Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 11. В Новую Англию медленно и словно как-то неохотно тащилась весна

Аннотация | Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5 | Глава 6 | Глава 7 | Глава 8 | Глава 9 |


 

В Новую Англию медленно и словно как-то неохотно тащилась весна, готовился стряхнуть с себя зимнюю спячку и университетский кампус. Зазеленела трава, кое-где лопались на деревьях почки, длиннее становился день; все новые и новые причины находили студенты, чтобы подольше не заглядывать в аудитории. В небе стаями носились тарелочки «фрисби», а после захода солнца молодые люди группками отправлялись на пикники. Лень прокрадывалась даже в души профессоров: лекции становились короче и короче.

В свой последний семестр Кайл решил держаться подальше от праздных однокурсников. Почти все свободное время он проводил в редакции, шлифуя материалы для июньского номера «Юридического вестника». Следующий номер выйдет уже без него, поэтому сейчас нужно постараться и не ударить в грязь лицом. Работа редактора давала Кайлу прекрасный повод избегать окружающих. Когда Оливии это окончательно надоело, они расстались, причем сумев сохранить уважение друг к другу. Приятели, такие же, как и он, выпускники, раскололись на два лагеря. Одни все силы отдавали беззаботным вечеринкам, желая насладиться последними мгновениями свободы перед тем, как обречь себя на вечные муки в реальном мире. Другие же скрупулезно планировали будущую карьеру, готовились к экзамену в адвокатуру, подыскивали квартиры в больших городах. Кайл умудрялся без труда избегать и первых, и вторых.

Первого мая он отправил Джою Бернардо письмо:

 

Дорогой Джо!

Выпуск у нас состоится 25-го числа, может, подъедешь? Алан не сумеет, а Бакстера я даже боюсь спрашивать. Было бы здорово, если бы пару дней мы провели вместе. И пожалуйста, без подружки. Для ответа воспользуйся обычной почтой, на этот адрес, никаких телефонов или электронки. Все объясню при встрече.

Желаю всего, чего сам хочешь,

Кайл.

 

Письмо было написано от руки и брошено в почтовый ящик рядом с редакцией. Через неделю пришел ответ:

 

Привет, Кайл!

Что, проблемы с компьютером? Я замучился разбирать твой почерк, хотя он, наверное, все же не такой уродливый, как мои каракули. Обязательно приеду, повеселимся от души. С чего вдруг такая секретность: ни телефонов, ни электронки? Или у тебя совсем плохо с головой? Бакстер-то окончательно рехнулся. Если ничего не предпримет, через год он точно сыграет в ящик. Черт, рука отсохла, не хватает только чернильницы с перочисткой. С нетерпением жду твоей новой писульки.

Будь здоров,

Джой.

 

Второе письмо Кайла было более подробным, в нем приводились кое-какие детали. Ответ Джоя оказался переполненным сарказмом, и вопросов в нем было больше, чем в предыдущем. Прочитав текст, Кайл тут же разорвал листок на мелкие клочки. Последовал еще один обмен посланиями, в которых друзья расписали встречу по минутам.

 

* * *

 

Даже торжественная церемония университетского выпуска не явилась для Пэтти Макэвой достаточно уважительной причиной покинуть мастерскую. Однако оба мужчины – и ее супруг, и сын – испытали от этого лишь чувство облегчения. Присутствие Пэтти в Йеле наверняка обернулось бы осложнениями. Тремя годами ранее мать отказалась приехать в Дьюкесну на вручение Кайлу диплома – точно так же, как она оставила без внимания выпускные церемонии обеих дочерей. Короче говоря, Пэтти категорически не желала принимать участие в празднествах, какими бы значительными для ее отпрысков они ни были. Она, правда, сидела на помолвках дочерей, однако и пальцем о палец не ударила, чтобы их устроить. Джон Макэвой выписал пару чеков, и семейство каким-то образом пережило оба тяжких испытания.

