Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Раздел III развитие психологии в XVII-XIX веках 4 страница

РАЗДЕЛ III РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ В XVII-XIX ВЕКАХ 2 страница | ГЛАВА 6 РАЗВИТИЕ ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ В XVIII-XIX ВЕКАХ 3 страница | ГЛАВА 6 РАЗВИТИЕ ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ В XVIII-XIX ВЕКАХ 4 страница | Глава 7 ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СТАНОВЛЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ КАК НАУКИ |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Развертывание активности и содержания монад в их общей и индивидуальной эволюции происходит в со­ответствии с изначальной упорядоченностью - «предус­тановленной гармонией», которая определяется богом, представляющим собой верховную форму в иерархии монад. Предустановленная гармония обнаруживает себя в трех аспектах: 1) в общей взаимосогласованности всех монад друг с другом; 2) в преемственности состояний внут­ри каждой монады; 3) в соответствии внутренних состоя­ний монад с их телесными проявлениями.

Согласно Г. Лейбницу, монада есть единство душев­ных состояний и их телесного выражения. Как душа мо­нада может проявить и обнаружить себя только через те­лесное. Подобно Аристотелю, Г. Лейбниц утверждал, что души от тела отделить нельзя, и эта связь души с телом установлена изначально. В отличие от Р. Декарта, связь души и тела трактовалась Г. Лейбницем не как механи­ческое взаимодействие, а как функциональное соответ­ствие между психическими состояниями и сопровождаю­щими их телесными изменениями. Создавая известное состояние в душе, монада-бог производит и соответству­ющие им состояния тела. Душа и тело, по мнению фило­софа, подобны паре часов, различных по устройству, но с одинаково поставленными стрелками, в результате чего при их независимой работе они могут показывать одно и то же время. Эту точку зрения, противопоставляющую психическое и физическое принято называть психофизи­ческим параллелизмом. Г. Лейбниц не был первым в фор­мулировании принципа психофизического параллелизма. Первоначально он был выдвинут последователем Р. Де­карта, преобразовавшим картезианские взгляды в рели­гиозное учение, известное под названием окказионализ­ма (от слова occation - случай) Мальбраншем (1638-1715). Мальбранш и его сторонники полагали, что субстанции не взаимодействуют, а состояния в обеих из них приводят­ся в строгое соответствие богом в каждом отдельном пси­хофизическим акте. Предлагаемая схема многократного вмешательства и участия божества в согласовании состоя­нии души и тела Г. Лейбницу показалась искусственной и она была заменена им на принцип предустановленной пси­хофизической гармонии, согласно которому соответствие всех возможных конкретных состояний в душе и теле устанавливается божеством лишь однажды и изначально.

Выдвинутым способом решения психофизической проблемы Лейбниц отрицал не только телесную детерми­нацию психики, но и зависимость ее от внешнего окруже­ния. У Г.Лейбница внешний мир является лишь запускаю­щим механизмом для саморазвертывания изначально за­ложенных в монаде потенций. Душа от рождения - это не чистая доска (tabula rasa), как полагали в древнее время стоики, а впоследствии Д. Локк. Душа подобна мрамору с имеющимися в нем прожилками, которые в наиболее от­четливой форме выступают и выявляются лишь в руках опытного художника. Содержание души, ее стремления и представления врожденны. Их переход из потенциально­го состояния в актуальное осуществляется посредством собственной деятельности монады, выражающейся в ко­лебаниях внимания, процессах воспоминания и осознания.

Ранее уже упоминалось о том, что исходной фор­мой осознания врожденных идей являются смутные пере­живания и перцепции. В результате усиления яркости и интенсивности восприятий возникают отчетливые идеи или апперцепции. Апперцепции представляют собой един­ство, включающее в себе множество предшествующих состояний. Это единство различно у каждой монады и проявляется это различие в степени общей активности и уровне развития монады, а также в особой точке зрения на мир, т.е. специфическом строе и структуре представ­лений. Индивидуальное своеобразие структуры представ­лений и сознания в целом, определяющее различный спо­соб видения мира, не зависит ни от каких внешних влия­ний и предопределено изначально. Г. Лейбниц указывал, что монады «вовсе не имеют окон, через которые что-либо могло бы войти туда или оттуда выйти» [68, с. 340]. В монаде нет ничего того, что не было бы дано ей по­тенциально. Монада видит только собственные развер­тывающиеся представления, в которых заложен и ото­бражается в сжатом виде весь мир. В этой связи Г. Лейб­ниц образно называл каждую монаду «живым зеркалом Вселенной» [68, с. 61].

