Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Установление советской власти: поиск путей решения национального вопроса

Читайте также:
  1. B. У потребителей есть свобода в принятии решения покупать или не покупать, и они делают этот выбор на основе запрашиваемых цен.
  2. FAST (Методика быстрого анализа решения)
  3. I. Нормативные правовые документы по вопросам образования
  4. III От науки советской — к науке российской
  5. III От науки советской — к науке российской
  6. III этап диагностического поиска
  7. III. От науки советской — к науке российской

В конце лета 1917 года политическая ситуация в стране рез­
ко обострилась. Временное правительство, которое с 8 июля воз­
главил А. Ф. Керенский, не смогло справиться ни с одной из
крупных политических задач демократической революции.
Решение этих задач — о земле, о государственном устройстве
и т. д. — откладывалось до Учредительного собрания, с созывом
которого правительство не спешило. Положение российской ар­
мии на фронте неуклонно ухудшалось. Во всех слоях общества
росло разочарование и недовольство деятельностью Временного
правительства.,

Сложная, противоречивая политическая ситуация негативно отражалась на национальном движении. Когда украинская Цент­ральная Рада (орган, напоминающий по своему статусу и функ­циям Всероссийский Мусульманский Совет) объявила о широкой автономии Украины, кадеты-министры вышли из состава Вре­менного правительства, протестуя против примиренческой пози­ции большинства министров в данном вопросе. Кадеты требовали принятия жестких мер против украинских «сепаратистов».

В этой накаленной атмосфере в Казани состоялся II Всерос­сийский мусульманский съезд (21.июля — 2 августа 1917 года). Его уже нельзя было назвать общемусульманским: в работе съез­да отказались участвовать казахи и азербайджанцы. В мусуль­манском движении начинает преобладать тенденция к самоопре­делению отдельных наций: азербайджанской, татарской и т. д. В работе II мусульманского съезда участвовало около 200 делега­тов, представлявших в основном татарское и башкирское населе­ние Поволжья, Приуралья и Западной Сибири. Центральное мес­то в повестке дня съезда занимал вопрос о национально-культур­ной автономии для татар Внутренней России и Сибири.

Одновременно с мусульманским съездом в Казани заседали еще два съезда: мусульманского духовенства и военных мусуль­ман. 22 июля на совместном заседании всех трех съездов была


торжественно провозглашена национально-культурная автономия для тюрко-татар Внутренней России и Сибири. Для проведения практических мероприятий по осуществлению национально-культурной автономии и подготовки созыва Национального Со­брания была образована Коллегия мухтарията из 12 человек. Возглавил Коллегию Садри Максуди.

Всероссийский мусульманский военный съезд создал свой ру­ководящий орган — Всероссийский мусульманский военный со­вет — Харби Шура. Председателем совета являлся Ильяс Алкин, сын Саидгирея Алкина, одного из основателей и видных деяте­лей «Иттифака». По инициативе Харби Шура в последующие не­дели и месяцы были сформированы 1-й мусульманский стрелко­вый полк в Оренбурге, 2-й мусульманский стрелковый полк в Уфе, 6-й мусульманский стрелковый полк в Витебске и другие национальные военные части.

Но вопрос о том, кому, какому правительству будут служить эти военные формирования, оставался открытым. Во-первых, со­став Харби Шура, как и местных военных мусульманских коми­тетов, был политически разнородным: одни шли за эсерами и меньшевиками, другие поддерживали большевиков, третьи еще не определились в своих политических симпатиях. Во-вторых, отсутствовала определенность в вопросе о высшей государствен­ной власти в России.

В конце августа 1917 года главнокомандующий русской ар­мией генерал Корнилов выступил с требованием передать выс­шую власть в его руки. Это означало бы установление военной диктатуры с неизбежным прекращением деятельности всех де­мократических движений и организаций, включая нацио­нальные, вроде Коллегии мухтарията и Харби Шура.

Объединенными силами Временного правительства и демокра­тических сил общества корниловский мятеж был подавлен (попут-


 




но заметим, что главную ударную силу мятежа составляла «Ту­земная дивизия», сформированная из кавказских мусульман).

