Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Женский архетип в мифах и сказаниях 40 страница

ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 29 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 30 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 31 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 32 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 33 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 34 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 35 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 36 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 37 страница | ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 38 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

 

Абсолютно необходимо получить у человека четкое разрешение рассказывать его сказку и обязательно на него ссылаться, если такое разрешение получено, – это помогает сохранить генеалогическую пуповину: на одном конце мы, а на другом – животворящая плацента. Попросить разрешение и получить его [7], не пользоваться тем, чего тебе не передавали, уважать труд других, ибо их труд и жизнь воплощаются в их творчестве, – все это знаки уважения и, можно сказать, подобающих манер, свойственные человеку, надлежащим образом воспитанному в сказочной традиции. Ведь сказка – не просто сказка. В самом сокровенном и истинном смысле она есть чья-то жизнь. Именно высшая сила, присутствующая в жизни человека, и то, что он пережил, заключенное в сказке знание, делают эту сказку лекарством.

 

Крестные родители сказки – это те, кто, подарив сказку, присовокупили к ней свое благословение. Иногда, прежде чем начать рассказывать сказку, приходится очень долго говорить о ее родословной. Этот перечень, в который входят мать сказки, ее бабушка и т.д., не становится длинной и скучной преамбулой, потому что ее сдабривают самостоятельными маленькими историями. И тогда, как на банкете, следующая за ними основная, более длинная история становится вторым блюдом.

 

В каждой из известных мне сказочных и целительских традиций рассказ начинают с того, что поднимают, мобилизуют душевное содержимое, коллективное и личное. Этот процесс требует больших затрат времени и энергии, как интеллектуальной, так и духовной; его никак не назовешь легким занятием. Хотя бывают и intercambiamos cuentes, сделки, предметом которых служат сказки, – когда два человека, которые хорошо знают друг друга, обмениваются историями, даря их друг другу, – это происходит потому, что между ними установились родственные отношения, даже если они не являются кровными родственниками. Так и должно быть.

 

Несмотря на то что некоторые используют сказки исключительно для развлечения, несмотря на то что телевидение слишком часто использует сказочные сюжеты, изображающие отмирание жизни, одно их древнейших предназначений сказки – искусство врачевания. У некоторых людей обнаруживается призвание к этому искусству, и, на мой взгляд, лучшие из них – это те, кто по-настоящему возлег со сказкой и нашел у себя внутри, в глубине, все соответствующие ей части. Такие люди прошли долгий период ученичества, долгий период духовного наставничества и долго шлифовали свои навыки. Таких людей можно мгновенно узнать просто по их виду.

 

Имея дело со сказками, мы получаем доступ к архетипической энергии, которую, если прибегнуть к метафоре, можно сравнить с электричеством. Эта архетипическая энергия может воодушевлять и просветлять, но в неверное время, в неверном месте, в неверном количестве, при неверно выбранной сказке, у неверного рассказчика, у неподготовленного рассказчика, у того, кто более или менее знает, что делать, но не знает, чего не делать [8], она, как и любое лекарство, не даст желаемого эффекта или даже даст нежелательный. Иногда так называемые «собиратели сказок» не понимают, что делают, когда просят сказку из другого измерения или пытаются использовать ее без благословения.

 

Архетип нас изменяет. Архетип наполняет нас узнаваемой целостностью, узнаваемой выносливостью, и если в рассказчике не произошло перемены, значит, не было верности, не было подлинного контакта с архетипом, не было передачи, а был лишь механический пересказ или корыстное использование в собственных целях. Передать сказку – значит взять на себя большую и далеко идущую ответственность. Попытайся я дать исчерпывающее описание процессов врачевания, в котором как один из компонентов используется сказка, подробное описание их параметров заняло бы несколько томов. Но здесь, ограниченная объемом книги, я скажу только самое главное: мы несем на себе ответственность, мы обязаны убедить людей в том, что они полностью подключены к традиции, сказки которой несут в себе. И рассказывают.