Как известно, Г. Лейбниц рассматривал монаду как душу лишь по отношению ее к самой себе. По отноше­нию к другим монадам она может выступать только в виде телесных проявлений. Но телесные проявления не выражают сущности монады, поскольку «... все происхо­дит в душах так, как если бы вовсе не было тел, а в телах - так, как если бы не существовало вовсе душ...» [68, с. 251]. Отрицание психофизиологических корреляций вело к выводу о невозможности познания других душ по их внешним телесным проявлениям. Кроме того, напомним, что монады не имеют выхода вовне и каждая из них зам­кнута в себе самой. Отсюда вытекает, что психическое мо­жет быть раскрыто и обнаружено только через самое себя, посредством рефлексивной деятельности монады или са­мопознания. Таким образом, за разведением физическо­го и психического стояло и разведение методов их изуче­ния. Внутренние психические состояния монады, в силу их замкнутости и независимости от тела, внешнему, объек­тивному наблюдению не поддаются.

Учение Г.Лейбница внесло немало идей и тенден­ций, которые окажут значительное влияние на последу­ющее развитие психологии. Главными из них необходи­мо признать следующие. Лейбниц впервые показал ак­тивную природу сознания, динамизм и постоянную изменчивость его. Учение Г.Лейбница о перцепциях и апперцепциях станет исходным основанием, на котором будут строиться последующие концепции души в немец­кой психологии. Оно оказало влияние и в ряде других отношений. Прежде всего, включение в сферу психичес­кого, помимо сознаваемых явлений досознательных пер­цепций, расширяло границы психического, которые были сужены Р. Декартом до самосознания. Логическим след­ствием этого нового подхода явилась и реабилитация пси­хики животных. После вердикта Р. Декарта животные вновь обрели душу и перестали быть простыми механи­ческими автоматами. Далее, разделение психического не перцепции и апперцепции предполагало существование границы, по одну сторону которой лежат процессы до-сознательные, по другую - осознаваемые. В этом смысле Г. Лейбниц становится предвестником учения о порогах сознания, с которым выступит в XIX веке И. Гербарт, и которое станет отправным в психофизических измерени­ях и опытах Г. Фехнера. От Г.Лейбница немецкая психо­логия усвоила принцип психофизического параллелизма, на основе которого будет строится экспериментальная психология в Германии.

§ 7. Сенсуализм в фи- Противоположные рационализму Р. Декарта, Б.Спинозы и лософии и психологии Лейбница традиции в изучении познавательных способ­ностей Д. Локка человека, в определении границ и условий их развития закладываются в XVII столетии крупнейшим английским мыслителем Д. Локком(1632-1704), основу философско-психологических взглядов которого соста­вили общие эмпирические и сенсуалистические установ­ки Ф. Бэкона и Т. Гоббса. Успешные попытки Д. Локка приложить индуктивно-эмпирический метод Ф. Бэкона непосредственно к области психических явлений дают основание видеть в нем родоначальника эмпирической психологии. А.И. Герцен справедливо назвал главную книгу Д. Локка «Опыт о человеческом разуме» (1690) «ло­гической исповедью рассудочного движения», поскольку в ней давалась развернутая картина становления и услож­нения психической жизни человека [37].

Для будущих судеб психологии в локковской систе­ме взглядов наиболее важными оказались критика тео­рии врожденных идей, учение о внешнем и внутреннем опыте, учение о первичных и вторичных качествах, уче­ние о простых и сложных идеях, учение о побудительных силах и функциях речи, представления об уровнях позна­ния. В своем единстве все разделы философско-психологической системы Д. Локка представляют собой стройную в целом материалистическую концепцию человека и его познавательных способностей. Вместе с тем она несет на себе печать двойственности и компромисса, свойствен­ных всему мировоззрению английского мыслителя, в ко­тором отразились противоречия эпохи преобразования Англии из государства феодального в государство капи­талистическое.

