Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Переводчик : Shottik Редактор : Ekadanilova

Читайте также:
  1. Bitter Dusk», Бауэри-Болрум [мюзик-холл – прим. переводчика], 29 марта, 20:30».
  2. Frutti Loops Studio – популярный профессиональный редактор – секвенсор для написания музыки.
  3. Встроенный wave редактор, beatslicer, публикация вашей работы
  4. ГРАФИЧЕСКИЙ РЕДАКТОР MS PAINT
  5. Живая запись регулировок, редактор событий
  6. Запуск графического редактора MS Paint
  7. Інструменти графічного редактора Paint

 

Глава 31

Когда утреннее солнце поднялось на небосводе, проникая лучами в комнату, разум Колдо был в смятении.

Никола лежала на нем, ее подбородок упирался в его грудь, а пальцы теребили бороду, затем опускаясь на грудь. Рука Колдо поглаживала ее поясницу, крепко удерживая на всякий случай.

Он открыл рот, чтобы поблагодарить – снова – но вместо этого запел. Последний раз Колдо делал это в детстве, за несколько дней до того, как мать лишила его крыльев. Он никогда не думал, что запоет снова. Не было причин. И все же его низкий баритон наполнил комнату, отдавая Николе этот последний кусочек Колдо.

Я твой. Отдаю тебе всего себя.

Когда он закончил, Никола села, чтобы посмотреть на него сверху вниз. Он вновь окутал ее своей эссенцией, отчего кожа Николы засияла насыщенным золотым оттенком... и его сердце сжалось.

– Это было так прекрасно. – Ее глаза были сонными и влажными от слез, губы распухли


и покраснели от его поцелуев. Великолепные клубничные локоны спадали на грудь в беспорядке. Никола олицетворяла горячо любимую женщину – единственную, кого он хотел любить вновь.

– Такое серьезное выражение лица, мой великий воин. О чем ты думаешь?

Колдо накрутил ее локон на палец. Секс был не таким, как он себе представлял. О, Колдо понимал, что обнаженные тела должны сливаться воедино. А после поцелуев и ласк, которые они с Николой уже делили, он ожидал удовольствия.

Но он не думал, что отдаст ей каждый кусочек собственных чувств. Если бы знал заранее, то, возможно, возненавидел бы это. Вместо этого, ему понравилась каждая секунда.

– Я бы рассказал тебе, но ты слишком удовлетворена, чтобы работать головой. Ты бы не поняла.

Последовала пауза. Затем вздох.

– Колдо Серьезный только что пошутил?

– Он надеется, что нет, – сказал Колдо, пытаясь не улыбнуться. Она цыкнула.

– Думаю, кому-то нужно убедиться, что он проделал хорошую работу.

– Он постарался. – И Колдо не стыдился признаться в этом. Ее чувства много значили для него.

– Как по-человечески с его стороны, – ответила она, усмехнувшись.

– Это логично. После всего его сердце сейчас принадлежит человеку. – Он ожидал, что медленно пройдет через все с ней, наслаждаясь каждым моментом, помогая ей постепенно достичь кульминации, чтобы ее тело не отключилось. Вместо этого сам себя подгонял действовать быстрее, сделать больше, все, что она позволит.

Он утонул в мире похоти... отчаянной похоти, если точнее. Ему бы не понравилось делать такое с кем-то еще. Колдо и раньше подозревал об этом, но теперь сомнения отпали полностью. Он был слишком уязвим во время акта, вся его защита сошла на нет.

– Если бы мне пришлось описать нашу ночь одним словом, я бы сказала... эммм. – Она прикусила нижнюю губу. – Думаю, приятная.

– Приятная. Ты так думаешь?

Никола тихонько захихикала... такой Колдо хотел видеть ее всегда.

– Ага. Тебе нужна практика. Прервись и подумай. Он наигранно зарычал.

– Я не останавливаюсь и не размышляю. Я начинаю прямо сейчас. – Он перевернул ее, нависнув с угрюмым лицом. – Но, прежде чем я научу тебя, что на самом деле означает слово экстаз – снова – ты скажешь мне, как себя чувствуешь.

– Превосходно.

– Слабости нет?

– Нет. Я здорова. – Ее глаза расширились. – Да. Колдо. Я действительно вылечилась Мое сердце ни разу не сбилось с ритма.

Она была... права. Не проявилось ни одного симптома неисправного сердца. Ее выносливость даже превзошла его собственную.

– Токсин исчез.

– Да! Но думаю, что случилось даже больше. Я чувствую себя такой чистой. Такой... сильной.

Да, это было больше похоже на то, что произошло. Будто источник Воды Жизни


образовался внутри нее, создавая колодец здоровья и жизни. Но это означало бы, что она стала Посланником.

Он слышал, что такое случалось. Но... с ней?

– Я так рад, – сказал Колдо.

– Я... – Внезапно Никола нахмурилась и потерла грудь. – Что-то случилось, мне нужно проверить Лайлу.

