Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Править] Обучение социальной работе

Читайте также:
  1. II. Подготовка к работе.
  2. II. Порядок и условия принятия на учет для получения единовременной социальной выплаты
  3. III. Определение размера единовременной социальной выплаты
  4. IV. Обучение других следует соединять с собственным учением.
  5. IV. Порядок предоставления единовременной социальной выплаты
  6. V СТИПЕНДИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ И ДРУГИЕ ФОРМЫ СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ СТУДЕНТОВ
  7. А) Переход машины от работы генератором к работе двигателем.

Обучение социальной работе в России ведётся на данный момент по 47 специализациям, которые условно можно разделить на группы управленческих специализаций (например, Анализ, планирование и мониторинг социальной работы в организациях и учреждениях государственного и муниципального управления; Менеджмент в социальной работе), специализации работы в определённой социальной области (например, Социальная работа в системе образования; Социальная работа в системе здравоохранения; Социальная работа в вооружённых силах), специализации работы с конкретными группами населения (например, Социальная работа с семьёй и детьми; Социальная работа с инвалидами; Социальная работа с пожилыми людьми), специализации по технологиям социальной работы (например, Психосоциальная работа с населением; Консультирование и посредничество в социальной работе) [2].

Обучение студентов по специальности Социальная работа началось в сентябре 1991 года в 20 вузах России. Сейчас получить высшее образование по данной специальности можно почти в 200 вузах страны. Координирующим вузом по научной и методической подготовке стал Российский государственный социальный университет, на базе которого создано учебно-методическое объединение (УМО) вузов РФ в области социальной работы.

В настоящее время большинство вузов готовят специалистов по социальной работе, но в связи с Болонским процессом происходит постепенный переход на подготовку бакалавров и магистров в области социальной работы.

Есть возможность получения профессии и в рамках среднего специального (профессионального) образования. Однако учебные заведения здесь представлены не так широко. В настоящий момент подготовку социальных работников осуществляют 52 учебных заведениях.

Субъект Федерации Высшее учебное заведение Среднее учебное заведение
Республики
Адыгея филиал Российского государственного социального университета в г. Майкопе          

Согласно этой модели, процесс целенаправленного формирования родительской культуры должен осуществляться, начиная с детского сада, когда с ребенком через игру отрабатываются роли матери, отца, формируются модели адекватных взаимоотношений в семье между самими родителями, а также между родителями и детьми. В школе этот процесс с каждой ступенью должен усложняться, реализуясь в ходе соответствующих курсов, типа "Семьеведение", "Этики и психологии семейных отношений". Молодые люди могут развивать свою культуру на специальных курсах для молодых родителей, молодой семьи, которые должны быть организованы в системе органов культуры, здравоохранения, образования. Став родителями, они могут обращаться за квалифицированной помощью в центры социально-психолого-педагогической помощи семье, центры планирования семьи и пр. Институты государственной власти федерального и регионального уровня, местных органов социальной защиты, образования, здравоохранения должны осуществлять идеологическую, экономическую, координационную работу по оснащению и поддержке деятельности детских садов, школ, центров социально-психолого-педагогической помощи семье. Последним они должны оказывать больше практической помощи, в частности, в вопросах размещения, укрепления материально-технической базы, обеспечения кадрами, поддержания их инициатив.

Центры, в свою очередь, осуществляя взаимодействие с другими социальными институтами, должны формировать "банки данных" по работе с семьями конкретного района; выявлять потребности и проблемы разных категорий семей в психолого-педагогической помощи; определять семьи, которые по объективным показателям нуждаются в педагогической и психологической поддержке, т.е. проводить типологизацию семей, регулярный анализ обращений, разработку рекомендаций для различных социальных институтов по профилактике кризисных явлений в семье; осуществлять поиск новых направлений работы по формированию воспитательного потенциала родителей, актуальных на данной территории и т.д.

