Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Харизматик 2 страница

Читайте также:
  1. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 1 страница
  2. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  3. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  4. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  5. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  6. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница
  7. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница

В каждом из нас имеются черты ангела и черта, аристократа и невежи, и мы тратим много усилий на то, чтобы замаскировать свою теневую сторону лучше выглядеть в глазах окружающих. Мало кому из нас под силу предоставить свободу обеим ипостасям, как это делал Распутин, но харизму можно попытаться создать и меньшими усилиями — попытаться избавиться от скованности и того внутреннего дискомфорта, который не понаслышке знаком всем нам, обладателям сложных натур. Вы бессильны изменить себя — тогда просто держитесь естественно. Именно это привлекает нас в животных: прекрасные и жестокие, они не испытывают сомнений. Открытые люди могут обличить ваши недостатки, но ведь не только добродетель делает харизму а любое проявление незаурядности. Не оправдывайтесь и не отступайте. Чем более раскованный у вас вид, тем более магнетическим будет воздействие.

 

Гениальный артист. В детстве Элвиса Пресли считали странным мальчиком, необщительным и замкнутым. В старших классах школы — учился он в Мемфисе, штат Теннеси — на него обращали внимание из-за необычной прически с высоким коком и бакенбардами и одежды в черно-розовых тонах, но те, кто пытался с ним разговориться, терпели неудачу — он был либо страшно высокомерен, либо безнадежно застенчив. На выпускном балу он был единственным мальчиком, который не танцевал. Казалось, он затерялся в собственном мире и любит только свою гитару, с которой он не расставался. Часто вечерами после представления служитель концертного зала «Эллис Аудиториум» обнаруживал за сценой Элвиса — тот либо изображал выступавших актеров, либо отвешивал поклоны воображаемым зрителям. Когда его просили удалиться, он беспрекословно подчинялся. Это был очень вежливый мальчик.

В 1953 году, сразу после окончания школы, Элвис записал свою первую песню на местной студии звукозаписи. Запись была для него чем-то вроде экзамена, возможностью услышать собственный голос со стороны. Годом позже владелец студии Сэм Филлипс предложил ему поучаствовать в записи двух блюзов вместе с парой профессиональных музыкантов. Они работали уже несколько часов, но ничего не получалось — Элвис нервничал, оставался заторможенным. Но вот ближе к ночи, дойдя до полного изнеможения, он неожиданно отпустил тормоза: начал прыгать, как ребенок, — для него настал момент полного раскрепощения. Другие музыканты сумели подстроиться под его настроение, и песня зазвучала темпераментнее, воодушевление нарастало. У Филлипса загорелись глаза — он почувствовал, что они ухватили что-то необычное и стоящее.

Еще через месяц Элвис впервые выступил на публике, это произошло на открытой площадке в Мемфис-парке. Он нервничал не меньше, чем во время той звукозаписи, он попытался сказать сначала несколько слов, но не смог — только заикался от волнения, но стоило ему запеть, как заикание прошло. Зал ответил ему восторженным ревом, который в некоторые моменты достигал кульминации. Даже сам Элвис не мог понять, в чем тут дело. "После песни я подошел к менеджеру,— рассказывал он позднее,— спросил его, почему это слушатели сходят с ума. Он ответил: "Сам пока не разберусь, но мне кажется, что каждый раз, как ты начинаешь извиваться и дергать левой ногой, они визжат от восторга. Что бы там ни было, продолжай так делать"...»

Сингл, записанный Элвисом в 1954 году, стал хитом. Скоро Пресли сделался по-настоящему популярным. Выходя на сцену, он всякий раз волновался и переживал настолько, что становился другим человеком, словно одержимым. «Я говорил с другими певцами, и они немного нервничают перед выступлением, но они говорят, что, когда начинают выступать, их нервы постепенно приходят в норму. А мои — наоборот. Это какая-то особая энергия... что-то, может быть, вроде секса». За несколько месяцев Элвис нашел новые жесты, его танцевальные движения чем-то напоминали подергивания — все это, дополняя его немного вибрирующий голос, заставляло публику, и особенно девочек-подростков, буквально сходить с ума от восторга. В течение года он стал наимоднейшим музыкантом Америки. Его концерты нередко сопровождались вспышками массовой истерии.