Он так много раз чувствовал опасность, нависшую над Николой, что знал: нельзя недооценивать ее инстинкты.

– Конечно. – Колдо встал и надел разорванную робу.

Кроме того, что одежда вновь пришла в идеальное состояние, она отличалась от той, к которой он привык. Роба разошлась на спине, а когда он просунул руки в рукава, материал восстановился вокруг крыльев, образуя швы вокруг них.

Он поставил Николу на ноги и натянул на нее через голову ее собственную робу, прикрывая красивые изгибы тела – определенное издевательство. Он поцеловал ее в висок и сказал:

– Что бы ни случилось, мы справимся с этим вместе.

– Я знаю. – Она твердо стояла, и её цвет лица улучшился – желанные признаки вновь обретенного здоровья.

Колдо переместился на облако Захариила, романтика его дома сменилась функциональностью обители его лидера.

– Захариил, – позвал он.

– Сюда. Быстрее. Я как раз собирался вызвать тебя.

Никола ринулась вперед, увлекая Колдо за собой. В гостиной Захариил и Аннабель присели рядом с диваном, на котором распростерлось тело Лайлы. Она металась и стонала, ее кожа пожелтела, а зубы покрылись кровью. Должно быть, она прикусила язык.

Никола бросилась к ней, оттолкнув пару со своего пути, и опустилась на колени перед сестрой.

– О, моя милая. Нет.

Захариил встретился взглядом с Колдо, поднялся и подошел.

– Ее сердце остановилось, но я смог оживить ее, – прошептал воин. – Она не протянет долго.

– Не смей говорить так, – бросила Никола Захариилу, сдерживая рыдания.

Что-то сжалось в груди Колдо. Он пристально посмотрел на близняшку своей жены. К его удивлению, Всевышний вновь позволил ему заглянуть в ее душу сквозь кожу и кости.

Внутри нее сидело два демона.

Они сумели проскользнуть мимо ее щитов, понял Колдо с горечью в сердце. А точнее, мимо отсутствующих щитов. Как отреагирует Никола, когда ее сестра умрет? А Лайла умирала. Она не сопротивлялась токсину, а принимала все больше.

– Демоны, мучающие ее... – начал Колдо.

– Они ушли, – перебила Никола. – Я знаю это, но...

– Нет, – ответил он, разрываясь изнутри. – Они внутри нее, любимая. Никола застыла.

– Нет. Нет!

– Мне жаль.

Она яростно затрясла головой.


– Дай ей еще Воды.

– Я не смогу помочь ей, если она сама себе не поможет.

– Я поговорю с ней. Заставлю ее понять. – Она потрясла сестру, пытаясь разбудить. – Послушай меня, Лайла, хорошо? Ты должна выслушать меня.

Никола затрясла сильнее, с явным отчаяньем.

Хотя Лайла только мучительно простонала в ответ, Никола начала говорить, рассказывая сестре все, что узнала о духовной войне и преодолении демонов. Она говорила и говорила не останавливаясь, но состояние Лайлы не улучшалось.

В конце концов, Никола сорвала голос. Крупные слезы скатывались по ее щекам. Она повернулась и посмотрела на Колдо.

– Скажи мне, что делать, – прохрипела девушка. – Пожалуйста, просто скажи, что сделать, чтобы помочь ей, и я все выполню.

Духовно Лайла не стала сильнее с того дня, когда он нашел ее в больнице.

– Никола...

– Нет. Не говори этого. Не говори, что ничего не можешь сделать. – Она ударила себя по щекам тыльной стороной ладони. – Должно быть хоть что-то.

Он ненавидел видеть ее такой: сломленной, печальной. Потерявшей надежду. Он не мог вынести это.

А он и не попытался сделать все от него зависящее, чтобы заставить Лайлу выслушать, не так ли? Он сосредоточил все свои усилия на Николе. Позволил жизни отвлечь его, каждую свободную минуту проводя с матерью или преследуя отца – даже когда узнал, с какой опасностью столкнулась Лайла.

Если он не попробует еще раз, между ним и Николой вырастет стена. О, она простит ему все. Если вообще обвинит его. Но каждый раз, когда она станет прокручивать в голове этот момент, он будет выступать в роли неудачника.

Он сдался слишком рано. Он не сделал все, что мог.

И она будет права, думая так.

Страх заполнил Колдо, но он все же взглянул на Захариила.

– Я должен идти. Позаботься о женщинах.

– Что ты... – Должно быть, его лидер догадался, потому что кивнул. – Уверен, что хочешь сделать это?

– Да.

Еще один кивок темной головы.

– Ты придешь сюда после?

– Только чтобы отдать вам флакон. Если я останусь, она попытается позаботиться обо мне. – И это только сведет на нет все, что он собирается сейчас сделать.

И вновь Захариил все понял.

– Я вижу твою эссенцию на ней. Ты заявил права на Николу.

– Да.

Он вновь рассудительно кивнул.

– Я позабочусь о них.

