Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

День восемнадцатый

Читайте также:
  1. Восемнадцатый сеанс
  2. ОТРЫВОК ВОСЕМНАДЦАТЫЙ
  3. Отрывок восемнадцатый

18.01.2007

День начался весьма нетривиально. Ровно в 7.30 раздался настойчивый стук в дверь. Пока соображали – кто да почему, стук повторился. Открыл. На пороге – пожилой нубиец. Черный, во всем белом, и с подносом на плече. Ойкнул, увидев меня, извинился, и поплыл куда-то по коридору. А вместе с ним восхитительный красочный салат, дымящийся кофейник, свежие круассаны… Куда, куда, стой! Не нам. Ошибся номером. Жаль.

Минут через 15 – звонок по телефону: в холле вас ожидает гид. Да мы не заказывали. Нет-нет, у нас записано, спуститесь, пожалуйста. Спустился. Ну не заказывали. Спасибо, конечно, но мы сами. Накануне вместе с нами заселялась забавная пожилая парочка – они и вели все эти разговоры про завтрак в постель, гидов и пр. Должно быть, Фиби перепутала, записав их заказы на наш номер…

Аладин встретил на набережной – широко улыбаясь, но в остальном сдержанно, он ведь как-никак капитан. Наша фелюка, которая так и называлась – «Капитан Аладин» - оказалась пришвартованной четвертой от берега, добирались до нее через другие кораблики. Накануне Аладин сказал, что у него две фелюки – одна большая 11-метровая, на ней его брат ходит с туристами до Луксора. И вторая – 7-метровая, доставшаяся им в наследство от отца, построена еще в 1947 году, на ней они катают туристов в пределах Асуана. Мы с некоторой опаской ожидали увидеть порядком потрепанное корытце, однако лодка оказалась очень крепкой, внушала уверенность, сверкала свеженькой белой и голубой краской и в добавок надраена была до стерильности. Аладину помогал Хасан – видимо, матрос. Сперва мы короткими галсами пошли против ветра, огибая Элефантин с севера. По пути можно было постучать в окна кают 5- и 4-звездочных круизных кораблей. Один из них показался нам удивительно похожим на корабль президента Мубарака, который мы видели в Луксоре. Оказалось – он и есть, правда Мубарак, слава богу, не в Асуане. Рядом с президентским лайнером – скала, которую облюбовали голуби, настоящий птичий базар.

Первая остановка – на Китченере. Сперва немного суеты – мальчики-торговцы предлагают кто ожерелья из маленьких кокосов, кто крошечные пиликалки – нубийские домбры, кто «колониальный товар» типа Колы, одноразовых платочков и пр. Остров невелик, но бродили мы по нему почти час. Ровные аллеи, беседки, террасы, виды и на Элефантин, и на другой берег Нила (с одной стороны томбы, с другой – мавзолей Ага-Хана). Огромное разнообразие деревьев. Среди них помимо туристов и египтян гуляют уверенные в себе кошки – а ведь наверняка без билетов. Более всего поразили разнообразием пальмы. Встречаются и высоченные с голыми полосатыми стволами, как телеграфные столбы, и похожие на гигантский ананас, воткнутый зачем-то в землю, а есть и крошечные, как большой кактус. Зелено. Чисто. Немноголюдно. Тихо. Кайф.