 

 

У Элвиса Пресли была своя темная сторона, свой секрет, скрываемый от чужих глаз. (Некоторые приписывают это тому что у него был брат-близнец, который умер во время родов.) В юности он глубоко подавлял эту темную сторону: то были всевозможные фантазии, которым он позволял себе предаваться лишь наедине с самим собой, хотя отчасти его и выдавала необычная манера одеваться. Во время выступлений, однако, он выпускал своих демонов наружу. Они вырывались в виде агрессивной сексуальной силы. Извивающийся, раскрепощенный, андрогинный, он как бы изображал свои странные, безудержные фантазии перед публикой. Аудитория чувствовала это и от этого приходила в исступление. Элвис приобрел харизму не из-за своего экстравагантного стиля и не из-за внешности, а из-за неистовой бури, бушующей у него внутри, которая электризовала зрителей.

Толпа или коллектив — любая группа обладает собственной неповторимой энергией. У самой поверхности лежит сексуальное желание, постоянное возбуждение, которое приходится подавлять, поскольку оно социально неприемлемо. Если вы обладаете умением или способностью разбудить это желание, в глазах толпы вы предстанете облеченным харизмой. Ключ — найти доступ к собственному подсознанию, как сделал это Элвис, отпустив тормоза. Вы полны возбуждения, которое, кажется, исходит из какого-то неведомого и таинственного внутреннего источника. Ваша раскрепощенность заразительна, она заставляет окружающих раскрыться, начинается цепная реакция: их воодушевление в свою очередь еще более воодушевляет вас. Фантазии, которые вы приоткрываете, совсем не должны быть сексуальными, подойдет любое социальное табу, все что угодно, что подавлено и ищет выхода. Постарайтесь, чтобы это чувствовалось в ваших песнях, произведениях искусства, книгах. Давление социальных норм настолько подавляет людей, что ваша харизма привлечет их к себе еще до того, как вы встретитесь лично.

 

Спаситель. В марте 1917 года правитель России, самодержец Николай II, отрекся от престола в пользу своего брата Михаила, но Михаил отказался принять власть. Россия лежала в руинах. Ее участие в Первой мировой войне привело к катастрофическим последствиям: огромную аграрную страну охватили голод и разруха, в деревнях царили мародерство и беззаконие, армия разваливалась в результате массового дезертирства солдат. Политически страна была расколота, каждую из фракций — как правого, так и левого крыла — раздирали еще и внутренние противоречия.

В этот хаотический момент на сцену вышел сорокасемилетний Владимир Ильич Ленин. Марксист-революционер, лидер партии большевиков, он долгие годы прожил в Европе, пока не почувствовал в хаосе, охватившем Россию, долгожданный шанс и не поспешил домой. Теперь он призывал страну к немедленному выходу из войны и к свершению социальной революции. Поначалу, в первые недели по возвращении его из эмиграции, такая программа казалась нелепой и смешной. Внешне Ленин не отличался особой привлекательностью: невысокого роста, он был, скорее, невзрачным. Кроме того, долгие годы, проведенные им в Европе, где он был занят главным образом чтением научных трудов и интеллектуальными дискуссиями, привели к изоляции его от собственного народа. Что еще важнее, его партия не представляла особой политической силы, являясь, по сути дела, лишь малочисленной группой внутри левой коалиции. Мало кто принял тогда эту фигуру всерьез в качестве политического, а тем более национального лидера.

