Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Иисус на суде Каиафы

А. Лопухин. С. 472. | А. Лопухин. С. 469. | А. Лопухин. С. 475. | Р. Сантала. С. 186. | Лука. 22:44. | Р. Сантала. С. 187. | Р. Сантала. C. 188. | ТЕНЬ СМЕРТНАЯ | СУД АНАНА | ОТРЕЧЕНИЕ ПЕТРА |


Читайте также:
  1. II. Иисус - воплотившееся слово Бога-Творца.
  2. Амен считается альфой и омегой — началом и концом. Говорится, что Иисус сказал апостолу Иоанну: «Я есть Амен». В другом месте Амен используется в значении абсолютной истины.
  3. АНГЕЛ АГОНИИ, ангел, служивший Иисусу на кресте
  4. Апостол Павел о жизни Иисуса
  5. Апостол Павел об учении Иисуса
  6. АРАВИЙСКАЯ ОБИТЕЛЬ, обитель Иисуса и Нады
  7. АРЕНА И ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ОБЩЕСТВЕННОГО СЛУЖЕНИЯ ИИСУСА.

(второй суд церкви лукавствующих)

 

Анна послал Иисуса связанного к Кайафе ночью на заседание синедриона, который всегда, как мы уже видели из прочитанного отрывка Мишны, должен был начинать свой суд днем, а не ночью.

Прот. И. Восторгов. С. 12.

 

Связанного Иисуса Христа Анна послал к Каиафе, может быть только в другое отделение архиерейского дворца…

Т. Айнс. С. 285.

 

Чтобы из дома Анны попасть в дом Каиафы, расположенный к западу, нужно было выйти из города Сионскими воротами и сделать довольно большой круг; но когда прибудешь туда, то сразу видишь, что, в действительности, оба эти дома находились в близком соседстве между собой и отделялись только садом или двором, на котором впоследствии построены были стены теперешнего Иерусалима.

А. Лопухин. С. 891.

 

Насколько мы из разных рассказов можем составить себе понятие о дворце, занимаемом одновременно Анной… и Каиафой… в Иерусалиме, то он, по-видимому, выстроен был четырехугольником с внутренним двором, куда входили через арку или по лестнице. В глубине дворца находилась зала, где собирался синедрион и куда вела лестница в несколько ступеней.

Ф. Фаррар2. С. 404.

 

Дом Каиафы превращен теперь в часовню и принадлежит армянам. Алтарь сделан из грубого беловатого камня, часть которого можно видеть с двух сторон и сзади, и который, будто бы, был камнем св. Гроба. Справа на клиросе есть маленькое углубление, где, по преданию, и был схвачен Спаситель. В центре монастыря есть небольшой двор. Там именно, по преданию, находился ап. Петр, когда производился суд над его Учителем и когда он трижды отрекся от Него.

А. Лопухин. С. 891.

 

...С другой стороны, древнее, доселе сохранившееся в Иерусалиме, предание, говорит, что дом Анана лежал на пути к Каиафе, так что страже, ведшей Иисуса, ничего не стоило доставить ему удовольствие — первому увидеть пред собой связанным Того, Кто недавно еще казался всему синедриону недосягаемым.

Архиеп. Иннокентий. С. 266–267.

 

Дом Каиафы был, вероятно, или в ограде храма, или где-нибудь вблизи его.

Ф. Фаррар2. С. 362.

 

Первосвященнический дом в Иерусалиме, как и вообще дома знатных лиц на Востоке, представлял собой целый ряд зданий, расположенных четырехугольником, внутри которого был мощеный двор, с одним или двумя входами в него. Двор иногда обсаживался деревьями и украшался площадками зеленой травы. Иногда на нем устраивалась цистерна или фонтан с обильной водой, что делало двор приятным местом для отдыха… Кругом двора шли портики-галереи, бывшие удобным местом для приема гостей и собраний. В некоторых домах был и передний двор, защищенный с улицы стенами, и вообще во внутренний двор можно было проникнуть лишь через арку в переднем здании, — тот «портик», о котором говорится в Евангелиях. В этих зданиях располагались не только жилища обоих первосвященников, но и различные палаты для заседаний, а также всевозможные службы, необходимые при доме столь знатных сановников. На такой-то двор и приведен был Христос вооруженной толпой…

А. Лопухин. С. 478–479.

 

Тем временем, наверное, членов санхедрина [синедриона] оповещали о случившемся, чтобы обеспечить присутствие всех на спешно созываемом совете. Несомненно, пришли они не в ту же минуту; нам следует, должно быть, согласиться с Лукой, который пишет, что в полном составе и под началом первосвященника санхедрин собрался только утром. Тогда все совпадает и с тем, что нам известно из еврейских источников о судебном разбирательстве.

