Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 9. Ряд практических вопросов 9 страница

Читайте также:
  1. Amp;ъ , Ж 1 страница
  2. Amp;ъ , Ж 2 страница
  3. Amp;ъ , Ж 3 страница
  4. Amp;ъ , Ж 4 страница
  5. Amp;ъ , Ж 5 страница
  6. B) созылмалыгастритте 1 страница
  7. B) созылмалыгастритте 2 страница

Есть три варианта частичного решения этой пробле­мы, но ни один из них не является полностью удовлетво­рительным, хотя они заслуживают некоторого рассмот­рения. Первый вариант можно обозначить как принятие отношений власти и подчинения в качестве элемента об­щей схемы консультирования. Что, возможно, наиболее полно разработано в сфере социального обеспечения. Работник этой сферы может принять наделяющие его вла­стью предписания, которым он обязан следовать, и тера­певтические отношения с клиентом, с его потребностью в защите и сопротивлением по отношению к этим прави­лам. Обращаясь к клиенту, он говорит: “Я принимаю тебя. Я понимаю, что тебе нужно. Я понимаю твое негодова­ние по поводу бюджета, установленного законом. Но я также осознаю необходимость законных ограничений, и я принимаю правила агентства и следую им. Можем ли мы найти выход из этого? Занимая такую позицию, ра­ботник социальной сферы избегает властного императи­ва “Ты должен принять такой бюджет”. Клиент может выражать любое негодование или враждебность, которые он испытывает, и при этом выбрать путь приспособления к реалиям данной ситуации.

Что касается проблемы досрочно освобожденных, Аффлек (Affleck Doris Mode. “Therapeutic Utilization of Probationary authority Vested in a Private Agency” Journal of Social Work Process, vol.1, nr. 1 (November, 1937), pp. 104-126.) так описывает отношения между работником агентства по работе с несовершеннолетними и подрост­ком, находящимся на испытательном сроке. “Специалист не использует данные ему полномочия над человеком, как это обязан делать суд. Он смотрит на него с объективной точки зрения, но принимает его как личность. А также учитывает позицию общества, которое было довольно жестоко к нему и, вероятно, его отвергло. Специалист совмещает эти два полюса и дает подростку возможность каким-то образом уравновесить их”. Придерживаясь та­кого подхода, чиновник не отвергает отношений власти к правонарушителю, но и не становится бездумно снис­ходительным. Он и полезен и не авторитарен. Из следую­щего отрывка, взятого из того же источника, станет ясно, каким образом на практике реализуется эта же установка при встрече с условно освобожденными гражданами. В этом случае работник говорит: “Суд обязал нас оказывать вам помощь и решил, что вы должны приходить сюда раз в неделю. Вы сами решаете, последовать этой рекоменда­ции или нет. Мы ничего вам не навязываем. Если вы не придете на указанную встречу, это будет ваш выбор, мы ничего за вас не решаем. Это ваш шанс, который вы мо­жете использовать. Если у вас есть какие-то проблемы, видимо, для этого есть какие-то причины. Возможно, вы сможете с ними справиться, если захотите”. Таким обра­зом, подростку предоставляется свобода выбора и в то же время на него возлагается ответственность за возможные последствия своего решения. Это позволяет служащему, который осуществляет наблюдение, и выполнить свои обязанности и одновременно дать понять подростку, что они оба находятся во власти вполне определенных уста­новленных законом регулирующих норм. В то же время это дает чиновнику возможность оставаться консультан­том в полном смысле этого слова. Свободное выражение отношений возможно в рамках заданной таким образом ситуации, к тому же отсутствует личное принуждение.



Второй способ частичного разрешения проблемы со­вместимости властных полномочий и консультирования, который используется некоторыми консультантами, зак­лючается в том, что специалист выступает в двух различ­ных ипостасях в разное время. Вероятно, лучше всего это видно на примере классного руководителя, который на­делен определенными полномочиями в классе. Зачастую его обязанности противоречат тем отношениям, которые ему хотелось бы установить с отдельными детьми. Одна­ко он может за пределами школы выстроить подлинную терапевтическую ситуацию, в которой его отношения с отдельными учениками будут резко отличаться от их вза­имоотношений в классе. Если это происходит, то стано­вится вдвойне необходимым четкое определение границ такого взаимодействия, чтобы, например, ученик не ожи­дал, что определенная специфика сеанса консультирова­ния — полная заинтересованность учителя, свобода вы­ражения, отсутствие давления и жесткого контроля — бу­дет распространена и на ситуацию в классе.

