Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Дополнение 6 страница

Краеугольные камни рабства 4 страница | Краеугольные камни рабства 5 страница | Барачный социализм или жильё по-израильски | Жилищный вопрос | Краткая история | Господин вышка и другие | Дополнение 1 страница | Дополнение 2 страница | Дополнение 3 страница | Дополнение 4 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

На каждого ребенка в израильской школе заведено особое тайное дело, //типа уголовного файла//, просмотреть которое родители не имеют права! В то же время от содержания этого дела зависит многое, например, поступление в университет, трудоустройство, армейская судьба, и т.д. Чем не еще одно сходство с «зоной»? Израильские газеты неоднократно писали, что в этой стране государство давно уже может в любой момент и без особых формальностей отобрать любого ребёнка у любых родителей или родителя, чтобы вручить его богатым людям...

Русскоязычные подростки из Тель-Авива объяснили мне, что среди израильских школьников любые формы насилия в конфликтной ситуации считаются приемлемыми. «Как на зоне в Совке, — добавил один.

Газета «Наша Страна» /04.02.1994 г./: Во время экскурсии, организованной для членов элитарного молодёжного движения «Учащаяся и работающая молодежь», между двумя ребятами — одним из Лода, другим — из Явне — по мелочному поводу вспыхнула драка, в которой парень из Лода воткнул в грудь сверстнику длинный нож. Началась, всеобщая драка.. Пытаясь учинить самосуд, парни из Явне разбили окна экскурсионного автобуса.

В передаче 2-го канала Израильского ТВ (в пятницу, 11-го февраля 1994 г. передача Габи Гизита «Ха-Лала ха-Шиши») речь шла о насилии в израильских школах. Драки между детьми, в результате которых дети получают тяжёлые увечья, попадают в больницы, стали обыденным явлением. При этом учителя даже не подходят к получившему травму /перелом, рану/ ребёнку. Не они, как правило, доставляют раненых детей в больницу.

Ребенок, раненый в школе, может отсутствовать на уроках несколько месяцев, и никто — ни учителя, ни директор — не поинтересуются, как он. В той же передаче рассказывалось, что в одной школе два учителя избили девятилетнего ребёнка, в результате чего тот стал полные инвалидом, даже лечение в Лондоне не помогло. Ведущий передачи позвонил Министру Образования и Культуры г-ну Амнону Рубинштейну и спросил у него, почему из Мин. Образования и Культуры, где хорошо знали о случае с этим 9-тилетним мальчиком, даже не поинтересовались его состоянием. Министр не предложил никаких решений прекращения насилия в школах, но злобно обрушился на детей новых русскоязычных иммигрантов и сказал, что «всё из-за них»!

Во всех израильских газетах /я приводу это происшествие по «Новой Газете» на русском языке, заметка «Убийство, которое потрясло Израиль», 13-20/01-1994/ сообщалось, как двое подростков из богатых семей, из самого богатого в стране города /Герцлия/ и самого богатого района в этом городе, убили водителя такси Дерека Рота. Позже выяснилось, что существует целая банда подростков из богатых семей, в которую входили и эти два подростка — убийцы. Целью этой банды было развлекаться убийствами и избиениями. И снова — комментируя это событие, один из комментаторов израильского радио /к сожалению, я не запомнил его имени/ сказал, что на фоне «агрессивности и жестокости» детей-выходцев из бывшего СССР усиливается и агрессивность израильских подростков, а это, мол, и приводит к росту насилия. То есть, снова с больной головы на здоровую!

[Как учитель, педагог, работавший не только в музыкальной школе, но и в общеобразовательных школах, работавший в специальных кружках для «трудных» детей, посещавший неоднократно колонию для несовершеннолетних, интересовавшийся этой проблемой, я имел хорошее представление об уровне насилия в советской школе. Прибыв в 1991-м году в Израиль (то есть, тогда, когда волна иммиграции из СССР только поднималась), я сразу же понял, что насилие в израильской школе на порядка два выше, чем было в СССР. Кроме того, я говорил на эту тему со многими детьми, с моими коллегами-учителями, приехавшими в Израиль из разных концов Союза, и все разделяли мнение о том, что в израильской школе уровень насилия выше, чем в ССССР.