Ленин, однако, без тени сомнения приступил к решительным действиям. Где бы он ни появлялся в то время, он повторял одни и те же простые вещи: необходимо положить конец войне, передать всю власть Советам, ликвидировать частную собственность, перераспределить материальные ценности. Измученные, доведенные до крайности бесконечными распрями политических деятелей и собственными непосильными проблемами, люди начали прислушиваться. Ленин был так уверен в правоте своих слов, так решителен — ему хотелось верить. Он ни при каких обстоятельствах не терял самообладания. В яростных дебатах он просто и логично разбивал любого оппонента, не оставляя камня на камне от их контраргументов. Для рабочих и солдат слова Ленина звучали особенно убедительно — на них производила впечатление его твердость. Когда Ленина упрекали в том, что его идеи не имеют ничего общего с реальностью, он отвечал: «Тем хуже для реальности!»

Мессианская убежденность Ленина прекрасно подкреплялась его незаурядными организаторскими способностями. Пока он находился в изгнании в Европе, его партия начала разваливаться; прилагая все усилия к тому, чтобы сохранить партию, он приобрел огромный практический опыт. Он был к тому же великолепным оратором, способным выступать перед громадными скоплениями народа. Его речь на Первом Всероссийском съезде Советов произвела сенсацию: либо революция, либо буржуазное правительство, кричал он, третьего не дано — довольно компромиссов, навязываемых нам! На фоне других политиков, которые, проявляя колебания, отчаянно метались в поисках выхода из сложившегося кризиса и выглядели довольно беспомощными, Ленин казался надежным и незыблемым, как скала. Его престиж стремительно рос, как и количество желающих вступить в партию большевиков.

Поразительным было воздействие Ленина на рабочих, солдат и крестьян. Он обращался к простым людям при всяком удобном случае — на улице, стоя на трибуне, засунув большие пальцы за проймы жилета. Речи его представляли собой странную мешанину из идеологических постулатов, широкоизвестных пословиц и поговорок и революционных лозунгов, но слушатели приходили от них в восторженный экстаз. Когда Ленин умер — в 1924 году, через семь лет после Октябрьской революции, вознесшей его и партию большевиков к власти,— простые русские люди искренне горевали. Его могилу сделали местом поклонения, его тело мумифицировали, чтобы сохранить навечно, о нем рассказывали разные истории, заложив основы ленинского фольклора, стало модно давать девочкам имя Нинель, то есть Ленин, прочитанное наоборот. Культ Ленина приобрел характер и размах религиозного.

 

Харизму часто пытаются интерпретировать, объяснять на все лады, и, что примечательно, все толкования парадоксальным образом лишь усиливают ее загадочность. Харизма никоим образом не тождественна броской внешности или яркой личности — и то и другое может вызвать только кратковременный интерес. Людям, особенно в тяжелые времена, не до развлечений, главное для них — безопасность, лучшее качество жизни, общественное согласие. Хотите верьте, хотите нет, но мужчина или женщина с самой заурядной, неброской внешностью, но наделенные прозорливостью, целеустремленностью и обладающие определенным практическим опытом, могут быть сокрушительно харизматичны. Правда, еще одним необходимым условием для этого является успех — его роли и значения вы ни в коем случае не должны недооценивать. Но в мире, где царят увертки и колебания, где нерешительность только усугубляет всеобщий беспорядок, прямодушие и здравый смысл станут магнитом, притягивающим к себе внимание,— вот вам и харизма.

При личном общении, например, в цюрихских кафе перед революцией харизма у Ленина не наблюдалась или же была исчезающе мала. (Его убежденность располагала, но многих раздражала его резкость.) Харизма появилась, как только в нем увидели человека, способного спасти страну. Харизма не является загадочным, мистическим даром, который посещает вас и над которым вы не властны, это иллюзия, обман зрения тех, кто видит в вас то, чего недостает им самим. Вы можете многократно усилить эту иллюзию, особенно в трудные периоды, своим спокойствием, решительностью, ясностью мысли и практичностью. Весьма способствует успеху наличие простой и обольстительно доходчивой идеи. Назовите это синдромом спасителя: стоит людям поверить, что вы можете вывести из хаоса, они полюбят вас, как те героини фильмов, которые тают в объятиях героя, вовремя подоспевшего им на помощь. А любовь народных масс равноценна харизме. Чем иначе можно объяснить любовь, которую испытывали простые жители России к такому бесчувственному, жестокому и малоинтересному человеку, каким был Ленин.

