Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Кто твой наставник?

 

Осенние листья кружили над угрюмым загородным кладбищем, сопровождая двух воинов. Мастер-мечник Аласар и его ученик Хаким шли между обвитыми плющом надгробиями, направляясь в самую дальнюю часть кладбища, именуемую Пристанищем бесславных. В Эпоху войн там хоронили трусов и предателей. По слухам, там и по сей день бродят ужасные умертвия, способные повредить рассудок каждому, кто осмелится потревожить их покой – вернее, их вечное смятение. Хаким знал об этом, и уже начинал беспокойно поглядывать на своего учителя, который, казалось, пребывает в безмятежности, поглощённый воспоминаниями.

– Видишь, Хаким, то испещрённое дождями надгробие: там лежит Тамрул, друг моей юности. Быстрый был, как ветер, острый на слова. Одна глупая дуэль из-за глупой девицы – и отважного мечника не стало.

– А ты никогда не сражался на дуэли из-за женщины, мастер Аласар?

– Должен был. Но не судилось. Мы с Тамрулом оба любили ту девушку – красивую, но глупую. И нас обоих вызвал на смертельный поединок тот ревнивый варвар из-за моря. Мой Наставник сумел отговорить меня от дуэли. И этим спас меня. Но, к сожалению, у Тамрула такого наставника не было, и образумить его было некому.

– А потом? У тебя были ещё дуэли?

– Нет, Хаким, – старый мечник опустил глаза. – Моя жена всегда была неприметной и тихой, как мышка. Такие женщины никогда не становятся причиной дуэли… А вон там вдалеке, видишь, возле фамильного склепа Ахазов – памятный знак. Он там стоит в память о Салмее. Тоже мой давний друг. Эх, как нас манили загадочные берега Туманного архипелага! Открыть тайну, приблизиться к которой ещё не удавалось никому! Мы знали, что нас ждёт: штормы, опасные водовороты, морские чудовища… я был очень опечален, когда мой Наставник убедил меня отказаться от этого путешествия. Когда Салмей отправился в открытое море, а я остался на берегу – каким несчастным я себя чувствовал! Но вот я сейчас здесь, а от Салмея остался только памятный знак.

– Наверное, у твоего Наставника настоящий дар предчувствовать опасность. Почему же он не предостерёг от угрозы твоих друзей?

Мастер Аласар насупился, потупив взгляд, как бывало всегда, когда он не хотел о чём-то говорить.

– Здесь важен вопрос доверия, Хаким. Никто не стал бы доверять моему Наставнику так, как доверял ему я… Вон там вдалеке молодой осиновый лесок – знаешь, что там было? Ямы, в которые сбрасывали трупы во время чумы. Много трупов было. И моих друзей среди них немало. Как только заболели первые горожане, мой Наставник сразу сказал мне, что смерть войдёт в каждый дом в городе. Думаешь, я не обошёл всех друзей и не призвал их уйти вместе со мной подальше в горы? Но Малик-лекарь остался лечить больных, Насар-стражник – нести службу у рыночной площади, а Касим-послушник – молиться за страждущих. Да, все они были храбрыми людьми, они исполнили свой долг до конца. Но пред лицом чумы их усилия были бессмысленны.

Мечники ступили на пожухлую траву. Тропинка кончилась. Здесь начиналось Пристанище бесславных, о котором ходило много нехороших слухов.

– Идём, Хаким. Если, конечно, ты не передумал познакомиться с моим Наставником.

Ученик смущённо нахмурился и, преодолевая робость, двинулся вместе с учителем дальше.

– Я не понимаю, мастер Аласар. В Пристанище бесславных хоронили только трусов и предателей. Твой Наставник не может быть похоронен в таком месте.

– Я и не говорил, что он там похоронен.

– Если он жив, то почему выбрал себе такое странное место обитания?

– Это не место его обитания. Это место, где ты сможешь с ним познакомиться.

Эти слова вконец запутали Хакима. Он уже несколько лет учился боевому ремеслу у мастера Аласара и по праву считался его лучшим учеником. От бывалых воителей он слышал о своём учителе мало лестного. О мастере Аласаре говорили, как о весьма посредственном учителе боевого мастерства, дескать, у него нет боевого опыта, он никогда не выходил на смертельный поединок и даже в мирных состязаниях никогда не принимал участия. Но для Хакима всё это было неважным. «Мастер Аласар мудр, он ценит свою жизнь и здоровье, потому и не желает рисковать ими ради мимолётной славы, – отвечал он. – А испытаний в его жизни и так было предостаточно, но он не хвастает этим, как другие».

О Наставнике, благодаря которому мастер Аласар дожил до почтенных лет, несмотря на все те опасности, какие уготовила ему судьба, Хаким услышал лишь однажды, как-то вскользь, и с тех пор тайна этого удивительного человека не давала ему покоя. Кто этот Наставник? Отверженный мастер меча? Воин тени? Преступник, скрывающийся от правосудия? Отшельник, познавший всю несправедливость и лицемерие мира? Ничто из того, что говорил мастер Аласар, не подсказывало Хакиму ответа. Более того, мастер Аласар ни за что не желал раскрывать своему лучшему ученику тайну своего Наставника. «Как только ты узнаешь, кто мой Наставник, ты перестанешь быть моим учеником», – сказал он накануне этого дня. «Ни за что! Кем бы он ни был – он взрастил тебя и много раз спасал! Я благодарен ему навеки за то, что он сохранил тебя!» – воскликнул тогда Хаким, но мастер Аласар только покачал головой. «Не ты первый говоришь мне эти слова. Но поскольку ты смышлёный парень и всё равно однажды раскроешь эту тайну, то будет лучше, если я открою её тебе сам. Хоть мне и горько будет, когда ты покинешь мою школу».

