Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Бабочки ускользающей неги. 1 страница

Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Поздним осенним вечером я медленно шла с работы домой. На душе тяжелым грузом лежали осколки разбившихся надежд.

Ну почему всё так получается,- думала я, пиная опавшую листву на тротуаре. – Вечно выходит всё не так, не в тему! Ну что мне такое написать, чтобы главному понравилось, как мне вырваться из неудачниц!? Почему он считает меня таковой? Господи, помоги мне, дай мне маленькую зацепочку, какую-нибудь подсказочку, ну хоть что-нибудь!.

Домой не хотелось, и я решила побродить по вечерним улицам нашего города. Я очень люблю свой маленький городок, затерявшийся среди мегаполисов Европы. Мне нравится прогуливаться по его старым улицам, рассматривать древние постройки двухэтажек, открывать для себя забытые переулки. Наш городок лежит у подножия гряды холмов и многие улочки, выложенные булыжником, теряются в зарослях, разросшихся на их склонах и вершинах. Там, наверну, разбит большой парк с неимоверным количеством дорожек и тропинок. И все они ведут к старинному замку, где некогда жил очень известный граф, принадлежащий к старинному царскому роду. Я знаю досконально эту историю и могу спокойно подрабатывать экскурсоводом, но … мне нравится моя профессия, и я хочу работать по специальности. Я – журналист!

Ну какой я журналист, если толком не могу ничего написать! – шумно вздохнув, подумала я,- статьи мои главному не нравятся, и слова не так лежат и сюжет не просматривается! Как же так, ведь я училась, получала хорошие отметки, имела положительные отзывы. Как же быть, как переломить ситуацию, как изменить нелицеприятное мнение о себе, может быть изменить себя? А может изменить своё отношение к себе? Что-то надо сделать такое, чтобы на меня и мои работы шеф посмотрел по- другому!

Так я бродила по улицам, раздумывая о своем житие – бытие, пока не набрела на рекламный щит, который вырос прямо передо мной. Уткнувшись носом в доску объявлений, я тут же увидела маленький розовый листок, исписанный красивым витиеватым почерком, схожим на иероглифы. Толстым фломастером было написано: “Приглашаем молодых девушек в японскую школу гейш. Набор желающих ограничен“ адрес и номер телефона.

-Ура,- крикнула я, подпрыгнув,- это то, что мне сейчас надо.

Сорвав розовый листик, я помчалась домой, хаотично планируя дальнейшие действия.

 

- Наконец,- громко слазала я и все, кто был рядом в рабочем кабинете редакции, как по команде посмотрели в мою сторону.

- Что? – один вопрос полетел на меня со всех сторон.

- А то, что я, наконец, дождалась сегодняшнего дня, - загадочно ответила я своим коллегам и демонстративно стала собирать бумаги, раскладывая их по папкам, - и прошу больше не задавать мне вопросов, скоро всё узнаете сами.

Я мчалась по указанному адресу, предвкушая сегодня же разузнать как можно больше о гейшах, предварительно пересмотрев всю возможную литературу об этих загадочных существах. Да – да, для меня эти дамы были действительно чем – то неземным, волшебным, притягательным и таинственным понятием. Очень хотелось воочию познать это творение - гейшу, рассмотреть её, прикоснуться с её одеяниям, принять из её рук пиалу с чаем, вдохнуть её аромат, услышать её мелодичный голосок. В моём воображении рисовалась неземной красоты дива с искусно разукрашенным лицом – маской, с раскрытым веером и на высоких танкетках.