Эти события глубоко потрясли всю Россию и привели к двум важным политическим результатам. Первый — дальнейшее па­дение авторитета Временного правительства, опиравшегося на блок буржуазных и умеренных социалистических партий эсеров и меньшевиков. Второй — превращение выдвинутого В. И. Ле­ниным еще в апреле 1917 года лозунга «Вся власть Советам» в практическую задачу дня. Все более широкие массы народа убеждались, что только их собственные органы — Советы рабо­чих, солдатских и крестьянских депутатов, став реальной влас­тью, сумеют не только защитить демократические завоевания, но и обеспечить решение тех насущных задач, перед которыми фак­тически «спасовало» Временное правительство: прекращение войны, раздел помещичьих земель между крестьянами, установ­ление рабочего контроля над производством и распределением, осуществление права наций на самоопределение.

На состоявшихся в конце августа—сентябре 1917 года перевыбо­рах Советов большинство депутатских мандатов досталось большеви­кам и поддерживавшим их левым эсерам. Произошла большевиза­ция Советов, причем не только столичных — Петроградского и Мос­ковского, но и абсолютного большинства провинциальных, в том числе в Казани, Оренбурге, Самаре, Саратове, Астрахани. 25 сентяб­ря Петроградский Совет вынес резолюцию с требованием прекраще­ния коалиции с буржуазией и передачи власти Советам. 12 октября при Петроградском Совете был создан Военно-революционный коми­тет (ВРК), фактически ставший органом подготовки вооруженного восстания против Временного правительства.

Выполняя предписания ВРК, рабочие красногвардейские от­ряды и солдаты гарнизона в ночь с 24 на 25 октября заняли все правительственные учреждения и другие важнейшие здания и коммуникации, а в ночь с 25 на 26 октября арестовали в Зим­нем дворце министров Временного правительства. Так сверши­лась Октябрьская революция. Переворот в Петрограде был осу­ществлен быстро, легко, почти бескровно.

Открывшийся в Смольном 25 октября (7 ноября по новому стилю) 1917 года II Всероссийский съезд Советов рабочих и сол­датских депутатов провозгласил установление на всей террито­рии России власти Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов — советской власти. Были приняты первые декреты новой власти — о мире и о земле. Создано новое, рабо­че-крестьянское правительство — Совет Народных Комиссаров (СНК) во главе с лидером большевистской партии В. И. Ульяно­вым-Лениным.

Октябрьская революция и советская власть были бы обречены на неизбежное поражение, если бы выступление рабочих и солдат Петрограда не поддержало большинство народа на местах, в необъятной российской провинции. Такая поддержка была полу­чена. Еще в разгар подготовки вооруженного переворота, 15 ок-


 

тября 1917 года 40-тысячный митинг рабочих и солдат в Казани принял резо­люцию с требованием передачи государ­ственной власти Советам. Состоявшийся в тот же день в Саратове Поволжский съезд Советов с участием делегатов из Симбирска, Самары, Сызрани, Саратова, Царицына, Астрахани также принял ре­золюцию о переходе всей власти в руки Советов.

Политический деятель, революционер Мулланур Вахитов (1885—1918)

В красногвардейские отряды, боевые дружины входили, наряду с русскими рабочими и солдатами, представители всех других национальностей — тата­ры, украинцы, евреи, немцы, поляки и т. д. Численность татар была наибо­лее значительной в Казани, Симбирске, Астрахани. Только в рядах Красной гвардии района Заречья в Казани на­считывалось 300 татарских рабочих. В

Саратове имелся отряд грузчиков-татар во главе с Сейфуллиным. Отдельные группы татар были в составе красногвардейских отря­дов в Астрахани, Симбирске, в других городах.