При этом центрам необходимо тесно взаимодействовать с образовательными учреждениями, где психолог, социальный педагог, воспитатель, классный руководитель ведут учет семей, имеющий наиболее проблемный характер, проводят регулярные беседы, консультации, а также направляют родителей в специализированные центры, семейные консультации для получения квалифицированной дефектологической, психотерапевтической помощи семье и детям. Таким образом, должен осуществляться непрерывный процесс взаимодействия всех социальных институтов, заинтересованных в поддержке и помощи семье в вопросах полноценного воспитания и развития подрастающего поколения.

В процессе опытно-экспериментальной работы была апробирована "Программа работы с родителями по формированию их психолого-педагогической культуры". Она предполагала диагностическую и коррекционную работу с семьей, включающую индивидуальную и групповую формы.

Диагностическая работа позволила выявить уровень интеллектуального, психофизического, эмоционально-личностного развития детей. Кроме того, позволила определить уровень психолого-педагогической культуры родителей (ценностного отношения к ребенку, стиля взаимодействия с ним, ориентировки в психолого-педагогических знаниях и т.д.).

Коррекция отношения и поведения основывалась на анализе причин, вызывающих отклонения в развитии личности ребенка и взрослого, в ее отношениях с другими людьми. Развивающая и психокоррекционная работа с родителями предполагала собой целостную систему воздействия с привлечением психокоррекционных, учебно-методических приемов, осуществляемых через пролонгированное консультирование - "коррекцию случая", семинары-практикумы, лекции для родителей, библиотерапию.

Опытно-экспериментальная работа была проведена в три этапа (контролирующий, формирующий и контрольный этапы). Совокупность методов исследования помогла условно выделить три уровня родительской культуры (высокий, средний, низкий). В соответствии с выделенными параметрами и показателями психолого-педагогической культуры родителей были даны качественные и количественные характеристики каждому уровню.

Было установлено, что для родителей с низким уровнем характерны следующие особенности. В отношении к ребенку такие родители воспринимают его незадачливым, непутевым, плохим; испытывают досаду, злость, раздражение по отношению к нему. Такие родители не в состоянии встать на место ребенка, видеть мир его глазами. Они практически не имеют знаний о законах психического и личностного развития ребенка и часто не желают перестраивать систему отношений с ребенком с целью преодоления негативных проявлений в возрастных кризисах. Такие родители слабо разбираются в сильных и слабых сторонах своего ребенка, а иногда их представления крайне неадекватны действительности, поэтому их требования к ребенку расходятся с его реальными возможностями. Нередко они не имеют представлений о способах и методах организации деятельности ребенка, предоставляя ему развиваться самому по себе. Контактируя с ребенком, родители с низким уровнем психолого-педагогической культуры редко хвалят его, чаще негативно оценивают его деятельность, проявляет неадекватную реакцию на успех ребенка, либо полное безразличие. Очень часто такие родители, взаимодействуя с ребенком, показывают свое неприятие его индивидуальных особенностей, сочетая с жесткими формами наказания, авторитаризмом, либо могут подчеркнуто игнорировать ребенка, порождая у него чувство ненужности, агрессии.

В исследовании было выявлено, что родители со средним уровнем психолого-педагогической культуры постоянно ощущают тревогу за ребенка, стараются оградить его от трудностей и неприятностей жизни, ребенок все время кажется им слабым и беззащитным. Для таких родителей характерно стремление к постоянному самоконтролю, они довольно ответственны, часто внутренне напряжены, им свойственно преобладание утомляемости и озабоченности. Знания закономерностей психического развития, возрастных кризисов у них довольно размыты. Родители имеют не всегда объективные представления о сильных и слабых сторонах личности своего ребенка или видят только сильные, либо слабые стороны его личности, испытывают трудности в прогнозировании дальнейшего развития личности ребенка, не знают каким образом можно организовать деятельность ребенка для его полноценного развития. Родители этой категории либо недооценивают, либо переоценивают реальные возможности ребенка. Одни из них спокойны, другие безразличны, третьи проявляют излишнее волнение и тревогу за успех или неуспех ребенка. Взаимодействуя с ребенком, могут следовать либеральному стилю, предоставляя ребенку свободу выбора, слабо контролируя его деятельность, или, наоборот, стремятся удержать, привязать к себе ребенка, лишить его самостоятельности.

