Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Энциклопедия преступлений и катастроф 26 страница



Впоследствии выяснилось, что физиология Чикатило была аномальной - у йего оказались разными группа спермы и группа крови. Святая вера тех, кто вел следствие, в криминалистические догмы дала садисту возможность еще шесть лет насиловать и убивать людей.

Каждый год находили несколько трупов с характерным почерком преступления. Члены оперативной группы ездили советоваться к такому же маньяку-убийце Анатолию Сливко, ожидавшему смертной казни в Ставропольской тюрьме. Смертник оказался разговорчивым. "Во-первых, - убеждал он, - здесь нужно искать не одного, а нескольких убийц: один на такое не способен. Во-вторых, ищите того, у кого есть какой-то возбуждающий образ". (Для Сливко таким "образом" служили мальчики в белых рубашках.)

Но и советы маньяка следствию не помогли. А помогла случайность.

1990 год был для Чикатило "урожайным" - шесть убийств. Последнее преступление он совершил 6 октября недалеко от станции Лесхоз, 13 октября обнаружили труп убитой женщины. При опросе возможных свидетелей выяснилось, что сержант милиции Игорь Рыбаков 7 октября обратил внимание на мужчину с портфелем, который брел к станции, и проверил у него документы. Документы были в порядке, но, к счастью, сержант запомнил фамилию - на букву Ч. Отыскали Чикатило быстро, но сразу брать не стали - а вдруг ошибка? Лишь присмотревшись к его поведению и поняв, что этот пожилой мужчина активно интересуется мальчиками, его арестовали.

Довольно быстро преступник сознался в 35 убийствах (хотя, возможно, их было больше). Свои показания он начал с того, что назвал место, где закопал одну из жертв.

Позднее было доказано, что Чикатило совершил 53 зверских убийства - большего не было за всю историю человечества.

Чикатило был приговорен к смертной казни по уголовным кодексам трех республик - Украины, России и Узбекистана. Находясь в камере смертников, преступник дал эксклюзивное интервью газете "Комсомольская правда", где рассказал о последних днях перед казнью:

- Никто не приходит. Жена и все родные уехали, и мне не говорят куда. Не знаю, почему. Никто не хочет навестить.

Насчет "никто не хочет" - неправильно. Родственники действительно скрылись, сменив фамилии, боясь самосуда потерпевших. Официальный же интерес к Чикатило огромный. Ученые ряда стран мечтают изучить этот феномен, предлагая за один лишь мозг маньяка-рекордсмена огромные валютные суммы.



Корреспондент задает вопросы:

- Как с вами обращаются?

- Хорошо. Уважительно. Чего ж - нормально.

- Как кормят?

- Да мне что, я привыкший уже - всю жизнь по командировкам, по уралам да сибирям всяким. Мне что ни поешь. А тут рыба, овощи. Сижу, читаю.

- А что вы сейчас читаете, Андрей Романович?

- Сейчас Николая Островского. Да всякие вот выдает тюрьма, видите. (Поднимает занавеску и показывает сложенные за ней полтора десятка книг).

- Верховный суд утвердил приговор?

- Да, то есть как утвердил - снял часть статей. Так я ж подал апелляции и в Президиум ВС, и генпрокурору подал, и адвокат мой доказал же, что все нормально. Они там, в следствии, навешали на меня трупы со всего Союза. Все группы крови подогнали, вторую - крови, четвертую - спермы. Для отчета. Да я уже в суд все это писал, я их покритиковал за это.

- Вы пишете апелляции, значит надеетесь на помилование?

- Да я уж так, отстраненно, где-то не на земле, а выше, у Бога, что ли. Во Вселенной где-то, смотрю на все оттуда. Я уже выше всего этого.

- Вы верите в Бога?

- Да так, средне. Надеюсь.