Поэтому заявления типа тех, что сделал этот телекомментатор или Министр Образования и Культуры Амнон Рубинштейн, не имеют под собой никаких оснований. Это чистая ложь, основанная на расизме и дискриминационном подходе. Именно подобные заявления и расистская позиция подавляющего большинства членов Кнессета и всех израильских правительств с 1989-го года калечат и убивают русскоязычных детей. Ассоциация «Ла Меркав» в одном из своих заявлений пишет (смотрите его целиком дальше в нашем исследовании): «По размаху насилия в школах Израиль уже много лет назад превзошел Россию — самую неблагополучную из стран европейской культуры, — но ситуация неуклонно продолжает ухудшаться…»]

Насилие в израильских школах, действительно, усилилось с начала Большой Алии. Но лишь потому, что, получив возможность совершенно безнаказанно издаваться над сверстниками — «русскими», уничижать и избивать их, школьники-израильтяне стали более агрессивными, у них стал еще быстрее, чем раньше, развиваться комплекс садизма, потребность в допинге насилия, а во-вторых, это произошло потому, что для того уже имелась в школах благодатная почва. Именно это и усилило их агрессивность.

Можно не сомневаться, что слова о том, что во всём виноваты «русские», не прошли бесследно через сознание подростков-израильтян, и без того развращенных и деморализованных заносчивостью, расизмом, агрессивностью ивритоговорящего общества. Нередко само ожидание насилия, избиений, полное игнорирование «русских» детей их сверстниками — израильтянами еще страшнее для них, чем регулярные избиения. В январе 1994 г. газеты /»Новая газета», 13-20/01-1994 г./ сообщили, что четырнадцатилетняя новая иммигрантка сбросилась с шестого этажа в городе Афула. В предсмертных письмах она написала о ненависти к русскоязычным, которая разжигается в Израиле. В одном из писем была такая строчка: «Сверстники — израильтяне относятся к нам с ненавистью». Перед самоубийством она заявила, что хочет покончить с собой. Но никто никак не отреагировал.

«Новая Газета» пишет, что сообщения о самоубийстве девочки были «задвинуты» на самую последнюю страницу ивритских газет и набраны мелким шрифтом. Некоторые газеты вообще заметки об этой трагедии не поместили..

(А к середине, особенно к концу 1994-го года сообщения об избиениях и убийствах «русских» детей и о самоубийствах «русских» детей, вызванных преследованиями, вообще исчезли из ивритской и английской прессы Израиля).

26 января до радио «РЭКА» прозвучало интервью с Михой Гольдманом, зам. министра Просвещения (Образования и Культуры). По его словам, около 8-ми тысяч русскоязычных детей /цифра явно заниженная, так, до данным Сионистского Форума, не посещают школы 11 или даже 15 тыс. детей/ не учатся из-за конфликтов с израильской школой или бедности родителей. После вопросов, касающихся дискриминации «русских» детей и препятствий, чинимых к принятию на работу «русских» учителей, Миха Гольдман не изъявил желания продолжать интервью, не отвечал на вопросы, говорил жестко, агрессивно, со злостью. Упомянул и о специальном органе в рамках израильской армии, занимающемся подготовкой к армии, что надо понимать как угрозу детям и родителям. Названное им число — 3000 учителей — олим, которых приняли на работу, оказалось явно завышенным. Во-первых, большая часть из них работает не в рамках его министерства, а в «русских» клубах, например, получая нищенские полублаготворительные подачки. Во-вторых, лишь 700 учителей работают но штатному расписанию. /Кстати, почти все русскоязычные учителя были уволены после того, как Министерство Абсорбции перестало выплачивать им часть зарплаты/.

Можно не сомневаться, что часть проблем была бы решена, если бы созданы были «русские» школы, но тогда правящий класс лишился бы возможности издеваться над детьми новых иммигрантов, не смог бы закрывать перед ними двери школ и убивать в них будущих конкурентов их детей.