Джой Бернардо прибыл в Нью-Хейвен в субботу после полудня, за день до официального торжества. Следуя письменным указаниям, что были доставлены ему посредством почтовой службы Соединенных Штатов, Джой направился в тихое, похожее на пещерку заведение под названием «Пицца Санто», расположенное в миле от кампуса. В субботу 24 мая, ровно в 15.00, он уселся в кабинку справа от барной стойки и принялся ждать. В голове крутилось одно: неужели у Кайла тоже едет крыша? Через минуту словно из ниоткуда возникла знакомая фигура. Пожав другу руку, Кайл оглянулся на входную дверь. Зал был пуст, из скрытых за портьерами динамиков приглушенно доносился голос Брюса Спрингстина.

– Ну, выкладывай, – сказал Джой, уже почти не удивляясь.

– За мной следят.

– Ага. Ты явно переутомился.

– Заткнись и слушай.

К столику подошла официантка – даже не девушка, а подросток. Оба заказали по бокалу кока-колы, Кайл попросил большую пиццу-пепперони.

– Да я в общем-то не голоден, – бросил Джой, когда официантка удалилась.

– Не забывай, мы сидим в пиццерии. Что еще можно было заказать, чтобы не выглядеть подозрительно? Пройдет две-три минуты, и здесь появится тип в выцветших джинсах, темно-зеленой рубахе и шапочке для гольфа. На нас он не обратит никакого внимания, с четверть часа поторчит у бара и свалит. Он даже не будет смотреть в нашу сторону, но засечет абсолютно все. Потом, когда ты выйдешь, либо он, либо его напарник двинется следом, взглянет на твой номерной знак, и через пять минут они выяснят, что я украдкой встречаюсь со своим старым другом Джоем Бернардо.

– Это что, твои приятели?

– Нет. Профессиональные шпики. Поскольку я – это всего лишь я, а не опытный спецслужбист, им и в голову не приходит, что я знаю об их существовании.

– Великолепно. Ситуация ясна. Теперь объясни, почему за тобой следят.

– Слишком долгая получится история.

– Но ведь ты не начал пить, правда? Не сел на иглу?

– На ней я никогда не сидел, и тебе это известно. Нет, я не начал пить и пока не схожу с ума. Говорю предельно серьезно, мне необходима твоя помощь.

– Тебе необходим психоаналитик, Кайл. Уж слишком блестят у тебя глаза.

Входная дверь распахнулась, и в пиццерию шагнул парень. Одет он был точно так, как говорил Кайл, если не считать дополнения: очков в круглой черепаховой оправе.

– Не смотри на него, – прошептал Кайл.

У Джоя отвисла челюсть. В этот момент официантка поставила на стол кока-колу, и оба сделали по хорошему глотку.

Парень прошел к бару, заказал кружку пива, уселся на высокий табурет. Огромное зеркало за стойкой позволяло ему видеть столик, у которого сидели Кайл и Джой, однако он вряд ли мог слышать их разговор.

– Этот подонок решил нацепить очки, – негромко проговорил Кайл, широко улыбаясь, как если бы заканчивал непристойный анекдот. – Темные, от солнца, выглядели бы здесь по-дурацки. Он выбрал обычные стекла, чтобы не привлекать внимания. Прошу тебя, улыбнись, а еще лучше – рассмейся. Мы двое старых друзей, предаемся воспоминаниям. Не делай такое серьезное лицо.

Совершенно подавленный, Джой не смог ни выдавить улыбку, ни тем более рассмеяться. Тогда Кайл захохотал сам, после чего взял с тарелки треугольничек пиццы, сунул в рот и принялся жевать.

– Ешь же, Джой, – буркнул он. – Ешь и постарайся сказать хоть пару слов.

– Что ты натворил? Этот парень коп или?..

– Или. Я не совершил ничего противозаконного, но история все равно слишком длинная. Ты тоже имеешь к ней отношение. Давай-ка поговорим о бейсболе.

– «Пираты» скатились на последнее место и останутся на нем до сентября. Подыщи другую тему. – Джой откусил наконец огромный кусок пиццы. – Мне потребуется пиво, без него я пиццу не ем.

Махнув крошечной официантке, Кайл попросил ее принести кружку «Будвайзера».