ЕДИНСТВЕННАЯ ОПОРА В СЕМЬЕ

Для водителя фуры-большегруза Леши этот рейс обещал быть веселым и простым. В Курске он под завязку в прямом смысле слова затарился - загрузил автомобиль тарой, да и попер по трассе на Ростов-на-Дону. Тогда он не представлял, что поездка эта обернется кошмаром, о котором помыслить не могли ни он и никто из его коллег.

Машина заглохла под Каменском неожиданно, но это для опытного водителя еще не беда. Починить не смог. Обратился за помощью.

Хозяева, однако, восприняли происшествие иначе: кинул! Где товар?..

Когда его били, он думал, что пришло самое худшее. Но худшее было впереди.

Очнулся он от боли, связанным. И почувствовал, что в его тело медленно и со вкусом вводят нож.

...Автор этой статьи держал потом этот нож в руках - обыкновенный, старый, кухонный, в деревянную ручку с двумя гвоздиками въелась человеческая кровь. Юрий Андреевич резал им умело, долго и с удовольствием. Еще он бил день за днем - жестоко и бесконечно, бил, когда сломанные им ребра Леши уже продырявили легкие и кровь, пузырясь, вырывалась наружу с воздухом из них. "Проверь, весь товар на месте, я ничего не брал", - хрипел Леша, пока мог говорить. "Да? Тогда пиши расписку, - диктовал Юрий. - "Его величеству Юрию Андреевичу. Обязуюсь отдать деньги в долларах в сумме..." Написал? Правильно, А теперь давай работать дальше".

Но когда хуже, казалось бы, быть не могло, новый шок ждал Алексея.

- Знаешь, что вообще тебя ждет? С кем имеешь дело? - спросил его мучитель. - Ну так смотри, - и сунул свидетельство о рождении. - Фамилия моя тебе ни о чем не говорит? И правильно. А теперь смотри, кто предки.

В графе "родители" Леша с ужасом прочел; "Мать - Чикатило Евдокия Семеновна, русская. Отец - Чикатило Андрей Романович, украинец".

Фамилия сына, Юрия Андреевича, августа 1969 года рождения, тоже значилась в показанном Леше свидетельстве - изменена 11 января 1991 года в загсе Новочеркасского горисполкома Ростовской области, запись № 3. Записей в той книге за тот период было немного: переименовываться нынче не модно, и все касались одной фамилии - Чикатило.

Милиция настояла тогда на этой мере, чтобы обезопасить семью: слишком много было желающих отомстить если не самому Андрею Романовичу, то хотя бы близким его. Она же, милиция, помогла переименованным Чикатило уехать, раствориться в соседней республике, Украине, которая стала впоследствии и другой страной.

Они сделали все, спасая маленького Юру, чтобы не нес он, как страшный крест, фамилию отца и дела его.

Евдокия Семеновна Чикатило, жена покойного Андрея и мама Юры, приехала к следователю сама через день после Юриного задержания. Маленькая, рано постаревшая, хотя и сохранившая отблески былой красоты, с легкой сединой в темных волосах и бесконечной болью в темном, замученном взгляде. Узнав, что с сыном беда, она примчалась сюда из Харькова, куда переселилось большинство переименованных из семейства Чикатило. В большом городе легко затеряться, на что и делался расчет.

Но мысли, боль души не затеряешь и не увезешь. И когда им в Харькове сообщили, что с Юрой беда, его мать и сестра (соответственно жена и дочь А. Ч.) прилетели, как на крыльях.

- Я ведь просила, так просила сыночка Юру не уезжать, остаться с нами, он у нас, женщин, - последняя единственная теперь опора; да куда там, не послушал, - повторяла Евдокия Семеновна.

Сестра Юры, Светлана Чикатило, - умная, решительная, с двумя взрослыми уже детьми, тоже переживала из-за переплета, в который попал брат. Вызвала их обеих невестка Таня - симпатичная стройная блондинка, жена Юры в гражданском браке, подарившая ему сынишку - тому исполняется уже два года, смышленый крикливый карапуз. Вообще, если глянуть на улице - счастливая семья.