– Спасибо. И... благодарю за твой подарок, – сказал Колдо, взмахнув крыльями. Затем повернулся к Николе. – Мне нужно идти, но я вернусь с Водой Жизни. Она даст ей еще несколько недель, и мы сможем вновь объяснить ей истины, которые необходимы, чтобы


бороться и победить.

Надежда промелькнула в ее глазах, и он быстро поцеловал ее, прежде чем переместиться в реальность Совета. Нельзя было тратить время.

Роскошный дворец из серебристого камня появился прямо перед ним, многоярусное строение возвышалось на крутом утесе, каждый ярус был увенчан темно-красным шпилем. За зданием высились покрытые снегом горы, туман спускался с каждой вершины.

В свой последний приход сюда он потерял волосы с головы и кожу со спины. Сегодня он, возможно, лишится крыльев.

Колдо поднялся по ступенькам, которые вели к двойным дверям впереди, его ботинки стучали о камни. Внутри стены были расписаны сценами побед Всевышнего.

Битвы против демонов, спасенные человеческие жизни. Битвы добра против зла, справедливости против порока, любви против ненависти.

Теперь Колдо понял, почему Всевышний сражался так отважно, чтобы спасти людей.

Нет ничего более ценного чем преданное человеческое сердце.

Двое стражников стояли у входа в зал трибунала, их крылья были насыщенного небесно- голубого цвета. Ангелы, оказывающие помощь Посланникам и людям в равной степени. Оба мужчины держали мечи поперек двери, металлические клинки пересекались в центре.

Колдо остановился перед ними и назвал свое имя, согласно обычаю.

– Грата[14], – произнесли они, и с лязгом скрестили мечи, затем взмахнули запястьями и убрали клинки за спину, открывая проход.

Колдо полетел вперед, толкнув двери. Голубой ковер тянулся до центра просторной комнаты.

Над ним простирался куполообразный потолок, ангелы и облака виднелись сквозь хрусталь. Стены были задрапированы белым бархатом, а пол из черного дерева – отполирован до блеска. Единственной мебелью были стол полумесяцем и семь стульев.

Семь членов совета выжидательно смотрели на него, все носили робы разных цветов. Красный, синий, зеленый, желтый, лазурный, малиновый и фиолетовый. Роскошная радуга. Всевышний благословил Своих людей благосостоянием.

Четверо мужчин, трое женщин, и каждый выглядел подходящим к концу человеческой жизни – Колдо не знал почему. Никто не знал, хотя они уверены, что это не имеет никакого отношения к гнили, как у Нефасов. Как и у Германуса, у этих существ были серебристые волосы и очень морщинистая кожа.

И до сих пор они были могущественны, хотя Колдо и не понимал, каким образом. Он склонил голову в знак приветствия.

– Ты так скоро вернулся к нам, – сказал Доминик.

– Это удивляет меня, – поддержала Изабелла.

– Мне нужна Вода Жизни, – заявил Колдо.

Адеодат наклонил голову набок, обдумывая его слова.

– И ты хочешь дать ее человеку, а не своим братьям.

Его не испугало то, что они раскрыли его замысел. Они всегда все знали.

– Да.

– Зачем? – спросила Криста.

Колдо поведал им всю историю. Как он встретил Николу, что с ней случилось, и что произошло с ее сестрой.

– Одна послушалась, вторая нет, – сказал Бенедикт. – Интересно.


– Почему Лайла Лейн должна получить еще один шанс? – спросила Катерина.

– Потому что она заслуживает этого? Нет, – ответил Колдо. – Потому что она желает этого для себя? Нет. Но потому что я, слуга Всевышнего, прошу.

Улыбка медленно осветила лицо Доминика.

– Ты завоевал доверие с тех пор, как приходил сюда в прошлый раз. Я одобряю.

В последний раз он приходил ради Захариила и Аннабель. В последний раз его переполнял гнев и ненависть, направленный на то, чтобы захватить мать. Он опускал голову, его голос звучал низко, он слишком боялся отказа.

Сегодня он понимал, что не будет отвергнут. Он знал свои права. Осознавал, что полезен Всевышнему, его гнев ушел, а прошлое не имело значения. На его пути не стояло никаких препятствий. Колдо хотел этого ради любви. Всевышний всегда хотел такого исцеления для него. Никогда Он не желал человеку страданий, даже в качестве жизненного урока.

– Нет необходимости собираться и обсуждать. Твой запрос утвержден, – ответила Криста, кивнув.

Он знал, что это произойдет. Теперь нужно обговорить детали.

– Чем я должен пожертвовать? Отдам все, что попросите, но хочу напомнить, что это не относится к методам Всевышнего. Он не требует ничего, кроме уважения Его законов.

– Но мы требуем этого, желая сохранить наши традиции, – сурово заметил Бенедикт. – Ты все еще хочешь продолжить?

Нет необходимости думать над ответом.

– Да.

Последовала пауза, пока члены совета переглядывались. Затем они кивнули в унисон.

– Мы могли бы попросить тебя держаться подальше от человека, Николы, – проговорила Катерина.

