Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

1 страница. Гуляя по залу, я восхищалась гобеленами, картинами, вазами

3 страница | 4 страница | 5 страница | 6 страница | 7 страница | 8 страница | 9 страница | 10 страница | 11 страница | 12 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Пролог

Гуляя по залу, я восхищалась гобеленами, картинами, вазами, статуями, занавесями и прочими предметами искусства. Все было выполнено в разных стилях и разными народами, но в целом смотрелось очень гармонично. Более того, я радовалась тому, что этот модернизированный средневековый замок — мой дом. Точнее дом "Ордена Единства". За полгода со знаменательного дня рождения этой организации, мы сумели вытребовать у Совета Ковена полуразрушенный замок и довести его до ума. Мы сумели не только восстановить стены, но и провести канализацию, электричество, теплотрассу. А потом мы совершили набег на хранилища Академии и утащили оттуда все, что попалось на глаза. В итоге наш замок стал самым шикарным зданием во все Долине Магов, так как с обстановкой также помогали и Гефест со своей женой. У нас появились шикарные подсвечники, люстры, стилизованные под старину, мебель и многое другое.

— Да, Альтера, мы все хорошо поработали. Никогда бы не подумал, что у вас выйдет такая конфетка из такого хлама, который я вам отдал.

Мэрлин, составивший мне компанию в прогулке по замку, был удивлен не меньше моего. Мы хоть и творили обстановку все вместе, но не могли оценить всю прелесть, так как делали это исключительно после занятий. А значит в полубессознательном состоянии.

— Не преувеличивайте, учитель. Вы тоже приложили немало усилий.

— Да и я рад. Но меня кое-что смущает.

Мы как раз проходили сквозь арку украшенную серебряными барельефами, поэтому я находилась весьма в благодушном настроении. Я не находила не одной причины для смущения.

— И что же?

— А то, что в Ордене очень мало народу. Пять магов, четыре Проводника (у Мэрлина Проводника погиб уже давно), валькирия, тролль, амазонка, гном, касимский волк, оборотень и дракон. Этого мало. Надо бы заняться поисками новых членов и так как ты мой полноправный заместитель, то ты этим и займешься. Понятно?

Я скривилась от мысли, что придется работать на каникулах, которые наступают уже через три дня, но спорить с Наставником зареклась.

— Понятно, учитель. Только давайте не прямо сейчас.

Глава 1

И к будущему выходя на встречу,

Я прошлого не скидываю с плеч.

Жизнь не река, она — противоречье,

Она, как речь, должна предостеречь.

М. Светлов

— Итак, друзья мои. Сегодня первый день каникул в Академии, а мы собрались в самом сердце Ордена Единства, в Зале Совета Посвященных. Как вы думаете, зачем?

Архимаг Мэрлин, как всегда, распинался перед абсолютно неблагодарной публикой. Мы уже успели ощутить вкус свободы от надоевших уроков и занудливых наставников. По этой причине мы даже не пошевелились, оставаясь в своих уютных, мягких креслах, позволяющих расслабиться каждой мышце. Более того, кто-то громко и немелодично всхрапнул, выдавая свое сонное состояние. Раздались ехидные смешки. Кто-то процитировал одну из заповедей студента: "не восхрапи, ибо восхрапев нарушишь сон ближнего своего по парте" Мэрлин, отыскав взглядом заснувшего Гуттера, неуловимым движением руки заставил подняться со стола кувшин с водой, и опустошил его на спящего гнома. Раздались дикие вопли перепуганного Гуттера, который очень не любил воду (как и все гномы).

— Лентяи бездарные. Мы собрались здесь для того, чтобы обсудить ваши планы на лето. Но так как вам составлять планы абсолютно некогда, то я составил их за вас.

Дружный стон обреченных на летнюю каторгу студиозов стал достойной оценкой стараний «Мозга» нашей компании. Я-то знала, что все собирались летом разбежаться по разным уголкам Паутины и отдохнуть друг от друга всласть хотя бы две недели. Больший срок мы бы не выдержали друг без друга, так как уже стали одной семьей.