- Знаешь, я понятия не имела, что мой муж - сын того самого Чикатило, - говорит Татьяна. И ей веришь. Потому что Евдокия Семеновна тоже, по ее утверждению, не подозревала о многолетних ежемесячных убийствах, которыми занимался ее муж.

Одета Таня шикарно: работает "челноком", возя из Турции кожу да другой ширпотреб. Тем же временами занимался Юра. На вопрос, почему брак с Юрой не зарегистрировали, хотя сын общий есть, она искренне удивляется:

- А зачем бумажки оформлять, если человеку веришь?...Оговорюсь сразу: все это произошло весной 1996 года, следствие вообще стартовало в полную силу лишь в конце апреля, поэтому обстоятельства дела хранятся в особом секрете, да и выяснены не вполне.

Оттого и здесь не гарантируется юридическая точность всех описанных действий - суд может еще изменить трактовку. Хотя ведущий дело опытный следователь капитан Руслан Магомедов уже сейчас достаточно категоричен.

- Статьи 117, 108 и 126 вменяются ему железно. То есть незаконное лишение свободы человека, которого он истязал. Подделка документов. Изнасилование... Да и еще многое за ним тянется, только удастся ли доказать?

Изнасилований подозревают несколько: одной своей знакомой, например, в случае отказа он обещал отрезать уши ее друга. Но заявление лежит одно. От двадцатилетней подруги хозяина той самой квартиры у "Ростсельмаша". Именно из-за нее, как подозревает следствие, Юру крепко избили, да еще отобрали "БМВ", на котором он прибыл в город. Очухавшись, Юра "наехал" на хозяина квартиры, требуя у него расписку на 10 тысяч зеленых, иначе угрожал вырезать семью и разбросать куски по городу.

Зарабатывал он в Ростове, впрочем, и без того неплохо, метод избрав достаточно оригинальный: ходил по киоскам якобы от имени их хозяина и якобы в качестве кассира забирал деньги. Дома нашли кучу разной аппаратуры - от телевизоров "Фотон" до музыкального центра "Сони", все аккуратное и новенькое, только кровью немножко забрызгано.

Если полистать его записную книжку - зелененькую, с умильным желтым цветочком. Самым первым под обложкой, еще до алфавита, крупно записан телефон адвоката. Его и вызвал Юра сразу, как задержали. Был всегда готов.

Сегодня Юрий так же, как когда-то его отец, требует психиатрическую экспертизу. И делает это в том же СИЗО, где прежде его отец. Случайность? Сочтем, что так.

(В. Ладный. Версия-плюс, № 9, 1996; В. Ладный. Комсомольская правда. 14 января, 1994; В. Бут. Маньяк. М., 1992; М. Кривич, О. Ольгин. Товарищ убийца. М., 1992)

"ПОЗАБОТИЛИСЬ" О ПРЕСТАРЕЛЫХ

За убийство одиннадцати человек к смертной казни Мосгорсудом приговорены руководитель зловещей банды - благотворительного центра "Хелл" Курдин и два его наиболее активных подельника Сайфаев и Сидоров. Еще три члена этой группировки получили по восемь лет лишения свободы.

Мосгорпрокуратура установила, что четыре года назад (в начале 1990-х) эта теплая компания носила вполне респектабельное название и предназначалась для весьма богоугодных дел. Все началось с заключения договоров на пожизненное материальное обеспечение и моральную поддержку престарелых московских пенсионеров.

Однако после того, как соответствующие документы оформлялись, "благотворители" убивали своих неосторожных клиентов - пожилых, инвалидов, алкоголиков, а их квартиры после ряда махинаций продавали. Для расправы над людьми банда Курдина использовала автоматы, маузер, револьвер, холодное оружие.