Опытно-экспериментальная работа показала, что родителям с высоким уровнем психолого-педагогической культуры ребенок нравиться таким, какой он есть, они не стремятся активно "переделать" его, уважают его индивидуальность, стараются как можно больше времени проводить с ребенком, заинтересованы в его делах и планах, высоко оценивают интеллектуальные и творческие способности ребенка, хорошо осведомлены о них. Родители доверяют ребенку, поощряют его самостоятельность. Они уверены в себе, хорошо рефлексируют свои собственные мотивы, планомерно реализуют свои намерения, у них развито чувство внутреннего долга, активность и самостоятельность. Родители этой категории хорошо прогнозируют дальнейшее развитие всех сторон личности ребенка в соответствии с его реальными возможностями и способностями. Взаимодействуя с ребенком, такие родители часто используют позитивную оценку, похвалу, одобрение деятельности ребенка, последовательны в требованиях к нему. О необходимости культурологической ориентированности теории и практики социальной работы

Митина И.В., канд. филос. наук, доцент кафедры философии Новочеркасской государственной мелиоративной академии

Теория социальной работы как становящаяся наука активно ищет теоретические и методологические подходы к построению собственной концептуальной схемы. Активно прорабатываются философские, логико-гносеологические основы социальной работы, ее этические, пcихолого-педагогические и правовые аспекты, анализируется взаимосвязь социальной работы и социальной истории, выявляется значимость конфликтологического подхода к проблемам социальной работы и, конечно, многообразие форм взаимодействия социальной работы и социологии, в зоне которой, собственно, социальная работа как деятельность стала перерастать в социальную работу как науку. Пока, однако, остается в тени еще один срез социальной работы и ее теоретического осмысления культурологический.

В то же время на Западе, в частности в США. Культурологическая компетентность - т.н. "контекстуальная компетенnость". т.е. понимание социокультурной среды, в которой осуществляется практика, - есть неотъемлемая часть профессиональной компетентности социального работника наряду с концептуальной, интегративной, адаптивной и межличностной.[1]

Сегодня существует насущная необходимость разработки культурологического подхода к построению теории и практики социальной работы, что вызвано не только традиционной полисоставностью культурного облика России, но и сложными процессами социокультурной динамики XX века, в ходе которых исчезает обязательная ранее кодификация социума. структурированная иерархичность существования, возникает множественность культурных идентичностей и право на самоидентификацию.