В Казани вооруженное столкновение между противниками и сторонниками Временного правительства фактически совпало по времени с вооруженным восстанием в Петрограде. Это были дни 24—26 октября. Руководители Казанского мусульманского комите­та (председатель — меньшевик Фуад Туктаров) и Харби Шура (председатель — правый эсер И. Алкин) попытались предотвратить участие татарских рабочих и солдат в событиях на стороне больше­виков. Они агитировали в казармах четырех мусульманских рот 95-го полка сохранять «нейтралитет», «проявлять осторожность». В то же время руководители Мусульманского социалистического комитета (председатель — Мулланур Вахитов), ряд членов Харби Шура (Камиль Якубов, например), совместно с местными больше­виками Г. Ахтямовым, В. Шафигуллиным и другими призывали татарских рабочих и солдат встать на сторону советской власти. По свидетельству командира роты 95-го полка прапорщика А. Рахман-кулова, собрание солдат роты 24 октября приняло резолюцию, пер­вый пункт которой гласил: «Принять участие в восстании вместе с солдатами 164-го и 240-го полков, бороться вместе с ними плечом к плечу за власть рабочих и солдат».

Таков был ответ татарских солдат на агитацию правых эсеров и меньшевиков. Многие татарские рабочие и солдаты не только словом, но и делом поддерживали Советы. Мусульманская рота 95-го полка под командованием прапорщика Я. Чанышева 25 ок­тября заняла железнодорожный вокзал. Организованно, самоот­верженно действовали и остальные мусульманские роты. К кон-ДУ дня 26 октября Казань оказалась в руках восставших. На со-


 




стоявшемся вечером того же дня собрании Казанского Совета был образован Временный революционный комитет из 20 чело­век. В его состав вошли К. Грасис, Н. Ершов, Г. Олькенецкий, М. Вахитов, К. Якубов, Я. Чанышев и другие.

Так в Казани победила Октябрьская революция. В эти же дни советская власть была установлена в Симбирске, Самаре, Са­ратове, Уфе, Оренбурге, Пензе.

Октябрьские события показали, что татарский народ в своем большинстве встал на сторону советской власти, большевиков. Оказались тщетными попытки ряда лидеров национального дви­жения консолидировать весь народ исключительно на проблеме национального возрождения, не участвуя в решении общегосу­дарственного вопроса о власти. Эти события показали иллюзор­ность представлений мелкобуржуазных демократов о возможнос­ти обеспечения национального единства в условиях социально и политически расколотого общества. Фуад Туктаров, комментируя в газете «Кояш» итоги октябрьских событий в Казани, вынуж­ден был с горечью признать: «Единая татарская нация перестала существовать... Мы побеждены. Прав, оказывается, был Тукай, когда говорил: «Нам издавна был другом русский народ, и разве конец этой дружбе придет?»

Октябрьская революция позволила приступить к решению на­ционального вопроса на базе программы советской власти. Од­ним из первых программных документов этой власти стала «Декларация прав народов России», принятая Совнаркомом 2 (15) ноября 1917 года. В ней были провозглашены принципы равноправия и суверенитета народов России.

 

Из «Декларации прав народов России» (ноябрь 1917 года): «...Совет Народных Комиссаров постановил положить в основу сво­ей деятельности в вопросе о национальностях России следующие начала:

1. Равенство и суверенитет народов России.

2. Право народов России на самоопределение, вплоть до отделения от Рос­сии и создания независимого государства.

3. Уничтожение всяческих национальных и национально-религиозных приви­легий и ограничений.

4. Свободное развитие проживающих на территории России малочисленны^ народов и этнических групп...»

20 ноября (3 декабря) 1917 года Советское правительство приняло написанное В. И. Лениным «Обращение к трудящимся мусульманам России и Востока», в котором провозглашалась не­прикосновенность религиозных воззрений и обычаев, нацио нальных и культурных учреждений российских мусульман, при­знавалось их право свободно и без препятствий строить свою на­циональную жизнь. Советская власть выступала гарантом реали­зации декларируемых принципов и лозунгов.

Таким образом, утверждение советской власти открывало путь для подлинного демократического решения национального вопро­са вообще и мусульманского, татарского вопроса в частности.


§ 47. Миллят Меджлиси и проект штата «Идель-Урал»

Выполняя поручение II Всероссийского мусульманского съез­да, Милли Шура (Мусульманский Совет) и Коллегия мухтарията постановили в сентябре—ноябре 1917 года созвать Миллят Мед­жлиси — Национальное Собрание тюрко-татар Поволжья, При-уралья и Западной Сибири. В начале ноября проходили выборы делегатов на Миллят Меджлиси.