(Версия, № б, 1996)

ЗЛОСТНЫЙ НАРУШИТЕЛЬ

Без малого 400 раз американские полицейские задерживали 67-летнего Велдина Редмона за управление автомобилем в нетрезвом состоянии. Закоренелый рецидивист, установивший за полвека водительской практики своеобразный рекорд злостного нарушения правил, был в очередной раз арестован в окрестностях города Андерсен в штате Индиана.

Офицеру дорожной полиции не пришлось долго принюхиваться, чтобы заподозрить неладное. На предложение пройти медицинское освидетельствование пожилой водитель отреагировал несколько неожиданно: выскочил из машины и набросился на полицейского с кулаками. Вскоре выяснилось, что его документы были не действительны уже в 1977 году. Велдин Редмон был по решению суда навсегда лишен водительских прав за многократное нарушение правил дорожного движения. С 1947 года, когда хронический нарушитель впервые сел за руль, полицейские 33 раза отбирали у него водительскую лицензию.

Нынешний арест может стать для Редмона последним в случае, если суд признает его виновным. Любителю выпить за рулем придется провести восемь лет за решеткой.

(КОД, № 12, 1996)

"МАНЬЯК ПО ОБЪЯВЛЕНИЮ"

Заехав на стоянку возле своего дома в пригороде Сан-Диего, 20-летняя Джуди Дейвис услышала сзади легкий стук. Она оглянулась и увидела мужчину, который направлял на нее дуло пистолета. Он силой ворвался в машину и, продолжая держать женщину под прицелом, выехал со стоянки.

Было уже темно, но Джуди хорошо разглядела преступника: белый, рост примерно 1 метр 60 сантиметров, борода, усы, очки в тонкой металлической оправе, перчатки. Одет в темно-коричневую кожаную куртку.

- Зачем вы это делаете? - сквозь слезы спросила она. - Почему именно я?

- А почему бы не ты? - ответил он.

Затем он потребовал деньги. Джуди открыла кошелек, и похититель забрал 11 долларов. Доехав до парка в Сан-Карлосе, он выволок ее из машины, велел раздеться и изнасиловал, после чего отвез к банкомату и снял по ее карточке 100 долларов.

На обратном пути он гнал машину. Джуди еще в парке, когда он снял перчатки, заметила у него обручальное кольцо и теперь подумала: "Наверное хочет успеть домой, прежде чем вернется жена".

- Пусть это останется нашей маленькой тайной, - сказал он на прощанье. Если кому-нибудь расскажешь - убью. Однако девушка все же поделилась со своими лучшими подругами.

Джуди отказалась заявить в полицию. Но подруги позвонили приятелю Джуди, который сообщил в полицию, а затем и родителям. Не прошло и часа, как все собрались у Джуди.

На следующий день Кристина Грегг, следователь по делам о сексуальных преступлениях из полицейского управления Сан-Диего, пришла к потерпевшей домой. С ее помощью Джуди составила фоторобот насильника. "Мы полагаем, что это не первое его преступление в нашем районе", - сказала Грегг.

За лрошедшие четыре месяца три женщины стали жертвами насильника. Его приметы совпадали с теми, которые дала Джуди, причем во всех случаях это происходило в том же парке или поблизости от него. В полиции преступника окрестили "маньяком из Сан-Карлоса".

Грегг и ее коллеги прочесали места преступлений, опросив десятки людей. У полиции имелись пробы его семенной жидкости, но нельзя было провести сравнительный анализ, пока не задержан подозреваемый. Тем не менее кое-какую информацию о преступнике это дало: ни в одной из проб не было обнаружено сперматозоидов, вероятно, ему сделали вазэктомию. Грегг развесила в районе парка фоторобот маньяка с призывом к женщинам остерегаться этого человека.

25-летняя Синди Гэллоуэй, изучающая психологию в университете Сан-Диего, узнала про изнасилования от коллеги, которая тоже подверглась нападению маньяка, но в полицию не заявила. Рассказывая об этом соседке, 27-летней студентке юридического факультета Синди Фриман, Гэллоуэй не могла сдержать негодования: "Невозможно больше это терпеть! Неужели из-за того, что мы женщины, мы должны сидеть в четырех стенах, как в тюрьме?"