Его желудок скрутило. Нет. Не это. Что угодно, только не это.

– Но не станем, – добавила она, и Колдо с облегчением вздохнул. – Мы заберем твои крылья. Оставь их здесь. Затем можешь пойти в храм Клириси, где тебя высекут. После этого он сопроводит тебя к воротам реки. Ты согласен?

Заплаканное лицо Николы промелькнуло у него перед глазами.

– Да, – ответил он. Переводчик: Shottik Редактор: Ekadanilova

 

Глава 32

Кафзиель стоял позади него, сжимая кинжал.

Колдо сел на табурет, наклонился вперед и ухватился за край стола.

– Ты храбрый мужчина, Колдо, – сказал член совета. А затем, как и мать Колдо столетия назад, начал мучительный процесс отделения крыльев от мышц спины.

Металл рассек плоть. Потекла теплая кровь. Боль охватила все тело Колдо. Он скрежетал зубами и стойко терпел. Он обходился без крыльев всю жизнь. Обойдется и впредь.

Но Колдо оплакивал тот факт, что больше никогда не поднимет Николу в воздух.

Никогда не полетит рядом с товарищем. Снова станет чудаком среди себе подобных.

Лучше быть странным с любимой, чем "нормальным" без нее.


Уголком глаза он заметил, как одно крыло опустилось на пол, прекрасные перья окрасились багровым, мускулы и сухожилия стали не более чем сырым мясом.

– А сейчас второе, – сказал Кафзиель.

Колдо представил Николу. Ее красивое, улыбающееся лицо. Ее мерцающие глаза цвета грозового неба. Она радостно обняла его. Поцеловала, говоря спасибо.

Это того стоит.

Прошло немного времени, и второе крыло присоединилось к первому, а Колдо помогли встать. Ноги дрожали, и все, что осталось от его спины, разорванное и растянутое, болело и жгло... от спины, которую вскоре высекут.

– Человек может отвергнуть этот дар, – высказалась Изабелла печально. – Она может отказаться от Воды, бороться с ее эффектом.

Он это понимал, но не мог сожалеть о своем выборе. Колдо дал бы Лайле шанс. Это было все, что в его силах. Ему никогда не придется оглядываться назад и спрашивать себя, что бы случилось, если бы он хотя бы попытался.

– Я не остановлюсь сейчас, – ответил Колдо.

– Тогда иди к Клириси, – сказал Адеодат, кивая.

– Благослови тебя Господь, Колдо! – в унисон произнесли члены совета.

Как бы мало сил у него ни оставалось, Колдо перенесся к воротам реки у храма Клириси. Его зрение уже затуманилось.

Однако, он узнавал это место сердцем. Здесь нет травы, только земля. Нет деревьев и цветов. Одна сплошная грязь и толстый пень, служивший местом порки. Перед ним растянулись железные ворота, через которые он вскоре пройдет... если сможет ходить.

Он ожидал увидеть там стражника с кнутом в руке, но вместо этого Клириси вышел вперед, чтобы поприветствовать его.

– Здравствуй, Колдо.

Его колени подогнулись, и он упал на твердую землю прямо перед пнем. Дыхание Колдо стало прерывистым, но он смог ощутить аромат корицы и ванили – такое сочетание исходило от его собственной кожи. Также, как он покрыл Николу эссенцией, она отметила его.

– Я доволен тобой, Колдо. Ты поставил чужое благополучие выше своего собственного.

– Клириси подошел к нему. – Не представляешь, что из этого выйдет, и все равно делаешь это.

Колдо закрыл глаза и не произнес ни слова, не задал ни единого вопроса.

– Твои действия – истинное выражение любви, – продолжил Клириси, – прими мою похвалу.

Перестань говорить!

– Это твой последний шанс уйти. Мускул под глазом Колдо дернулся.

– Очень хорошо, – сказал Клириси.

Последовала пауза, а затем на него обрушился первый удар.

Кнут против поврежденной плоти, и кнут победил, заставляя разлетаться кусочки кожи, мышц и крови. Колдо стиснул челюсти. Последовал второй удар. Третий. Четвертый. Он так сильно сжимал челюсти, пытаясь сдержать крики, что был уверен, что кости треснули.

В этот раз он представил, как Лайла поднимается с дивана Захариила и отбрасывает болезнь, словно ненужное зимнее пальто. Колдо представил двух сестер, обнимающихся,


смеющихся, обсуждающих небесные законы, изучающих и становящихся сильнее, низвергающих демонов на их место – к своим ногам.

Пятый удар. Шестой.

На нем не осталось плоти, он был уверен. Каждую мышцу в его теле тянуло, трясло и жгло. Черные точки плясали перед глазами.

Седьмой. Восьмой. Девятый.

Десятый. Одиннадцатый. Двенадцатый.

В конце концов, Колдо больше не мог сдерживаться. Мучительный крик сорвался с губ. Тринадцатый. Четырнадцатый. Пятнадцатый.