В статье Янны Судаковой «Кого Притянет «Янтарь» /газета «Время», четверг, 29.10.1992 г./ говорится: новые иммигранты — преподаватели физики одной из школ Ришон Ле Циона — открыто сказали, что есть конкретное указание Министерства в первую очередь обеспечивать работой сабр /израильтян/, и добавили — «семейных». «Русский» учитель физики, не принятый на работу, правда, тоже был «семейный».

Руководство учебно-методического центра «Янтарь» — организации новых иммигрантов — говорит, что путь в израильскую школу для большинства русскоязычных иммигрантов — учителей «если не заказан, то тернист».

Государство, которое рассматривает всех своих граждан как рабов, делящихся на касты, категории и подкатегории /правда, «русские» в Израиле — рабы рабов, а это намного страшней, чем быть рабами господ/, способно сделать с детьми все, что угодно. В редакционной статье «Ребенка упекли в психушку» Новая Газета» /03-10/12.-1993 года, ч. II/ пишет о том, что особая социальная служба «Пкид Асад» поместила совершенно здорового шестилетнего ребенка в психболъницу против желания матери /у ребенка возникли проблемные взаимоотношения с другими детьми, не вызванные психические расстройством/. (Читатели уже вполне представляют себе из вышеизложенного, что такое израильская школа и на почве чего в ней могут возникнуть проблемные взаимоотношения). Малыш находился в палате с ненормальными детьми.

Верховные Суд Справедливости /БАГАЦ/ постановил — в течение часа освободить ребёнка, однако, с освобождением не спешат (решение верховного судебного органа страны нескольким рядовым чиновникам — не указ: где уж тут добиться чего-либо от чиновников простыми средствами?!), а матери служба «Пкид Асад» пригрозила, что, если мать выступит против снова против этой службы, её навечно отлучат от ребенка...

[Через десять лет после того, как были написаны первые строки этого исследования, в Израиле не только ничего не изменилось, но даже изменилось к худшему. Вот в сокращении основные документы группы «Русские пантеры», большинство которых относится к концу 1999-го и к 2000-му году.

Разгул расизма в школах Беэр-Шевы

Дети эмигрантов — жертвы расизма

Ответ «Русские пантеры»

Город Беэр-Шева на Юге Израиля, в частности, система муниципального образования, становится рассадником расизма. И основная жертва — дети эмигрантов из б. СССР. Добровольная ассоциация «Ла Мерхав» зарегистрировала в 1998/99 ученом году 192 случая проявлений расизма в школах на юге страны, из них 146 в школах Беэр-Шевы. 68 инцидентов сопровождались физическим насилием. В Израильском совете защиты детей в 1998-1999 зарегистрировано более 7.000 случаев проявления насилия против детей эмигрантов, причем 80% инцидентов между детьми происходит на фоне расизма. Ответ школьников — «Русские пантеры»

За последние 10 лет Беэр-Шева для многих в Израиле стала символом расизма и этнической ненависти в школах. Даже до Америки докатилась худая слава о систематических инцидентах на почве расизма и этнической ненависти в школах города. Представитель Объединения Еврейских Общин (UJA) в Израиле Джозеф Альферт рассказал, что факт избиения русскоязычной девочки в одной из беэршевских школ поразил одного из руководителей Американского Еврейского Совета (AJC) Харвиса. В результате была разработана целая программа, действующая в Израиле на американские деньги. Когда же представители Объединения обратились к беэршевским властям, то оказалось, что в городе не с кем было говорить на эту тему.

В течение пяти лет активисты некоммерческой ассоциации «Ла Мерхав» были единственной организацией, помогавшей пострадавшим русским детям.

Немного фактов:

В январе 1994 иерусалимская газета «Коль а-ир» сообщила об обострении вражды между русскоязычными и местными школьниками на почве расизма и этнической ненависти в одной из самых престижных израильских школ «Гимназия Рахавия» в Иерусалиме. В конце концов, там дело дошло до массовой драки с применением холодного оружия. Правозащитник Алекс Тенцер из Комитета по проверке предвыборных обещаний опубликовал историю Йосифа Мимкина, систематически убегавшего из школы из-за издевательств на почве расизма. Публикация об избиени ученицы школы «Макиф Далет» Оли Каминской на почве расизма в июне 1996 г.