Загрузка...

Без всякого сомнения, во многих случаях такая двой­ная роль может быть успешно реализована. Это особенно справедливо для тех ситуаций, когда вопросы, возника­ющие в ходе консультирования, отличаются от тех, кото­рые возникают в ситуации осуществления командных полномочий. Таким образом, учитель может успешно про­консультировать ученика по проблемам его отношений с родителями и в то же время поддерживать с ним иерархи­ческие отношения во время занятий в классе. Но, если основной проблемой ученика является, например, его недовольство расписанием, преподаватель, вероятно, ста­нет защищаться и как консультант будет не на высоте. Точно так же декан колледжа мог бы провести успешное консультирование, если бы основная проблема была свя­зана с профессиональным выбором. Когда же проблемы студента касаются нарушений правил колледжа, за уста­новление которых отчасти ответствен и сам декан, то рез­ко возрастают трудности, связанные с попыткой успеш­ной реализации этих двух ролей.

Третий тип решения проблемы, который в перспекти­ве, кажется, выглядит самым многообещающим, состоит в том, чтобы отделить функцию консультирования от фун­кций властных полномочий в наших школах, колледжах, социальных агентствах, судах и на производстве. Такое решение имеет свои недостатки и требует тщательного взвешивания, если мы хотим, чтобы достижение инсайта стало интегрированной частью эффективного процесса консультирования. Однако вполне возможно, что данное решение проблемы не настолько сложно, как кажется. В ряде школ и колледжей склоняются к тому, что консуль­тирование не должно быть частью дисциплинарного или административного порядка, а должно выделиться в са­мостоятельную область. Психологические службы, ори­ентированные на недирективное сопровождение пациен­тов клиник (Guidance clinics — служба “гайденс”, т. е. ориентированная на под­держку и недирекгивное ведение клиента психологическая служба. — Прим. ред) уже почти перестали брать на себя двойную роль, хотя записи двенадцатилетней давности указывают, что в то время они просто не замечали противоречия между властными полномочиями и лечением. Примечатель­но, что и на производстве стали осознавать, что консуль­тирование наиболее эффективно тогда, когда оно полно­стью отделено от управления. Можно привести один из самых ярких примеров.

Тщательное исследование проблем персонала, прове­денное Вестерн Электрик Компани, показало, что одним из самых важных факторов успешности промышленного производства является легко поддающаяся воздействиям сеть личностных и межличностных взаимодействий, су­ществующих вне официальных и легко распознаваемых административных отношений. Для того чтобы поддер­жать гармоничное функционирование этих базовых меж­личностных отношений, разработали программу консуль­тирования персонала. Только после того, как было про­ведено несколько тысяч бесед с персоналом, были сфор­мулированы теоретические положения и определена тех­ника консультирования, аналогичная подходу, описанно­му нами в данной книге. Когда работа была полностью завершена, произошло окончательное отделение консуль­тирования от функций управления и подчинения.

Схема работы крайне проста. Она заключается в на­значении обученного персонала в каждую отдельную группу служащих, как управляющих, так и подчиненных. Опыт показал, что размер группы не должен превышать трех сотен человек. Этот специалист получает право про­водить беседу со служащими и управляющими на конфи­денциальной основе, но он не наделен никакими управ­ленческими полномочиями. И в соответствии со специ­фикой метода беседы он не должен давать никаких сове­тов или рекомендаций по поведению. Чтобы избежать любого проявления власти, он называет себя консультан­том по персоналу. Поэтому, с официальной точки зрения, он не имеет отношения к органам власти в группе, в ко­торую назначен. Очевидно, что такое построение взаимоотношений — нечто совершенно не характерное для со­временной промышленной организации (Из выступлений Г. А. Райта (Н. A. Wright) — главы департамента изучения и подготовки персонала Вестерн Электрик Компани — пе­ред Американским советом по управлению и Ассоциацией по работе с персоналом, Сант-Льюис, 22 февраля, 1940. Для более подробной ин­формации см. Management and Worker, by F. J. Roethhisberger and W. J. Dickson, Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press, 1940.).