Он делал короткие, тяжелые вдохи через нос и выдыхал через рот. Кнут продолжал опускаться. Ему нельзя отключаться. Колдо должен самостоятельно пройти через это ворота на своих ногах. Взять Воду и выйти. Иначе все это было бы бессмысленно.

После тридцатого удара кнут перестал опускаться.

– Готово. Это сделано.

Голова Колдо склонилась вперед, он лежал щекой на пне.

– Никогда не забывай, что Всевышний наградил тебя силой, – сказал Клириси, прежде чем уйти.

Ворота перед ним со скрипом открылись. Наделил меня силой? Да, это правда. Этот закон был в его сердце и горел так же сильно, как и спина.

Он сможет сделать это.

Колдо пополз вперед, черные пятна все еще мелькали перед глазами. После того, как он прошел сквозь ворота, грязь сменилась травой, отчего рукам и коленям стало мягче. Да, он сможет пройти через это.

Его встретил звук падающей воды, и он заставил себя двигаться дальше. Поврежденная кожа натянулась. Затем порвалась искалеченная мышца. Один ярд, два... Колдо тащился с трудом, перемещаясь на несколько футов, когда мог. Вскоре воздух пропитался туманом.

Здесь текло две реки. Река Жизни и Река Смерти. Каждому, кто проходил через ворота, предоставлялся выбор.

Жизнь или Смерть. Благословение или Проклятие. Одна успокаивала прохладным бризом, другая обжигала хлестким ветром.

Одна была чистой и прозрачной, другая – темной и мрачной. Находились те, кто выбирал смерть, решив разорвать их связь с Всевышним. Охотно падая, не желая разделять небесные законы.

На берегу Реки Жизни Колдо достал маленький пузырек из воздушного кармана и дрожащей рукой наполнил его.

Нельзя проливать. Если он попытается взять больше пузырька, выделенного ему, даже если прольет содержимое прежде, чем покинет это место, и попытается всего лишь пополнить, Совет узнает, и Колдо потеряет все, чем пожертвовал, в том числе и Воду. И ему никогда не разрешат вновь прийти сюда.

Он заткнул пробкой отверстие в центре. Когда жидкость оказалась в сохранности, Колдо поместил флакон в воздушный карман и вздохнул с облегчением.

Теперь нужно доставить Воду на облако Захариила.

Он не мог перемещаться на длинные дистанции, поэтому нужно сделать это в несколько попыток. Сначала он пополз к воротам. Затем переместился на край облака. Потом перенесся на соседнее облако, затем на следующее, прыгая вперед, все ближе и ближе


к Захариилу.

О нет, понял Колдо, спустя некоторое время. Он не приближался, а просто ходил кругами вокруг храма Клириси, в итоге оказавшись там же, откуда и начал. Разочарование присоединилось к рогу изобилия других эмоций.

Он представил облако Захариила. Я могу сделать это. И переместился...

Чтобы появиться посреди неба, где его ничего не держало. Он падал на землю, ветер хлестал тело, причиняя боль. Если Колдо приземлится на такой скорости, его разорвет на множество частей, которые не собрать вместе.

Он представил дом Николы. Он был ближе, до него было легче добраться. Если он сможет туда попасть, то вызовет Захариила. Не просить помощи, а отдать Воду и отнести ее Лайле. До того, как станет слишком поздно.

Давай. Еще один раз. Он переместился... Но вновь оказался в воздухе, только ниже. Переместился снова...

В этот раз Колдо появился в гостиной Николы и с грохотом упал на живот. Затем поднял взгляд.

Позади него находился диван и потертый темно-коричневый ковер с рваными краями. Ох, благодарю Всевышний. Пытаясь дышать, Колдо поднял дрожащую руку и вытащил флакон из воздушного кармана.

"Захариил", – попробовал мысленно позвать. Будучи таким слабым, он не мог полностью контролировать это.

Тень упала на него.

– Мне было любопытно, как много времени тебе понадобится, чтобы побороть яд и найти нас, – раздался голос, который он узнал. – Но я не знала, что ты будешь уже в нужном мне состоянии.

Страх пронзил его. Не она. Кто угодно, только не она. Колдо попытался спрятать пузырек, но оказался недостаточно быстр. Сирена наступила на его запястье, удерживая на месте.

– Я наполовину Фея, и, как ты знаешь, некоторые Феи обладают определенными способностями. Я ненадолго могу заблокировать силы других. Поэтому ты не мог перемещаться... и найти нас. – Она вырвала флакон из его рук, а в раны на спине вонзила шпильку, заставив его зашипеть.

– Что это у тебя здесь? – Мгновение спустя она рассмеялась. – Вода Жизни. Как замечательно.

– Дай мне посмотреть, – приказал другой голос.

Нет. Нет, нет, нет. Не кто угодно кроме Сирены, исправился он. Не его отец. Появилась вторая тень. Еще один смех, глубокий, громкий.

– Определенно, это она. Его женщина, должно быть, больна. Он пытается спасти ее. Хлоп. Пробка упала на пол и покатилась к нему.