 

Гуру. Согласно верованиям Теософского общества, приблизительно раз в две тысячи лет дух Учителя Мира, боддхисаттвы Майтрейа, вселяется в материальную оболочку — тело простого смертного. Первым таким воплощением считают Шри Кришну появившегося на свет за две тысячи лет до рождества Христова, следующим был сам Иисус Христос; следовательно, в начале двадцатого столетия ожидалась следующая реинкарнация. В один прекрасный день в 1909 году теософ Чарльз Ледбитер, находясь в Индии, встретил на морском побережье мальчика, и его посетило откровение: этот четырнадцатилетний паренек, Джидду Кришнамурти, и есть следующее воплощение Мирового Учителя. Ледбитер был поражен Божественной простотой и щедростью мальчика, которому, казалось, чужды были даже малейшие проявления эгоизма. Члены Теософского общества, согласившись с заключением Ледбитера, приняли в свои члены этого тщедушного болезненного подростка, которого учителя постоянно наказывали за рассеянность и плохую успеваемость. Мальчика накормили и одели, после чего занялись его образованием. Со временем золотушный мальчонка превратился в ослепительно красивого молодого человека.

В 1911 году теософы создали Международный орден Звезды Востока — группу назначением которой было подготовить все для грядущего пришествия Мирового Учителя. Главой ордена стал Кришнамурти. Юноша был вывезен в Англию для продолжения образования. Здесь он пользовался необыкновенным успехом, его повсюду принимали с радостью, баловали и лелеяли. Его скромность, умеренность и умиротворенность неизбежно производили сильнейшее впечатление.

Так прошло несколько лет. Кришнамурти начали посещать видения. Вот его слова, относящиеся к 1922 году: «Я допьяна напился из фонтана Радости и вечной Красоты. Я опьянен Богом». Духовное пробуждение, пережитое им в последующие годы, теософы интерпретировали как сошествие на него божественного духа Мирового Учителя. Но сам Кришнамурти иначе осознал пережитое: истина о вселенной приходит не извне, а изнутри. Ни боги, ни гуру, ни догмы не в силах помочь осознать ее. А сам он — не Бог, не мессия, а самый обыкновенный человек. Ему претили почести и поднятая вокруг него шумиха. В 1929 году, вызвав потрясение среди своих почитателей, он объявил о роспуске Ордена Звезды и вышел из Теософского общества.

Итак, Кришнамурти стал философом, полным решимости донести до людей ту истину, которая открылась ему: нужно быть проще, не прятаться за ширму слов и прошлого опыта. Тогда каждый сможет достичь той же внутренней гармонии, которую излучал сам Кришнамурти. Теософы отмежевались от него, но число его поклонников, несмотря на это, только продолжало увеличиваться. В Калифорнии, где он прожил большую часть жизни, интерес к нему достиг уровня культового поклонения. Поэт Робинсон Джефферс рассказывал, что, когда Кришнамурти входил в комнату казалось, что она озарялась ярким светом. Писатель Олдос Хаксли, познакомившись с Кришнамурти в Лос-Анджелесе, был очарован им. Вот как он описывал свои впечатления: «Я словно услышал голос самого Будды — такая сила, такая глубинная мощь чувствовались в нем». Этот человек производил впечатление просветленного. Актер Джон Бэрримор обратился к нему с просьбой исполнить роль Будды в фильме. Кришнамурти вежливо отклонил предложение. Когда он был в Индии, люди тянули руки из толпы, пытаясь дотронуться до него, пока он проезжал мимо в открытом автомобиле. Они падали перед ним ниц.