Дверь мне открыла маленькая женщина, склонившись в глубоком поклоне, она пропустила меня в небольшой холл и рукой указала на дверь, ведущую в другую комнату. Я быстро сняла плащ и, положив его на протянутые руки прислужницы, медленно двинулась к резной стеклянной двери. Ручка легко поддалась и перед моим взором открылась большая комната, уставленная маленькими диванчиками на одну персону. Возле каждого диванчика стоял маленький столик, на нём стояли вазочка с букетом – экибаной из небольших, но ярких цветов, графинчик и хрустальный бокал для воды. Половина диванчиков уже была занята молодыми девушками, и я быстро выбрала себе место у большого окна. В комнате стояла полнейшая тишина, все посетительницы уединенно рассматривали букеты или обводили любопытным взглядом комнату. На её стенах висели картины, изображающие природу Японии, портреты японок в национальных костюмах и большие расписные веера. Всё было очень красиво, уютно и успокаивающе приятно. Прошло немного времени, и я осознала, что сейчас должно что-то произойти, так как все диванчики уже были заняты. Оказалось, что нас всего собралось десять человек, не так уж и много для такого рода уроков.

Где-то вдалеке зазвучала музыка и в комнату вплыла маленькая женщина – кукла. Она остановилась у небольшого столика и повернулась к нам лицом, медленно поклонилась всем нам и, сложив руки на груди, замерла, давая нам прийти в себя и рассмотреть её. Так начались наши занятия, мне нравилось всё и я жила только ожиданием, когда наступит очередной урок. Занятия проводились один раз в неделю, и каждый раз перед нами появлялась другая японка в сногсшибательном одеянии и на чистом, без акцента, моём родном языке давала нам новый урок. Я была в восторге, узнав много интересного, полезного. Мне нравилось всё, но каждый раз я ловила себя на мысли, что что-то было недоговорено, что-то было завуалировано, скрыто от нас, хотя информации было предостаточно. Моя журналистская интуиция подсказывала мне, что лично для меня этого будет мало, и я должна буду потом, после окончания курса найти подход к хозяйке этого мероприятия и переговорить с ней, пока не знаю о чём.

Два месяца пролетели, как одна неделя и чем ближе наступал день торжественного завершения курса, тем судорожнее я искала способ напроситься на аудиенцию к хозяйке, хотя каждая из нас так и не поняла, кто же из всех этих дам была основной. И вот наступил последний день. Всю предшествующую неделю мы закрепляли полученные знания и навыки, демонстрируя свои способности и наработанные манеры. Всё это проводилось как экзамен, но было интересно, захватывающе и никто не соперничал и не бахвалился своими талантами. Мы оделись в предлагаемые кимоно, нанесли соответствующий грим, каждая создала себе прическу или выбрала парик и, как настоящие японки - гейши мы демонстрировали друг другу свои маленькие возможности по каждому предмету обучения. Ах, как всё хорошо прошло, мы расходились за полночь, и вот я уже взялась за ручку двери, как меня кто-то окликнул по имени. Я обернулась и увидала немолодую маленькую женщину в длинном современном платье:

- Дорогая, можно с вами немного поговорить, не беспокойтесь, мой водитель вас отвезёт домой.

Сердце моё застучало так громко, что в ушах отдавался его шум, и я едва понимала, что мне говорит эта женщина.

- Да – да, конечно,- только и смогла вымолвить я, старясь не потерять сознание от неожиданного и долгожданного предложения, или не расплакаться от счастья.

- Ну, как милочка, получила ли ты то, что хотела,- указывая на кресло, спросила меня дама.

Мы вошли в небольшой кабинет, обставленный уже по европейским канонам. Горела лампа на столе, большие свечи - столбы мерцали блёклым пламенем, издавая необычный аромат, на столике стояли две чашки и заварной чайник. Я никак не могла сосредоточиться, неузнаваемые ароматы отвлекали от хода беседы, мысли были заняты попыткой распознать аромат свечей и чая.

- Милочка, - вдруг услышала я громкое обращение к себе, - ты хорошо себя чувствуешь? Дорогая, ты видишь меня?

Я увидала возле себя склонившуюся хозяйку, которая быстрыми взмахами веера обдувала моё лицо, прохладные потоки воздуха действовали отрезвляюще и успокаивающе, тяжесть забот отошла, запутанные мысли испарились, комната посветлела, предметы приобрели чёткие очертания.