 

У лучших из знакомых мне рассказчиков-целителей – а я имела счастье знать многих – сказки вырастают из их жизни, как дерево вырастает из корня. Сказки вырастили их – вырастили из них тех, кем они стали. Разницу можно увидеть. Мы видим, когда человек в шутку «вырастил» сказку и когда сказка по-настоящему вырастила его. Именно второй вариант лежит в основе неразрывных традиций.

 

Иногда незнакомый человек просит у меня сказку, которую я несколько лет откапывала, шлифовала, вынашивала. Являясь хранительницей сказок, полученных на основе обещаний, которые дают и держат, я не отделяю эти сказки от других слов и обрядов, которые их окружают, особенно тех, которые были развиты и вскормлены в недрах семьи. И выбор здесь зависит не от какого-то плана из пяти пунктов, а от душевной науки. Здесь все решают связь и связанность.

 

Модель "мастер-подмастерье" создает ту бережную атмосферу, в которой я могу помогать своим ученикам искать и развивать сказки, чтобы эти сказки их приняли, чтобы они светились в них, а не просто лежали на поверхности их существа, как фальшивые драгоценности. Пути бывают разными. Легких путей мало, и ни один из известных мне не отличается честностью. Трудных и даже мучительных путей гораздо больше, зато они честные и достойные.

 

Абсолютно справедливо, что пригодность человека к целительству, к использованию сказки как метода врачевания определяется тем, насколько он готов пожертвовать и что он готов вложить, причем я употребляю слово "жертва", имея в виду все его смысловые оттенки. Жертва – это не страдание, которое мы выбираем сами, это не то "удобное страдание", когда его предел определяет сам "жертвователь". Жертва – не тяжелая борьба или существенное неудобство. Это когда "ты входишь в ад, который создан не тобой" и возвращаешься из него полностью обузданным, полностью сосредоточенным, полностью преданным – не больше и не меньше.

 

У меня в роду говорят: хранитель сказок в свое время потребует у тебя плату за них, то есть заставит тебя жить определенной жизнью, потребует ежедневной дисциплины, многолетнего ученичества – не той учебы спустя рукава, которая по душе эго, а той, которая основана на неукоснительном соблюдении правил и требований, И это еще слабо сказано.

 

В семейных традициях обращения со сказкой – ив традиции mesemondok, и в традиции cuentista, – которые я усвоила еще в детстве и с тех пор использую, есть то, что называют La invitada, "гость", – имеется в виду пустой стул, который так или иначе присутствует при каждом рассказе. Иногда, когда ты рассказываешь сказку, душа кого-то из слушателей или несколько душ приходят и садятся, потому что у них возникает такая потребность. И хотя у меня достаточно много тщательно подобранных сюжетов, так что их хватит на целый вечер, я тем не менее могу изменить повествование, чтобы исцелить самочувствие духа, который присел на пустой стул, или поиграть с ним. Этот "гость" интересен всем присутствующим.

 

 

* * *

 

Я советую людям раскапывать сказки в собственной жизни и заставляю делать это тех, кого учу. Это особенно касается сказок из их наследия, потому что если человек всегда обращается, скажем, к переводам сказок братьев Гримм, то сказки его собственного наследия – как только умрут старики – окажутся для него навсегда утраченными. Я горячо поддерживаю тех, кто возвращает сказки своего семейного наследия, хранит их, спасает от смерти – результата небрежения. Ведь повсюду на земле костяк всех целительских и духовных структур составляют старики.

 

Обратите внимание на своих близких, на свою жизнь. Ведь не случайно этот совет дают и великие целители, и великие писатели. Обратите внимание на то реальное, что есть в вашей жизни. Сказки, которые вы в нем обнаружите, вам никогда не найти в книгах. Они берут начало в личных впечатлениях.