Если такое разделение функций возможно и осуще­ствимо в промышленной сфере, есть основание предпо­ложить, что в подобном виде его можно применять и для других социальных институтов.

 

 

Заключение

 

Терапевтические отношения — это такие отношения, при которых теплое принятия человека и отсутствие лю­бого давления или личного принуждения на него со сто­роны консультанта позволяет возникнуть максимально­му выражению чувств, установок и проблем клиента. Эти взаимоотношения четко структурированы, имеют огра­ничения с точки зрения времени, зависимости и агрес­сивных проявлений, что относится прежде всего к кли­енту, а также предполагают наличие ответственности и эмоционального участия для консультанта. В этом уни­кальном опыте полной эмоциональной свободы внутри четко очерченных границ, как ни при каких других отно­шениях, человек может познавать и понимать свои им­пульсы и способы поведения, как позитивные, так и не­гативные.

 

 

Глава 5

Директивный подход против недирективного метода

 

Прежде чем перейти к дальнейшему обсуждению терапев­тического процесса, имеет смысл рассмотреть некоторые спорные моменты. В частности, и в консультировании, и в психотерапии, как уже отмечалось ранее, консультант не принимает на себя ответственность за управление ре­зультатом процесса. Далее, многие читатели, должно быть, почувствовали, что описанный нами тип консультирова­ния им мало известен, и сразу же возникает вопрос, а смо­жет ли консультант решать проблемы клиентов описываемым здесь способом. Эти вопросы действительно важ­ны и заслуживают особого внимания. Не стремясь дать какой-то окончательный ответ, выскажем некоторые ос­новные соображения.

 

Директивный подход

 

Сразу отметим, что концепция консультирования, выдвигаемая в данной работе, ни в коей мере не является единственно возможной. Существует ряд других концеп­ций консультирования и других способов установления терапевтических отношений. Возможно, наиболее общее определение этого процесса можно свести к следующе­му: консультант обнаруживает, ставит диагноз и работает с клиентом над решением проблемы, при условии, что консультируемый активно и непосредственно участвует в этой процедуре. Терапевт принимает на себя основную ответственность за решение проблемы, и эта ответствен­ность ставится во главу угла всех его усилий. Возможно, иллюстрация такого директивного метода поможет убе­дить читателей.

Студентка, которая проходит курс навыков обучения в колледже, приходит к консультанту на первую беседу. Консультант приветствует ее и начинается беседа (фоног­рамма):

 

К. Я просмотрел твои документы и разные справки.

С. М-м.

К. И я узнал, что ты из У.

С. М-м.

К. Ты ходила на Рузвельта Хая?

С. Да,м-м.

К. Я обратил внимание на то, что ты решила пройти пси­хологический курс, чтобы лучше учиться. Я ознакомился с перечнем твоих проблем и понял, что тебе довольно трудно приходится — тебя беспокоят низкие оценки, плохая память и тому подобное. А как ты училась в школе?

С. Ну, я была просто средней ученицей.

К. А какие у тебя были там основные предметы?

С. М-м, вы имеете в виду...

К. В средней школе у тебя была общая спецподготовка или коммерческая?

С. Это был теоретический курс. Я занималась языками, английским и историей.

К. Что ты любила больше всего?

 

Мы приводим этот отрывок, потому что он иллюстри­рует наиболее типичный подход к консультированию, хорошо всем известный. С самого начала консультант так­тично принимает на себя полное управление ситуацией. Он дает понять студентке, что уже обладает некоторой информацией, необходимой для руководства процессом. Он выбирает из перечня проблем студентки те, на кото­рые и будет направлено консультирование. Самое глав­ное здесь, что он берет на себя прямое управление процессом беседы. Обязанность студентки — отвечать на за­данные вопросы, чтобы консультант смог получить необ­ходимую информацию для установления точного диагно­за. К концу первой беседы терапевтические отношения определены более четко.