Подруги решили взять дело в свои руки. Прежде всего они изготовили 450 копий бюллетеня полиции и распространили их в Сан-Карлосе. Затем обратились к прессе. В интервью Гэллоуэй не уставала повторять: "Кто-то должен знать этого типа. Кто-то из вас живет с ним по соседству". Отношение полиции к деятельности Фриман и Гэллоуэй не было однозначно. С одной стороны, в полицию обратилось множество людей, желавших помочь следствию. Но с дугой стороны - Кристин по опыту знала, что всеобщее внимание, как правило, заставляет серийного преступника затаиться. Потом он меняет почерк и объявляется уже в другом месте.

Так и случилось. Преступник вновь дал о себе знать в близлежащем городке Ла-Меса. Месяцев через семь после нападения на Джуди Дейвис в квартиру 19-летней Дженнифер Кабелло пришел мужчина, якобы желая снять комнату по объявлению. Та предложила ему посмотреть комнату. Едва она отвернулась, как он ткнул ей в шею пистолет и приказал лечь на кровать. Сев на нее верхом и по-прежнему держа пистолет у ее шеи, он начал раздевать девушку.

- Мне больно, - сказала Дженнифер. - Уберите пистолет, я сделаю все, что вы хотите.

Как только он отвел пистолет, девушка свободной ногой изо всех сил оттолкнула насильника, так что тот грохнулся на пол. Какое-то мгновение, показавшееся вечностью, они смотрели друг на друга, не отрываясь. Потом преступник вскочил и бросился бежать.

Не помня себя от ярости, Дженнифер кинулась вдогонку. В гостиной она схватила его за рубашку и попыталась свалить на пол. "Я готова была убить его", - вспоминала она. Но ему удалось вырваться.

В течение двух последующих лет маньяк совершил еще несколько изнасилований, выискивая добычу по всему округу Сан-Диего, но избегая Сан-Карлоса. Он приходил к тем, кто помещал объявления в газетах об аренде. Иногда представлялся Эдом. Газеты писали о "маньяке по объявлению", но его ни разу не связали с насильником из Сан-Карлоса. Кристин Грегг и ее коллеги рассудили иначе.

По просьбе Грегг специалисты ФБР создали психологический портрет преступника и пришли к заключению, что изнасилования, возможно, совершены не одним и тем же человеком. Грегг, однако, считала невероятным, чтобы два разных насильника, оба с бородой и в очках говорили своим жертвам одно и то же и в одинаковой манере...

Тем временем маньяк проявлял все большую жестокость. Одна из его жертв сказала что, возможно, больна СПИДом, тогда он, изнасиловал ее ножкой от стола. Другая пыталась выхватить у него нож, на что он сказал: "Теперь тебе крышка". Он душил женщину, пока та не потеряла сознание, надругался над ней и ножом рассек груди.

После шумихи в прессе вокруг "маньяка по объявлению" Эд снова сменил тактику. На этот раз он явился к женщине, давшей объявление о продаже подвенечного платья, и сказал, что он художник школьного театрального кружка и подбирает костюмы для спектакля.

Он попросил хозяйку примерить платье, а потом изнасиловал ее.

20 января 1992 года Кейти Ланетт (имя изменено), 32-летняя работница медицинского учреждения, заехала в гараж трехэтажного дома, в котором она жила, и закрыла за собой автоматические ворота. Когда она хотела зажечь свет на лестнице, на нее набросился мужчина, на лице у него была горнолыжная маска, на руках резиновые перчатки. Он заставил женщину подняться в квартиру. Одну ее руку он приковал наручниками к кровати, вторую - хотел привязать колготками, которые нашел у нее в шкафу. В этот момент кто-то позвонил в дверь. Кейти закричала, и преступник сбежал.

