращения восстаний и устройства мирной экономической жизни.

Муфтий Мухаммеджан б. аль-Хусаин б. Мансур аль-Джабали аль-Бурундуки (ок. 1756–1824) был выходцем с горной мишарской стороны Волги. Это видно по нисбе аль-Джабали (горный). Сейчас деревня Бурундуки, основанная во времена Казанского ханства, находится в Кайбицком районе Татарстана, примыкающем к Свияге. Дед Мухаммеджана Мансур был известным улемом. Он получил образование у шейха Муртазы Симети (учившегося в Дагестане), а затем первым из татар после падения Казанского ханства продолжил обучение в Бухаре. По возвращении на родину Мансур создал большое медресе. Здесь получил первоначальное образование Мухаммеджан. Но деревенские горизонты не могли удовлетворить его честолюбие.

Во второй половине XVIII — первой трети XIX в. крупнейшим комплексом религиозного образования у татар были Каргалинские медресе. Они были Исламскими учебными заведениями среднеазиатского типа. Наиболее широко известны три ученика Каргалы последовательно ставшие муфтиями ОМДС: М. Хусаин, Г. Габдессалямов, Г. Сулейманов. Здесь Мухаммеджан продолжил обучение у Мухаммада б. Гали ад-Дагестани. Его соучеником был будущий виднейший мударрис Габдуррахман б. Мухаммадшариф аль-Кирмани (1743–1826), который учил муфтия Г. Габдессалямова, мударриса медресе в Стерлибаше шейха Нигматуллу б. Биктимера (Тукаева) и ишана Хабибуллу аль-Оруви. Судьбы многих из этих улемов сойдутся после создания ОМДС. Мухаммеджан продолжил образование у шейхов ордена «Накшбандийа» —
Атауллы б. Хади в Бухаре и Фаизхана б. Хозырхана в Кабуле. В это время в Приуралье были неспокойные годы, в 1773–1775 гг. завершившиеся пугачевщиной. После умиротворения в крае в 1777 г. Мухаммеджан возвращается. В 1785 г. он получает ключевой пост ахуна при Оренбургской пограничной комиссии и по указу Екатерины II — «звание первого ахуна края». В обязанности ахуна входила выдача разрешений на строительство мечетей и присвоение религиозных званий.

В руках Мухаммеджана оказываются отношения с казахами, прежде всего, Малого и Среднего Жузов (кочевых конфедераций). Он неоднократно возглавлял выезжающие туда делегации. Здесь совпадали интересы, с одной стороны, государства, с другой — татарских имамов и купцов. Обе стороны заинтересованы в Исламизации казахов и устранении среднеазиатского экономического и религиозного влияния.

В 1788 г. Екатерина II создала единственный орган, объединявший всех мусульман Внутренней России и Сибири — ОМДС. 22 сентября 1788 г. был принят именной указ императрицы «Об определении мулл и прочих духовных чинов магометанского закона, и об учреждении в Уфе Духовного собрания для заведования всеми духовными чинами того закона, в России пребывающими». В тот же день по именному указу Сената ахун Каргалы Мухаммеджан Хусаин стал муфтием всех мусульман России, «исключая Таврическую область». Его жалование составило 1500 рублей в год.

Великий улем и будущий муфтий Ризаэтдин Фахретдин в 1908 г. в книге «Исламнэр хакында хокумэт тэдбирлэре» («Правительственные распоряжения, касающиеся мусульман». — Ч. 2. — Оренбург, 1908.) критиковал ОМДС прежде всего за чрезмерное усердие в защите интересов государства. Фахретдин сформулировал три основные задачи, обусловившие возникновение ОМДС:

1. Привить любовь к России восточному Исламу;

2. Оставить без силы не имеющих официального статуса улемов, оказавшихся под скипетром России;

3. Превратить Ислам на берегах Волги и Урала в официальную религию и распространить везде мектебы и медресе.

В 1906 г. Ризаэтдин Фахретдин покинул пост казыя, который он занимал с 1891 г., так как муфтият не был реформирован в соответствии с требованиями всероссийских мусульманских съездов, поэтому его выводы несколько резковаты. Но принципиально и в порядке важности они были верны.

Привитие России любви к восточному Исламу

На протяжении всего XVIII в. Россия вела наступление на мусульманский мир по трем направлениям: в Причерноморье, на Кавказе и в казахских степях. Основные военные ресурсы были брошены против Османской империи и Крымского ханства, которое было присоединено к России в 1783 г. Россия способствовала эмиграции мусульман из степей юга Украины и предгорьев Кавказа, но изгнание мусульман с Крымского полуострова было равносильно его превращению в пустыню. Поэтому власти создали Таврическое Магометанское духовное собрание по образцу системы миллетов. Крупнейший немецкий специалист по этносам Российской Империи Андреас Каппелер указывает на параллели между Российской и Османской империями в традиции прагматичного отношения к другим культурам и религиям. А мы добавим: и в копировании институтов.