— Отставить стоны и стенания. Я решил, что пора налаживать связи Долины Миров с мирами Паутины. И начнем мы с Земли. Резиденция для вас уже готова. По настоянию Альтеры, она сделана в Санкт-Петербурге. Альтера, тебя, как свою ученицу, я наделяю полномочия посла Ковена и Долины Магов. Ты должна будешь встретиться с Президентом Российской Федерации и передать ему послание от Ковена. Если что, убедишь его, показав несколько приемов. Только без жертв, ладно? И если все пойдет хорошо, то встретишься и с главами других государств.

Мэрлин вручил мне пергаментный свиток с печатью Ковена, заставив преисполниться важностью миссии. После этого он сунул мне шкатулку с печатями и коробку, в которой хранились парадные регалии посла. Такие коробки вручались всем официальным представителям Ковена, отправляющимся с миссией в один из Миров Паутины, введенный в курс дела. Честно говоря, я слабо представляла себе встречу с человеком, который свято уверен в том, что магии и колдовства, а также других миров, не существует, но надеялась на лучшее.

— Альтера, девочка моя, ты мне как дочь. Будь осторожна. Если возникнет серьезная опасность — немедленно возвращайся.

Я смущенно улыбнулась, давая понять, что обязательно вернусь к тому, кого давно признала своим отцом. К тому же Академия стала моим домом. Не вернуться домой, когда над жизнью нависает реальная угроза — идиотизм. Хотя многие (во главе с Артуром) как раз и считают меня полной идиоткой в делах, касающихся личной безопасности, из-за того, что я вечно лезу на рожон и оказываюсь в ненужном месте в ненужное время. И при очередном приступе пробуждения здравого смысла, я склонна с ними соглашаться. Но это бывает достаточно редко, чтобы не придавать этому особого значения.

Мы начали вставать со своих кресел, чтобы идти собирать вещи и отправляться на Землю, когда Мэрлин неожиданно перехватил меня за руку, чуть выше локтя. Сборы моментально утихли.

— Забыл сказать. Все отправляются на Землю, кроме нас с тобой Альтера. Тебе пора навестить мир Духов.

Я вопросительно задрала бровь. Когда показалось, что гримаса не возымела действия, я еще и вопросительно дернула головой.

— Мы отправляемся в гости к Аиду? Или мы в христианский рай? Или в ад?

Я недоумевала, так как не могла найти ни одной веской причины для посещения этих миров. Зато могла найти тысячу причин, чтобы не отправляться туда. Особенно в ад — я плохо переношу жару. Особенно, по этому поводу ненавижу бани. Для меня это сущая пытка. Следующая веская причина — мое нежелание отрываться от коллектива для встречи с бесплотными созданиями, ненавидящих всех живых из-за того, что они еще живы. Но раз Учитель сказал надо, значит надо.

— Нет. И в Тартар, и в рай, и в ад и в Вальхаллу отправляются лишь слабые духи. Или духи покорные своей участи, готовые к последнему путешествию. Чуть более харизматичные и беспокойные духи становятся призраками, так как, либо чувствуют, что что-то не успели доделать, либо не хотят вечного покоя. Сознательно не хотят. Самые сильные отправляются в мир Духов. Отправляются туда потому, что просто не знают, что такое вечный покой. Они его не признают.

Я опустилась в заботливо пододвинутое кресло, не особо понимая то, что мне пытались растолковать столь невнятно. Пока я поняла только то, что там, куда меня заставляют отправиться, должно быть очень неспокойно. Мэрлин оперся о крышку стола, подготавливая меня к долгой и нудной лекции.