(Михаэль Дорфман «Мы не заметили ее слез» «Негев» 22.04.1996.) стала первой публикацией на эту тему на юге страны. А через неделю в той же школе всем классом избили другую русскоязычную девочку («Негев» 29.04.96.) Через год одноклассники с криками «русские вонючки» избили девятиклассницу школы «Макиф Далет» Веру Ф. («Негев» 17.03.97). А еще через месяц девочки из той же школы избили в классе Настю М. («Негев» 24.06.97, «Коль-Би». 24.06.97, «Шева» 24.06.97), сопровождая экзекуцию расистскими выкриками «русские — проститутки», «убирайтесь в Россию». Настя до сих пор страдает от последствий тяжелого нервного потрясения. 21.10.98 газета «Новости Юга» и «Негев» опубликовали подробности систематического издевательства над мальчиком Сашей О. Одноклассники систематически били его, вымогали деньги. Мальчика обвиняли, что «русские украли у них страну».

В конце-концов мальчик был доставлен в госпиталь «Сорока» с сотрясением мозга. В дальнейшем семья покинула Юг страны и проживает в Нетании. В августе 1998, накануне муниципальных выборов, соученики-расисты избили ученицу беэршевской школы «Макиф Далет» Марину Бройде («Едиот ахронот», 24.08.98). Девочка была доставлена в больницу с сотрясением мозга, а инцидент дал тогдашнему кандидату в мэры города Якову Тернеру и его русскоязычным помощникам прекрасный повод для подстрекательства против прошлой администрации, возглавляемой уроженцем Марокко.

Самоубийство 13-летнего мальчика Димы Худякова, всколыхнуло Беэр-Шеву в начале прошлого года и вызвало волнения в квартале Нахал-Бека. («Ненависть к эмигрантам — причина смерти кавказского мальчика», Коль а-Негев 10.01.99.) Ученица 8-го класса школы Макиф Офаким Вики Абрамова была избита одноклассниками и доставлена в больницу с травмой позвоночника. Дети кричали ей «Твоя мать проститутка и все вы, русские, проститутки!» («Едиот ахронот» 10.06.99). По заверению директора школы, с учениками была проведена воспитательная работа и мать решила вернуть девочку в школу. Вернувшись, девочка в недоумении обнаружила, что издевательства лишь усилились. Ей кричали: «Всех русских — на инвалидные коляски».

Но всегда получалось, что пресса воспринимала событие как одиночное и не желала видеть, что вся обстановка, вся система образования больна. Когда активист Израильского союза по защите детей Хана Дашевская обратилась в школу Офакима, пытаясь выяснить случаи издевательств и вымогательства денег у школьника Алика С., администрация, педагоги и власти обращение проигнорировали. Зато факт жалобы стал известен вымогателям, и они зверски избили мальчика. Эти и многие другие факты обобщены в статье Нурит Варгафт «Переучить по-новому» («Коль а-ир» 05.02.99)

В ноябре 1998 г. в благополучной школе «Макиф Гимел» появились граффити «Русский — наш язык», «Пережили Освенцим, переживем и школу». Оказалось, что старшеклассникам запретили говорить по-русски на территории школы. Дети отреагировали, написали граффити. Поскольку многие из учеников специализировались в масс-медия, то они сумели заинтересовать инцидентом ведущие газеты, национальное радио и ТВ. И тогда директор школы Рахиль Тирош вызвала полицию. (Едиот Ахронот Статьи Цвики Алуша «Надписи на стенах школы» и «Убирайтесь в Освенцим» 27 и 29.11.98 «Едиот Ахронот», «Экскурсия в коляске межобщинной ненависти» Ады Ошпиц «Аарец», 04.12.98 и др.

Это не первый случай запрета на русский язык в Беэр-Шеве. Двумя месяцами ранее начальник отдела реанимации Беэршевской больницы Сорока профессор Громан запрещал русскоязычному персоналу общаться между собой по-русски и даже развесил плакаты соответствующего содержания. В Ассоциации по надзору за качеством власти такое отношение коротко охарактеризовали одним словом — расизм.