Система миллетов являлась основной формой существования немусульманских конфессиональных общин в рамках мусульманских государств. Она была сформирована еще в X веке и регулировалась нормами Шариата. По ней мусульманский владыка обладал всей полнотой власти над территорией страны, ее военной организацией и налоговой системой. Одновременно халиф являлся главой единой мусульманской общины — уммы. Немусульманские общины, верящие в единого Бога, образовывали миллеты и имели право самостоятельно выбирать своего главу, который затем утверждался халифом. Однако, в отличие от России, в Оттоманской империи немусульманские миллеты пользовались правом самостоятельного избрания главы национальной церкви. Российской особенностью являлся и институт указов на должности духовных лиц.

До создания муфтиятов Россия не имела возможности заявить о своей политике признания Исламских институтов. Екатерина II прекрасно понимала, что проникновение силой оружия должно подкрепляться инструментами политики, торговли, законодательством. Если в плодородных районах Причерноморья уже тогда курс был взят на массовую славянскую колонизацию, то для других регионов было принято решение об умиротворении местных мусульман. Поэтому первые муфтии ОМДС беспрестанно вели переговоры с казахскими правителями, участвовали в российских миссиях на Северном Кавказе и по делам туркмен.

М. Хусаин активно участвовал в проведении российской внешней политике в Центральной Азии на Кавказе. Ему удалось добиться признания «духовной власти» российского муфтия у казахской элиты. В 1797 г. при его содействии учреждается Ханский Совет для управления Малым Жузом, которым фактически руководит муфтий. По его рекомендации ханом был выбран лояльный к России Айчувак. Одна из дочерей Хусаина была замужем за выдающимся казахским правителем — ханом Букеевской Орды Джангиром. Так что муфтий не мог ударить в грязь лицом перед столь именитым зятем. Оба они были избраны почетными членами Совета Казанского императорского университета. В 1805 г. муфтий участвовал в «секретной комиссии по делам туркмен». На Северном Кавказе М. Хусаин по поручению правительства организовывал родовые суды у горских народов и принимал присягу на верность России.

В те годы от мусульман окраин России, прежде всего казахов, требовалось стабильное признание светской власти российских императоров, а духовной — оренбургских муфтиев. Основным противовесом выступал османский султан и халиф — светский и религиозный глава мусульманского мира в одном лице (ряд мусульман России еще в начале прошлого века именно в нем видел своего законного правителя). В качестве других вариантов правителей выступали бухарские, кокандские и хивинские ханы и муфтии, а для казахов также и китайские императоры.

Для мусульман России было жизненно важным прекращение бесконечных восстаний и мятежей, которые сотрясали огромное пространство Евразии с падения Золотой Орды. Новая евразийская империя в лице России завоевывала былые территории Улуса Джучи и также стремилась к внутреннему спокойствию, расцвету экономики, к гарантии прав веротерпимости и собственности. Указ Святейшего Синода о веротерпимости (Tolerance Act) 1773 г. открыл дорогу для стабильности в регионе, которая в основном сохранилась до 1917 г. Оренбургские муфтии и духовенство ОМДС, торговцы Казани и Каргалы обеспечили проникновение в Степи русских законов, капиталов, языка. Муфтии сделали многое для воспитания казахской элиты, лояльной к российскому государству. Как справедливо пишет уроженец Оренбурга московский Исламовед Г.Г. Косач, «иных путей реализации русской колониальной экспансии в это время просто не существовало или они могли быть слишком разорительными для России». Эта роль ОМДС была утрачена лишь в 1850-е гг., когда в годы Крымской войны начался поход русской армии вдоль Сырдарьи на юг Казахстана, завершившийся присоединением всей Центральной Азии в 1880-е гг.


Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 99 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Превращение Ислама на берегах Волги и Урала в официальную религию и повсеместное распространение мектебе и медресе | Габдрахимов (1825–1840) муфтий эпохи стабильности | Сулейманов (1840–1862) муфтий николаевской эпохи | Баязитов (1915–1917) между реакцией и революцией | Галимджан (1917–1921) первый лидер нации | Риза (1921–1936) богословие Нового времени | Расули (1936–1950) муфтий эпохи войны и террора |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Роковой просчет теоретика (или кто на деревне главный).| Ликвидация влияния не имеющих официального статуса улемов, оказавшихся под скипетром России

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.009 сек.)