– Пожалуйста, – сказал Колдо, готовый умолять. Шпилька Сирены вошла еще глубже.

– О, это слово из твоих уст звучит как музыка, – сказал Нокс, прежде чем вылить драгоценную жидкость на пол.

Нет. Нет! После всего, что он вынес – всего, что вскоре вынесет от рук отца – шанс Лайлы потрачен впустую. Колдо зажмурился. Он мог сделать это снова, и он сделает, но


может быть слишком поздно.

Вода брызнула в лицо Колдо, прохладная и успокаивающая, но он плотно сжал губы, не позволяя и капле попасть в рот. Нельзя ее пробовать, пока спина полностью не заживет. Сделать это означает никогда не излечиться и страдать вечно.

Нокс опустился на колени, взял рукой подбородок Колдо и заставил его посмотреть вверх.

– Сейчас мы повеселимся, ты и я.

Переводчик: Shottik Редактор: Ekadanilova

 

Глава 33

Тэйн оставил девушку, которая только что доставила ему удовольствие, на полу туалетной кабинки и вошел в ночной клуб.

То, что он только что вытворял с ней... что она просила его сделать... Она стала его третьей женщиной за ночь. И восьмой за последние три дня. Обычно Тэйн мог контролировать свои желания.

Но сейчас, на этой неделе, чем чаще он трахал женщин, тем сильнее хотел еще, даже нуждался. Все его мысли были только о сексе.

Он полностью прекратил охотиться на демонов.

С ним было что-то не так... и он все еще желал очередную женщину. Однако, у него не было уверенности, что его тело выдержит. Голова Тэйна затуманилась, а конечности дрожали.

Яркие цвета стробоскопа заливали танцпол. Громкая, грохочущая рок-музыка вырывалась из динамиков, повсюду извивались тела, расплываясь перед глазами. Многочисленные запахи духов и одеколонов наполняли воздух, создавая отвратительную смесь.

Он поспешил выйти из душного здания и раствориться в прохладной ночи.

Тэйн спотыкался о булыжники вдоль тротуара. Луна казалась бледной лучиной, а в темном небе виднелось всего несколько звезд. Уличные фонари работали плохо, освещая только небольшое пространство вокруг.

На данный момент его крылья были спрятаны в воздушном кармане. Роба подстроилась под фигуру и приняла форму футболки и штанов черного цвета. Его накрыла волна головокружения, пока он двигался вперед, и Тэйну пришлось прислониться к стене здания, чтобы сохранить вертикальное положение.

"Бьорн, Ксерксес", – мысленно позвал он. Нахмурившись, Тэйн понял, что не разговаривал с ними с... его первого дня пребывания в Окленде. Это не было похоже на него. Это также было непохоже на них. Почему они хотя бы не попытались связаться с ним?

Они бы прилетели сюда и вытащили его из этого порочного круга. Втроем они выслеживали бы демонов. Вместе боролись с ними. И вместе побеждали.

Тишина.

Он нахмурился сильнее. Они никогда бы не стали игнорировать его. Друзья любили его. С ними тоже что-то было не так.

– Эй, ты, – прозвучал женский голос.

Он остановился у входа в переулок и повернулся только потому, что узнал голос. Он принадлежал той женщине, которую Тэйн оставил в туалетной кабинке. Стоя она выглядела


иначе. Ее одежда растрепалась и смялась, темные волосы были в таком же беспорядке. Карие глаза блестели от возбуждения. Краска заливала щеки.

Дурное предчувствие охватило его, когда он попытался сосредоточиться на ней.

– Ты кое-что оставил, – сказала она, находясь уже почти в пределах досягаемости.

Женщина вытянула руку, сжатую в кулак.

Перо?

– Покажи мне.

Медленно она разжала руку. Но... на ее ладони ничего не было.

– И что это?

Улыбка тронула уголки ее губ.

– Твоя гордость.

Гнев захлестнул его. Тэйна судили слишком много раз за последнее время.

– А твоя? Я сказал тебе всего пять слов, до того как ты пошла со мной в кабинку. Ее веселье только возросло.

– Хочешь знать сокровенную тайну Фениксов, Посланник? Мы можем превратиться в кого угодно. – Когда она это сказала, ее лицо поменялось. Темные волосы стали золотисто- алыми. Карие глаза – зелеными. Округлые уши заострились на кончиках. Вместо человеческих зубов выросли клыки.

Феникс.

Его Феникс. Кендра.

Секунду спустя ее облик вновь изменился. И она стала той женщиной, с которой он переспал сегодня чуть раньше. Мгновение спустя Кендра опять превратилась... в ту, что Тэйн трахнул еще раньше. Еще одно изменение. И перед ним стояла женщина, которую он поимел прошлой ночью. Раз за разом она меняла внешний вид, пока он не увидел всех восьмерых якобы человеческих женщин, с которыми переспал.

Он проглотил ругательства.

– Как ты узнала, куда я пойду?