Кришнамурти претило подобное обожание и поклонение, он все больше замыкался в себе. Он даже начал говорить о себе в третьем лице. И в самом деле, важной частью его философии была способность ослабить узы прошлого, освободиться от него и прийти в мир обновленным. Между тем день за днем жизнь преподносила ему нечто противоположное тому к чему он стремился: почитание не уменьшалось, восторг людей все нарастал. Ревнивые поклонники буквально сражались из-за знаков его внимания. Особенно женщины — они постоянно влюблялись в него, а ведь Кришнамурти принял обет целомудрия, которому следовал всю свою жизнь.

 

Кришнамурти не стремился стать гуру или Харизматиком, он непреднамеренно открыл закон человеческой психологии, и это открытие потрясло его. Люди и слышать не желают о том, что сила далась им в результате долгих лет кропотливой работы и строжайшей дисциплины. Они предпочитают думать, что эта сила заложена в самой личности, в ее характере, что она присуща им от рождения. Они надеются к тому же, что, благодаря близости к гуру (или к харизматической фигуре), частица этой силы может перепасть и им. Они не хотели читать книги, написанные Кришнамурти, а тем более посвящать годы тому, чтобы претворять в жизнь его уроки,— гораздо проще быть рядом с ним, впитывать исходящую от него ауру, наслаждаться его речами, ощущать свет, вместе с ним входящий в комнату. Кришнамурти проповедовал свободу и простоту как путь открытия истины, но люди видели в нем лишь то, что хотели увидеть, приписывая ему те качества, которые он не просто отрицал, но и бичевал, считая пороками.

Это — эффект гуру, причем добиться его на удивление просто. Аура, которая должна сопутствовать вам в данном случае,— это не агрессивно-мощная аура большинства Харизматиков, но светлая и безмятежная аура просветленности. Просветленному человеку открывается нечто, что наполняет его (или ее), и эта полнота видна невооруженным взглядом. Вот облик, который вам требуется: вам не нужен никто и ничто, вы самодостаточны. Окружающих, разумеется, привлекают те, кто лучится счастьем: они надеются, что могут перехватить его частицу. Если вы немногословны, тем лучше: пусть люди сами почувствуют или увидят, что вы счастливы, а не услышат это от вас. Дайте им заметить это по вашей неспешности, мягкой улыбке, простоте и спокойствию. Выражайтесь туманно, пусть люди слышат то, что хотят услышать. Помните: воздействие еще усилится благодаря вашей отстраненности и безучастности. Люди начнут драться за малейший знак вашего внимания и интереса к ним. Гуру самодостаточен и отрешен — безотбойно харизматическая комбинация.

 

Трагическая святая. Все начиналось с радио. В конце тридцатых и начале сороковых аргентинские женщины привыкли слышать печальный, мелодичный голос Эвы Дуарте в популярнейших в те времена мыльных операх. Она никогда не казалась смешной, зато как же часто она заставляла слушательниц плакать — то над горькой судьбой обманутой девушки, которую предал возлюбленный, то над последними словами Марии-Антуанетты. Одно воспоминание о ее голосе заставляло вас трепетать, а по спине бежали мурашки. К тому же она была красива — струящиеся светлые волосы и всегда серьезное лицо, которое часто появлялось на обложках газет, публикующих светские сплетни.

В 1943 году те же газеты обнародовали потрясающую новость: у Эвы роман с одним из самых перспективных членов нового руководства страны — полковником Хуаном Пероном. Теперь аргентинцы слышали ее пропагандистские выступления в поддержку правительства, славящие «Новую Аргентину», сияющий образ будущего их страны. И наконец сказочная история получила счастливое, как в сказке, завершение: в 1945 году Хуан и Эва поженились. А на следующий год, после череды несчастий, преследования, судов (Перона даже приговорили к тюремному заключению, но он был освобожден благодаря усилиям своей бесконечно преданной супруги), красавец полковник был избран президентом страны. Он был любимцем «дескамисадос» — «безрубашечников», рабочих и бедняков, таких же, как и его жена. В то время ей было только двадцать шесть, и она выросла в бедности.