На другом конце острова встречаемся с Аладином – он успел почитать газеты. Сквозь скалы-островки под прямым парусом, уже не галсируя, идем по ветру на юг. Слева снова проплывает Элефантин. Почти все более-менее крупные острова оккупированы представителями турбизнеса – то отель высится, то ресторанчик. Потом скалы становятся пустыннее, начинается первый нильский порог, кое-где кружат водовороты, но не опасные, судя по тому, что сквозь них проходят даже весельные лодки. Крайняя южная точка нашего путешествия – о. Сехел. Здесь Аладин мягко вручает нас старику Фадхи. Сухонький дедушка-нибиец с морщинистым лицом, в белой чалме и халате резво ведет нас сначала на невысокую горку, с которой открывается вид на окрестные жилища и островки, а после – через почти безлюдную деревню к себе домой. По дороге – несколько коротких остановок у наиболее почтенных по возрасту строений. Ни одно из них уже не обитаемо. Серые низенькие глиняные мазанки с крошечными дверями оставлены будто бы нарочно лишь затем, чтобы их показывать туристам. Вот этот дом разрушило наводнение, а вот здесь жил мой дед, а вот в такой печи мы раньше делали хлеб, - Фадхи добросовестно комментирует каждый пустяк. Дома старик спешит провести нас в дальнюю комнату, которую занимают внуки. Там, в небольшом стеклянном аквариуме – живой нильский крокодильчик. Длиной около полутора метров, но уже зубастый, делает серию наскоков на бамбуковую палочку, которой Фадхи его дразнит. Мы, само собой, в восторге. Только вот участь у животинки незавидная – оказывается, сейчас он по совместительству игрушка для детей и аттракцион для туристов, а вообще-то его откармливают на мясо, и когда дорастет до кондиции, просто сдадут в асуанский ресторан. А мы-то думали, выпустят в Нил… Тем временем супруга Фадхи быстро и незаметно приготовила чай-каркаде. Впервые за все время пребывания в Египте мы попробовали этот «местный напиток». Пока чаевничаем, Фадхи раскуривает кальян, вокруг него собираются кошки – нас они сторонятся, а с дедом ласковы. Общим числом 7 штук – и рыжие, и серые. Есть похожие, как близнецы. Холеные. Бабушка вслед за чаем ненавязчиво предлагает сувениры собственного изготовления, выбираем на память деревянного крокодильчика, - Фадхи уверяет, что вырезал его сам. Верю, дело-то нехитрое. Дальше – к южной оконечности островка, здесь один на другой громоздятся камни с рельефами и иероглифами – это отметки экспедиций фараонов, отправлявшихся на юг (скалы отгорожены железным забором, вход – 20 фунтов с души). Есть среди них и отчет знаменитой экспедиции царицы Хатшепсут. Но главное – виды на первый катаракт, нильский порог. Сейчас из-за Асуанской плотины, которая усмирила реку, Нил здесь не бурлит и не клокочет, но разбросанные без числа щедрыми горстями большие и малые осколки скал и сейчас делают русло практически непригодным для судоходства. Пожалуй, даже на фелюке сюда может сунуться только ну очень отважный и опытный капитан. На моторной лодке – еще куда ни шло.

Напоследок забавы ради поторговались с местным смотрителем, устроившем нам мини-экскурсию, он легко соглашается взять с нас деньги только за один билет, но… без билета. Вернувшись, выговаривает что-то ожидавшему нас внизу Фадхи, но старик так же азартно отбрехивается. Вот и все, минутная остановка на плато, которое раньше было дном Нила, и короткой дорогой – к причалу. Вручаю старику 5 долларов, тот сначала, видимо, не осознает – сколько это, потом прощается с нами так радостно, и так искренне зазывает возвращаться снова – вместе со своими детьми (которых пока мы еще не успели завести), что ясно – мы ему угодили. Он нам тоже. Из всех добровольных гидов самый толковый и приятный. Аладин отчаливает, старик заходит в воду и все машет нам рукой, мы – в ответ.

В обратный путь. Между скал, в водоворотах, да против ветра, лодка несколько раз кренится так, что черпает воду. Мы с Хасаном перебегаем с борта на борт – чтобы как-то уравновесить посудину. Наташка визжит, Аладин смеется. Когда входим в спокойные воды, я умываюсь водой из Нила, Аладин с Хасаном аплодируют. Потом капитан заводит нубийскую песню, голос у него негромкий, но какой-то бархатный, словно кошачий. Несколько раз, уже нарочно, сильно кренит лодку – чтобы Наташа испытала острые ощущения. Натка притворно злится, у Аладина восторга еще больше. Решаем доплыть до томб на скале – как раз остается час до их закрытия. Очень тепло прощаемся с Аладином, он чуть расстроен, что мы не можем завершить день посиделками у него дома, но мы очень хотим встретить последний для нас в Асуане закат на изумительном балконе в своем отеле.

Томбы (билет – 20 фунтов) хороши опять-таки главным образом видами на реку с фелюками и корабликами, город и острова. Успеваем под руководством местного смотрителя осмотреть все значимые и более-менее сохранившиеся гробницы знати, а потом – взобраться на самую высокую точку, доминирующую над всеми окрестностями, она отмечена дряхленькой часовней и видна отовсюду. На камнях над обрывом устраиваем целое шоу с двумя молоденькими пареньками-арабами – то они нас фотографируют, то мы их, то вместе. Оказывается, старший смотритель – дядя одного из них, вот они и куролесят тут (местные сюда практически не забираются, это же не сады).

