Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Оценка приёмов композиции

Читайте также:
  1. I. Оценка геолого-технических условий
  2. II. Экономическая оценка экологического ущерба от выбросов АТ.
  3. III. ОЦЕНКА УСТНЫХ ОТВЕТОВ УЧАЩИХСЯ
  4. IX. Образование и оценка резервов банка
  5. V этап. Оценка эффективности сестринских вмешательств.
  6. V. ОЦЕНКА ТВОРЧЕСКИХ РАБОТ УЧАЩИХСЯ
  7. VIII. ВИДЫ ОБЪЕМНО - ПРОСТРАНСТВЕННОЙ КОМПОЗИЦИИ

 

Многообразие приёмов композиции практически безгранично. Однако мы вправе говорить о двух возможных подходах к выбору этих приёмов – логическом и образном.

Так, работая над информационной заметкой, редактор должен отдавать себе отчёт в том, что арсенал средств эмоционального воздействия, к которому он вправе прибегнуть, ограничен. Его задача – направить мысль читателя по верному пути, прежде всего средствами логики помочь ему воспринять новость, сообщаемую в заметке, точно, адекватно извлечь содержащуюся в тексте информацию. Практикой закреплены схемы построения коротких информационных заметок, фиксирующие смысловые отношения между их частями и последовательность этих частей. Приве­дём несколько наиболее часто встречающихся схем.

 

Событие уже свершившееся, завершённое. Рассказ о как происходило событие. Указания на подробности. Значение события (практический смысл, перспективы).

 

Событие, уже свершившееся, завершённое. Характеристика этого события (описание явления, служащего предметом заметки). Значение события (практический смысл, перспективы).

 

Событие, происходящее в определённый момент. Конкретизация фактов, описание деталей. Значение события, перспективы, перечисление конкретных мер, принимаемых в данный момент.

 

Следование этим композиционным схемам способствует передаче информации в её наиболее «чистом» виде. Отход от них вносит в текст дополнительные смысловые акценты, которые дол­жны быть мотивированы. Их необходимо учитывать при литературной обработке текста.

 

Редактору следует не только знать стереотипы, но и уметь применить их. Уже один из первых исследователей языка наших газет Г.О. Винокур предупреждал об опасности, обусловленной механическим характером газетной речи, о примитивности логического мышления.

Автор информационной публикации, как правило, прямо не проявляет себя. Напротив, приёмы, которыми он пользуется, подчёркнуто нейтральны. Факты должны говорить за себя сами. Проявление авторской позиции, личного к ним отношения влечёт усложнение композиции.

В публицистике эффект выразительности достигается трансформацией линейной последовательности – реальной или логической. «...Твардовский долго сокрушался, – пишет в своих воспоминаниях В. Лакшин, – что Сац [сотрудник редакции «Нового мира». – К.Н.] испортил, редактируя, вещь Горбатова («Годы и войны»). Зачем он выпрямил в хронологической последовательности? Мне плакать хочется, какая вещь испорчена. Ведь Горбатов интуитивно сделал художественно. Сначала круто взял – тюрьма, лагерь, а потом на покосе, где есть место подумать, припомнил детство, гражданскую войну...»1 В произведениях аналитических и художественно-публицистических жанров мы обнаруживаем часто сложнейшие переплетения логических и образных приёмов построения.



Одна из последних журналистских работ писателя В. Липатова — очерк «Три письма» — была опубликована в газете под рубрикой «Мир современника». Заголовок предельно прост, он точно соответствует содержанию и структуре очерка. Это действительно три письма, написанные ландшафтным инженером Геннадием Самсоновым разным людям по различным поводам. В конце публикации – приписка: «Письма Г.Н. Самсонова значительно сократил и немного подредактировал Виль Липатов». Так в текст включена подпись автора очерка. Вместе с короткой вводкой «от редакции» эта концовка образует композиционную рамку, подчёркивающую достоверность писем. Правда, Липатов не упоминает о том, что он не только подсократил, но ещё и расположил письма Геннадия Самсонова в определенном, заметим, отнюдь не хроно­логическом, порядке. Первое письмо говорит о жизни героя за довольно долгий период – от окончания школы до последнего времени, второе – рассказ о его профессии, третье – о заботах сегодняшнего дня. Конструктивная автономность частей (каждая из них – законченное письмо) помогает создать впечатление более широкого охвата действительности, нежели последователь­ный, связный рассказ. Три письма – три части очерка, границы которых обозначены в тексте подзаголовками, традиционными для формы письма обращениями к адресатам, и подписью, которой принято заканчивать письма. Этот приём проясняет для читателя внешнюю форму текста. Сравним подзаголовки-обращения разных частей очерка: «Валерий, дружище, привет!», «Добрый день, Кирилл Иванович!», «Николай!» и подписи: «Геннадий», «Ваш Геннадий Самсонов», «Твой Геннадий». Читатель ощущает и разницу в возрасте тех, к кому обращается герой очерка, и разную степень доверительности в его отношениях с ними. Избранная автором композиционная форма позволила достичь естественности и простоты изложения и одновременно показать, как проявляется характер героя в общении с другими людьми.