Дом продавался, и всю осень на двери был кодовый замок. Туда приходили агенты по торговле недвижимостью, которые показывали дом покупателям. Им был известен код. Позднее полиция получила список этих агентов.

Преступник оставался на свободе, и пять месяцев спустя Ланнет обратилась в частное сыскное бюро. Его руководитель, бывший сотрудник ФБР Уэйн Оуэне, поручил расследование Джону Гамберцки, в прошлом также агенту ФБР. Работники полиции были рады помощи - дел им приходилось вести много, а людей не хватало. Гамберцки запросил список лиц, имевших доступ в дом Ланнет.

Один из агентов, 33-летний Курт Ньюман, недавно сменил работу. С женой и двумя детьми он жил в Сан-Карлосе, в полутора километрах от того парка, где было совершено несколько изнасилований.

7 июля Гамберцки позвонил Ньюману и задал ему несколько вопросов. Был ли он в доме Ланнет вечером 20 января? Нет, ответил Ньюман, он был на курсах японского языка в университете Сан-Диего. Позднее Кейти Ланнет отметила, что 20 января - День памяти Мартина Лютера Кинга, официальный нерабочий день – и ни на каких курсах Ньюман в тот вечер быть не мог. Гамберцки снова позвонил Ньюману, который на этот раз занял оборонительную позицию и отказался отвечать на вопросы.

У Гамберцки и Оуэнса появились подозрения, и они попросили Ланнет опознать Ньюмана из спецфургона, откуда вели видеосъемку.

Женщина не могла сказать наверняка: под темными очками она не разглядела глаза, а именно глаза того человека она запомнила хорошо.

Примерно через неделю Оуэне и Ланнет, которая после нападения изменила прическу, вошли вслед за Ньюманом в лифт в здании, где он работал. Стоя в полуметре от него, Кейти узнала его глаза. Оуэне что-то спросил Ньюмана про его яркий галстук, и тот охотно вступил в разговор. Ланнет узнала и голос. Когда Ньюман вышел, она сказала Оуэнсу: "Это он".

ПРИМЕРНЫЙ СЕМЬЯНИН

Частные детективы передали видеозапись в полицию, где с ней ознакомились следователи. Человек на экране был похож на примерный портрет разыскиваемого насильника. Когда Кристин Грегг показала фотографию с водительских прав Ньюмана одной из потерпевших, женщина опознала его. 3 августа 1992 года Грегг с двумя полицейскими пришла к Ньюману на работу. "Мистер Ньюман, вы арестованы", - сказала она, защелкивая наручники.

Хотя фоторобот "маньяка из Сан-Карлоса" действительно передавал сходство с Ньюманом, никому из сослуживцев или соседей последнего и в голову не пришло заподозрить этого примерного семьянина, в прошлом лейтенанта военно-морских сил, имевшего два университетских диплома.

Вскоре Грегг узнала еще одну причину, по которой Ньюману удавалось так долго скрываться от правосудия. Он было нетипичен: его ни разу не задерживала полиция, он ни разу не попадался даже за рулем за нарушение правил.

Грегг и ее коллеги произвели обыск в доме Ньюмана, осмотрела его машину и стол на работе и нашли улики против него, в том числе куртку, в которой его три года назад запечатлела телекамера у банкомата. Выяснилось, что Ньюману действительно сделали вазэк-томию.

Две из первых пострадавших указали на него на опознании в полиции, так же как и 13 сравнительно недавних жертв, включая Джуди Дейвис. Обвинитель Джозефин Кирнан была непреклонна, требуя максимального наказания за попытки убийства, грабеж и похищение человека.

Ньюман отказался давать показания в суде и не сознавался в совершении преступлений, хотя в беседе с психиатром он говорил, что насиловал женщин. В январе 1993 года он был признан виновным по всем 50 выдвинутым против него пунктам обвинения.

Судья Наполеон Джоунс приговорил Ньюмана к 294 годам тюрьмы плюс к трем пожизненным срокам без права на досрочное освобождение в течение первых 168 лет (Приговор был обжалован).