Смотрители уже машут руками – аттракцион закрывается. Спешим вниз, а здесь неожиданно – Хасан, матрос Аладина. Что ты здесь делаешь? Решил вас проводить до отеля. Переправляемся на пароме к причалу у ж/д вокзала, и – домой. По набережной, хоть уже и поздно, пройти невозможно – капитаны фелюк приставучи, как репей. Вдобавок к ним – дети, которым то нужно столкнуть папирусы, то обменять евро-мелочь на фунты. Хасан предостерегает – могут подсунуть «куклу», могут и бумажник вырвать. Вообще, менялы – это местное асуанское изобретение, в других городах их не встречали, во всяком случае не в таком количестве.

По дороге Хасан, конечно же, рассказывает что у него трое детей, а под занавес намекает про бакшиш. Потом настоятельно намекает, потом требует. Да, разочаровал ты нас, братец. Капитан-то у тебя куда как порядочнее, настоящий нубиец – всегда преисполнен достоинства.

Девушка на ресепшн (не Фиби, сменщица) говорит, что оставлять денежки за уборку номера не нужно – у них в отеле, мол, так не принято (лукавит, я полагаю – просто из череды извинений). А еще, мол, не пугайтесь, мне сказали, что у вас вода в бутылке кончается, так вам принесут. Принесли. Официант на подносе со стаканом рвался в номер, потом за ужином он же все недоумевал – почему ж-таки мы не посмотрели ночное шоу в Филе, мы ж туда поехали. Ну как ему объяснишь, что 150 фунтов за дорогу в 20 минут – это все равно что ракету в космос оплатить…

Закат не удался, солнце просто в несколько мгновений рухнуло за горы на том берегу, не нарисовав никакой загадочной картины напоследок. А вскоре по всей набережной включили фонари – и никакого таинства. Так что напрасно отказали Аладину, у него в гостях наверняка провели бы время с большим кайфом.

За ужином нас еще качает, как по волнам. Меня от внезапной сытости совсем развозит - весь день во рту не было ни крошки – а это 5 часов на фелюке и час в томбах. Здоровый отдых. А впереди еще вечернее шоу – базар, решили закупить подарки.

Готовимся, как стратеги к битве, вырабатываем тактику торга, оговариваем максимальные цены, за которые мы согласимся купить то, что нам нужно (упаси бог это показать!) Вперед!

Начинаем с клубники на вечер и манго (это с собой). Потом шарфики, нам нужно сразу 10. У продавцов шалые глаза – вот это клиент. Посмотри, какой хороший! И вот этот, а тут какой колор! Ок, сколько за один? 55. Свободен. Ладно, 30! Уходим. 25, 20, 15 – несется вслед. Очередной паренек зазывает к себе. Ну-ну, шарфики хороши, да, сколько за 10? Начинает с 250. Потом неохотно и туго сбавляет по пятерке. Не, мы так не привыкли, наша цена – 50. У парня круглые глаза, он обижается. 150 – предел, ниже которого он пасть не может. Вернее, может, но сам в это не верит. Мы много раз уходим, нас много раз возвращают, но консенсуса нет. 145 – предел. В очередной «бутик» нас буквально всасывают, как пылесосом, три араба. Один из них, прочитав надпись на моей куртке, восторженно орет: о, Puma! Я его огорошиваю: не пума, а Рита, по-русски это читается РИТА. Араб в недоумении. Другой тем временем уже обрабатывает Наталью – увешал ее шарфами. Ах, как хорошо, что вам нужно сразу 10! – тараторит он наполовину по-русски. – Сколько стоит? Да сущие пустяки – 480. С ума сошел – рядом по 15, да мы посчитали, что дорого. Ок, ваш прайс? 50. Невозможно, но тем не менее буквально за пару минут скатываемся до… 76 (напоминаю – речь идет о 10 шарфах, начальная цена одного – от 25 до 55 фунтов). Но тут, на грех, вмешивается доселе мирно сидящий на скамеечке солидный араб. Добродушно отвешивает горе-продавцу подзатыльник и пишет свою цену – 100, это предел, по этой цене он продает шарфы египтянкам. Я не теряюсь: правильно, египтянкам – 100, а русским – 50. Смеются. Но не уступают. Для вас, мол, итак скидка – с 480 до 100. Прессуем их долго, даже уходим, но старший неумолим, спокоен, и при этом крайне приветлив. Похоже, действительно предельная цена. Берем. Чао! Все счастливы. Наши люди – с такими и бодаться весело, и покупать приятно. Догоняет паренек из предыдущей лавки: за сколько купили? За 100. Все?! – ужасается он. Ну да. Думает. Хорошо, пусть будет не ваши 100 и не мои 150, берите за 130. Парень, поздняк метаться! Товар куплен, больше не надо, бай. Еще останавливаемся в «Кашмир, Кашмир…» Шарфик в зеленю полоску к Наташиному пуховику. Долго выбираем. Сколко? 40. Да вы с ума сошли! Наш прайс - 10. Продавец обижается. Солидный, в очках, седой бобрик волос топорщится, руки и губы начинают слегка трястись, тем не менее спускаем до 20.