Не менее тяжелая ситуация по отношению к русскоязычным солдатам. Из армии приходит мало информации, да и та тщательно проверяется цензурой. Но восстание русскоязычных солдат, руководимым сыном русской еврейки и африканского студента Стивом Мартином в армейской тюрьме «Кциет» весной 1998 г. показало, что в армии все тоже далеко не так благополучно, как хотели бы представить. В августе 1999 г. в «Ла-Мерхав» стало известно о попытке самоубийства 19-летней солдатки Оли Поповой. Оля добровольцем записалась в армию, добилась досрочного призыва, а затем пыталась покончить с собой из-за систематических унижений со стороны начальства. («Едиот ахронот» 15.8.99). Истории девочек, страдавших от дискриминации приведены в статье Юли Хромченко («Все что я хотела — это помощь в иврите» Едиот Ахронот», 22.8.99, русс. Перевод «Вести» 23.8.99)

Факты — упрямая вещь. В ассоциации «Ла Мерхав», что означает «На простор», под управлением Ольги Филаретовой, добровольцам объяснили, что они не журналисты, не следователи, не педагоги. Их дело — собрать материалы, помочь донести до людей правду о происходящем. Они с честью справились с задачей. Собрали в течение 1998/99 учебного года 192 свидетельства о проявлениях расизма и этнической ненависти в школах Негева, из них 146 — в Беэр-Шеве. Половина случаев сопровождалась насилием физическим. Детей били. Ольга Филаретова — не из слабонервных. В течение многих лет она была старшим инспектором милиции по профилактике преступности несовершеннолетних на Урале. Но и она была поражена размахом насилия. По размаху насилия в школах Израиль уже много лет назад превзошел Россию — самую неблагополучную из стран европейской культуры, — но ситуация неуклонно продолжает ухудшаться.

Активисты «Ла Мерхав» проявили ответственность и зафиксировали 26 случаев проявления ненависти со стороны русскоговорящих школьников.

Ни педагоги, ни инспектора министерства просвещения, ни чиновники отдела образования мэрии, ни русскоязычные политики не желают ни видеть, ни признавать происходящего. В Отделе абсорбции алии Министерства просвещения Израиля ничего не желают знать о проявлениях насилия по отношению к русским школьникам. Там разрабатывают программы ознакомления эмигрантов с религиозными и национальными праздниками, сняли красивый учебный фильм «Боря-водка» о любви мальчика-эмигранта и девочки-уроженки страны. Но о насилии против детей-эмигрантов там знать не хотят и заявляют, что это не их сфера. Не желает заниматься проблемой насилия на почве расизма и Психологическая служба Министерства просвещения Израиля. Там тоже ничего не видели и не знают.

Неудивительно. Известно, что директора израильских школ предпочитают не докладывать о случаях проявления насилия, и лишь треть случаев доходит до министерства. О фактах в министерстве как под управлением министра из Религиозно-национальной партии раввина Ицхака Леви, так и под управлением министра от лево-радикальной партии МЕРЕЦ Йоси Сарида нет и быть не может. Впрочем, в начале 1999 г. министерство заказало отчет, в разработке которого участвовал Педагогический факультет Негевского университета им. Бен-Гуриона под руководством профессора Тамары Гурвич. Но отчет секретный и министерство опубликует его, когда посчитает нужным. Сама профессор Гурвич, автор книги «Дети перестройки» (Jerusalem, 1997) резко критикует позицию Министерства просвещения, решающего вопросы просвещения миллиона новых эмигрантов с помощью ксенофобских способов.

Мотивированное письмо с результатами и рекомендациями было передано мэру города, но реакции не последовало. Мэр «занят». Aналогичные письма легли на стол нескольких министров, руководителей американских организаций, хорошо знающих, что такое расизм. Но ничего не происходило и не менялось. На встрече с министром общественной безопасности проф. Шломо Бен Ами, мэр города Яков Тернер заявил, что не знает ни одного случая проявления расизма и этнической ненависти в школах за прошедший учебный год.