- Это дело - пример того, как может работать правоохранительная система, - заявила Кирнан.

- Мы имели показания потерпевших, которые опознали подозреваемого. Кроме того, следователь не отступилась от этого дела, а судья не побоялся назначить максимальное наказание.

Что касается Кристин Грегг, она связалась с полицейскими управлениями в городах, где жил Ньюман во время службы во флоте с 1982 по 1987 год. Она уверена, что он насиловал женщин не только в Сан-Диего.

"Если на его счету есть еще жертвы, они будут рады узнать, что от этого маньяка никто больше не пострадает".

(КОД, № 9, 1996)

"ДЕЛО ВРАЧЕЙ"

Это громкое дело привлекает пристальное внимание журналистов, и ход его отражен в статье Янины Соколовской "Дело врачей", напечатанной в газете "Известия" 9 октября 1996 года.

"Дело о поставках детей из львовских клиник за рубеж поражает размахом и жестокостью взрослых, и их безнаказанностью. В нем замешаны некоторые депутаты и ведущие медработники страны. Экспорт детей поощрялся, - государство оказалось не в состоянии содержать украинских сирот. Правоохранительные органы, два года назад (в 1994 г.) начавшие расследовать это дело, до сих пор не могут довести его до суда - слишком сильно влияние фигурирующих в нем лиц. Мы предприняли попытку альтернативного журналистского расследования, и удивительно, - отыскать удалось даже "потерянных" следствием свидетелей.

РОМАН И ЮЛЯ

По словам следователей, из Львова за границу были переправлены 136 детей. Основными участниками этого бизнеса стали главврач Львовского перинатального центра В. Дорошенко, руководитель Каменско-Бугской районной больницы Ю. Великий и шеф Львовской областной больницы Б. Федак. Эти фигуранты поставляли детей. А глава галицкой райадмини-страции 3. Урсул и зам. председателя обладминистрации Львова Ю. Зима подписывали разрешение на иностранные усыновления. "Эти люди наладили тайную систему поиска малышей, от которых отказались родители. В ней были задействованы около 70 медработников - от главврачей до санитарок".

Одним из первых продали иностранцам Романа Голопуппу - за шесть тысяч долларов. Через три года Романа вернули на родину, и он тихо скончался "от болезней и крайнего истощения". В свои 3,5 года он весил пять килограммов.

Купившая его американская семья Брукс даже не догадывалась о том, что малыш тяжко болен менингитом - "продавцы" им об этом не сказали. Три года Бруксы пытались вылечить малыша. Когда поняли, что надежд нет, а расторгнуть усыновление нельзя, подкинули его в одну из львовских клиник, где малыш и умер.

Виновниками трагедии и "продавцами" Романа были двое - главврачи Львовского перинатального центра Владимир Дорошенко и глава галицкой райадминист-рации Зиновий Урсул.

Роман родился в клинике Дорошенко, от него отказалась мать, и для главврача это стало настоящей удачей. Он уже знал подходящих усыновителей. Дорошенко спрятал малыша на одной из своих тайных квартир, которые служили своеобразными "камерами хранения" живого товара, где хозяйничали бывшие медработники.

Когда Роман заболел, хозяйка отвезла малыша в восьмую львовскую больницу. Там его выхаживали десять дней. На 11-й явился Дорошенко и потребовал отдать ему младенца: мол, оформлены документы на его усыновление, за ним прибыли американцы. Врачи не соглашались "за десять дней менингит не лечится". Тогда в больницу срочно прибыл Зиновий Урсул. На глазах изумленных медиков он состряпал документ: решением галицкой администрации ребенок переводится на лечение в Москву. Поставил печать и подпись. На следующий день малыша отправили в США.