Ч. Додд. С. 127.

 

Каиафа был такой же, как и его тесть, пронырливый и бессовестный саддукей, но с меньшею силой характера и воли. В его доме происходил второй частный допрос, настолько же неправильный, как и первый, потому что произведен был, вопреки уставов, опять же ночью.

Ф.Фаррар2. С. 399.

 

Если совет собрался ночью, как может показаться из Евангелий от Марка и от Матфея, сам первосвященник нарушил строгие предписания Закона.

Ч. Додд. С. 127.

 

Далее: уголовное судопроизводство не могло быть начинаемо накануне субботы или праздника (по определению Мишны. Е. Г.). Всегда предполагалась возможность такого случая, когда нужно бывает отсрочить суд на сутки и, следовательно, заседать и судить в праздник, а это у евреев было строго заспрещено.

Прот. И. Восторгов. С. 19.

 

Да, нарушение могло и быть; но, скорее всего евангелисты неточно пересказали события. Ведь их не интересовали ни юридические тонкости, ни хронологическая точность. Они честно передают то, как развертывалась драма, сохраняя цельность и последовательность повествования, однако между арестом Иисуса и заседанием санхедрина, а также последующим судом у Понтия Пилата могло пройти больше времени, чем явствует из их слов.

Ч. Додд. С. 127.

 

Не следует забывать, что день у евреев начинался с вечера, таким образом ночь с четверга на пятницу была уже кануном субботы, и притом великой пасхальной субботы. В пятницу, в полдень, И[исус] Христос уже был распят, и, таким образом, взятие под стражу, допрос у Анны, первое заседание Синедриона, второе заседание Синедриона (на рассвете, часа в 3 утра), суд у Пилата и Ирода, опять у Пилата и, наконец, распятие, — все это с необыкновенной поспешностью успели сделать в какие-нибудь, самое большое — 15 часов.

Прот. И. Восторгов. С. 19.

По подлинному же еврейскому законодательству окончательный приговор всегда надлежало откладывать, по крайней мере до третьего дня. Посему и судьи, до третьего же дня оставались при своих мнениях…

Свящ. В. Гречулевич2. С. 165.

 

Суд над Иисусом является одновременно самым коротким и самым длинным судебным процессом в мировой истории: он по сей день все еще происходит в наших сердцах.

Р. Сантала. С. 185.

 

Неизвестно, был ли собран у Кайафы весь синедрион, однако, трудно предположить это ввиду ночного времени и ввиду того, что члены Синедриона не все жили в Иерусалиме, хотя, с другой стороны, в канун праздника Пасхи, могли быть все в сборе. Но, предположим, что Синедрион по числу членов представлял законное собрание, 2/3 голосов. В таком случае место председателя занял Кайафа в средине, полукругом с обеих сторон по 35 в ряд разместились члены Синедриона, на мягких сиденьях, по восточному обычаю, в тюрбанах, со скрещенными ногами. Здесь были отставные первосвященники, главы священнических родов, так называемые книжники и законоучители, то есть почетные лица из сведущих законоведов…

Прот. Иоанн Восторгов. С. 58.

 

Невозможно определить в какой именно час произошла великая заключительная сцена, так живо описанная тремя евангелистами. Несомненно, что, частный и публичный допросы свидетелей должны были занять значительное время; присутствовал ли или нет при допросах «весь совет» или один отдел его членов, но то вполне несомненно, что пока допросы продолжались, на заседание прибыло значительное число членов великого синедриона. Членов этого учреждения всего было семьдесят один; «в малом синедрионе», который, вероятно, был комитетом или отделением, образованным из членов первого, собиралось только двадцать три члена. Очень возможно, что в такой ранний час Каиафой было созвано «малое собрание» и что никакое другое вовсе не собиралось, хотя повествования евангелистов скорее дают повод думать, что был созван «великий совет», который один мог в то время судить человека уголовным судом и который один только во все времена мог судить пророка. Допустим, согласно с тем, как сказано у евангелистов, что в этом пункте закон был соблюден. В таком случае мы можем представить следующую картину суда. Совет заседал в палате Газит. Места судей были расположены полукругом и одна половина членов сидела по правую, другая по левую сторону от председателя или Нази, которым в том случае был первосвященник Каиафа. Около него по одну сторону сидел «отец суда», по другую «мудрец». Два писца сидели за столом для записывания приговоров; два служителя стерегли Узника, стоявшего прямо перед председателем…

Т. Айнс. С. 285.