В углу зала светился огромный жидкокристаллический экран. Несколько минут друзья сосредоточенно жевали пиццу, делая вид, что сейчас их больше всего интересуют новости спорта. Тип у стойки бара не торопясь допил пиво, расплатился и вышел. Когда дверь за ним хлопнула, Джой спросил:

– Что, в конце концов, происходит?

– Об этом мы обязательно поговорим, только не здесь. Нам потребуется час, а то и два. За первым разговором последует второй, за вторым – третий. Типы, которые за мной следят, – мастера своего дела. Если засекут, что у нас серьезная беседа, то все поймут. Сейчас нужно спокойно доесть пиццу, выйти и разойтись в разные стороны, так, чтобы никто до завтрашнего утра, до твоего отъезда, не видел нас вместе.

– Что ж, спасибо за приглашение приехать.

– Я приглашал тебя не на выпуск, Джой, уж прости. Я звал тебя, чтобы вручить вот это. – Кайл протянул через стол сложенный вчетверо лист бумаги. – Клади в карман, и побыстрее.

Оглянувшись по сторонам, будто опасаясь увидеть в каждом углу по наемному убийце, Джой сунул белый квадратик в задний карман джинсов.

– В чем дело, Кайл?

– Джой, я попал в переплет, и мне нужна помощь. Кроме тебя, никого нет.

– Говоришь, я тоже связан с твоей историей?

– Очень может быть. Давай, заканчиваем с пиццей и уносим отсюда ноги. Вот мой план: до Четвертого июля[8]осталось совсем немного. Предложишь идею: спуститься на плоту по Нью-Ривер, в Западной Виргинии. Три дня на воде, две ночи в палатках. Отличная мысль! Ты, я, несколько ребят из нашей компании в Дьюкесне. Мальчишник, пока мы можем себе его позволить. В листочке я указал десяток имен и адресов, они у тебя и без этого должны быть. Там же имя поставщика снаряжения, он из Бэкли, в Западной Виргинии. Как видишь, я все предусмотрел.

Ничего не понимая, Джой кивнул, чисто автоматически.

– Наша цель, – продолжал между тем Кайл, – оторваться от слежки. При всем желании они не смогут отправиться за нами – по реке, через горы. Мы будем говорить и говорить, говорить часами, не думая о том, что нас кто-то подслушивает.

– Все это абсурд, Кайл. Ты свихнулся.

– Еще раз – заткнись! Я не свихнулся, я в жизни еще не был более серьезным. За мной следят круглыми сутками, прослушивают мой телефон, напихали «жучков» в ноутбук.

– И это не копы?

– Нет. Но они страшнее копов. Если мы сейчас здесь задержимся, они начнут что-то подозревать, а тогда и у тебя возникнут проблемы. Съешь еще кусок пиццы.

– Я не голоден.

Воцарилась долгая пауза. Кайл тщательно жевал пиццу, Джой пустым взглядом уставился на телевизионный экран. Из динамиков лилась новая песня Брюса Спрингстина. Прошло минут десять.

– Так, нам пора, – бросил Кайл. – Мне надо рассказать тебе, Джой, но только не тут. Подумай об авантюре на плоту, где можно будет отдохнуть и где ты услышишь всю мою историю.

– А ты когда-нибудь сплавлялся на плотах?

– Разумеется. Ты?

– Ни разу. Не люблю воду.

– У нас будут спасательные жилеты. Брось, Джой, давай оттянемся! В последний раз. Через год станешь солидным женатым человеком, жизнь твоя на этом закончится.

– Благодарю.

– Мальчишник на реке, встреча старых друзей! Свяжешься с ними по электронной почте, узнаешь настроение. Ну что?

– Хорошо, Кайл. Как скажешь.

– Но когда будешь слать «мыло» мне, используй маленькую хитрость.

– Какую еще хитрость?

– В листке все изложено. Мне ты предложишь сплавиться по Потомаку, в западной части Мэриленда. Думаю, нам не стоит давать этим шпикам чересчур подробную информацию.