– Я не знала. Просто следовала за тобой. – Кендра перекинула волосы через плечо. – Но ты этого не понял, правда, и даже не догадывался? Сейчас ты не такой уж и храбрый, да?

Незаметно он завел руку за спину и сунул ее в воздушный карман, который держал привязанным к талии. Его пальцы сомкнулись вокруг рукояти кинжала.

– Ты отдал меня моему народу, и они заставили меня выйти замуж за воина. Но я сбежала на следующее утро после церемонии и использовала припрятанные деньги, чтобы снять с себя рабские оковы. Знаешь, есть люди, которые специализируются на этом.

– Твой муж придет за тобой.

– Да. И за тобой тоже. – Женщина звонко рассмеялась. – Хочешь узнать еще одну сокровенную тайну Фениксов? Когда мы свободны, то можем обращать в рабство. Каждый раз, когда ты спал со мной на протяжении этих дней, твоя потребность во мне росла. Правда ведь?

Гнев перерос в неконтролируемое бешенство. Она хотела, чтобы Тэйн пристрастился к ее телу. Он уже был пленником и поклялся никогда больше не проходить через этот ад. Поклялся уничтожить любого, кто хотя бы попытается.

Он всегда выполнял клятвы.

Тэйн не стал медлить, чтобы задуматься о своих действиях, и как низко падет... или о наказании, с которым столкнется. Решил не тратить время на угрозы. Очевидно, это на нее


не подействует.

– Я никому не принадлежу, – сказал он. И ударил.

Спустя секунду кончик кинжала вошел в ее грудь. Глаза Кендры расширились... не от замешательства и боли, которых он ожидал, а от ликования.

– Спасибо, – выдохнула она. – Это легче, чем я думала.

Ее колени подогнулись, и она рухнула на землю. Феникс лежала там, тяжело дыша, и красная кровь текла из раны, сердце больше не спасало ее, а убивало, выкачивая жизнь из тела.

– Я загорюсь, превращусь в пепел и вновь обрету тело... стану сильнее... и ты будешь моим навеки.

– Нет, – зарычал он. Нет. Тэйн не мог в это поверить. В отдалении раздался смех.

Он повернулся, перебарывая очередной приступ головокружения, и увидел, как тень соскользнула с крыши соседнего здания и спустилась по стене. Красные глаза горели в центре сгустка. За ней последовала еще одна, и еще. Затем тени начали спускаться с крыши другого дома.

Демоны.

Так много, больше, чем он мог рассчитывать. Возможно, с таким количеством он не сможет справиться самостоятельно, но Тэйн с радостью принял вызов. Его уход заставил бы их причинить боль людям, которые находятся поблизости.

– Я слышал, что красавчик разыскивал меня, – огласил злой голос. – Он хотел наказать меня за то, что я оказал помощь в убийстве его драгоценного короля.

Демоны заржали в один голос.

Тэйн вошел в сферу духов и вытащил огненный меч, пламя потрескивало и светилось желто-голубым цветом, казалось гораздо более горячим, чем увиденное им в аду, поскольку оно было чистым. Существа выглядели словно застывшее моторное масло с примесью крови. Они были сгустками... чрезвычайно опасными сгустками.

– Я убью тебя, – поклялся он сквозь стиснутые зубы. Головокружение усилилось, вместо того чтобы ослабнуть, и Тэйн с трудом держался на ногах. Падает... падает... нет, собрался, вновь опираясь на здание.

– Давай проверим, – загоготал дьявольский голос. – Последний, оставшийся стоять, выигрывает.

Все тени отделились от зданий, спланировав по воздуху, и устремились к Тэйну.

Он взмахнул мечом слева направо и, описав дугу в центре, полоснул нескольких существ по животу.

Тени зашипели и засвистели, но продолжали висеть в воздухе. Они не отступали от него. Тэйн сжал кинжал в другой руке, но металл не нанес никаких повреждений, проскользнув мимо, и заставил существ смеяться еще больше.

Сзади подул ветерок, и он понял, что кто-то пытается подкрасться к нему.

Тэйн расправил крылья, раскидывая нескольких демонов, и поднялся в воздух, опрокидывая существ, которые собирались напасть со спины. Приближалось еще больше теней. Он ринулся в атаку, откручивая то, что представляло собой головы. Однако, вместо того, чтобы упасть, они исчезли.

Тэйн знал, что лучше постоянно двигаться, не позволяя никому блокировать его. Он


бросился к зданию, затем в противоположную сторону, потом к земле, а затем к крыше, постоянно размахивая мечом. Они все следовали за ним. Трижды он чуть не упал. Один раз его ударили по коленям, но Тэйн смог подняться.

Внезапно в поле зрения появился Бьорн, а за ним и Ксерксес. Мужчины приземлились по бокам от него, прикрывая фланги. Его охватило такое облегчение, что он охотно опустился на колени.

– Ты не звонил, не писал, – обвинил Бьорн, приходя в движение, он сразу же достал огненный меч и начал размахивать им.

– Пробовал, – сказал Тэйн сквозь зубы. – Не получилось связаться.