Собрание открылось в Уфе 22 ноября 1917 года и заседало до 11 января 1918 года. Крутой поворот в октябре 1917 года не мог не наложить отпечатка на деятельность Миллят Меджлиси. В его работе участвовало лишь около 80 делегатов. Среди них выделялась группа из 13 человек, принадлежавших к партиям большевиков и левых эсеров. На одном из первых заседаний де­легат Ш. Ахмадиев, редактор казанской газеты «Аваз», предло­жил от имени Меджлиси послать приветственную телеграмму Советскому правительству. Однако большинство делегатов отвер­гло предложение.

Этот факт показывает, что уфимское Национальное Собрание стояло на буржуазно-националистических позициях. Хотя оно открыто не выступало против советской власти, однако отказы­валось признать новую власть и сотрудничать с ней. Как вскоре обнаружилось, это была явно устаревшая, непродуктивная пози­ция. Она не отражала насущных интересов больших масс татарс­кого населения. Поэтому и решения Миллят Меджлиси оказа­лись столь малоэффективными.

Главным в работе Миллят Меджлиси было национальное са­моопределение. По данному вопросу делегаты разделились на две фракции: тюркистов (тюркчилар) и территориалистов (тупракчы-лар). Тюркисты (С. Максуди, 3. Кадыри, Г. Терегулов и дру­гие — около 50 человек) были сторонниками национально-куль­турной автономии тюрков Внутренней России и Сибири. Терри-ториалисты (И. Алкин, X. Атласов, Г. Баттал и другие — всего 37 человек) отстаивали идею национально-территориальной авто­номии в форме Урало-Волжского штата (штат «Идель-Урал). Ре­ализация этой идеи требовала преобразования унитарного Рос­сийского государства в федеративную республику.

Из постановления Национального Собрания мусульман тюрко-татар Документ Внутренней России и Сибири от 29 ноября 1917 года:

«Принимая во внимание, что большинство представителей тюрко-

татарской нации проживает на территории между Южным Уралом и Средней Волгой, имея в виду национальные и экономические потребности проживающих здесь тюрко-татар и других народов, Национальное Собрание мусульман тюрко-татар Внутренней России и Сибири нашло необходимым создание автономного штата. Будучи по форме правления демократической республикой, Волжско-Уральский штат вместе с другими штатами образует Российскую Федеративную Республику».

После длительных и острых дискуссий Собрание вняло дово­дам территориалистов-федералистов и образовало специальную


 




комиссию по территориальной автономии. Комиссия подготовила несколько проектов Урало-Волжского штата. 3 января 1918 года член комиссии Галимджан Шараф ознакомил делегатов Миллят Меджлиси с этими проектами.

Планировалось включить в состав территории штата полнос­тью Казанскую, Уфимскую и Оренбургскую губернии, а также некоторые уезды и волости Пермской, Самарской, Симбирской и Вятской губерний с преобладающим татарским населением. На этой огромной территории проживало около 7 миллионов чело­век, из них 3,7 миллиона татар и башкир, 2,7 миллиона рус­ских, 0,5 миллиона чувашей, мари, удмуртов.

Собрание одобрило проделанную комиссией работу. Для окон­чательной доработки проекта и выработки путей и способов его реализации была создана Коллегия по созданию автономного Урало-Волжского штата (КУВШ) из восьми человек (Г. Шараф, С. Атнагулов, И. Алкин, Г. Губайдуллин, С. Енгалычев, Ф. Му-хаммедъяров и другие). На КУВШ возлагалось: провести перего­воры с национальными и общественными организациями, вместе с ними провозгласить Урало-Волжский штат, окончательно опре­делить границы будущего государства, сформировать временное правительство. Коллегия начала свою работу в Казани 16 января 1918 года.