– А что они могут предпринять? Ринутся следом на скутерах?

– Нет. Это просто предосторожность. Не хочу, чтобы они были рядом.

– Странно все это, Кайл.

– Да. И будет еще более странно.

Неожиданно резким движением руки Джой отодвинул тарелку с пиццей, склонился над столом и, глядя другу в глаза, произнес:

– Согласен, но ты должен дать мне хотя бы ключ.

– Илейн вернулась. Вспомнила, как ее оттрахали.

Едва ли не распластавшийся за секунду до этого на столе Джой, как от удара, выпрямился. Какая еще Илейн? Он совершенно не помнил ее фамилии – если вообще когда-нибудь ее слышал. Неприятный случай произошел лет пять-шесть назад, причем полиция не просто закрыла дело, а прямо-таки захлопнула его. Спро́сите почему? Да потому что там ничего не было. Изнасилование? Ну уж нет. Половой акт, причем с полного согласия партнерши. В декабре у него помолвка с девушкой, о которой он мечтал всю жизнь. И этому ничто не может помешать. Его ждет карьера, блестящее будущее, у него доброе имя, наконец! Неужели давно забытый кошмар еще не кончился?

Слов вертелось на языке так много, что Джой не сумел произнести ни одного. Он сидел и лишь отрешенно смотрел в пространство. Кайлу стало искренне жаль друга.

«Она не спит?» – спрашивает Джой.

Молчание. Ни звука не издает ни Бакстер Тейт, ни девчонка.

– Пока мы в состоянии справиться с этим, Джой, – услышал он голос Кайла. – Ситуация паршивая, однако мы что-нибудь придумаем. Нам предстоят долгие часы трудных разговоров, но не здесь, не сейчас. Вставай, пошли.

– Да. Да. Как скажешь.

 

Вечером Кайл встретился с отцом в греческом ресторанчике «Афинянин». На ужине был и Джой Бернардо. Успев заранее разогреть себя двумя бокалами джина с тоником, он так расслабился, что едва мог поддерживать невинную беседу. Может, причиной его неразговорчивости являлось не спиртное, а растерянность или страх, но Джой почти не подавал голоса за столом. Перед тем как раскрыть меню, Макэвой-старший осушил две рюмки мартини, а затем пустился в воспоминания о громких судебных процессах. Следуя его примеру, друг Кайла тоже заказал сухой мартини. Скоро спиртное все же развязало ему язык, но ничуть не подняло настроения.

Кайл привел его с собой по одной-единственной причине: ему не хотелось выслушивать нравоучения отца по поводу ловушек корпоративного права и необходимости заняться более достойным порядочного человека делом. Однако после второго мартини, когда Джой стал почти невменяемым, Джон Макэвой предпринял такую попытку. Сын предпочел не спорить, хрустел чесночными гренками, временами поддакивал и слушал. На скатерти возникла бутылка красного вина. Отец затянул новую историю – о неимущем, но благородном клиенте, чью запутанную тяжбу удалось выиграть. Так было всегда, ну, или почти всегда. Героем всех таких историй был исключительно он сам, а бедный человек оказывался спасенным, находил защиту и утешение.

Еще немного, и Кайл уже сожалел бы, что за столом нет матери.

Гораздо позже, когда ужин закончился, он медленно шагал по кампусу – в последний, наверное, раз в качестве студента. И Кайлу вдруг показалась немыслимой та скорость, с которой пролетели эти три года. Впрочем, учеба в юридической школе, что ни говори, его утомила. Он устал от лекций, от аудиторий и экзаменов, устал от существования на мизерный студенческий бюджет. В двадцать пять лет он ощущал себя взрослым мужчиной, превосходно образованным, не имеющим дурных привычек – словом, абсолютно целостной личностью. Будущее безоблачно, перспективы сулили такое…

Но мрачные предчувствия вытесняли из души восторг. Семь лет учебы, расчеты на карьеру – все это сводилось теперь к жалкой участи шпиона поневоле.

 


Дата добавления: 2015-08-17; просмотров: 30 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 10| Глава 12

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.013 сек.)