- Бог мой, что произошло? - я испуганно вытаращилась на даму, покрывшись испариной, холод страха пробежался по спине, - как неудобно.

- Ну что ты такое говоришь, это ведь естественно,- дама ещё несколько раз виртуозно взмахнула веером у моего лица и шеи,- это должно было произойти.

- Какая странная реакция, и это будет с каждой из слушательниц?- спросила я, усаживаясь поудобнее в кресле.

- Нет, милочка, не со всеми и это не реакция на предыдущие события, - хозяйка села напротив, быстрым движением кисти свернула веер и положила на столик. Затем взяла заварной чайник и стала медленно разливать чай по чашкам.- Выпей чаю и тебе станет ещё лучше, вот тогда ты узнаешь его аромат.

- А откуда вы узнали, что меня атаковали запахи? - потянувшись к чашке, я замерла на мгновение, испугавшись прозорливости собеседницы.

- Ну, это совсем не сложно догадаться, ведь все мы большую часть времени находились в просторном, хорошо проветриваемом зале, а тут совсем другая вентиляция плюс аромат свечей, да и чай добавил концентрации. Вот и вся премудрость,- дама опять взяла веер, быстрым движением развернула его и резко взмахнула над столиком. Невидимые потоки мгновенно развеялись, разгоняя чайный дух и привлекая аромат свечей.

- Это ведь лилии, да?– поднеся к губам чашку, я вдохнула запах любимых цветов. – Но здесь есть и ещё какой-то аромат, не могу уловить. А вот сейчас запахло лимоном и кофе.

- Молодец, ты хорошая ученица, лимон с кофе - это повеяло от свечей, а вот чайный букет ты раскрыла не до конца,- улыбнувшись, ответила хозяйка. – Основным наполнителем чая является очень редкий цветок, это цветок османтуса, он родом из Китая. При заваривании чайный бутон османтуса, его ещё называют “роскошным деревом”, раскрывает свои листочки, и наружу выходят его крохотные соцветия, загляни в заварной чайник и ты удивишь их. Посмотри, в центре соцветия распустились красновато-оранжевые лепестки лилии, вот их аромат ты и уловила.

- Боже мой, какая красота, до чего же природа богата на диковинки,- я с восхищением рассматривала раскрывшееся чудо, лежащее на дне заварного чайника.

- А что ещё ты почерпнула из наших уроков? Какие выводы ты извлекла из всего, что узнала? Ведь ты была самой способной из десятерых,- продолжила разговор дама.

Так они за мной наблюдали,- испугалась я, судорожно вспоминая свои огрехи и нерасторопность. – Ну, было пару ошибок, кое-что не сразу получалось, была разбила пара вазочек, когда собирали экибану…

- Дорогая, я сейчас говорю не об ошибках, у кого их не было во время учёбы, ведь все мы всегда чему-то учимся, не волнуйся, я сейчас не об этом, а о том, какой багаж знаний ты получила от нашего мероприятия? Ведь это был пробный шаг в нашем деле, и нам бы хотелось узнать, нужны ли кому-то ещё такие занятия, стоит ли нам продолжать собирать учениц?

- Вы очень здорово всё обустроили, мне всё понравилось и я думаю, что вы задумали очень хорошее дело для девушек, женщин, - я запнулась, смущенная тем, что именно у меня интересуются такими вещами.

Хозяйка опять взяла веер и резко взмахнула над столом, потом возле себя, но сильные вихри доходили и до меня:

- Так что же ты получила от нашей затеи,- в третий раз настойчиво спросила хозяйка.