 

Если по-настоящему раскапывать истории в собственной жизни, в жизни своих близких и в современном мире, там, где он соприкасается с личной жизнью, неизбежны неудобства и испытания. Вы понимаете, что находитесь на верном пути, если пришлось испытать следующее: сбитые костяшки пальцев, ночлег на холодной земле, причем не однажды, а многократно, блуждания во тьме, хождение по кругу ночью, леденящие кровь откровения и приключения, от которых волосы встают дыбом, – это стоит многого. Должно быть и немножко, а в некоторых случаях изрядное количество крови, пролитой на каждую сказку, на каждый аспект вашей собственной жизни, если ей суждено нести в себе высшую силу, если человеку суждено нести людям истинное исцеление.

 

Я надеюсь, что вы выйдете на простор и пригласите к себе сказки, то есть жизнь, что вы будете работать с этими историями из собственной жизни – вашей жизни, а не чьей-то другой, будете поливать их своей кровью, слезами, смехом, пока они не расцветут, пока вы сами не покроетесь цветами. Это и есть работа – единственная работа [9].

 

 

Приложение

 

 

В ответ на вопросы читателей о разных сторонах моей жизни и работы я слегка расширила некоторые главы этой книги, добавив несколько эпизодов, пояснений и самых разных дополнительных примечаний, расширили послесловие и впервые включили в книгу стихотворение в прозе, которое является частью оригинального неопубликованного произведения. Все эти изменения были проделаны аккуратно, чтобы не нарушить ритмический строй книги.

 

 

Три года спустя

 

Многие читатели писали мне – чтобы выразить свое одобрение, поделиться новостями читательских групп, которые изучают «Бегущую с волками», благословить на следующие произведения и расспросить о планах на будущее. Они читали эту книгу вдумчиво и внимательно, а многие – не один раз [1].

 

В общем, я была приятно удивлена, обнаружив, что духовные корни моей работы, едва намеченные на страницах книги, оказались очевидны такому множеству читателей. Горячая благодарность читателям за их благословения в наш адрес, за добрые слова, серьезные и проницательные отзывы, за душевную щедрость, за прекрасные подарки, сделанные собственными руками, за многочисленные пожелания успеха моей работе, моим родным и близким и мне лично. Все это я бережно храню в сердце.

 

 

Давным-давно, но не слишком

 

Попытаюсь ответить на некоторые из вопросов, которые интересуют моих читателей.

 

Многие спрашивают, как началась работа над "Бегущей с волками". – "Она началась задолго до того, как я ее начала" [2]. Она началась с того, что я родилась в необычной донкихотской семейной среде, которую уготовала мне судьба. Она началась с нескольких десятилетий упоения щемящей красотой и с наблюдения больших крушений больших надежд в разгаре культурных, общественных и других бурь. Она началась как итог любовей и жизней, одновременно горький и дорогой. "Она началась задолго до того, как я ее начала" – это я могу сказать с уверенностью.

 

Фактическая работа, когда я взяла ручку и принялась писать, началась в 1971 году, после паломничества из пустыни в родные края, где я попросила и получила благословение старших на работу над книгой, основу которой должен был составить песенный язык наших духовных корней. Тогда со всех сторон было дано много разных обещаний, и все эти годы они выполнялись до последней буквы, и самое важное из них гласило: "Не забывай нас, и не забывай того, ради чего мы страдали" [3].

 

"Бегущая с волками" – первая часть серии из пяти книг, охватывающей сто сказок внутренней жизни. На то, чтобы написать две тысячи страниц этого труда, ушло более двадцати лет. По сути, эта работа имеет целью реабилитировать целостную инстинктивную природу, которую принято рассматривать как патологию, и показать ее глубинные душевные связи с природным миром. Главная предпосылка, пронизывающая всю мою работу, – это утверждение, что все люди родятся одаренными.

 

 

О языке

 

В этой работе было умышленно использовано смешение языков: научного, который я усвоила, когда училась на психоаналитика, и в равной степени языка традиции целительства и тяжелого труда, в которой нашли отражение мои этнические корни, – это традиция иммигрантов, простых работяг и к тому же католиков. Наследство моего периода взросления – это ритм труда; именно он сформировал меня как una poeta, как поэтессу.