Солнце на западе скрылось за грядой облаков. Палая листва зашуршала под ногами, потревожив мёртвую тишину Пристанища бесславных. Здесь никого не хоронили уже много лет. Здесь никто не ухаживал за могилами – неприметными бугорками, заросшими высокой сорной травой. Кое-где среди зарослей крапивы, ежевики и папоротника виднелись покрытые лишайником кучи камня. Хаким нервничал. Он не боялся схватки на мечах, пусть и с более сильным противником, но мысль о встрече с настоящей нечистью нагоняла на него страх. Мастер Аласар, должно быть, очень храбр, если так спокойно посещает это место. «Или, – подумал Хаким, – может быть, все эти слухи об умертвиях – небылицы, и мастер Аласар это прекрасно знает?»

– Это твой Наставник обучил тебя владению мечом, мастер Аласар? – спросил Хаким, чтобы развеять эту пугающую тишину.

– Он вдохновлял меня учиться. Но не учил. Мастерству меня обучали учителя. Задача моего Наставника была куда сложнее.

– И что он делал?

– Оберегал меня. Вразумлял. Предостерегал. И всё это делал весьма успешно. Сам посуди: мне шестьдесят два года. Все мои кости целы. Все зубы на месте. Страшно представить, что со мной было бы, если б я не прислушивался к голосу своего Наставника.

Мастер Аласар остановился. Хаким осторожно глянул на лицо учителя и ему показалось, что мастер Аласар встревожен не менее чем он сам, хоть и скрывает это.

«Что происходит? Он боится умертвий? Или встречи со своим Наставником?»

Руки мастера Аласара дрожали. Глаза были широко отрыты, глядя в одну точку перед собой, словно там кто-то стоял. Кто-то до боли знакомый, кого старый мечник знал очень давно, возможно, с самого детства. Хаким почувствовал подкрадывающийся страх. Никогда ещё он не видел учителя таким.

– Вот и снова ты, – рассеянно прошептал мастер Аласар, обращаясь к невидимому собеседнику. – Мне никуда от тебя не деться. Ты столько раз спасал меня… от смерти, от травм, от позора… от разочарования.

– Мастер Аласар? – шёпотом произнёс Хаким, оглядываясь вокруг. – Он здесь?

Учитель не ответил. Терзаемый дрожью, словно мальчишка, впервые в жизни столкнувшийся со смертельной угрозой, он стоял, глядя на кого-то невидимого почти с мольбой.

– Но я не могу так больше. Я знаю, ты всегда желал мне только добра. Но твоя опёка стала для меня тюрьмой. «Избегай схваток, – говорил ты. – Не отвечай на вызов. Не говори резких слов тем, кто сильней тебя. Не лезь на рожон, не делай глупостей, не вмешивайся…» Да, благодаря тебе со мной не случилось ничего плохого… но и ничего хорошего.

Голос мастера Аласара дрогнул. Хакиму показалось, что его учитель разрыдался бы, если бы ему не было сейчас так страшно.

– Я не женился на девушке, которую любил. Не отправился в странствия, как мечтал. Не вышел ни на один поединок. Я учил других владеть мечом, но сам так ничему и не научился. Вот и сейчас… ты говоришь «Беги, они приближаются!» Я не верю в умертвий. А ты говоришь «А вдруг?..»

– Мастер Аласар!

Учитель медленно обернул голову к встревоженному ученику.

– Теперь ты видишь, Хаким. Видишь его. Другие воины сражаются с такими, как он. Побеждают. И гибнут. А я стал прислушиваться к нему. Стал его учеником. И потому до сих пор жив.

– Кто же он?! – вскричал Хаким. – Как мне его увидеть?!

– Ты так ничего и не понял? Мы пришли сюда не для того, чтобы увидеть его. Его нельзя увидеть. Но можно ощутить. Он живёт не здесь. Он живёт там, где я. Там, где я сталкиваюсь с опасностью: и реальной, и надуманной. И если ты всё ещё не чувствуешь его, значит, я слишком хорошо научился скрывать своего Наставника. У моих друзей не было в этом нужды: их наставниками были Страсть, Целеустремлённость, Желание Славы, Стремление к Победе… А мой… в общем, он спас мою жизнь, но при этом «спас» меня и от самой жизни.

Хаким опешил. Затем посмотрел в глаза своему учителю и опустил голову. Теперь он понял, почему мастер Аласар был так уверен, что Хаким оставит его, когда узнает о его Наставнике. Кто захочет учиться у мастера, который выбрал своим наставником собственный страх?

 


Дата добавления: 2015-07-24; просмотров: 66 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Чёрная орда | Кто виновен? | Разделить скорбь |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Цвет дракона| Помощь морфеманта

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.008 сек.)