Загрузка...

Как и в современной художественной литературе, в публицистике стремление к оригинальности ощущается сейчас всё более отчётливо. Это и апелляция к ассоциативному мышлению читателя, и уверенность в том, что он сумеет извлечь из текста всё, что в нём заложено, и обращение к читателю внимательному и просвещённому. Это различные переносы во времени, введение дополнительных планов повествования, включение авторских монологов и отступлений, открытые концовки и другие приёмы, рассчитанные на сотворчество с читателем.

Достаточно часто авторские просчёты в построении материала объясняются тем, что приёмы композиции не связаны с его содержанием или связь эта проявлена недостаточно последовательно. Именно поэтому, представляется, не удалось реализовать свой замысел автору газетного очерка «Наследник деда Нефёда». Очерк имеет подзаголовок: «Страницы из биографии мастера Лякуба». Основному тексту предшествует врез: «Учитель – это ученик. Пожалуй, можно так перефразировать поговорку: скажи мне, кто твои ученики, и я скажу, кто ты. Арифметика немудрёная. Из 23 лет – каждые два года по тридцать учеников. Триста с лишним рабочих. Маленький завод или большой цех. Триста страниц в биографии мастера». Замысел интересен. Конструкция материала, казалось бы, определена: «каждая страница – это ученик». Действительно, подзаголовки гласят: «Страница 1-я. 1942 год», «Страница 31-я. 1943 год», «Страница 98-я и 99-я. 1949 год», «Страница 236-я. 1961 год» и так далее. Мы знаем, что каждые два года мастер выпускал по 30 учеников, но уже первый подзаголовок наводит на размышления: почему в 1943 году, т. е. через год после того, как мастер начал работать, стала возможной 31-я страница его биографии, ведь первых 30 учеников он выпустил, если верить тому, что было написано во врезе, только в 1944 году. Несложные подсчёты убеждают, что и другие этапы биографии мастера определены произвольно. Никак не могла 236-я страница прийтись на 1961 год, а 250-я на 1964-й. Напрасными оказались наши ожидания найти в каждой главке обещанную страницу биографии мастера, обещанный рассказ об его учениках. В одной говорится о наставнике самого Лякуба, в другой – об его педагогических принципах. Смысл заголовка остаётся неясным до последних строк очерка, где упоминается дед Нефёд, герой сказа Бажова. Так композиционный замысел, сам по себе интересный и открывавший перед автором возможность оригинально построить очерк, оказался нереализованным, формальным. Помочь автору было можно и нужно, но это не было сделано редактором.

Каждый журналистский жанр располагает своей системой приёмов организации материала, но даже традиционные журналистские жанры не остаются неизменными. Примером может слу­жить репортаж, о возможностях которого при современной трактовке его задач сегодня размышляют журналисты-практики, оставаясь верными основному признаку жанра, его доминанте: пишущий – очевидец или участник события. Понимание сути приёмов композиции, умение подойти к ним творчески лежат в основе методики работы над текстом как одна из составляющих профессионализма литературной работы журналиста и редактора.

 


Дата добавления: 2015-07-07; просмотров: 175 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Коммуникативные особенности процесса редактирования | Своеобразие литературного труда редактора | Традиционные филологические методики анализа текста и практика редактирования | Виды редакторского чтения | Процесс правки текста | Виды правки | Логика изложения | Приёмы анализа текста с логической стороны | Основные законы логического мышления и смысловой анализ текста | Построение литературного произведения |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Анализ структуры литературного произведения| Разбор практики

mybiblioteka.su - 2015-2021 год. (0.007 сек.)