Теперь спецзаказ от племянницы – «трясучку», как я ее прозвал – косынка из прозрачной ткани с множеством гремящих блестяшек для восточных танцев. Большинство – стрем, начальная цена 20. Находим великолепные. Магазин солидный, зазывал нет, заходишь – улыбаются. Начинаешь торговаться - просто предлагают посмотреть такое же, но другое, классом попроще. За роскошную «трясучку» просят 75. Дороговато. У соседнего деда «трясучки» попроще, а цена – 280! Ясно, что блеф. Легко спускаем до сотни, потом упирается, но угроза, что у соседей купим лучше и за 75, убеждает – отдает за 50. Ната еще зачем-то покупает себе «на сэкономленные» разноцветную вязаную шляпку. Дед не хочет нас отпускать, дарит браслетики, предлагает «посмотреть еще что-нибудь». Папирусы, в принципе, хороши. Но начальная цена – 180 за один лишает меня дара речи. Спустили до 10, дальше уперся. Ну и… В Каире на площади Тахрир 3 штуки отдают за 10.

Засим мы теряем интерес к базару, остальное докупим на Хан эль-Халили в Каире. Пока. Но пройти, лавируя меж зазывал, ой как непросто. Удается. Еще нужно купить билеты на поезд на следующий вечер. У кассы сперва аморфная толпа, потом вдруг преобразовавшаяся в стройную очередь. Меня что-то развозит вконец – переизбыток кислорода за день, что ли? Вот и мой черед. На завтра на вечер билетов до Каира нет. Я молчу, но лицо такое, что кассир молча роется в каких-то своих бумагах, достает какую-то схему, зачеркивает в ней два места, выписывает нам квиток на стремной бумажонке – это и есть наш билет? На двоих? В первый класс? Ок. Пока все это тянется, я чуть не засыпаю прямо в окошке. Домой, домой. Но по дороге встречаем Мухаммеда – таксиста, который первым встретил нас в Асуане и отвез в отель «Новый Абу-Симбел». Договариваемся с ним завтра съездить на Асуанскую плотину и Филе. Он называет реальный прайс – 60 фунтов, время – сколько вам угодно. Мы не торгуемся, он добавляет еще бонус – отвезу вас на обелиск. Нам это не надо, но пока соглашаемся. Бесплатно довозит до гостиницы – ах, как кстати. По дороге чрезмерно словоохотлив, и все про тяжелую жизнь. Тянется на двух работах: одна в офисе ж/д компании за 600 фунтов в месяц, другая вот – частный извоз, доход в день от 10 до 125 фунтов (последняя цифра была всего раз, и это огромная удача. Трое детей, жена хочет еще, потому что по египетским меркам семья у них «малодетная», но Мухаммед говорит: ты что, с ума сошла. Тут же смеется: это я сейчас так говорю, но скорее всего, если вы приедете через два года, у меня будет уже 5 детей. Едем медленно-медленно. Доехали. Бух в кроватку!

 


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 60 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: День седьмой | День восьмой | Пишу утром в Бахарии) | День десятый | День одиннадцатый | День двенадцатый | День тринадцатый | День четырнадцатый | День пятнадцатый | День шестнадцатый |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
День семнадцатый| День девятнадцатый

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.007 сек.)