Однако с самого начала было ясно, что на пути реализации проекта Урало-Волжского штата встретятся большие трудности. Кардинальный изъян проекта состоял в том, что он фактически игнорировал право населяющих территорию будущего штата наро­дов — русских, башкир, чувашей и других на самоопределение. Их пытались включить в новое национально-государственное об­разование, не спрашивая их согласия. Подобное пренебрежение к мнению коренных народов Поволжья и Приуралья неизбежно по­рождало подозрения и недовольство. Уже на Миллят Меджлиси лидер башкирского населения края Ахмет-Заки Валидов выска­зался в том смысле, что стремление татар создать территориаль­ную автономию является «империалистическим стремлением». Он прямо заявил: «Вы как хотите, но мы пусть маленькую, но созда­дим свою автономию. Мы поклялись на Коране и не отступим, осуществим свою автономию во что бы то ни стало».

Хотя Валидову все же пришлось пойти на уступку и присое­диниться к идее Урало-Волжского штата, тем не менее его слова о своей, башкирской автономии имели серьезный политический смысл.

Второй крупный изъян планов создания Урало-Волжского штата заключался в их ориентированности не на советскую власть, а на Учредительное собрание и получившую в нем боль­шинство мандатов партию правых эсеров. Советское правитель­ство пыталось установить с лидерами Миллят Меджлиси, всего мусульманского движения нормальные, конструктивные отноше­ния. Народный комиссар по делам национальностей И. В. Ста­лин предлагал одному из видных лидеров мусульманского дви-


жения А. Цаликову войти в коллегию Наркомнаца и возглавить там участок работы с мусульманскими народами. Когда Цаликов обратился в Миллят Меджлиси за советом относительно данного предложения, то получил ответ, что следует воздержаться от со­трудничества с правительством Ленина.

После того как Учредительное собрание было разогнано (6 января 1918 года), конструкция Урало-Волжского штата «повис­ла в воздухе». Расчеты буржуазных националистов на скорую гибель советской власти не оправдались. Напротив, советская власть становилась крепче и сильнее. К середине января 1918 года на III Всероссийском съезде произошло слияние Советов ра­бочих и солдатских депутатов с Советами крестьянских депута­тов. Был образован единый Всероссийский Центральный Испол­нительный Комитет (ВЦИК) Советов. Были подтверждены полно­мочия Совнаркома как правительства Советской Республики, те­перь уже на постоянной основе. III Всероссийский съезд Советов провозгласил Российскую Советскую Федеративную Социалисти­ческую Республику (РСФСР), принял «Декларацию прав трудя­щегося и эксплуатируемого народа» в качестве основополагаю­щего политико-правового акта нового государства.

К сожалению, в одобренном Миллят Меджлиси проекте Ура­ло-Волжского штата эти новые политические реальности полнос­тью игнорировались. Утвердившаяся советская власть признава­ла право всякого народа на национальное самоопределение в лю­бой форме, в том числе и в форме автономного территориального образования в составе России, однако такие образования могли отныне создаваться и существовать лишь на советской основе, в виде советских автономных республик или областей. В «Декла­рации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», в частно­сти, говорилось: «Российская Советская Республика учреждается на основе свободного союза свободных наций как федерация со­ветских национальных республик...»

Коллегия по созданию Урало-Волжского штата, состоявшая в основном из революционных демократов, в ходе своей работы пыталась хоть как-то исправить недостатки первоначального проекта. Сразу по приезде в Казань Ф. Мухаммедъяров и другие члены КУВШ установили контакт с Казанским Советом, искали приемлемую конкретную форму введения национально-террито­риальной автономии для татар и башкир. Некоторые из них пы­тались осмыслить новые политические реалии, найти пути со­трудничества с советской властью. Выражая их точку зрения, уфимская газета левоэсеровской ориентации «Безнен юл» («Наш путь») писала в феврале 1918 года: «Осуществление идеи Урало-Волжского штата, которая, как известно, муссировалась на Мил­лят Меджлиси, возможно лишь на платформе Советской власти. Мы хотим, чтобы в штате была Советская власть».

Однако формирование Урало-Волжского штата на платформе советской власти, в тесном сотрудничестве с возглавлявшими Со­веты политическими силами не входило в планы таких лидеров


 




национального движения, как С. Максуди, братья Джангир и Ильяс Алкины, И. Ахтямов, Г. Исхаки, Г. Терегулов. Они сто­яли на позициях непримиримой борьбы с советской властью, за ее ликвидацию.