— Я изучал сказки, мифы и былины твоего мира. Все герои, вроде Ильи Муромца, Алеши Поповича, Чингисхана, княгини Ольги, Багдадского вора, Синдбада Морехода, Одиссея и так далее, после смерти отправляются в мир Духов. И там они…

Я нетерпеливо поерзала, не видя в этой лекции конца, и решилась перебить.

— Но я-то еще жива. И я не героиня? На кой ляд мне переться в такую даль?

Вот именно. Я вообще пока умирать не собираюсь. Да и мертвые мне не нравятся. И думаю это достаточно взаимно, так как на практике по некромантии я была лучшей ученицей. С энтузиазмом Джека Потрошителя я вскрывала трупы и ковырялась в кишках людей, троллей, орков и многих других.

— А на тот, что сильные духом могут обрести там сильного союзника. Или союзницу. Духи не могут покинуть тот мир, как им этого ни хочется. Но если они соединят свою судьбу с судьбой смертного, то смогут покинуть свою тюрьму.

Я заподозрила в этом подвох. Ну не может быть все так просто, чтобы кто-то пришел в Мир Духов, нашел бывшего героя и ушел оттуда целым и невредимым.

— А в чем подвох?

Мэрлину хватило совести на то, чтобы слегка покраснеть, выдавая смущение. Но лишь слегка — у старого прохиндея был достаточный опыт общения с подобными мне.

— Небольшая проблема состоит в том, что при этом надо иметь не меньшую силу воли, чем у них, потому что подчиняться кому-то слабаку они не согласятся. Их надо покорять. И я хочу, чтобы ты покорила одного духа. Он станет чем-то вроде твоего телохранителя.

Я скорчила самую скептичную мину из всех, имевшихся в моем арсенале, но Мэрлин уже почти привык к моим кривляньям и на эту рожицу не отреагировал. Тяжко вздохнув, я бросила полный надежд взгляд на вампира, но он притворился, что его это не касается. И это настораживало куда сильней, чем смущение невозмутимого ректора. Где ревность? Где профессиональная гордость Проводника? Он вот так вот просто отправляет меня на поиски нового телохранителя?

— Но у меня уже есть Арт, зачем мне еще какой-то дух? Я и его-то иногда на дух не переношу.

Получив затрещину и укоризненный взгляд, я постаралась загнать свое недовольство поглубже. Этому не очень способствовали смешки друзей, оценивших тот факт, что только я могу довести наитерпеливейшего из Магов до рукоприкладства. Порой мне начинало казаться, что Мэрлин, никогда не бивший до этого ни одного из своих учеников, каждую секунду борется с самим собой, чтобы не пройтись по моей спине увесистым посохом. А потом еще и розгами. Нет, конечно, я пыталась сдерживать свой дурной, непокорный характер из уважения к его возрасту, но не всегда получалось. К тому же, как выяснилось, руки он начинал распускать только тогда, когда я начинала строить страшные рожи, выражая свое недовольство, нежелание и несогласие. Я эти рожи строила чисто автоматически, не отдавая себе отчета.

— Не какой-то, а близкий тебе. Твое зеркальное отображение. Твоя вторая астральная половина. И не спорь. Ты отправишься со мной и мы найдем духа.

По появившемуся у эльфа в глазах фанатичному огоньку, я поняла, что спорить дальше бесполезно, поэтому обреченно кивнула, давая понять, что согласна отправляться на поиски какого-то духа. Лишь бы больше не спорить, потому что в споре двух фанатиков последнее слово может сказать лишь эхо.

Стоять рядом с вампиром, которому я так и не сказала о своих чувствах, было конечно приятно, но немножко тревожно. В последнее время я стала бояться, что он откапает из завалов моего сознания эту тайну и все этим испортит, заявив, что я напрасно мечтаю о взаимности. Да и дружбу его я терять не хочу.

— Аля, мне кажется, что ты скрываешь от меня что-то важное. И меня это не устраивает.