 

Поскольку книга "Бегущая с волками" являет собой произведение психологическое и в то же время духовное, некоторые книжные магазины помещали ее сразу в несколько отделов: Психология, Художественная литература, Феминизм и Религия. Мне также говорили, что она не подпадает ни под одну категорию или положила начало новой, своей собственной. Не знаю, так ли это, но, начиная ее, я надеялась, что она станет в равной степени литературным и психологическим произведением, раскрывающим вопросы духовности.

 

 

Памятка читателям

 

Цель «Бегущей с волками» – помочь сознательной работе над индивидуацией. Лучший способ для этого – поразмыслить над тем, что написано в без малого двадцати главах книги. Каждая ее глава говорит сама за себя.

 

В девяноста девяти процентах писем, которые мы получаем, читатели рассказывают, что они читают книгу не только сами, но и тем, кого они любят, или вместе с ними: мать читает дочери, внучка бабушке, женщина своему любимому; читают ее и члены еженедельных или ежемесячных читательских групп. Но эта книга не из тех, которые можно прочитать за неделю или за месяц – она создана для того, чтобы ее изучали. Она приглашает каждого читателя сопоставить свою жизнь с тем, что в ней предлагается, согласиться или возразить, подойти поближе, вникнуть поглубже, возвращаться к ней, проходя постоянный процесс развития.

 

Читайте неспешно. Эта книга создавалась долго, много лет. Я писала ее, потом уходила, но все время думала о ней [4], потом возвращалась, снова писала, уходила, снова думала, возвращалась, снова писала. Большинство людей читают книгу так же, как она создавалась: почитают немного, потом уйдут, обдумают прочитанное и снова вернутся [5].

 

Помните:

 

Самый старый смысл слова "психология" – изучение души. В наш век эта наука пополнилась новыми ценными открытиями, и этот процесс будет продолжаться; тем не менее исследование человеческой природы во всем ее разнообразии далеко от завершения. Психология существует не сто лет или около того. Психология существует тысячи лет. Мир по достоинству чтит имена многих замечательных мужчин и женщин, внесших свой вклад в психологическую науку. Но психология началась не с них. Она началась с любого человека и со всех тех людей, которые, услышав голос, более мудрый, чем их собственный, исполнялись решимости искать его источник.

 

Некоторые говорят, что моя книга "открыла новую область". Должна с полным уважением сказать, что суть работы, которую мне довелось выполнить, принадлежит к очень старой традиции. Такая работа не может уютно угнездиться под категорией, которая что-то "открывает". Во всем мире, в каждом поколении тысячи людей, в большинстве своем старых, чаще всего "необразованных", но многосторонне мудрых, оберегают и сохраняют ее точные и сложные параметры. Она всегда живет и процветает, потому что они живут и процветают и сводят эту работу к определенным формам и смыслам [6].

 

Предупреждение:

 

Вопрос развития человека – дело индивидуальное. Здесь не может быть ничего механического: "Делай это, а затем то". Путь, который проходит каждая личность, уникален, его нельзя свести к рецепту: "Сделай эти десять легких шагов, и все будет хорошо". Эта работа – нелегкая и не для каждого. Если вы ищете целителя, психоаналитика, психотерапевта или консультанта, убедитесь, что в направлении, к которому они принадлежат, есть надежные предшественники, а сами они по-настоящему умеют делать то, в чем считают себя специалистами. Лучше, если вам их порекомендуют друзья, родственники и сотрудники, которым вы доверяете. Убедитесь, что наставник, которого вы себе выбрали, достаточно подготовлен в отношении как методики, так и этики [7].

 

 

Немного о себе

 

Большую часть времени я пишу и работаю, скрываясь от мира, но иногда все же показываюсь. Я продолжаю жить так же, как живу уже много лет, – глубоко уйдя в себя и в то же время искренне стремясь быть в мире. Продолжаю свою работу психоаналитика, поэта и писателя, продолжаю заботиться о своей обширной семье. Продолжаю высказываться на социальные темы, продолжаю записывать аудиоматериалы, заниматься живописью, сочинять, переводить, преподавать и помогать готовить молодых психоаналитиков. В качестве приглашенного преподавателя я веду литературу, литературное творчество, психологию, мифопоэтику, жизнь как созерцание и другие предметы в разных университетах [8].