 

К. Мне кажется, что твоя проблема в том, что ты хочешь больше узнать о себе. Мы снова будем проходить все эти тесты, у нас есть все эти проекты, и есть план действий. Я бу­ду встречаться с тобой каждую неделю в это же время, и у тебя станет складываться более ясная картина. А я тогда помогу тебе проверить это и скажу, все ли идет как надо. (Смех.)

С. М-м.

К. Следовательно, сейчас мы можем с этим разобраться. Я бы предложил — я бы более или менее проработал этот проект, поскольку ты говоришь, что у тебя трудности с кон­центрацией внимания. Хорошо, итак, давай проверим и посмотрим, так ли это.

С. М-м.

К. Если причина не в этом, то она, может быть, в чем-то другом. Хорошо, мы получим некоторое представление пу­тем проверки чтения. Здесь есть проблема.

С. М-м.

К. Теперь, когда у нас есть представление о проблеме, ты могла бы набраться решимости и сказать: “Итак, вот именно то, над чем мне необходимо работать”. В этом нет ничего плохого, но, поскольку ты выполняешь работу, тебе нужно решить следующий вопрос: “Как усердно я собира­юсь работать?” И поэтому вот что я предлагаю: если у тебя проблемы с историей, принеси в следующий раз учебник и свою тетрадь, и тогда я смогу проверить, как обстоит дело, и мы продолжим работать над диагнозом.

С. М-м.

К. Я бы начал с разработки гипотез. Позже, я думаю, ты заметишь, как у нас будет вырисовываться все более и бо­лее ясная картина твоей проблемы.

 

Отметим несколько особенностей этой беседы. Кон­сультант определяет проблему, и это выражено в его сло­вах: “Мне кажется, что твоя проблема в том...” Консуль­тант указывает, что берет на себя ответственность за об­наружение источника проблемы и за определение диаг­ноза: “Я скажу тебе, все ли в порядке”. Он предлагает, что она должна предпринять для уточнения диагноза, и, ра­зумеется, потом дает свои рекомендации по коррекции. Основное внимание в процессе консультирования кон­центрируется на проблеме, ее причинах, лечении. Един­ственная ответственность консультируемой — решить, насколько она готова к сотрудничеству. Другими слова­ми, управление процессом полностью сосредоточено в руках консультанта.

По поводу приведенного отрывка можно дать ряд ком­ментариев с той точки зрения, которая отстаивается в дан­ной книге. Во-первых, мы не знаем, являются ли пробле­мы, выделенные консультантом, действительно актуаль­ными для студентки. К сожалению, стоило только кон­сультанту обозначить проблему, студентка, по всей види­мости, с готовностью принимает его мнение как опреде­ление той сферы, вокруг которой будет сосредоточено консультирование. Еще важнее, что весь процесс, в кото­ром только один консультант осуществляет диагностику, дает рекомендации и проводит лечение, может сделать консультируемого еще более зависимым, еще менее спо­собным решать свои проблемы, связанные с адаптацией.

Очевидно, что такой тип консультирования отличает­ся по всем параметрам, за исключением одного, от того, который был описан нами ранее. В ситуации консульти­рования должно быть обоюдное соглашение по поводу необходимости раппорта и ответственности. Однако что касается данного подхода, то в ней нет полной свободы для выражения чувств и установок, потому что задавае­мый консультантом тон тормозит любые выражения чувств, возникающие вне предписанной области обсуждения. При этом нет четких ограничений ни по поводу ответственности консультанта, ни относительно степени зависимости, которую может демонстрировать клиент. Будучи далеким от преуменьшения роли личного влия­ния, данный тип консультирования строится, по большей части, на силе убеждения со стороны консультанта.

 


Дата добавления: 2015-07-11; просмотров: 50 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 9. Ряд практических вопросов 1 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 2 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 3 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 4 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 5 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 6 страница | Глава 9. Ряд практических вопросов 7 страница | Характеристика приемов консультанта в директивной группе 1 страница | Характеристика приемов консультанта в директивной группе 2 страница | Характеристика приемов консультанта в директивной группе 3 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 9. Ряд практических вопросов 8 страница| Основные характеристики директивного и недирек­тивного методов.

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.009 сек.)