Ну вот, опять этот недовольный тон, этот пронзительный взгляд, заставляющий ежится от холода. В последнее время он сильно изменился: стал тверже, холодней, неприступней. Мне эти изменения не нравились, но сделать с этим ничего не получалось. Я пыталась мягко улыбаться и проявлять терпение, что не всегда удавалось. Вот и сейчас мне показалось, что его слова ударили меня как плетью, но я все проглотила и сохранила спокойствие.

— Ничего криминального, уж поверь. Обычные детские фантазии. Не волнуйся, если будет что-то серьезное — ты первым узнаешь.

Не думаю, что он мне поверил, но расспрашивать перестал. Хотя может он это сделал по той простой причине, что подошли остальные члены нашей команды. Нося гордое звание Посвященных братьев и сестер из Ордена Единства (более того, нося звание членов Совета Посвященных), они по-прежнему вели себя как расшалившиеся дети, что очень раздражало Мэрлина. Он требовал относиться к этому серьезней, начинал читать лекции но каждый раз натыкался на снисходительный взгляд все понимающих, но не принимающих истину, студентов. Это охлаждало пыл Мэрлина, но не надолго. Через некоторое время все начиналось сначала.

— Вы не могли бы вести себя прилично? Вы отправляетесь с дипломатической миссией! Вы представляете на земле Долину Магов! Вы должны быть на высшем уровне!

Его слова канули в пустоту. Все были так возбуждены от предстоящего путешествия, что не желали успокаиваться. Ления и Волька теребили несчастный ковер-самолет, заставляя его нервно трястись и обреченно шелестеть кисточками. Ланита и Пирион устроили небольшой магический поединок за право выпить последний кубок эльфийской медовухи. Их проводники же в это время, устроили торжественное распитие пятилитрового бочонка самогона «Сессия». Гуттер, Гил и Азамат опять начали пререкаться по поводу преимуществ фаламберга над глефой. Вигдис и Гиниева спорили о том, чья мать круче, сильнее, красивей, милостивей и добрей. Вал пытался цапнуть Метелку, дразнившую его. Видимость спокойствия сохраняли лишь Арт, Инит и я. Даже Мэрлин начал бесноваться, пытаясь навести хотя бы видимость порядка. Отобрав бочонок у Проводников и швырнув им в расшалившуюся Метелку, он все же привлек всеобщее внимание.

— Все, хватит! Мое терпение подошло к концу. Выметайтесь отсюда.

На пару секунд прервав свои споры, друзья быстренько ретировались в Главный Портал, подальше от вышедшего из себя Ректора. Задержался лишь Арт, бросив на меня какой-то странный, пронизывающий взгляд, от которого мне стало очень неуютно. Ну, примерно так же неуютно, как стоять голой посреди футбольного поля в разгар финального матча. В итоге, мы с Мэрлином остались наедине (Метелка тоже смылась, но по направлению к общежитию). Дав архимагу несколько минут на успокоение, я пошла в словесную атаку.

— А теперь давайте серьезно, зачем мне дух? Почему вы так уверены, что мне удастся покорить хоть кого-то из них? А тем более найти свою зеркальную половину.

Наставник основательно побледнел и бросил на меня затравленный взгляд загнанного в угол волчонка, но я была непреклонна в своем желании знать правду.

— Дух необходим тебе для защиты. После Ущелья Смерти на тебя покушались четыре раза. Четыре! И один раз им почти удалось тебя похитить…

Я содрогнулась от воспоминания о десяти зомби, которые напали на меня ночью, когда я была истощена после очередного урока некромантии. Артур как раз отсутствовал в помещении (ушел на очередную пьянку с аспирантами и умудрился там так напиться так, что проснулся лишь через 38 часов) и этим ожившим мертвецам удалось связать меня и оттащить на двадцать метров по коридору от моих комнат. Спасло только чудо: какая-то юная магичка выскользнула из комнаты с непонятной целью (точнее понятной, но весьма нескромной) и завизжала, увидев полуразложившиеся трупы. От ее визга проснулись все студенты в общежитии и совместными усилиями они меня отбили. Чистой воды везение. После той ночи я стала очень нервной и очень чистоплотной, так как начало казаться, что я не могу отмыться от слизи разлагающихся трупов. А перемазана этой слизью я была с ног до головы.