В моей голове вдруг все мысли выстроились в слаженный ряд, и я чётко, без запинок оттараторила:

- Я поняла, что, во-первых, гейша это не профессия как таковая, а состояние души и образ жизни. Во-вторых, чтоучиться быть гейшей нужно с одной лишь целью – сохранить свое достоинство. В - третьих, что гейша, т.е. девушка всегда должна быть приветлива, улыбчива, уравновешена, спокойна. Должна тщательно взвешивать свои слова и досконально продумывать ответ, вроде поговорки: «Сто раз подумай - а потом скажи». Должна всегда быть аккуратно и современно одета, при макияже, пользоваться хорошим парфюмом.

- Ну, хорошо - хорошо, - закивала дама,- пока достаточно. Основную суть ты уловила, и меня это уже устраивает. Но скажи мне откровенно, может ты чего-то недополучила, может ты ждала такой информации, о которой мы и не догадывались? Чтобы ты ещё хотела узнать, чему-то научиться?

Я задумалась, ведь действительно во мне всё это время сидел какой-то червячок и не давал мне покоя. Что-то душа моя жаждала, чего-то хотелось такого, а вот сформулировать свои желания я не могла. Раздумывая над ответом, я смотрела на веер и вдруг поймала себя на мысли, что всё это время хотела рассмотреть на нём узор.

- А покажите мне, пожалуйста, ваш веер, - осмелела я,- он такой необычный, загадочный, а ещё вы могли бы научить меня им пользоваться. Вы так ловко его разворачиваете и сворачиваете, так виртуозно управляете воздухом и всё благодаря вот этому чуду.

Хозяйка замерла на мгновение, удивлённо уставившись на меня, потом пожала плечами и укоризненно промолвила:

- Мы посвятили два урока умению владеть веером, раскрыли технику разворачивания и сворачивания, показали вам положение кистей рук, пальцев. Дорогая моя, ведь у тебя получалось владеть веером лучше, чем у других!

Я почувствовала укор в словах хозяйки и тут же решила исправить пикантную ситуацию:

- Нет- нет, вы не так меня поняли, все уроки были очень хорошо поданы, вся информация была понятной и легко запомнилась. Я сейчас говорила именно о вашем веере, ведь он не такой как те, с которыми мы работами. А этот узор! Я никак не успеваю его рассмотреть, что-то там нарисовано притягивающее. Как только вы его открываете, глаза пытаются уловить рисунок, а он, как ускользающая красота, теряется, рассеивается, заставляя забыть обо всём и подстерегать, ловить очередной момент раскрытия. Это магия какая-то!

Хозяйка слушала меня внимательно, чуть склонив голову к плечу. Затем потянулась к вееру, взяла его и медленно развернула, закрывая всю себя. Перед моими глазами предстала удивительной красоты панорама гор со снежными шапками на заднем плане, цветущие веточки сакуры окаймляли веер по всему полотну полукруга. В центре величественно восседала бабочка неимоверной красоты, её верхние и нижние края крыльев имели вытянутую коронно-образную форму, с преобладающим насыщено - синим окрасом на верхних крылышках. Броский сочный цвет милори резко выделялся на фоне белых пятен заснеженных гор и розовых цветов сакуры. Пёстрые и яркие краски ошеломляли и завораживали, а сама бабочка вводила в гипнотическое состояние - хотелось всё время рассматривать её, любоваться. Вывел меня из этого состояния резкий щелчок – это захлопнулись деревянные спицы веера.

- Я тебя сегодня утомила, дорогая, - ложа веер на стол сказала хозяйка, - это крайне не прилично с моей стороны. Но я попытаюсь реабилитироваться, в ближайшее время мы опять будем вывешивать объявления, и как только начнут приходить желающие на запись, мы пригласим тебя ещё раз побеседовать о методике подачи информации. Ты не возражаешь?

Я быстро пришла в себя, хотя перед глазами ещё витал образ загадочной бабочки цвета милори, и только молча, закивала в знак согласия.

- Ну вот и хорошо, я рада, то мы нашли общие темы для разговора, - дама встала и, приложив руки к груди, чуть наклонилась в знак благодарности,- до встречи, дорогая.

