Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

К.Г. Юнг о мазохизме

Читайте также:
  1. З. Фрейд о мазохизме
  2. К. Хорни о мазохизме

Мазохизм можно рассматривать как одно из проявлений того, что К.Г. Юнг называл «религиозным инстинктом». Душа раскрывает свое религиозное устремление в неисчислимом множестве образов и идей, таинственных и непостижимых, часто обладающих непреодолимой силой, полных смертельного страха и трепета, страшных и зачаровывающих. Мазохистские переживания зачастую обладают разными оттенками этих качеств. Полное соблазна, пленяющее очарование нумена – в той мере мазохистское переживание, в какой оно является религиозным переживанием.

Многое в литургии католического христианства, сакральных ритуалах и теологии построено на осознании – если не на признании – психологического (или религиозного) «мазохизма». В ее основном образе распятия мы сталкиваемся с парадоксом патологии искупления и искупления через «pathos». Подражание Христу – это призыв не к наказанию, а к страданию. Оно проявляется в особенных символических позах: коленопреклонении, молитвенном сложении рук, в согнутой спине под тяжестью креста во время распятия; в распростертом пригвожденном теле, подвергнутом смерти и искуплению. Оно позволяем нам увидеть реальное действие мортификации через постепенное осознание, затем – через покаяние, исповедь и наказание.

Ключевыми глаголами к существительному «страдание» являются следующие: «выдерживать», «испытывать», «переживать», «переносить» и «выносить» (последние два часто употребляются в смысле «нести ношу или бремя»). Далеко не все страдания относятся к индивидуальному Я. Зачастую глубочайшие страдания приходят не потому, что человек несет наказание, а потому что он несет гнозис, постоянное бремя собственной истины и своей способности причинять всевозможное зло и совершать разрушения.

Действительно, в жизни человека существует немало возможностей для страданий. Никто не испытывает потребности в боли. В какой-то степени гнозис – это глубинное страдание беспомощности, бессилия и ограниченности, в частности, в осознании того, что даже самое лучшее подражание Христу остается только подражанием. Сад Эдема сотворил Бог, но чтобы прийти в Гефсиманию, приходится прикладывать огромные индивидуальные усилия.

Мы можем увидеть страдающего, экстатического флагелланта, скрытого в современном мазохисте, а за мазохистическими феноменами мы можем распознать некоторые отличительные черты фундаментальных христианских концепций (страдания, раскаяния, искупления, жертвоприношения). Разумеется, мазохизм становится патологическим явлением, если устраняется его глубинная опора.

Мы могли бы вообразить, что вышли за пределы поклонения древним греческим Богам и что «всех этих призрачных богов мы оставили далеко позади. Однако мы оставили позади лишь вербальные призраки, а не психические явления, послужившие причиной рождения богов. Мы по-прежнему находимся во власти автономных элементов содержания нашей психики, словно они воплощают в себе олимпийских богов. Сегодня они называются фобиями, навязчивыми состояниями и т.д., словом – невротическими симптомами. Боги оказались болезнями; теперь Зевс правит не Олимпом, а солнечным сплетением, создавая чрезвычайно интересные случаи для исследования в медицинских кабинетах… Здесь дело не только в безразличии, как это назвать: «манией» или «богом». Служить мании омерзительно и недостойно, но служение богу наполнено смыслом; оно обнадеживает, ибо является актом подчинения в высшей, незримой и духовной сущности… Если не признавать бога, развивается эгомания, которая, в свою очередь, порождает болезнь».

Если мазохизм проявляется в чистом виде, он является патологическим. Без присущего ему чувства поклонения и подчинения, без признания живущего в нем бога мазохизм теряет связь с душой, а вместе со связью – и смысл. Не осознавая глубинных мотивов и потребностей души, мы видим только грех в неосознаваемом садомазохистском сексе. Религиозные страдания имеют сходство с извращением; раскаяние – с чрезмерным и бесполезным чувством вины (другая форма эгоцентризма); искупление – с односторонним морализаторством (путь отрицания подлинного страдания и парадоксальности); распятие – с мученичеством (Я в фантазии героизма, подвергающегося преследованиям); а жертвоприношение – с самоистязанием, с причинением физической боли и кровавыми усилиями (в прямом смысле слова), направленными на собственное искупление (идолопоклоннический способ наделения Я божественной силой).

Страдание, раскаяние, искупление и жертвоприношение (независимо от того, соответствуют ли они или нет христианской религиозной практике) являются фундаментальными психологическими переживаниями. Они могут быть унизительными для Я, но при этом полны столь необходимого душе глубокого значения и смысла, а иногда еще и крайнего наслаждения. С помощью этих переживаний можно достичь смирения и исцеления. В христианской доктрине мазохизм связан со скрытыми устремлениями к подвижническому унижению. Образ распятия пронзает нас парадоксом искупительного мучения. Но при традиционной интерпретации он уносит нас очень далеко и тогда перестает быть точным образом мазохизма. По существу, ортодоксальное христианство требует заменить психологию Страстной Пятницы теологией Пасхи. Мазохизм в большей степени связан со смертью, чем с воскресением, с искуплением в унижении и умерщвлении, а не с тем, что происходит потом.

 


Дата добавления: 2015-07-20; просмотров: 190 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: МАЗОХИЗМ КАК АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАГАДКА // Теоретический журнал "Credo", 2008, № 4. | Классификация душевных недугов | Концепция Крафт-Эббинга | З. Фрейд о мазохизме |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
К. Хорни о мазохизме| Трансперсональный подход

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.006 сек.)