Россия - это целый континент этносов, с присущей каждому ив них системой символических представлений и смысловых отношений. Культурологическая компетентность социального работника предусматривает знание культурных паттернов, технологий и символических объектов и умение использовать это знание в повседневной практической деятельности. Каким образом возможно учитывать культурологические факторы и обучать этому социальных работников, демонстрирует книга М.Доэла и С.Шадлоу "Практика социальной работы".[2] Авторы выделяют два аспекта культурологической компетентности: индивидуальный и институциональный. Индивидуальная компетентность - это понимание социальным работником отличительных черт культуры (как собственной. так и клиентов) и их влияния на экзистенциальные, психологические. мировоззренческие, социальные характеристики, на смысложивненную и поведенческую организацию континуума повседневности. Институциональная компетентность характеризует культурологическую осведомленность социальной службы и ее способность работать в ситуациях поликультурности, адаптируясь к культурному разнообразию. М.Доэл и С.Шадлоу предлагает ряд упражнений, которые могут показать студентам, обучающимся социальной работе, роль и значение прошлого культурного опыта (прежде всего детского) индивида или группы для их нынешнего поведения, устанавливаемого культурного порядка и разделяемой системы ценностей. Таково детально разработанное и тщательно выписанное упражнение "Вы таков, что вы едите". призванное показать культурообравующее значение детского питания и эскизно намеченные (видимо, предложенные преподавателям в качестве возможных тем для самостоятельной разработки упражнений) проблемы музыкального и медицинского опыта семьи или (при более широком подходе) детства. Институциональная компетентность, как она видится авторам данной книги, предусматривает создание реестра культуры того региона или населенного пункта, на территории которого работает данная социальная служба, и учет культурного состава населения при комплектовании учреждений социальной помощи и защиты. Так, приводится пример работы в двух культурах (белой европейской и маори) Управлений социального обеспечения Новой Зеландии, где штатный персонал подбирается из представителей обеих культур. Это, безусловно, интересные для нашей страны формы работы, способные обогатить и улучшить качество оказываемых социальных услуг. Вместе с тем очевидно, что изложенными выше аспектами не ис-черпывается культурологическая составляющая социальной работы. На исходе XX века сосуществование в социуме двух (или даже нескольких) культур не является единственной проблемой. Сегодняшняя проблема - это проблема существования множества смешанных и пограничных форм культуры, вызванных тотальным отказом от нормы - социальной, этической, эстетической, языковой. Эта принципиальная плюральность постмодернистских "форм жизни" (Л.Витгенштейн) усложнена в нашей стране трансгрессией культурных матриц.

Растущее взаимодействие культур вызывает значительное изменение в культурных формах жизнедеятельности (как на общенациональном, так и на локально-групповом уровнях), в языковой и повседневной практике. При этом масштабы новой информации, поступающей из инокультурной среды, столь интенсивны, что могут вызывать у представителей культуры - реципиента частичную утрату культурной идентичности, в предельном случае - культурный шок. Кризис идентичности всегда чреват явлениями маргинализации, аномии, девиаатности, психопатологии и т.д. Задачами социальных работников становятся в этом случае аккультурация и культурная адаптация клиентов, не справляющихся самостоятельно с быстрыми (или кардинальными) социокультурными изменениями. Следовательно, социальным работникам необходимо иметь представление о сущности и основных этапах культурной адаптации, о тех личностных и культурных характеристиках, которые углубляют или смягчают столкновение индивида (или группы) с новой социокультурной реальностью. Умение выявить устаревшие и мешающие клиенту культурные стереотипы, помочь ему принять новые паттерны, преодолеть, если это необходимо, реакцию отторжения новой культурной традиции следует считать важными теоретико-практическими навыками социального работника.

Важно подчеркнуть, что практически каждая из социальных групп, по традиции относимая к объекту социальной работы, - это группа, сталкивающаяся с проблемой культурной адаптации. Мигранты и беженцы, прибывающие в новую социокультурную среду, лица, изменившие со циальный статус вследствие смены профессии, утраты или обретения властных полномочий, улучшения или ухудшения материальных условий жизни, подростки и пенсионеры, молодые люди, призванные в армию или пришедшие служить на контрактной основе, осиротевшие дети, заключенные, участники девиантных или делинквентных групп и т.д. - все они в той или иной степени затронуты проблемами инкультурации в ее различных модификациях. Так, для мигрантов это будет проблема приобщения к культурным паттернам доминирующего социума, значит, социальному работнику важно организовать усвоение (в тех или иных формах) типичных моделей поведения, системы ценностей и способов культурной активности. Многие клиенты социальных служб образуют группы с присущей только им субкультурой. Таковы, например, военнослужащие, подростки, группы лиц с отклоняющимся поведением (проститутки, наркоманы, бродяги и т.д.). Социальный работник должен не только знать специфику таких групп, отличительные черты субкультуры как особой сферы культуры, но в каждом отдельном случае решать, надо ли помогать индивиду усваивать субкультурные стандарты или адаптировать данную субкультуру и ее носителей в господствующую культуру.