 

Я медленно поднималась по скрипучей деревянной лестнице на третий этаж своего старинного дома и думала о той бабочке:

Что же это за волшебство - эта бабочка цвета милори? И откуда в моей голове вдруг возникло это слово “милори ”? Почему у меня появилось желание рассматривать её всё дольше и дольше, и никак не удаётся насытиться её красотой, ускользающая картинка никак не укладывается в голове и оттого появляется жажда постоянного лицезрения. – Стоп, я резко остановилась у двери своей квартиры. – О ткуда все эти слова и выражения появились у меня? Что-то раньше за собой не замечала богато словарного запаса. Наверно, я переутомилась сегодня или день был насыщен событиями и общением! Да – да, вероятно, это самое подходящее объяснение моим странностям.

Найдя успокаивающее пояснение своим чудным мыслям, я ловким движением достала ключ из сумочки и быстро открыла входную дверь.

 

Прошло замечательных полгода. То ли весна подействовала, то ли моё измененное отношение к боссу и его заданиям, но мои статьи стали чаще появляться на страницах местных газет, а мои очерки – в журналах. Появился какой-то азарт в работе, хотелось более сложного, витиеватого, загадочного материала. В душе зрело желание выдать что-то интригующее и тайное, спрятанное за пластами лет. Новые желания окрыляли и звали к неизведанному, что-то манило и волновало. Но что?

Как-то моя подруга, она же коллега по – совместительству, пригласила на выставку картин, которая проводилась в одном из старинных домов, украшающих центральную улицу нашего города. Шёл мелкий тёплый дождик, и потому мы перебежками из магазина в магазин двигались к центру, стараясь не промокнуть. Так, заскакивая и выскакивая из подъезда в подъезд, из дома в дом, мы уже были в десяти шагах от цели, когда я заметила, краем глаза, в витрине магазина раскрытый большой веер с ярко синим пятном в центре. В памяти вдруг всплыло улыбающееся лицо японки, и вспомнились уроки в школе гейши. Я резко остановилась и оглянулась - от меня удалялась женщина, фигура которой мне сильно напоминала хозяйку школы. Её семенящая походка, небольшой рост и высокая копна черных волос задели струны воспоминаний, и захотелось увидеть, побыть рядом, вдохнуть аромат свежезаваренного чая, просто посидеть в кабинете хозяйки школы.

- Ты чего? - удивилась подруга, посмотрев в сторону уходящей незнакомки.- Кто это?

- Понятия не имею, - быстро успокоила я её, - побежали.

Чуть промокшие, мы вошли в зал и тут же заворожено уставились на вывешенные полотна картин. Вокруг нас летали бабочки. Это было как неожиданное продолжение моих мысле – желаний, как напоминание о не до конца прочитанной книге, о чём-то забытом, но не потерянном окончательно. Бабочки на полотнах летали, пили нектар, грелись на солнце, резвились в его лучах, порхали над цветами, позировали, хвастаясь своим неземной красоты окрасом. Такого количества разнообразных чешуекрылых я ещё не видела и заворожено изучала каждое художественное произведение. Обойдя все залы с выставленными картинами, я подсознательно искала бабочку, схожую с той, что я видела на веере у хозяйки – гейши, но ничего схожего, не только по форме, но и по окрасу, я так и не нашла.

- Вот это был сюрприз, - выходя из подъезда дома выставок, я обратилась к подруге, - что же ты не предупредила меня?

- Да я и сама не знала, что будут одни бабочки, - подруга как-то грустно отозвалась, высматривая такси.

- Тебе что, не понравилось? – удивилась я, ухватив её за руку.- Ты серьезно?

- Но ведь одни только бабочки, - пожала плечами подруга, - никакого разнообразия. Теперь они мне будут сниться всю ночь, ужас.

- Да нет, ты наверно шутишь, - не верила я своим ушам, - ты дразнишь меня, да?