— Этого больше не повторится, я теперь ставлю охранные заклинания на ночь.

Да, через эту защиту никто не прорвется. Даже Арт. Однажды он попытался ночью отлучиться, не разбудив меня, и я нашла его утром связанным магической веревкой, обгорелого, мокрого, пахнущего позавчерашними помоями и очень злого. Извинялась я долго, но разобидевшийся Проводник две недели со мной не разговаривал. Помирились мы только после того, как на меня напали прямо во время занятий, но про ловушки не забыл. Теперь если он ощущал, что я уже легла спать, а он не успел проникнуть в наши апартаменты. То шел ночевать в другое место, не рискуя понапрасну. Хотя защиту я перенастроила так, чтобы его она пропускала.

— Повторится. Обязательно повторится. И твой Артур тебя не сможет защитить. Да и вообще, он в последнее время стал себя странно вести. Три из четырех нападений он попустил. То он спал, то он пьянствовал, то он к отцу ездил. Так нельзя. Поэтому мы отправимся в Мир Духов и найдем того, кто не нуждается во сне, еде, алкоголе и родителях, но нуждается в тебе.

Я хотела уже возразить на счет своего Проводника, когда осознала, что Мэрлин прав. Арт действительно стал вести себя очень странно. Он стал еще более сдержанным, холодным и замкнутым. И жестоким. Несколько раз бывало так, что неосторожным словом он доводил меня или Лению почти до слез.

— Ну, может он в кого-то влюбился и я стала для него обузой.

Даже думать об этом было неприятно, но версия казалось довольно вероятной. Он стал раздражаться на меня почти каждодневно, как будто лишняя минута рядом со мной ему стала в тягость. Он стал все чаще и чаще пропадать в неизвестном направлении. Иногда он не появлялся по несколько дней. Доводя меня до истерики от беспокойства. И после этого он абсолютно не чувствовал себя виноватым. За исключением тех случаев, когда на меня нападали. После покушений он снова становился примерным Проводником и дня три таскался за мной след в след, раздражая невероятно.

— Возможно. Попробуй поговорить с ним на эту тему, но только после того, как мы найдем духа.

Я скривилась, прекрасно осознавая, что смелости на подобный разговор я не наскребу. Вот странно, я не боюсь ночевать на кладбище, кишащем упырями, зомби и прочей нежитью, но боюсь вызвать на откровенный разговор вампира. Причем не просто вампира, а самое близкое существо во вселенной. Из-за чего так? Может я просто трушу из-за того, что боюсь оказаться ненужной. Может я просто хочу жить своими иллюзиями?

— Альтера, сейчас не время для самокопаний.

С перепугу я даже отбросила свое обычное уважительное «вы», что впрочем, только порадовало Мэрлина, настаивавшего на том, что он для меня в первую очередь друг, товарищ и отец.

— А с чего ты решил, что я занимаюсь самокопанием?

Тщательно проверив свои блоки, я убедилась, что читать мои мысли Ректор не может. Тогда как он догадался? Нет, он конечно Архимаг, но в последнее время я научилась чувствовать даже то, как меня читал Арт, что практически невозможно.

— Ты такие рожи корчишь, что и ежу понятно, что ты опять ковыряешься в себе и занимаешься самобичеванием. Завязывай с этим бесполезным занятием и приготовься к встрече с Духами. Большинство из них — не очень приветливы.

Мда, пора учиться держать свое лицо под полным контролем, чтобы не выдавать своего настроения. И самое главное, своих мыслей. А то ведь даже подумать толком для себя не дают.

— К неприятностям я всегда готова. Надеюсь только, что все обойдется.

Потому что если не обойдется, то Паутина потеряет свою последнюю надежду на объединение.