 

Иногда меня спрашивают о наиболее памятном событии за последние несколько лет. Разумеется, их было много, но совершенно пронзила мое сердце та радость, с которой старейшины моей семьи встретили первую публикацию этой книги – ведь для них это был первый случай, когда кто-то из их рода написал книгу и ее напечатали. Вот вам конкретная иллюстрация: когда мой восьмидесятичетырехлетний отец впервые увидел эту книгу, он воскликнул на ломаном английском: "Книга, книга, настоящая книга!" И прямо там же, в саду, принялся отплясывать древний чибраки, танец своей старой родины.

 

 

О моей работе

 

Поскольку я cantadora (хранительница старых историй) и к тому же женщина, объединяющая в себе две культуры, мне было бы трудно не заметить, что люди сильно отличаются друг от друга по своим культурным, психологическим и другим параметрам. В связи с этим мне кажется, что было бы ошибкой думать, будто любой путь – это единственный путь. Данная работа задумана как вклад в понимание того, что такое настоящая женская психология и чего ей недостает, – я имею в виду психологию, которая объемлет все разнообразие женщин и все разнообразие их жизней.

 

Наблюдения и переживания, накопленные за двадцать с лишним лет работы с женщинами и мужчинами, привели меня к выводу, что, независимо от состояния, этапа или положения, нужно обладать душевной и духовной силой, чтобы идти вперед – шаг за шагом, преодолевая упорный встречный ветер, время от времени возникающий в жизни каждого человека.

 

Сила приходит не после того, как человек поднялся по лестнице или на гору, не после того, как он чего-то добился. Собраться с силой – непременное условие самого процесса достижения; особенно это необходимо перед его началом и в продолжении. Но и после тоже. Я убеждена, что самая насущная сила проистекает от внимания к природе души и ее развития.

 

В любом отрезке времени есть много такого, что может сломить дух и душу, – это могут быть попытки разрушить намерение или вынудить вас забыть важные вопросы – не только те, которые касаются практических сторон ситуации, но и такие, как "где душа этого дела?". Мы идем по жизни, находим точку опоры, восстанавливаем справедливость, держимся против ветра, и все это благодаря силе духа.

 

Приток силы, что бы мы ни использовали для того, чтобы его вызвать, – слова, молитву, разные методы созерцания или другие средства, – мы получаем от высшей силы, которая обитает в центре души и в то же время значительно превышает душу. Эта высшая сила абсолютно доступна, о ней необходимо заботиться, ее необходимо питать. Хотя у нее есть много названий, ее существование – неопровержимый психологический факт.

 

Она сложна и богата – вот что обнаруживает человек, достигая подлинной зрелости; она проявляется и внешне, и внутренне у того, кто к ней упорно стремится. Мы это знаем, потому что есть заметная разница между жизнью осознанной и глубокой и жизнью, основанной на фантасмагорических верованиях. И пусть на этом пути к "истинному дому" мы время от времени оглядываемся назад – мы делаем это для того, чтобы отметить или отмерить место, откуда мы вышли, а не просто оглянуться.

 

 

Примечания

 

Иногда такие замечания и дополнительные пояснения, приводимые в конце глав, я называю los cuentitos, маленькие истории. Они родились из большого текста, но задуманы как самостоятельные произведения. При желании их можно читать подряд, не возвращаясь к основному тексту, но я рекомендую читателю и то, и другое.