Исходным пунктом в философско-психологической концепции Д. Локка явилась критика им теории врожден­ных идей, выдвинутая еще в античное время Сократом и Платоном и поддержанная в Новое время Р. Декартом и Г. Лейбницем. Основная посылка Д. Локка состояла в том, что знания сами по себе возникнуть не могут. Врожден­ных идей и принципов нет. Все идеи и понятия происте­кают из опыта. Опираясь на данные медицины, детской психологии, этнографии, философ указывает, что если бы идеи были врожденны, то они были бы доступны детям, идиотам и дикарям. Однако, имеющиеся факты и наблю­дения за детьми, душевнобольными людьми свидетель­ствуют о том, что в действительности такие, например, отвлеченные идеи, как понятие о боге и душе, идеи доб­ра, зла и справедливости и т.п. ими не осознаются, а сле­довательно, от рождения человеку не даны.

Особенно показательно Д. Локк иллюстрирует не­состоятельность теории врожденных идей на примере сно­видений. Как известно, сторонники теории врожденных идей считают, что душа во время сна может покидать тело и размышлять независимо от него. Поскольку во время сна душа, размышляя вне тела, не может оставлять в нем каких-либо следов, это является причиной забывания людьми своих снов. В связи с этим доводом Д. Локк, за­даваясь вопросом о том, зачем уму размышлять, если все должно забыться, замечает, что мышление является пре­восходным даром природы, которая без пользы ничего не делает. «Странно, - удивляется он, - ни разу за всю жизнь душа не вспоминает ни одной из своих чистых врожденных мыслей и тех идей, которые она имела рань­ше... странно, что она никогда не показывает взору бодр­ствующего человека других идей, кроме тех, которые имеют привкус сосуда, в который она заключена, и со­вершенно очевидно свидетельствует о своем происхож­дении от этого соединения с телом» [70, т. 1, с. 137].

Сновидения, по Д. Локку, составлены из идей бодр­ствующего человека, соединенных между собой причуд­ливым образом. Сами же идеи не могут возникнуть рань­ше, чем органы чувств не снабдят ее ими.

Этот общий итоговый вывод критики Д. Локком теории врожденных идей важен в том отношении, что в нем утверждалась зависимость всех психических состоя­ний от телесного организма и внешнего предметного ми­ра. Здесь же уместно заметить, что в своем выступлении против врожденных идей Д. Локк, отрицая существова­ние в душе доопытного содержания сознания, признавал наличие врожденных анатомо-физиологических задатков, от которых зависит характер и особенности приобретае­мых в опыте знаний.

Что же собой представляет опыт и как человек при­ходит к знаниям? Под опытом Д. Локк понимал все то, чем наполняется душа человека в течение всей его инди­видуальной жизни. Содержание опыта и его структура складываются из элементарных составляющих, обозна­ченных философом общим термином «идеи». Идеями Д. Локк называл и ощущения, и образы восприятия и па­мяти, общие понятия и аффективно-волевые состояния.

Первоначально человек появляется на свет с душою, подобною чистому листу бумаги (tabula rasa), на котором только при жизни внешний мир наносит своими воздей­ствиями узоры. Именно внешний мир является первым источником идей. Вслед за Т. Гоббсом Д. Локк утверждал, что все начинается с чувств и «нет ничего в интеллекте, чего не было бы до этого в ощущениях».

От внешнего опыта, доставляющего душе лишь идеи отдельных вещей (образы восприятия) или их свойств (ощу­щения), человек может иметь только то, что навязывает ему природа. В действительности душевная деятельность не ограничена рамками простого пассивного созерцания и тем, что представляется извне.

Приобретенные во внешнем опыте чувственные идеи выступают в качестве исходного материала для осо­бой внутренней деятельности души, благодаря которой рождаются идеи другого рода, существенно отличающи­еся от чувственных идей. Эта особая деятельность души, названная Д. Локком рефлексией, представляет собой спо­собность души обращать свой взор на собственные со­стояния, порождая при этом новые психические продук­ты в виде идей об идеях. Хотя рефлексия и не отнесена к внешнему миру, она по своей функции сходна с внешними чувствами и поэтому может быть названа «внутренним чувством» или внутренним опытом.

Согласно Д. Локку, рефлексия (внутренний опыт) и опыт внешний между собой связаны. Рефлексия является производным, вторичным образованием, возникающим на основе внешнего опыта. Рефлексия представляет со­бой как бы опыт об опыте. Но поскольку рефлексивная деятельность порождает собственные идеи, отличные от идей внешнего опыта, она рассматривалась Д. Локком в качестве другого относительно самостоятельного источ­ника знания.