- Да угомонить, - подруга подтолкнула меня к остановившемуся такси, - садись и давай больше не будем о бабочках, а то у меня до сих пор радуга в глазах. Что-то я устала сегодня, день оказался длинным и насыщенным, хотелось расслабиться, отдохнуть, а тут бабочки, бабочки.

Я, молча села в машину, решив больше не обсуждать неудавшийся, по словам подруги, вечер. Я буду сама с собой тихонько восторгаться, вспоминая самые красивые образы этих божественных насекомых. Какое же чудо придумал Бог! Эти существа умиляли, радовали, удивляли и пугали, и всё же восторгали!

Вечером, рассказывая родным о выставке, я в мыслях возвращалась в кабинет хозяйки–гейши, вспоминая о веере, о запахах, о чайном бутоне османтуса. Меня удивляло и пугало такое странное наваждение – что-то звало меня, а может, ждало меня там, в полумраке кабинета с таинственными и чарующими ароматами.

И вот, впервые дни лета пришло по почте приглашение.

Странно, - подумала я, - ведь есть телефоны, и домашний, и рабочий, почему так официально, торжественно.

Конверт и открытка были оформлены в одном стиле, на картинках была изображена веточка сакуры на фоне гор.

Стоп, где-то я это уже видела, - разворачивая лист бумаги, я пыталась успокоить учащенно застучавшее сердце.

Мои догадки сбылись – это было приглашение от хозяйки школы гейш – я ликовала, свершилось! Мои грёзы медленно превращались в явь.

 

- Добрый день, милая! – хозяйка лично встречала меня у калитки своего дома. – Вот мы снова встретились.

- Если бы не ваше приглашение…, -начала я, протягивая ей букет сирени.

- Чему суждено быть, то и происходит, спасибо провидению и нашим желаниям,- хозяйка приняла букет и указала на веранду, - пойдем, присядем на веранде, пока погода позволяет. Летом случаются дожди, не правда ли, милая.

- Случаются, - хихикнула я в ответ и выбрала себе кресло, хотя хозяйка указывала мне на диван.

- Скажи, а как долго ты сможешь погостить у нас? – дама присела на диван сбоку от меня.

- В каком смысле? – я удивилась, не понимая вопроса. – С ночёвкой?

- Зачем же, с ночёвкой, - хозяйка удивлённо пожала плечами. – Я хотела узнать, скольким временем ты располагаешь?

- Ах, в этом смысле, - я покраснела до кончиков ушей, - простите. Вечером я должна быть дома, когда стемнеет.

- Ну, тогда у нас есть часов пять и этого, думаю, будет достаточно.

- Что-то намечается? – я тревожно посмотрела на даму, - а где гости? Я пришла во время?

- Сегодня гостья ты, и мы решили посвятить тебе немного времени, уж очень хотелось побеседовать с тобой. Мы знаем, что ты журналистка, читаем твои статьи, очерки. Очень хорошо излагаешь, нам нравится.

Меня всё время удивляло то, что хозяйка говорила “мы”. Я понимала, что она имела в виду своих помощниц – учителей, которые проводили с нами занятия, но и в прошлый раз, и сейчас она была со мной одна.

- А ведь и вы приложили к этому свою руку, - ответила я, поуютнее умостившись в кресле. – Ваши уроки изменили во мне всё, начиная с образа жизни заканчивая работой. Правда!

- Ты правильно всё уяснила, милая моя девочка, - хозяйка легонько прикоснулась маленькими пальчиками к моей кисти. – Познать себя это великое дело, которое помогает и человеку, и обществу. Хотя мы раскрыли перед вами, нашими первыми ученицами, самую малость, учитывая европейский образ жизни, уклад цивилизации. Ведь Европа и Восток крайне противоположные части континента, не так ли?

- Это вы точно подметили, - я с удивлением слушала хозяйку, понимая, что она имеет непосредственную связь с этим самым Востоком.