Глава 2

Не знает вечность ни родства, ни племени.

Чужда ей боль рождений и смертей.

А у меньшой сестры ее — у времени -

Бесчисленное множество детей.

С. Маршак

— Учитель, мне здесь не нравится.

И это слабо сказано. Как может кому-то понравиться выжженная дотла пустыня, в которой от горизонта до горизонта видны лишь пепел и покрытые копотью камни. Лично мне такой пейзаж глубоко противен. Я сторонница ярких красок лета и жизни. Мне нравится такой пейзаж, когда горы с белыми снежными шапками, зеленеющие деревья, разные цветы, темно синяя вода озера или реки, пронзительно голубое небо и облака. Ну, еще ранняя осень, когда листья становятся багряными и золотыми, а воздух кажется кристальным.

— Мне тоже. И что? Нам на север.

Одними губами он добавил слово «кажется». Но поборов свою сущность, я покорно поплелась за ним, предоставив роль ведущего Мэрлину. Сама же начала обдумывать предстоящий серьезный разговор с вампиром. Получалось очень плохо, так как я боялась обидеть его своими обвинительными речами. А не обидев достучаться теперь до него невозможно. Что же происходит? Почему он так отдалился? Как будто его кто-то намеренно оттаскивает от меня. Кстати, вполне жизнеспособная версия. Убрать меня, как выяснилось, хотят очень многие, но пока Арт на моей стороне это довольно затруднительно.

— Доброго вам дня, странники. Вы кого-то ищите?

Отбросив свои тоскливые размышления, я уставилась на выросшего перед нами мужчину с русыми волосами, серыми глазами и очень недовольным выражением лица. Не стоило быть семи пядей во лбу. Чтобы понять, что он нам не рад, но пытается хотя бы казаться учтивым.

— И вам доброго дня. Не то, чтобы мы ищем кого-то конкретного…

Я задумалась, подбирая слова и не заметила, как Мэрлин что-то показал Духу (а это был именно дух, так как просвечивал насквозь). Это что-то очень тому не понравилось, но он наступил на горло своей гордости и дал знак следовать за ним. Некоторое время мы шли молча, но я все же решилась спросить одну вещь, которую меня интересовала.

— Простите, а как вас зовут?

Дух недовольно обернулся и что-то невнятно пробурчал, заставляя переспросить. Я не поленилась и попросила сказать более внятно.

— Алеша я. Попович.

Восхищенно присвистнув, я с удвоенным интересом стала изучать былинного героя. Честно говоря, на всадника с картины Васнецова он мало походил, но своей статью вызывал восхищение. Уважение внушали так же его меч и лук. Хотя я думала, что богатыри не пользуются луками. Они должны идти напролом, с мечом, щитом, копьем и на коне.

— Очень приятно. А я — Альтера.

— Я знаю.

Неласковость приема меня немного коробила, но из колеи уже не выбивала, как это бывало раньше. Благо появился большой опыт общения с теми, кому я очень не нравлюсь. Ну, прям до зубовного скрежета.

— А вы знаете, так где я родилась, про вас ходят легенды. Один знаменитый художник даже нарисовал ваш портрет и каждый день тысячи людей приходят в особое здание, чтобы на него посмотреть и восхититься.

По едва заметной улыбке и распрямившимся плечам, я поняла, что сумела подмазаться к суровому духу. Поэтому я благоразумно промолчала про то, что на той картине нарисованы еще два богатыря.

— Значит, помнят про нас еще. Хорошо. Очень хорошо. Ты прибыла сюда для того, чтобы покорить духа, Альтера?

Ну и зачем я так нарывалась на беседу? Как вот теперь себя вести с тщеславным богатырем, проявившим интерес к моей персоне?

— Не то, чтобы покорить, скорей подружиться. Я человек не воинственный.