Теперь же, когда она стала первой леди республики, в ней произошли разительные перемены. Она заметно похудела, на смену экстравагантным туалетам пришли подчеркнуто строгие костюмы, ее волнистые волосы теперь были гладко зачесаны назад. В какой-то мере это вызывало сожаление — прекрасная юная звезда повзрослела. Но аргентинцы разглядели в новой Эвите — так ее теперь называли — нечто большее, и ее новый облик произвел еще более сильное впечатление. Это был вид добродетельной, серьезной женщины, такой, которую вполне заслуженно муж называл «мостом любви» между ним самим и его народом. Теперь она выступала постоянно, так же эмоционально, как и прежде, причем не только по радио, но и перед публикой — она была непревзойденным оратором. Тембр ее голоса стал более низким; она рубила воздух своими изящными пальцами, она вытягивала к слушателям руки, словно пытаясь дотянуться до них. А ее слова доходили до самого сердца: «Я оставила свои мечты в стороне, чтобы увидеть мечты других людей... Теперь моя душа рядом с душой моего народа, Я предлагаю вам всю мою энергию, так чтобы мое тело могло стать мостом, перекинутым к счастью каждого из вас. Пройдите по нему... высшему предназначению нашей новой отчизны».

Теперь Эвита могла выразить себя не только с помощью радио и газет. Казалось, каждый в стране когда-нибудь да встречался с ней, видел ее лично или побывал в ее офисе, где у дверей кабинета Эвиты постоянно находилась длинная очередь желающих попасть на прием. Там за письменным столом сидела она, такая спокойная, исполненная любви. Кадры кинохроники запечатлели ее за делами благотворительности: женщине. которая потеряла все, Эвита подарила дом, другой она обеспечила бесплатное лечение ее больного ребенка в одной из лучших больниц страны. Она так много работала, неудивительно, что прошел слух о ее болезни. А ведь каждый слышал о ее визитах в трущобы и в больницы для бедняков, где, невзирая на протесты персонала, она целовала в щеки всех, какими бы заболеваниями они ни страдали (прокаженных, сифилитиков и т. п.). Однажды врач, сопровождающий Эвиту и шокированный этим, попытался протереть ей губы спиртом, чтобы стерилизовать их. Святая женщина выхватила у него флакон и швырнула в стену.

Да, Эвита была святой, ее звали мадонной во плоти. Она была способна исцелить больного одним своим появлением. И когда она скончалась от рака в 1952 году, пожалуй, только сами аргентинцы были в состоянии прочувствовать всю силу и глубину народной скорби и горя. В каком-то смысле страна так и не оправилась от этой потери.

 

* * *

 

Мы по большей части живем полумашинально, напоминая сомнамбул: мы погрязли в повседневных заботах, и дни бегут незаметно. Из этого состояния есть два исключения: это детство и периоды, когда мы влюблены. В обоих случаях наши чувства включаются более полно, мы становимся более открытыми и активными. И когда мы испытываем такой эмоциональный подъем, то кажемся сами себе более живыми, нежели обычно. Общественный деятель, способный пробудить в людях эмоции, способный заставить людей вместе грустить, радоваться или надеяться, оказывает сходное воздействие. Обращение к чувствам не в пример более действенно, чем обращение к разуму.

Эва Перон познала эту власть рано, еще будучи актрисой на радио. Ее удивительный, вибрирующий, как струна, голос заставлял слушателей рыдать; из-за этого в глазах людей она уже тогда была наделена харизмой. Этот опыт она запомнила и усвоила навсегда. Каждое ее публичное выступление было поставлено так, чтобы вызывать драматичные и религиозные переживания. Театральная драма представляет собой концентрированные эмоции, а католическая религия — силу, которая воздействует с детства и сопротивляться которой вы не в силах. Воздетые руки Эвиты, организованные акции милосердия, ее пожертвования в пользу простых людей — все это проникало прямо в сердца. Не сама ее доброта была столь харизматичной (хотя проявления доброты достаточно привлекательны), а умение сделать из своей доброты спектакль, драму.