- Чуть позже мы будем чаёвничать, а пока не желаешь ли что-нибудь прохладительное, сок, лимонад, минеральная вода?

- Можно немного воды, - я оглянулась, почувствовав какую-то неуютность. Хотелось спросить о значении “мы”, но мне уж очень не хотелось показаться бестактной и любопытной.

Не успела я додумать свои мысли, как из комнаты к нам выплыла из занавесей копия моей собеседницы. Она медленно двигалась, как будто плыла, неся на подносе и сок, и лимонад, и минеральную воду. Я от удивления раскрыла рот, бесцеремонно разглядывая двойника хозяйки. Женщина была одета в повседневное китайское кимоно, лицо было чуть припудрено, без помады и теней.

- Вот это да, - только и смогла я промолвить, не сводя глаз с новой хозяйки.

- Чему ты удивлена, дорогая? Ты разве не знаешь, что в мире имеет место быть близнецам, двойняшкам. Вот мы из близнецов, мы уникальны в своем роде, нас не могли распознать даже родители! У нас одинаково всё!

- Не может быть! – только и смогла вымолвить я, переводя взгляд с лица одной на лицо другой.

- Может и ещё как, - вступила в разговор вторая хозяйка, - у нас только имена разные, а так действительно всё как под копирку. Вот меня зовут Мэгги…

- А меня Мэри, - закончила фразу первая хозяйка.

- Как интересно, - воскликнула я, подпрыгнув от удовольствия, - ну и дела. А скажите, все эти учителя….

- Это всё мы вдвоём, - перебила меня Мэри.

- Ну вы и супер, - у меня пересохло в горле и последнее слово я прохрипела.

Мэгги быстро наполнила стакан водой и протянула его мне.

- Да, хочешь жить, умей вертеться, - отреагировала на мой хрип Мэри. – Но ведь у нас всё получилось! Не правда ли?

- Да уж, да уж, - закивала я, восхищаясь талантами этих женщин, - каждый ваш выход мы все ждали с восхищением. Как я понимаю, в вас погибли две великолепные актрисы.

- Нет, дорогая, мы своё успели отыграть! Наш выход, как ты правильно заметила, всегда был неожиданным и своевременным. Наша жизнь была сплошной импровизацией и за эти счастливые годы низкий поклон нашим родителям. Только благодаря их специфике работы мы постоянно были на сцене, если это можно так назвать. А сценой была сама жизнь, и не только наша и наших родителей, но и многих людей, окружавших нашу семью. Но это как-нибудь в следующий раз, ещё не пришло время раскрыть все тайны. Выкрикнуть “занавес”, как это делают в театре вначале спектакля, ещё нельзя.

Это загадочное высказывание меня так заинтриговало, что я не заметила, как быстро пролетело наших пять часов беседы. Как мы незаметно переместились в зал, как пили чай, потом как-то незаметно перешли в столовую и отобедали, затем опять вернулись в зал и снова пили чай. И всё говорили и говорили. Вечером, уже собираясь ложиться спать, я вдруг осознала, что говорили мы обо всём и ни о чём. Разобрали кое-что из ведения уроков, потом почему-то перешли к обсуждению моей работы, потом опять вернулись к урокам. Потом я попыталась опять рассмотреть веер и расспросить о нём, но меня ловко увели от этой темы и мы стали говорить о цветах. Казалось, всё было интересно, увлекательно, а вот сейчас я вдруг поняла, что в голове информации ноль. Всё было в общих чертах, как-то затуманено. Вот оно есть, но всё же ничего нет. Странное чувство неудовлетворённости опять напомнило о себе.

Какие – же они всё-таки загадочные, эти две дамочки, - подумала я, уже засыпая, - как бабочки ускользающего видения. Вот кажется они у тебя на ладони, а они взмахнули своими нежными крылышками, и уже нет их рядом. Вот ты уже ощутила их присутствие, а они вспорхнули и растворились в воздухе, не оставив ни малейшего намёка на своё присутствие. Душа уже была в предвкушении чего-то заветного, навеянного мечтами, а оказалось это дымкой, ускользающим вожделением, как утоление жажды неполным стаканом тёплой воды.