 

 

Введение

 

 

1. Язык сказок и поэзии – могучий брат языка сновидений. Основываясь на многолетнем анализе разнообразных снов (и современных, и бывших в прежние времена, т. е. почерпнутых из письменных источников), а также священных текстов и сочинений мистиков, таких, как Катерина Сиенская, Франциск Ассизский, Руми и Экхарт, и произведений многих поэтов – Дикинсон, Милле, Уитмена и других, – могу предположить, что душе присуща функция стихосложения и художественного творчества, которая проявляется тогда, когда человек спонтанно или намеренно предпринимает путешествие к инстинктивному центру своей души. То место души, где сходятся сновидения, сказки, поэзия и искусство, представляет собой мистическую обитель инстинктивной, дикой природы. В современных снах или поэтических произведениях, как и в более старых народных сказках и сочинениях мистиков, весь этот центр рассматривается как существо, живущее собственной жизнью. В поэзии, живописи, танце и сновидениях он чаще всего символически изображается либо как одна из великих стихий – океан, небосвод, недра земли, – либо как олицетворенная сила – Царица Небесная, Белая Лань, Подруга, Возлюбленная, Любящая или Супруга.

 

Из этого центра исходят божественные темы и идеи, они наполняют человека, и тогда он ощущает присутствие "чего-то такого, что не от него". Кроме того, многие художники доносят до границ этого центра и погружают в него свои собственные, рожденные эго темы и идеи, безошибочно угадывая, что они будут возвращены, наполненные новым содержанием и очищенные замечательным душевным ощущением жизни, присущим этому центру. Так или иначе, это приводит к внезапному и глубокому прозрению, изменению и наполнению чувств, духа и сердца человека. Такие новые озарения всегда меняют расположение духа, а когда меняется расположение духа, то происходят перемены в сердце. Вот почему так важны образы и язык, возникающие из этого центра. Усиливая друг друга, они способны принести перемены, осуществить которые было бы трудно и мучительно, полагаясь только на волевые усилия. В этом смысле центральная Самость служит и целителем, и дарователем жизни.

 

2. Ось эго-Самость – выражение, которое Эдвард Фердинанд Эдингер (Edward Ferdinand Edinger, Ego and Archetype [New York: Penguin, 1971]) использовал для описания воззрений Юнга относительно эго и Самости как на взаимодополняющей связи, где каждый – и побуждающее и побуждаемое – нужны друг другу, чтобы функционировать. (С.G.Jung, Collected Works, vol. 11, 2nd ed. [Princeton: Princeton Univercity Press, 1972], para. 39).

 

3. "Para La Mujer Grande, the Great Woman", Copyright 1971, C.P.Estes, из Rowing Songs for the Night Sea Journey: Contemporary Chants (частная публикация, 1989).

 

4. См. Послесловие, "Сказка как лекарство", где рассказывается об этнических традициях, которым я следую в вопросе о границах сказки.

 

5. В буквальном смысле el duende – дух ветра; эта сила определяет поступки и творческую жизнь человека, в том числе его походку, звучание голоса, даже то, как он поднимает мизинец. Этот термин используют в танце фламенко, а также для описания способности мыслить поэтическими образами. Среди латиноамериканских curanderas, которые собирают сказки, он понимается как способность становиться вместилищем духа, иного, чем свой собственный. Кем бы ты ни был – художником, зрителем, слушателем или читателем, – когда el duende есть, то ты его видишь, слышишь, чувствуешь за танцем, музыкой, словами, произведением искусства, ты знаешь, что он в них. И когда el duende отсутствует – ты это тоже понимаешь.

 

6. В оригинале Vasalisa – англизированный вариант европейского написания русского имени Wassilissa.

 

7. Один из важнейших моментов в развитии исследований женской психологии – то, что сами женщины наблюдают и описывают происходящее в их жизни. Этнические связи женщины, ее происхождение, ее ценности – все это должно учитываться как единое целое, поскольку в совокупности образует чувственный мир ее души.

 

 

Глава первая

 

 

1. E.coli – сокращение от Escherichia coli, бацилла, являющаяся возбудителем гастроэнтерита; попадает в организм с загрязненной питьевой водой.

 

2. Ромул и Рем, а также близнецы из мифов индейцев навахо – это лишь отдельные примеры многочисленных близнецов, известных нам из мифологии.

 

3. Старый Мехико.