Главное не вспоминать в этот момент с каким наслаждением я убивала всех слуг Сумасшедшего Бога, нападавших на меня. И не вспоминать с каким наслаждением я по пьяни разметала всех алкашей в трактире "Веселый Маг" в свой двадцатый день рождения. А то сразу слова начинают звучать фальшиво.

— Оно и заметно, что не воинственный. Почти никого не убила, но многих покалечила.

В его голосе звучала откровенная насмешка и я вспомнила, что за некоторыми духи присматривают и даже делают ставки. И из того, что Алеша назвал мое имя следует сделать вывод, что за мной тоже наблюдают время от времени. А значит дурочкой или простушкой прикинуться не удастся. По крайней мере, на полную катушку не удастся.

— То, что я сносно дерусь еще не значит, что я люблю это делать. Больше всего я люблю отсиживаться за спиной у своего Проводника во время драки.

Мэрлин и дух богатыря одновременно засмеялись. Учитель даже схватился за живот. Через несколько секунд у него выступили слезы на глазах. Отсмеявшись и переждав икоту, он наконец соблагоизволил объяснить причину своего смеха.

— Сидишь-то ты за спиной, но не просто сидишь, а отстреливаешь нападающих с помощью магии или, на худой конец, с помощью пистолета с глушителем.

Кажется, у меня покраснели не только щеки, но даже уши. Такой низости со стороны собственного учителя я не ожидала. Но хорошо, что Алеша отнесся к этому с юмором. Его позабавила моя хитрая тактика. Он заметно оттаял и принялся рассказывать нам о мире Духов, о постоянных конфликтах между группировками Темных и Светлых, о недавно установившемся перемирии, которое бывает раз в пятьсот лет и длится всего сто лет, о том, как вместо того, чтобы мутузить друг друга с помощью оружия, они обжуливают друг друга в азартных играх. В общем, информация полилась из него рекой. Я впитывала все это как губка, предвидя проблемы с Темными, так как меня уже автоматически записали в Светлые. Впрочем, это они поторопились. Если конечно не говорить о том, что добро должно быть с кулаками.

Вскоре вдали мы увидели довольно большой город и Алеша поспешил нас уведомить, что это столица их мира. Город, не имеющий названия, так как никто не мог договориться с другими насчет оного, являлся единственной зоной, в которой было официально запрещено сражаться. Светлые и Темные здесь вынуждены были мирно сосуществовать, так как нарушение главного правила о запрете на схватки в городе, влекло за собой немедленное развоплощение духа. И сколько бы они не ненавидели это место, развоплощаться они не хотели.

Мы вошли в город в полном молчании. Большинство духов провожали нас задумчивыми взглядами, но некоторые были довольно злобными. Я ощущала, как по волосам "пробегают муравьи", что сигнализировало мне о том, что меня сканируют. Постаравшись особо не закрываться, я все же довольно грубо выгнала из своего сознания особо наглых и тут же услышала смех.

— Альтера, ты что сделала?

На учителя было страшно взглянуть. Он весь как-то посерел, плотно сжатые губы побелели, а рука, сжимавшая посох, мелко тряслась.

— Ничего особенного. Просто выгнала из своего сознания посторонних. Расслабьтесь учитель, нам здесь не причинят вреда, это же Город Мира.

Я заметила, как на меня удивленно уставились почти все духи, наблюдавшие за нашим шествием с легким презрением. Даже Алеша остановился, чтобы заглянуть мне в глаза. Пользуясь остановкой, вокруг нас тут же столпились духи японцев, китайцев, индейцев, славян, кентавров (впервые увидела кентавра), эльфов, гномов и многих других. Кажется, было даже несколько вампиров и один дампир. Хотя может я и ошиблась.

— Город Мира?

В голосе былинного богатыря звучала такая богатая гамма чувств, что я не решалась выделить из этого, что-то одно. Просто все они казались нерасторжимыми.

— Ну да. Вы ведь не можете здесь сражаться…

Непонятно отчего, но я смутилась. Вокруг же началось возбужденное обсуждение. В драку, конечно, никто не лез, но дискуссия разразилась нешуточная.