Учение Д. Локка о внешнем и внутреннем опыте имело своим следствием два важных момента. Во-первых, утверждением связи между внешним и внутренним опы­том Д. Локк пытался восстановить единство различных форм познания, подорванное в теориях Р. Декарта, Г.Лей­бница, Б. Спинозы. Дело в том, что продуктами рефлек­сии, как правило, являются общие понятия и сложные идеи, а последние могут быть результатом только мысли­тельной деятельности. С этой точки зрения рефлексия выступает как форма рационального познания, которая в свою очередь опирается на чувственный опыт. Разделе­нием же опыта на внешний и внутренний Д. Локк стре­мился подчеркнуть очевидные различия в закономернос­тях рационального и чувственного познания.

Но здесь Д. Локк проявляет непоследовательность. Рефлексию он рассматривал как особую силу души, силу разума, которая опирается на внешний опыт, но не выра­стает из него. Этим самым внутренний опыт выводился за пределы природной детерминации, что неизбежно при­водило английского философа к признанию существова­ния рефлексирующей духовной субстанции.

Отсюда, нетрудно заметить, что локковская рефлек­сия представляла собой эмпирическую модификацию кар­тезианской интроспекции, но с одним существенным отли­чием. Если у Р. Декарта рефлексия есть самообнаружение врожденных идей, у Д. Локка - познание идей внешнего опыта. Своей новой точкой зрения Д. Локк придал уче­нию о рефлексии (внутреннем опыте) материалистичес­кое звучание, но вместе с тем оно содержало в себе заро­дыш интроспективного подхода к анализу душевных яв­лений, который и получит в дальнейшем развитие в рамках английской эмпирической школы.

Субъективная направленность локковского эмпи­ризма в значительной степени усиливалась учением о су­ществовании первичных и вторичных качеств. Под каче­ствами Д. Локк понимал способности вещей вызывать в душе какие-либо идеи. Отталкиваясь от известного со времен Демокрита факта об отсутствии полного тожде­ства между качествами ощущений и физическими свой­ствами внешних объектов, Д. Локк различает в пределах внешнего опыта два больших класса идей - идеи первич­ных качеств и идеи вторичных качеств. Признавая объек­тивное существование вещей, философ полагал, что ре­альные качества объектов могут вызывать в душе как адекватные, так и неадекватные идеи. Такие качества ве­щей, как протяженность, плотность, величина, форма, движение, длительность и др. воспроизводятся в идеях с большим подобием. Другими словами, идеи всех перечисленных качеств представляют собой более точные ото­бражения и копии свойств внешних предметов. Этот род идей и был назван Локком идеями первичных качеств.

Ко второму роду идей Д. Локк относил идеи цвета, запаха, вкуса и т.д. Они неадекватны реальным качествам вещей, так как вне нас не существует ни цвета, ни вкуса, ни запаха как таковых. В самих телах, писал он, нет ниче­го подобного этим идеям; в телах есть лишь способность производить их в нас, т.е. идеи вкуса, запаха, цвета явля­ются как бы производными от самого субъекта, вторич­ными по отношению к свойствам и качествам внешних вещей. Таким образом, первичные и вторичные идеи возникают, по Д. Локку, в результате воздействия внешних предметов на органы чувств, но при этом первичные идеи отражают объективные свойства вещей, а вторичные не отражают и по своему генезису являются субъективны­ми. В теории Д. Локка о первичных и вторичных идеях, как и в учении о внешнем и внутреннем опыте, наиболее ярко выразился непоследовательный и двойственный ха­рактер взглядов.

Важный раздел эмпирической концепции Д. Локка связан с учением о простых и сложных идеях. Простыми идеями Д. Локк называл неразложимые элементы созна­ния. Они могут быть получены как из внешнего опыта, так и от рефлексии и, более того, одновременно из обоих источников. Общим продуктом внешнего и внутреннего опыта являются простые идеи удовольствия или страда­ния. Примерами простых идей внешнего опыта могут быть ощущения, идущие от одного из органов чувств (свет, цвет, запах, звук, вкус, холод, тепло и т.д.) или сра­зу от нескольких (идеи протяжения, формы, покоя, дви­жения и др.). К простым идеям от рефлексии следует от­нести образы восприятия, памяти, воображения. Именно с восприятия чувственных образов и удержания их в па­мяти начинается собственно рефлексивная деятельность души.