 

…Тут стояло несколько приставов с веревками и ремнями, стороживших Узника, а другие стали позади Его, чтобы вызывать свидетелей и, в конце концов, привести в исполнение решение судей.

А. Лопухин. С. 480.

 

Свидетели, как мы уже говорили, была важнейшая часть суда… Они, как первые виновники приговора, должны были нанести осужденному и первые удары, чтобы придать исключительную степень достоверности своим показаниям, этим объясняется значение слов Иисуса Христа: «кто из вас без греха, тот пусть первый бросит камень».

Свящ. Н. Гречулевич2. С. 163.

 

В данном случае, видимо, очень спешили, и чтобы начать суд, немедленно стали искать свидетелей, или, как выражается евангелист, лжесвидетелей. И когда они явились, но ни в каком случае не раньше, тогда только по еврейским законам мог начаться настоящий формальный суд. Все действия, которые произведены раньше, были незаконны.

Прот. И. Восторгов. С. 12.

 

Разбор дела начат был самим Каиафой. Злобно взглянув на своего Узника, он начал задавать Ему различные вопросы касающиеся Его учения и учеников.

А. Лопухин. С. 483.

 

«Ты ли Мессия, скажи прямо», — спросил Каиафа тем голосом, который уже отзывался смертным приговором…

Архиеп. Иннокентий. С. 285.

 

В синедрионе был разработан весьма эффективный способ опроса свидетелей, позволяющий производить судопроизводство с максимальной точностью. Перед сидящими полукругом членами синедриона располагались три писца: один стенографировал обвинителей, другой — защитников, а третий — все свидетельства за и против подсудимого. Подробности, записанные третьим писцом, должны были в точности повторять записи первого и второго. Это позволяло избегать ошибок при вынесении приговора. Когда обвиняемому выносился смертный приговор, свидетелей заставляли поклясться, что в случае клеветы кровь подсудимого будет на них и их детях. Это, по всей видимости, и было причиной выкриков из толпы, которые записаны в Евангелии от Матфея: «Кровь Его на нас и на детях наших». В толпе были люди, выступавшие свидетелями на ночном заседании.

Р. Сантала. С. 190.

 

В то время как судьи по духу еврейского законодательства представляются… защитниками обвиняемого, первосвященники сами занялись позорным делом выискивания свидетелей, что нелегко, однако, было сделать ввиду ночного времени.

Прот. И. Восторгов. С. 12–13.

 

Наконец, явились два иудея лжесвидетеля, по преданию Анания и Ахазия, показания которых хоть несколько походили по форме на вероятные доказательства, хотя и они были сбивчивы, и противоречивы…

Путь Христов. С. 324.

 

…Один из них произнес такое обвинение против Иисуса: «Он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его». Другой подтвердил это лжесвидетельство: «Мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворенный, и чрез три дня воздвигну нерукотворенный». Такие слова показались богохульством и могли быть приняты за прямое оскорбление дому Божию. Почитание жилища Иеговы доходило у евреев до суеверия и всякое оскорбление храму почиталось достойным смерти, но в собрании произошло разногласие по вопросу о том, насколько преступны подобные речи.

А. Дидон. С. 667.

 

...Этому, наверное, сопутствовали еще два обвинения (так сказано у Луки, и не исключено, что это правда): Он возмущал народ и призывал не платить подати. Видимо, обвинения эти хранились «про запас». Другими словами, дело представили как чисто политическое, без какой бы то ни было религиозной окраски.

 

...свидетели приводили слова эти по-разному, и обвинить Его не удалось — согласно Закону, подтвердить обвинение должны были двое или трое. Остальные обвинения тоже не подтвердились. Тем не менее, Иисусу предоставили возможность возразить на них. Он отказался.

Ч. Додд. С. 128, 129.

 

Каиафа выходил из себя от страха и бешенства. Вставши с судейского места и вышедши на средину, он крикнул: «Что Ты ничего не отвечаешь?» Иисус отвечал бы, если бы не был уверен, что его судьи готовы питаться грязью, лишь бы отыскивать ложь; но Он не прерывал своего молчания.

Ф.Фаррар2. С. 401.