Лето пролетело незаметно, череда событий напрочь оттеснила мои странные мысли, подвела к размеренной жизни со своими ежедневными хлопотами, делами. Развеяла смутные чувства, и я полностью отдалась приятным времяпрепровождениям, как на работе, так и после неё. Босс поручил мне написать очерк о нашем крае, особо указал развить тему о наших достопримечательностях, об уникальном замке и прилегающему к нему парку. Это был мой любимый конек, и я полностью зарылась в старых подшивках газет, облазила все комнаты в замке без лишнего сопровождения, благо там работала близкая подруга моей бабушки. Изучила домовые книги, странным образом сохранившиеся в одном из чуланов замка. Выслушала байки о привидениях и загадочных происшествиях, рассказанные мне сторожами и дворниками. Все мои мысли были только о событиях прошлого века, сбылась моя мечта – я прикоснулась к тайному, спрятанному за пластами лет, формированию истории замка, его владельцев, пыталась воссоздать по частям строительство, планировку этого особняка, ведь здание совсем не походило на те старинные замки, что были разбросаны по Европе. Администрация музея, весь обслуживающий персонал так привыкли ко мне, что директор разрешил пожить на территории в домике охраны пару недель и таким образом у меня случился неожиданный отпуск без отрыва от производства.

В начале сентября у босса на столе лежала толстая папка с отчётом о проделанной работе. Помимо очерка в ней лежали и чертежи основного здания, и пристройки с пояснением причин их появления, и фотографии интерьеров комнат, архивные выдержки из газет о хозяевах. Отдельной главой я описала историю семейства графа, его родословную и события, погубившие древнюю царскую ветвь. Описала род деятельности главы семейства – он был энтомологом, собрал масштабную коллекцию бабочек. Увлеченный семейством чешуекрылых, он обожал их, а потому основным декором комнат служили именно эти существа. К сожалению, коллекция, которая считалась уникальной по количеству видов чешуекрылых, пропала перед самой войной. Основной версией причины гибели главы семейства и прямых наследников считалось наличие именно этой коллекции, где были уникальные экземпляры бабочек, исчезнувшие с лица Земли и внесенные в Красную книгу.

Отдельным приложением в папке был рассказ о парке со всеми схемами, фотографиями особо уникальных мест и зон отдыха.

Я очень была довольно своими работами, получив моральное удовлетворение, большего уже не ждал а. Но каково же было моё удивление, когда я узнала, что на основе моих материалов редакция решила выпустить путеводитель по замку – музею и прилегающему к нему парку с историческими ссылками на фотографии, схемы и чертежи. Я была счастлива! Теперь мне не стыдно было признаться в том, что я профессиональный журналист – историк. Коллеги поздравляли, босс выписал премию, а я устроила сослуживцам шикарный банкет.

В конце сентября на моё имя в редакцию пришло письмо. Это была благодарность от читателей за мой очерк и приглашение на презентацию частной выставки. Мне пришлось ознакомить руководство и предложить посетить выставку в качестве журналиста от редакции, на что шеф дал добро, но намекнул, что освещать выставку на страницах своих изданий он не будет, так как это ему совсем не интересно:

- Иди, конечно, ведь есть приглашение, но будь там как частное лицо, считаю данное событие ненужным информационным мусором для прессы. И потом, оно тебе надо? Иди, отдохни, посмотри коллекцию, может она и выеденного яйца не стоит, мало ли что там будут выставлять, а тем более частным образом. Иди, пахарь мой, проветрись, погуляй среди бомонда.


Дата добавления: 2015-11-04; просмотров: 66 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Теорема Монжа и ее применение| Бабочки ускользающей неги. 2 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.021 сек.)