Назначение памяти состоит в актуализации «заснувших»идей, в которых душа в данный момент нуждается. Об образах памяти следует говорить тогда, когда имеется намек на сходство текущих впечатлений с прошлым. В тех же случаях, когда возникающие идеи не имеют сходства с прошлым, имеет место не память, а воображение. Важней­шим условием хорошей памяти является повторение, без которого доставляемые душе идеи бледнеют. Отсюда и происходит известная пословица «повторение - мать уче­ния». Память становится более прочной, когда идеи не только повторяются, но и сопровождаются чувствами удо­вольствия или страдания. Память есть и у животных, но это потолок, до которого мог подняться животный мир. Как только душа приобрела простые идеи, она пе­реходит от пассивного созерцания к активному преобра­зованию и переработке простых идей в сложные. Обра­зование сложных идей Д. Локк представлял как простое механическое комбинирование исходных элементов опы­та. Комбинирование простых идей осуществляется раз­личными способами. Ими являются ассоциации, соеди­нение, отношение и обособление.

Из перечисленных путей механического комбини­рования простых идей следует несколько больше остано­виться на ассоциациях, поскольку именно им предстояло выступить в XVIII столетии в качестве ведущего объяс­нительного принципа строения и развития сознания. У Д. Локка ассоциации не являются основным механизмом внутренней деятельности сознания. Их он рассматривал как неверные, ненадежные сочетания идей, как случай­ные и пассивные связи, свойственные в основном психи­ческой жизни душевнобольных и лишь отчасти здоровых людей, например, во время сновидений. Поэтому боль­шинство современных отечественных и зарубежных пси­хологов оценивает Д. Локка не как родоначальника, а лишь как предшественника ассоциативной психологии. Вместе с тем, Д. Локку принадлежит заслуга во введении самого термина «ассоциация идей».

В отличие от ассоциаций более надежными спосо­бами образования сложных идей, за которые ответствен­на рефлексия, являются суммирование или соединение, сопоставление или сравнение и обобщение или обособле­ние. Сложение или суммирование основано на непосред­ственном соединении идей по признакам сходства или смежности. Второй путь образования сложных идей свя­зан с установлением сходств и различий через сопостав­ление и сравнение идей, в результате которого возника­ют идеи отношений. Примером подобных идей могут быть понятия «отец», «друг», «материнство», «тождество» и др. Наконец, последним и высшим способом образования сложных идей является абстрагирование (отвлечение, обо­собление), посредством которого образуются самые об­щие понятия, подобные таким, как понятия «души», «бо­га» и т.д. Своим обстоятельным описанием технологии мышления Д. Локк далеко вперед продвинул давнюю про­блему происхождения общих понятий. Однако при ана­лизе законов мыслительной деятельности он встретился с рядом принципиальных трудностей, многие из которых были вызваны общим механистическим подходом к стро­ению сознания. Эти трудности останутся не преодолен­ными и позднее. Принцип сведения сознания к механи­ческой сумме и комбинации исходных психических эле­ментов займет господствующее положение в английской ассоциативной психологии на протяжении двух столетий.

Особую роль в формировании идей внешнего и внут­реннего опыта и особенно в преобразовании простых идей в сложные Д. Локк отводил речи. Как и Т. Гоббс, философ приписывает речи две функции - функцию выражения и функцию обозначения. По его мнению, словами обозна­чаются идеи как внешнего, так и внутреннего опыта. В сво­ей обозначающей функции слова выступают как средство оперирования идеями, закрепления собственных мыслей. Но слова и речь - это не только орудия мышления, но и средство обмена идеями и мыслями. Главная цель всякого сообщения быть понятым, а поэтому слова должны упот­ребляться в соответствии с идеями, которые в них заклю­чены. С помощью слов обозначаются как конкретные, так и общие идеи и, поскольку люди не всегда дают одинаковые обозначения различным идеям, им часто не удается до­стигнуть взаимопонимания. Трудности в понимании людь­ми друг друга вызваны, с одной стороны, собственными недостатками языка и в результате злоупотребления сло­вами, с другой. Продолжая начатую Ф. Бэконом и Т. Гоббсом критику «призраков» Рынка и Театра, Д. Локк ука­зывает, что основные злоупотребления, допускаемые людь­ми, выражаются в использовании слов без всяких идей, в употреблении одного и того же слова для выражения раз­ных идей, в применении старых слов в новом значении, в обозначении словами того, чего люди сами не понима­ют. Избавление от возможных недостатков и злоупотреб­лений в речи, пробуждение идей, адекватных их речевым формам - вот те главные пути, с помощью которых мож­но овладеть искусством общения.