 

...В том случае, когда обвинительные показания были найдены достаточными и обвиняемый, уличаемый в преступлении, становился подсудимым, следующий шаг суда, по правилам еврейского судопроизводства, должен был состоять в приглашении свидетелей защиты и в назначении подсудимому адвоката для защиты, который в Мишне называется Baal-rid, или в переводе Dominus litis, господин тяжбы. В ночное время, когда второпях судили Иисуса, ни того, ни другого не сделали: мы не видим даже обычного заклинания свидетелей. Иисусу не предоставлено никаких льгот по закону, который давал Ему, как везде, право призывать свидетелей в Свою пользу, а свидетелей этих при открытой общественной деятельности Иисуса могло быть много. Вместо этого в Синедрионе совершенно незаконно подвергли Обвиняемого перекрестному допросу: «Что же Ты не отвечаешь, что они против Тебя свидетельствуют?» — с такими словами обратился первосвященник к Иисусу. Но Он молчал и не отвечал ничего.

Прот. И. Восторгов. С. 15.

 

…Нельзя представлять этого молчания следствием негодования на ошибки или на ложь обвинителей или на недобросовестность судей. Что обычные права всякого обвиняемого еврея представлялись уму Иисуса, это мы уже видели. Но чтобы он надеялся как-либо избежать осуждения, или желал избежать его при настоящем положении дела, на это нет никакого указания. Все повествования согласно показывают, что Он уже за несколько времени до этого предсказывал приближение потрясающего конца своего земного поприща. Изречения, сказанные Им в предчувствие этого конца в течение предшествующих недель и, в особенности, в предшествующий день, известны всем и обнаруживают высочайшее самообладание. Эта высота самообладания отличает Его и в этот решительный час. Неточные или злонамеренные пересказы о том, что Он говорил три года тому назад, теперь не обращали на себя Его внимания. Он пришел в Иерусалим на смерть не по ошибке; и если мы непременно желаем составить себе некоторое представление о том, какие мысли занимали Его, когда Он безмолвствовал, то можем предположить, что Его занимало то зрелище, которое было перед его глазами. Вот, наконец, собрались перед Ним сыны дома Израилева в лице своего верховного совета и великого множества народа. Он всегда исповедывал Себя предназначенным и посланным на служение этому народу; теперь они встретились в последний раз; и все века прошедшей истории Израиля представились уму Того, Кто стоял здесь в ожидании своего приговора.

Т. Айнс. С. 285.

 

Дополнительная сложность этого суда была в том, что трудно было выдвинуть против Иисуса Христа какие бы то ни было обвинения не только ввиду святости Его жизни, но и ввиду глубокого разделения между членами Синедриона, которые резко расходились во мнениях религиозных (а судили ведь И. Христа за религиозное преступление) и составляли две враждебные партии: фарисеев и саддукеев.

Иисуса Христа, конечно, могли обвинять в нарушении субботы, отеческих преданий, обрядности: но в этом более всего повинны были саддукеи, главные Его судьи; Его могли обвинять во властном и самовольном очищении храма: но этому сочувствовали фарисеи и раввины, которые открыто возмущались против нечестия и беззастенчивого корыстолюбия первосвященников, принадлежавших тогда к саддукейской партии и устроивших из корыстных расчетов позорнейший торг в доме Бога Израилева.

Прот. И. Восторгов. С. 12–13.

 

Обвинение в открытой ереси никуда не годилось за совершенным отсутствием свидетельств.

Ф. Фаррар. С. 408.

 

Но почему, можно тут спросить, первосвященники не решились воспользоваться услугами Иуды, который, зная учение и все деяния Господа, из угождения врагам Его, за новую плату, и даже в оправдание своей измены Учителю, мог быть самым жестоким обвинителем? Предатель, как мы видели, коварно указав местопребывание своего Учителя, тотчас скрылся, и его не так просто можно было отыскать. Притом, свидетельство Иуды, после того, как узнали о его предательстве (а скрыть этого было нельзя), не имело бы цены в глазах людей беспристрастных. Можно даже сказать, что едва ли бы сам Иуда имел столько дерзости, чтобы клеветать на своего Учителя в Его присутствии. Мы увидим, что в мрачной душе его, и после предательства, невольно сохранилось еще сильное чувство уважения к его невинности.

Архиеп. Иннокентий. С. 274.

 

Уже после предательства, он, томимый душевной тоской, дает недвусмысленное свидетельство в пользу своего Учителя. Когда даже первоверховный из апостолов в самый критический момент отрекся от Христа, заявив, что «не знает человека сего», Иуда-предатель в глаза своим властям заявил, что он «согрешил, предав им кровь Праведника».


Дата добавления: 2015-07-25; просмотров: 49 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Архиеп. Иннокентий. С. 282.| А. Лопухин. С. 253.

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.014 сек.)