Придется вам научиться эксплуатировать этих двух великих поставщиков эмоций: театр — точнее, драму — и религию. Театральная драматургия отсекает все ненужное и банальное, фокусируясь на моментах сострадания, жалости и ужаса; религия имеет дело с самими жизнью и смертью. Придайте своим харизматическим действиям драматизм, а словам любви религиозную окраску, окуните то и другое в обряды и мифы, возвращающие нас к детству. Захваченные вызываемыми вами чувствами, окружающие ясно увидят вокруг вашей головы сияющий ореол харизмы.

 

Освободитель. В Гарлеме начала 1950-х годов лишь немногим американцам африканского происхождения приходилось слышать о «Нации Ислама» или посещать места, где собирались ее участники. «Нация Ислама» — радикальная националистическая организация — учила, что белые люди произошли от дьявола и что рано или поздно Аллах освободит всех черных. Эта доктрина мало заинтересовала жителей Гарлема, которые искали утешения в христианской церкви, а со своими нуждами обращались к местным политикам. Но в 1954 году в Гарлем прибыл новый проповедник.

Имя его было Малькольм Икс. Чувствовалось, что он эрудирован, весьма красноречив, но в его поведении и словах ощущалась озлобленность. Поползли слухи: отца Малькольма линчевали белые. Мальчишка рос в приюте, а потом перебивался случайными заработками, пока не был арестован за кражу со взломом, за которую отсидел в тюрьме шесть лет. В тюрьме он принял ислам, занимался самообразованием. Такая короткая жизнь (в то время ему было всего двадцать девять лет), и он постоянно не в ладах с законом, но все же взгляните-ка на парня — такой умный, уверенный. И никто ему не помогал, всего добивался сам, собственными руками. Обитатели Гарлема теперь сталкивались с Малькольмом повсюду — он раздавал листовки, заговаривал с молодежью. Он стоял у входа в церковь, и, когда община расходилась после службы, он пальцем показывал на священника говорил: «Он — представитель бога белых людей, а я — представитель бога черных». Любопытные начали заходить послушать его проповеди в храме «Нации Ислама». Он просил собравшихся оглянуться вокруг себя и посмотреть на условия, в которых они живут. «Когда досыта насмотритесь на свои убогие хижины,— говорил он им,— пойдите прогуляйтесь до Центрального парка. Полюбуйтесь на дома белого человека. Посмотрите на его Уолл-стрит!» Его слова были очень действенными, особенно учитывая, что их произносил проповедник.

В 1957 году молодой мусульманин из Гарлема оказался свидетелем того, как подвыпившего негра избивали несколько полицейских. Когда мусульманин попытался вступиться, полисмены и его избили до бесчувствия, после чего отправили обоих в участок. Возле участка собралась озлобленная толпа, готовая к бунту. Комиссару полиции доложили, что один только Малькольм Икс способен предотвратить беспорядки. На требование комиссара унять расходившуюся толпу Малькольм, которого доставили в участок, ответил, однако, отказом. Тогда комиссар, сменив тон, стал упрашивать его. Выслушав его, Малькольм хладнокровно поставил ряд условий, которые следовало выполнить неукоснительно: медицинская помощь избитому мусульманину и наказание по закону провинившихся полицейских. Комиссар, хотя и неохотно, вынужден был согласиться. Выйдя из здания участка, Малькольм Икс объяснил, на каких условиях им заключено соглашение с полицией, и толпа разошлась. Утром он проснулся героем. О нем знали не только в Гарлеме, но и по всей стране — наконец-то нашелся человек, способный к решительным действиям. Организация стала пополняться новыми членами.