Завершает локковскую теорию познавательной де­ятельности учение о границах и уровнях познания. По­знание Д. Локк определял как установление соответствия или несоответствия двух идей, причем адекватность по­знания зависит от способов восприятия душою своих идей. Их три - интуитивный, демонстративный и чув­ственный. Низшим и наименее надежным является, по Д. Локку, чувственное познание, при котором вещи по­знаются через образы восприятия. Высшим же и самым достоверным источником является интуитивное познание, когда соответствие или несоответствие двух идей уста­навливается через сами эти идеи. Когда раскрыть сход­ство или различие в идеях с помощью их самих не удает­ся, человеку приходится привлекать другие идеи, прибе­гать к дополнительным доказательствам и рассуждениям. Этот вид знания, выводимого посредством ряда проме­жуточных умозаключений, назван Д. Локком демонстра­тивным познанием. По своему характеру, роли и досто­верности оно занимает место между чувственным и инту­итивным познанием.

Познавательные силы (сила восприятия и сила ра­зума) не исчерпывают всего богатства душевной жизни человека. Наряду с ними в душе имеется другой ряд пси­хических явлений, тесно связанных с познавательными силами и названных Д. Локком силами желания или стрем­ления. В рамках побудительных сил он выделял прежде всего волю и эмоциональное состояние - удовольствие и страдание. Воля как сила желания заключается в способ­ности выбирать и предпочитать рассмотрение той или иной идеи или осуществление какого-либо действия. А где человек имеет возможность выбора, там он свободен и действует как активное существо. Волю движет стрем­ление к добру, благу и совершенству. В этом плане воля связана с эмоциональными переживаниями, чувствами удовольствия или неудовольствия. Всякое телесное стра­дание, вызванное встречей и столкновением с вредными для человека и его души воздействиями, переживается как неудовольствие. Последнее порождает желание избавить­ся от страданий и предпочесть, выбрать действия, позво­ляющие избежать или устранить вредные влияния. Удо­вольствия и неудовольствия, по Д. Локку, - это все то, что радует или огорчает человека по поводу внешних воздей­ствий или рефлексий. Из этого вытекает, что эмоциональ­ные состояния связаны не только с волей, но пронизывают и сопровождают все идеи, независимо от того, исходят ли они из внешнего или внутреннего опыта, являются ли они простыми или сложными. Таким образом, в целом побу­дительные силы являются активной стороной всей позна­вательной и практической деятельности человека.

Д. Локк оставил в истории мировой психологии глу­бокий след, прежде всего основанием эмпирического на­правления. Хотя близкие к его взглядам эмпирические идеи высказывал в эпоху Возрождения Л. Вивес, но в то время они не нашли должной поддержки. И только после Д. Локка эмпирическая линия становится одним из систе­матически развиваемых направлений не только в Англии, но и за ее пределами. Эмпирические традиции, заложен­ные Д. Локком, получат в XVIII-XIX веках дальнейшее развитие на материалистической основе во Франции и России, на идеалистической - в Германии.

Отрицанием врожденных идей, утверждением опы­та как источника содержания сознания, Д. Локк преобра­зовал картезианскую метафизику в экспериментальную физику души. Ведь в разуме, по мнению философа, нет ничего из того, что не прошло бы через чувства в смысле внешнего или внутреннего опыта. Но поскольку во внут­реннем опыте и рефлексии он видел единственный и наи­более достоверный источник знания о самой душевной деятельности, Д. Локк становится родоначальником инт­роспективной эмпирической психологии.

Д. Локк является предвестником и предшественни­ком ассоциативной психологии, основной смысл которой заключается в развитии локковской идеи о том, что все психические образования являются продуктом связи про­стейших элементов.

Как в области политики, так и в своих философско-психологических воззрениях Д. Локк выступил как выра­зитель компромисса. Разработанная им в целом матери­алистическая сенсуалистическая теория познания содер­жала элементы непоследовательности, нашедшие свое выражение в молчаливом признании духовной субстан­ции, в отрицании души у животных, в признании внутрен­него субъективного источника познания, в оценке вто­ричных идей как производных от самого субъекта. Все эти идеалистические колебания послужили основанием для последующего раздвоения локковского учения на со­липсизм Дж. Беркли и Д. Юма и материалистический сен­суализм Д. Дидро, Д. Пристли и др.

 


Дата добавления: 2015-10-24; просмотров: 38 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
РАЗДЕЛ III РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ В XVII-XIX ВЕКАХ 3 страница| ГЛАВА 6 РАЗВИТИЕ ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ В XVIII-XIX ВЕКАХ 2 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.011 сек.)