 

4. Стихотворение "Luminous Animal" блюзового поэта Тони Моффейта из его книги: Tony Moffeit, Luminous Animal (Cherry Valley, New York: Cherry Valley Editions, 1989).

 

5. Эту сказку мне подарила моя тетушка Тирезианани. В талмудической версии этой сказки, которая называется "Четверо вошедших в рай", четыре раввина приходят в Пардес, рай, чтобы изведать божественные тайны, и трое из них, каждый по-своему, сходят с ума, узрев Шехину, древнее женское божество.

 

6. The Transcendent Function из С.G.Jung, Collected Works, vol. 8, 2nd ed. (Princeton: Princeton University Press, 1972), pp. 67-91.

 

7. Некоторые называют это древнее существо "женщина вне времени".

 

 

Глава вторая

 

 

1. Природный хищник появляется в сказках в облике разбойника, конюха, насильника, убийцы, а иногда и разнообразных злых женщин. Образы женских сновидений почти точно соответствуют частоте появления естественного хищника в сказках, где главным действующим лицом является женщина. Пагубные отношения, лица, злоупотребляющие властью, и негативные установки общества воздействуют на образы сновидений и фольклора в равной или даже в большей степени, чем собственная прирожденная архетипическая схема, которую Юнг называет архетипическими узлами, неотъемлемо присущими душе каждого человека. Такой образ по праву относится к мотиву «встреча сил Жизни и Смерти», а не к категории «встреча с ведьмой».

 

2. В собраниях Якоба и Вильгельма Гриммов, Шарля Перро, Анри Пурра и других представлены совершенно разные варианты сказки "Синяя Борода". Есть и устные версии, которые курсируют по всей Азии и Центральной Америке. В той литературной обработке "Синей Бороды", которую написала я, есть одна особенность: ключ, который беспрестанно кровоточит. Этот элемент характерен для семейной версии сказки, которая дошла до меня через мою тетушку. Сказка, которую я здесь привожу, носит отпечаток того периода Второй мировой войны, когда тетушку вместе с другими женщинами из Венгрии, Франции и Бельгии отправили в трудовой лагерь.

 

3. В фольклоре, мифах и сновидениях на каждого природного хищника почти всегда есть свой хищник или охотник. Именно схватка между ними в конце концов приносит перемену или равновесие. Если же этого не случается или не появляется другой достойный противник, то такая сказка почти всегда называется сказкой ужаса. Отсутствие положительной силы, которая бы успешно противостояла отрицательному хищнику, вселяет в сердца людей глубочайший страх.

 

И в повседневной жизни есть множество похитителей света и убийц сознания, которые не дремлют. Человек-хищник прежде всего высасывает из женщины творческие соки для собственного удовольствия и потребления, оставляя ее изможденной и не понимающей, что же произошло, в то время как сам он становится только здоровее и румянее. Такой хищник хочет, чтобы женщина не прислушивалась к своим инстинктам и таким образом не обнаружила, что к ее уму, воображению, сердцу, сексуальности или еще чему-то присоединена отводная труба.

 

Модель поведения "отдавать самое главное в жизни" может укорениться в детстве под влиянием близких, которые вымогали у ребенка любовь и использовали его прелесть, чтобы утолить собственный голод и пустоту. Такое воспитание придает врожденному хищнику огромную силу и готовит человека к тому, чтобы стать добычей других. Пока собственные инстинкты не будут приведены в надлежащее состояние, женщина, воспитанная в таком духе, очень склонна становиться жертвой невысказанных опустошительных душевных потребностей других людей. Обычно, если женщина с хорошо развитыми инстинктами обнаруживает, что какие-то отношения или ситуация не обогащают, а обедняют ее жизнь, она знает, что где-то поблизости затаился хищник.

 

4. Bruno Bettelheim, Uses of Enchantment: Meaning and Importance of Fairytales (New York: Knopf, 1976).


Дата добавления: 2015-11-04; просмотров: 32 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 39 страница| ЖЕНСКИЙ АРХЕТИП В МИФАХ И СКАЗАНИЯХ 41 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.029 сек.)