— Знаешь, Альтера, ты, кажется, только что дала нашему городу имя. Теперь твое имя запомнят на долгие тысячелетия.

Я скромно потупилась, пытаясь скрыть от всех тот факт, что мне это глубоко безразлично. Мне не терпелось найти предназначенного мне духа и убраться отсюда.

— Что здесь происходит?

Все повернулись на голос, прозвучавший как громовой раскат. Спустя несколько минут, я увидела и его обладателя. Сказать, что он произвел на меня неизгладимое впечатление — не сказать ничего. Это был японский самурай (определила я это по одежде и разрезу глаз, так как говорили все здесь исключительно на Всеобщем, ругались впрочем, на всех языках Паутины). Его белые как снег волосы (я знаю, что японцы — брюнеты, но у этого были белые волосы) были собраны в хвост, глаза напоминали два бездонных провала, такая в них была тьма. Несмотря на субтильность этой расы, он оказался выше меня и чуть-чуть массивней, хотя и выглядел довольно изящным. Мне он показался похожим на изящный самурайский меч — такой же красивый и смертоносный. И что-то в нем такое ощущалось, что он мне казался почти родным, хотя я и чувствовала его холодность и сдержанность. Ну, прям глыба льда, только предпочитает не таять, а замораживать все вокруг. От его пристального взгляда у меня по спине пробежали мурашки. Когда же он шагнул в мою сторону, я чуть позорно не ретировалась за спину эльфа, но невероятным усилием воли сдержалась.

— Если ты, женщина, думаешь, что я причиню тебе вред, то ты ошибаешься. Я самурай. Моя честь не позволяет мне обижать беззащитных.

Мэрлин подавился кашлем (уж он-то точно знал насколько заблуждался новоприбывший), я же от неожиданности такого наезда застыла памятником самой себе. Уж как-как, а беззащитной меня уже никто не мог назвать. В Академии, да и во всей Долине Магов, уже все знали, что я могу за себя постоять до прихода Проводника. А если меня еще и разозлить, то я могу даже сама напасть и покалечить.

— Это кто тут беззащитный, ты… ты… ты… Кстати, кто ты?

Я чувствовала, как злость исходит из меня волнами и разбивается о ледяное равнодушие самурая. Вопрос остался без ответа и я начал красочно представлять, как размажу этого надменного ханжу по стенке каким-нибудь особо изощренным заклинанием. Вот только портив духов почти нет заклинаний. Разве что те, которым меня обучил Аид.

— В моем мире считается невежливым игнорировать вопрос. И за это можно схлопотать по роже. По наглой узкоглазой роже.

Подбавив в свой голос презрения и насмешки, я с удовольствием наблюдала, как наливается гневом самурай и как тихо сползает по стеночке Мэрлин. Ну, наверно он лучше представлял то, что со мной собирался сделать дух. Блажен незнающий. В данном случае это я. Но ведь говорят, что Богу угодны блаженные. Или что-то в этом роде. Не сильна я в богословии.

— В моем мире оскорбления принято смывать кровью.

— Ну давай. Я как раз посмотрю, как развоплощаются духи.

В моем голосе было столько яда и надежды на незабываемое зрелище, что самурай мгновенно взял себя в руки. Взгляд его стал настороженным и… слегка бешенным. Такой взгляд бывает обычно у тех людей, которые только что заглянули под капюшон скромницы Смерти. Ничего, подобный опыт заставляет всех действовать с оглядкой. Больше этот самурай не будет будить спящего зверя во мне. Потому, что проснется отнюдь не хомячок, как все наивно подозревают. И даже если это будет хомяк, то хомяк-мутант.


Дата добавления: 2015-10-24; просмотров: 108 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Мовний і етнічний склад населення. Найпоширеніші мовні сім’ї і групи.| 2 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.025 сек.)