Малькольм Икс теперь разъезжал с выступлениями по всей стране. Он никогда не читал по написанному, оглядывая собравшихся, он смотрел людям в глаза, указывал на них пальцем. Всем был виден его гнев, который угадывался не столько в манере говорить — он никогда не выходил из себя и предельно ясно выражал свои мысли,— сколько в рвущейся наружу неистовой энергии, во вздувшихся венах на шее. Многие черные лидеры до него высказывались осторожно, уговаривали слушателей подождать, призывали к терпению и лояльности вне зависимости от того, насколько несправедливо с ними обходились белые. Какой же отдушиной стал для них Малькольм! Он высмеивал расистов, высмеивал либералов, высмеивал президента — ни один белый не избежал его обличений. Если белые применяют насилие, говорил Малькольм Икс, им надо и отвечать на языке насилия, ведь это единственный понятный им язык. «Во враждебности нет ничего плохого! — выкрикивал он.— Ее слишком долго сдерживали!» В ответ на все возрастающую популярность другого негритянского лидера, противника насилия, Мартина Лютера Кинга-младшего, Малькольм говорил: «Сидеть может каждый. Старуха может сидеть. Трус тоже может... Вот чтобы встать, нужно быть мужчиной».

Малькольм Икс был подобен глотку свежего воздуха для тех, кто испытывал схожий гнев, но боялся выразить его. На его похоронах — он был убит в 1965 году во время выступления — актер Осси Дэвис произнес речь перед огромной, эмоциональной толпой. «Малькольм, — сказал он, — был нашим черным сиятельным принцем».

 

Малькольм Икс был Харизматиком того же плана, что и библейский пророк Моисей: освободителем. Сила подобного рода возникает из темных, подавляемых эмоций, которые переполняют угнетенных. Выражая эти чувства, освободитель дает возможность и окружающим выплеснуть свои эмоции, долгое время находившиеся под спудом,— враждебность, замаскированную под вымученную корректность и вежливые улыбки. Освободитель непременно должен быть одним из толпы страдальцев, даже более того: его боль должна быть особо сильной. История жизни самого Малькольма, несомненно, составила важную часть его харизмы. Его идея — что черные должны позаботиться о себе сами, не дожидаясь помощи от белых,— так много значила для слушателей именно из-за долгих лет, проведенных им в тюрьме, и еще потому, что он на практике следовал собственной доктрине, самоучкой получив образование и поднявшись из низов. Освободитель должен являть живой личный пример избавления.

Квинтэссенция харизмы — сильное, всепоглощающее чувство, сквозящее в ваших жестах и интонациях, в едва заметных знаках, воздействующих тем сильнее, если что-то остается невысказанным в словах. Вы ощущаете что-то интенсивнее, чем прочие, и нет чувства более мощного и лучше способствующего возникновению харизмы, чем ненависть, особенно если она возникает из самой глубины души угнетенных людей. Произнесите вслух то, что боятся произнести другие, и они почувствуют, что вы обладаете властью. Выскажите то, что они хотели бы сказать, но не могут. Никогда не опасайтесь зайти слишком далеко. Если вы представляете освобождение от ига, то путь для вас открыт, можете идти по нему еще дальше. Моисей говорил об уничтожении врагов, всех до последнего. Подобный язык сплачивает угнетенных, дает им возможность ощутить себя в большей степени людьми. Все это, однако, не должно выходить из-под вашего контроля. Малькольм Икс рано научился ненавидеть, но лишь в тюремном заключении он самостоятельно овладел приемами ораторского искусства и управления своими эмоциями. Ничто в большей степени не способствует появлению харизмы, чем ощущение, что вы боретесь с сильными чувствами, а не просто идете у них на поводу.


Дата добавления: 2015-07-10; просмотров: 138 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Типы обольстителей 1 страница | Типы обольстителей 2 страница | Типы обольстителей 3 страница | Типы обольстителей 4 страница | Идеальный Возлюбленный | Естественный | Кокетка | Чаровник | Харизматик 4 страница | Анти-Обольститель |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Харизматик 1 страница| Харизматик 3 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.014 сек.)