– После всего, через что нам пришлось пройти, чтобы оказаться здесь, и после всего, что пришлось сделать, чтобы отыскать тебя, ты нам должен, – выпалил Ксерксес, разрубая тени короткими мечами.

– Я с удовольствием заплачу пошлину.

– Миньоны Раздора, – сказал Бьорн. – Всегда выбирают драку. Давай покажем им.

Они разделились, распределив внимание существ, прыгали, подныривали, летали туда- сюда, били ногами и руками, но только огненный меч мог навредить им. Один из миньонов наконец обернулся вокруг головы Тэйна словно темное одеяло, перекрыв доступ воздуха.

Крики, крики, так много криков. Они раздирали его уши, атаковали разум. Он думал, что это друзья кричат на заднем фоне, но... но... крики были такие громкие, и он понял, что это его собственные, связанные с его прошлым и настоящим, они слились воедино, заставляя истекать и пропитываться кровью.

Сцены из прошлого проносились слишком быстро и соединялись в группы. Женщины, которых Тэйн поимел и бросил. Люди, которых убил, просто чтобы добраться до демонов. Воины, которых предал после возвращения из подземелья демонов. Время, когда он смеялся, а хотел плакать.

Затем внезапно вспыхнуло пламя, и тьма ушла.

Тэйн упал вперед, приземляясь на лицо. Он быстро заморгал, дымка вокруг него рассеивалась, хотя кровь заливала глаза. Затем увидел, как Бьорн и Ксерксес все еще сражаются с тенями, приседая, выпрямляясь, выкручивая лодыжки и колени, прихрамывая. Два воина стояли рядом, защищая Тэйна изо всех сил.

"Должно быть приземлился на Феникса," – подумал он. Ее до сих пор теплая кожа смягчила падение... нет, не теплая, а горячая. Слишком горячая. Каким-то образом после смерти она нагревалась, собираясь загореться.

Как и обещала.

Одно из существ подкралось, оставаясь внизу, затем бросилось в сторону, ожидая в любой момент удар Бьорна и Ксерксеса, но ему удалось зацепиться за обнаженную ногу Кендры. Тень зловеще рассмеялась... прямо перед тем, как Ксерксес обезглавил ее.

Миньон исчез, и Тэйн увидел, как пламя наконец появилось на кончиках пальцев Кендры. Потом огонь усилился и начал распространяться. Вскоре вся ее нога пылала. Ее лодыжка. Ее голень.

Врагов становилось все меньше, а несколько оставшихся поняли, что не смогут выиграть и отступили. Они слились со стенами здания и скользнули вверх, на крышу.

Трусы!

Тэйн отшатнулся от тела Кендры. Пламя перебросилось на бедра, затем на талию, руки и грудь. Потом пришел черед лица и волос. Каждый ее дюйм объял огонь, потрескивая... а


затем она исчезла, пепел разлетелся по воздуху.

Она преобразовывается. И это Феникс тоже обещала. Она станет сильнее. И поработит его.

Каждая его клеточка отвергала это. Ксерксес встал сбоку от Тэйна.

– Ты в порядке, приятель?

Его голос звучал словно издалека. Тэйн попытался открыть рот, чтобы ответить, но не хватило сил.

Бьорн сделал шаг к нему, остановился и нахмурился. Он посмотрел на запястье, где виднелась черная царапина, а потом вновь на Тэйна. Замешательство отразилось в его глазах. Взгляд стал еще более хмурым. Его колени подогнулись.

Ксерксес подскочил, чтобы броситься к нему, но... Бьорн исчез.

Исчез, как будто переместился... но у него не было такой способности. Словно кто-то или что-то переместило его.

– Что случилось? – крикнул Ксерксес. – Бьорн. Бьорн!

Тэйн попытался сесть. Его друзья. Он должен помочь своим друзьям. Они были для него целым миром. Значили все. Тэйн никто без них. Но вернулось головокружение, затопляя голову, и слабость охватила конечности. Он мог только лежать, задыхаясь... пока не потерял сознание.


Дата добавления: 2015-10-23; просмотров: 138 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Переводчики : aveeder, natali1875, inventia, marisha310191 Редактор : grammarnazi | Переводчики: aveeder, marisha310191, natali1875, Kejlin, elena_rudyakova Редактор : grammarnazi | Переводчики : aveeder , marisha 310191, natali 1875 Редактор : grammarnazi | Переводчики: aveeder, marisha310191 Редактор : grammarnazi | Переводчики: aveeder, natali1875 Редактор: grammarnazi | Переводчики: Shottik, Lelka_, inventia, Julia_Powers, natali1875, Nastuwa_od Редактор: grammarnazi | Переводчики: schastlivka Редактор: grammarnazi | Переводчики: Shottik Редактор: natali1875 | Переводчики: Shottik Редактор: natali1875 | Переводчики: Shottik Редактор: Marusy_Vlasova |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Переводчик: Shottik Редактор: natali1875| DO NOT USE COMMAS

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.057 сек.)