Не менее драматична история 17-летней Юли Цимерман, два года назад проданной американской семье Доблер и недавно вернувшейся на родину. Девочку, нынешнее местонахождение которой не знают даже следователи, мне удалось разыскать. Вот что она мне рассказала:

"В 92-м году я вместе с другими сиротами лечилась в США. Семья Доблер, в которой я жила, хотела меня удочерить, но я не решилась, вернулась домой. Доблеры обо мне не забыли - писали, присылали подарки. Они уговорили меня на удочерение. Мой отец не возражал, сказал: "Лишь бы тебе хорошо было". (Надо заметить, что отец девочки тогда только вернулся из тюрьмы, где отсидел восемь лет за убийство Юлиной мамы.) Доблеры прислали во Львов Роберта Брауна, представителя американской усыновительной фирмы. Мы встретились с Владимиром Дорошенко, который убедил меня написать заявление, будто я лежала в его центре и хочу выехать на дальнейшее лечение в США. Он сказал, что с таким заявлением проще оформить выезд. Я написала, что требовалось. Дорошенко оформил документы, даже в ОВИР за моим паспортом ходил. Позже, когда я не прижилась у Доблеров и мне стало настолько несладко, что я пыталась покончить с собой, они сказали, что мое усыновление обошлось им в 13 тысяч долларов".

Юля вернулась домой. Живет с отцом в однокомнатной квартире. Девочка не жалеет, что вернулась, но до сих пор с содроганием вспоминает, как ее продали.

ПЕРВЫЕ УБИЙСТВА

Юля не зря скрывает свой адрес - ее уже пытались найти и припугнуть. На Львовщине о "деле врачей" говорят: не влезай - убьют.

В конце августа 1994 года, когда экспорт детей достиг пика, некто в маске напал на заведующую облздравот-делом Руденя и проломил ему череп. Пострадавшего еле спасли.

Весной 1995-го, когда шло следствие по "делу врачей", в городском парке нашли труп врача Горецкой из Львовского перинатального центра. Виновные не найдены.

Следующей жертвой должен был стать Игорь Пилипчук, начальник регионального отделения Главного управления по борьбе с организованной преступностью, открывший "дело врачей". В Игоря стреляли в темном подъезде и не убили только чудом. Следователи намекнули мне, что следы этого преступления тянутся в облгосадминистрацию. Не исключено, по мнению следствия, что за покушением на Пилипчука стоит зам. Главы облгосадминистрации Юрий Зима, выдававший разрешения на иностранное усыновление львовских детей.

Со мной Юрий Васильевич согласился встретиться лишь для того, чтобы заявить: все разговоры о его роли в "деле врачей" - беспардонная ложь, направленная на дискредитацию его как руководителя. Мы беседовали в его роскошном облсоветовском кабинете, сплошь увешанном произведениями искусства. Говорят, Зима-коллекционер не решается хранить их дома после недавнего ограбления, когда якобы унесли 147 антикварных ценностей.

Юрий Васильевич проговорился, что иногда подписывал документы на усыновление, даже не открывая их, что давал "зеленый свет" иностранным посредникам, хотя не мог отличить их от торговцев детьми. Юрий Зима знал, что после мая 1993-го (когда правительство приостановило иностранное усыновление украинских детей) фирмачи-посредники "решали проблемы в Киеве" за определенную мзду. Зима прекрасно сознавал, что за усыновительно-торговыми операциями "стоят деньги".

Но поощрял этот "бизнес" потому, что уверен: детям в Канаде, США или Италии будет лучше, чем в отечественным детдоме.

Судьбы Юли Цимерман и Романа Голопуппы он считает досадными исключениями.

НЕПОДСУДНЫЕ

Юрию Зима пока не предъявлено обвинение, как и некоторым другим живым участкам торговали детьми: главврачу Каменско-Бугской райбольницы Юрию Великому и руководительнице дома ребенка № 2 Тамиле Козлюк. Между тем их заведения стали ведущими центрами по нелегальной переправке малышей за рубеж.


Дата добавления: 2015-08-27; просмотров: 44 | Нарушение авторских прав







mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.022 сек.)







<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>