Эти разногласия и противоречия в национальном движении отразились в работе Второго мусульманского военного съезда, со­стоявшегося в Казани в конце января — феврале 1918 года. На съезде присутствовали 190 человек. Среди них были 97 нацио­нальных социалистов, 24 правых эсера, 22 большевика, 13 ле­вых эсеров, 32 беспартийных делегата. Татарами назвали себя 141 делегат, башкирами — 35.

По инициативе левых делегатов, к которым относились боль­шевики К. Якубов, С. Саид-Галиев, Я. Чанышев, X. Урманов и другие, съезд принял резолюции по текущему моменту и об от­ношении к Совету Народных Комиссаров. В них содержалось одобрение мер советской власти в отношении Учредительного со­брания и политики Совнаркома. Резолюция решительно осужда­ла всякие попытки воскресить учредиловку. В ней говорилось: «Солдаты-мусульмане ни в коем случае не потерпят, если подоб­ные попытки окажутся налицо».

Однако правоэсеровское большинство съезда попыталось деза­вуировать данную политическую позицию, используя для крити­ки советской власти конкретные события политической жизни, в частности ликвидацию на Украине Центральной Рады и замену ее властью Советов. Если солдаты 95-го полка в своей резолю­ции, принятой на общем собрании 31 января 1918 года, осужда­ли Раду и требовали отзыва представителей Харби Шуры из этой организации, то руководители мусульманского военного съезда предоставили трибуну для выступления эмиссару Украинской Рады Поповскому. Его речь была встречена овацией большин­ства делегатов съезда.

Атмосфера на съезде и вокруг него накалялась. И. Алкин и его единомышленники готовились объявить о создании Урало-Волжского штата. И это несмотря на то, что ни один политико-правовой вопрос образования этого штата на общегосударствен­ном уровне, в соответствии с действующими нормативными акта­ми Советской Республики, не был решен. Поэтому местные со­ветские органы вполне резонно оценивали назначенное Харби Шура на 28 февраля 1918 года торжественное провозглашение Урало-Волжского штата как политическую провокацию. К тому же шуристы пытались использовать 95-й стрелковый полк, со­стоявший из мусульманских рот, в этой опасной политической игре. Командир полка подполковник А. Биглов, выступая на од­ном из заседаний съезда, заверил делегатов, что «каждый солдат 95-го полка готов отдать свою жизнь в их защиту». В свете этого высказывания возникала реальная угроза вооруженного крово­пролития в Казани.

Попытки левой части съезда убедить агрессивное большин­ство решать национальный вопрос на платформе советской влас-


ти не увенчались успехом. 17 февраля 1918 года левые делегаты покинули съезд. Это создало новую политическую обстановку в Казани. Советская власть должна была инициативу в осуществ­лении национального самоопределения татар взять в свои руки.

§ 48. Татаро-Башкирская Советская республика: нереализованный проект

Советское правительство в первые месяцы 1918 года уделяло исключительно большое внимание мусульманскому, более конк­ретно — татарскому вопросу в России. 17 января 1918 года дек­ретом Совнаркома при Наркомнаце был образован Комиссариат по делам мусульман Внутренней России. Во главе Комиссариата поставили депутата бывшего Учредительного собрания от Казан­ской губернии, председателя МСК Мулланура Вахитова. Его за­местителями стали депутаты Учредительного собрания от Уфим­ской губернии Галимджан Ибрагимов и от Оренбургской губер­нии — Шариф Манатов.


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 106 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Образование ханства, его территория и население 1 страница | Образование ханства, его территория и население 2 страница | Образование ханства, его территория и население 3 страница | Образование ханства, его территория и население 4 страница | Борьба татар и других народов за свои социальные и национальные права | И ФОРМИРОВАНИЕ ТАТАРСКОЙ НАЦИИ | Просветительское движение среди татар | Этнокультурное развитиев пореформенную эпоху | РАЗВИТИЕ ТАТАРСКОГО НАЦИОНАЛЬНОГО | Татарские либерально-буржуазные круги в революции |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ТАТАРСКОГО НАРОДА| Личность

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.013 сек.)