В нашей стране, переживающей ныне период культурных трансфор-маций, модернизаций и инноваций, характерная для XX века инверсия высокой культуры, т.н. "культуры культурности", сочетается с инверсией транскультурации и переходом прежней контркультуры в ранг официально господствующей. Изменение объектов, процессов и способов социокультурного наследования вызывает, особенно у представителей старшего поколения, реакцию отчуждения. В ситуации, когда значимые ранее целевые и ценностные установки, мировоззренческие, идеологические и нравственные принципы общества утратили свою адекватность, "коллективная память" стала источником культурного конфликта, который. как известно, в отличие от конфликта социального, не бывает позитивным. В культурном комплексе современного российского общества наблюдается противоречие между конвенциональными, передаваемыми от поколения к поколению, и институционально регулятивными элементами, что снижает эффективность социокультурной регуляции. Социальный опыт должен быть осмыслен с точки зрения приемлемости тех или иных его компонентов в существующих сегодня условиях с тем. чтобы консолидировать общество, повысить уровень взаимопонимания его членов. В то же время в нашей стране практически институционально не обеспечена социализация лиц пенсионного возраста (т.н. четвертый период социализации), хотя в это время человек осваивает новую социальную и культурную идентичность и даже в стабильном обществе нуждается в помощи специальных социальных институтов. В условиях радикальных общественных преобразований необходимость социализации и инкультурауции, обеспечивающих приобретение знаний и навыков адекватного существования в социально значимых ситуациях, повышается многократно. Социальные работники должны иметь представление об энтропийном потенциале культурных конфликтов, их практических формах и наиболее существенных элементах, владеть приемами урегулирования и профилактики культурных конфликтов на основе принципов толерантности и комплиментарности.

Это тем более важно, что источником культурных конфликтов нашего общества в ближайшее время будет рост социальной дифференциации и соответствующая культурная специализация. На протяжении десятилетий советская культура воспитывала поведенческую и ментальную однородность общества, представление о едином для всех образе жизни. Конечно, в реальности существовали и андеграунд, и элита, но об их существовании было мало известно обществу: первый был лишен репрезентативных возможностей, вторая сама была незаинтересована в демонстрации привилегированности. Складывающийся сегодня культурный полиморфизм воплощается, в том числе, и в множестве образов жизни, культивируемых различными социальными и этнокультурными группами. Отсутствие традиций организации и регуляции жизни у новых сословных и социально-профессиональных групп, их непонимание нормативности повседневной жизни, жесткого соответствия жизненного уклада, уровня. стиля, качества жизни статусно-стратификационной принадлежности, незнание этих норм вызывают на личностном уровне проблемы самоидентификации, дезадаптации, психопатологии, а на групповом - проблемы коммуницирования и консолидированности в условиях культурного изменения. Задачи социокультурной регуляции должны постоянно находиться в сфере внимания социального работника, поскольку социальная работа как деятельность призвана, в том числе, и регулировать совместное существование людей. Либерализация ценностно-нормативной сферы не отменяет, но существенно усложняет работу по интеграции общественного целого. Современный мир принципиально нестабилен, он полон конфликтов и противоречий. Более того, в постмодернистской реальности стираются оппозиции "центр-периферия", "высокое-низкое", "индивидуальное-коллективное", "часть целое", "присутствие-отсутствие" и т.д. Но толерантность ризомности, релятивизм лабиринта должны. тем не менее, соблюдать принцип "минимально необходимой солидарности" (А.Р. Радклифф-Браун). Социальной работе как теории и практике следует осознать себя в качестве одного из немногих институтов современного общества, прямо призванного осуществлять этот принцип.

Список литературы

1. Хиндука Ш.К. О возможных путях развития системы подготовки социальных работников в России // Обучение социальной работе: Преемственность и инновации. М., 1996. С.17-18.

2. Доэл м., Шадлоу С. Практика социальной работы. М.. 1995, С. 187-196.

 


Дата добавления: 2015-08-13; просмотров: 55 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Править] Россия| Психологические аспекты формирования духовности и имиджа социального работника

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.01 сек.)