В августе 1999 г. активисты «Ла Мерхав» встречалось с выдающимся французским философом Альбером Мемми, приехавшим получить титул Почетного доктора Университета им. Бен-Гуриона. Мемми, автор хрестоматийного труда «Расизм», сказал тогда, что замалчивание является первым и основным симптомом того, что расизм пустил раковые метастазы в обществе.

После победы на выборах Яков Тернер, в интервью местной радиостанции «Коль а-Даром», поделился своими соображениями по поводу системы просвещения в городе. На вопрос, откуда возьмутся преподавательские кадры, мэр ответил: «Мы рассчитываем на студентов и новых репатриантов».

Новые иммигранты могут работать лишь рядовыми учителями. Не более того. Новая администрация города, обещавшая покончить с дискриминацией, не назначила на руководящие должности в отдел просвещения или спорта ни одного нового эмигранта. Почти ничем не помогли в мэрии таким общественным начинаниям в деле просвещения наших детей, как школа «Импульс» или проекты Ассоциации учителей-репатриантов. Дело не в карьерных соображениях. Дело в том, что нашим педагогам, готовившим школьников к сложнейшим олимпиадам, фактически связали руки. Они вынуждены руководствоваться чуждыми педагогическими принципами.

В результате в Беэр-Шеве, занимающей, благодаря русскоязычным эмигрантам, 2-е место в стране по уровню образования, лишь чуть больше 30% школьников достигают аттестата зрелости. Получается, что нашим детям в Беэр-Шеве заранее уготована судьба домработниц, сторожей и бесправных работников кадровых компаний. Не удивительно, что русскоязычные студенты не хотят здесь оставаться.

На стенах Беэр-Шевы пачкуны уже советовали нам убираться в Освенцим, но нам казалось — это курьезный анекдот. Большинство русскоязычных родителей и учеников знают о существовании расизма и этнической ненависти в школах города. Большинство полагает, что это норма такая. По мнению д-ра Ицхака Кадмана, председателя Израильского совета защиты детей — 80% случаев заканчивается выходками расизма и этнической ненависти и нашим детям предстоит услышать «вонючий русский», «русская блядь...». Это слышат не только учащиеся школ, но и русские учителя.

В «Ла Мерхав» считают, что расизм — не курьез и не досадный дефект педагогического процесса. Никакими вливаниями в бездонную дыру в бюджете беэршевской мэрии нельзя решить эту проблему. В Беэр-Шеве подростки-репатрианты сами выступили в свою защиту. В течение месяца на нескольких дискотеках группа, называющая себя «Пантеры алии» распространила листовку на иврите, где выдвинуты требования: «остановить насилие в школах, прекратить расизм и этническую ненависть против детей, равного и действительно бесплатного образования для всех; уровень образования должен быть таким, как в центре страны, больше мест развлечений и досуга, равенства возможностей для наших родителей — новых олим».

Еще в 1984 г. профессор Иерусалимского университета Михаил Агурский предсказывал, что русскоязычную общину не минует болезненный процесс эмиграции и десоциализации. Лишь поколение детей возьмет в свои руки руководство борьбой против дискриминации. Профессор Агурский и ввел тогда определение «Русские пантеры».

Лидер группы «Русские пантеры» Мерав Фролова, сама избитая три года назад одноклассницами-расистками в одной из самых престижных религиозных школ для девочек: «Смысл нашей деятельности не в хулиганских действиях и скандалах. Мы видим, что «Черные пантеры», как в Америке, так и в Израиле явились катализатором культурной революции, начавшим процесс включения субкультуры их этнического меньшинства в магистральную культуру общества».

Что удивительного? Израильское государство, построившее свою экономику на компенсациях за жертвы нацизма, до сих пор продолжает снимать подоходный налог с денег за кровь, удерживать компенсации из швейцарских банков, унижать и обижать Праведников мира и жертвы нацизма. Публика (равнодушно) шла мимо демонстрантов -жертв нацизма около Кнессета, презрительно комментируя полный боли, но неграмотный с точки зрения иврита транспарант «Нас убивают дважды». Убивают стариков-узников лагерей. Убивают надежду — наших детей. Убивают в переносном смысле и в прямом. Недавно в Беэршевском окружном суде возобновился процесс над убийцами солдата Яна Шапшовича, вся вина которого состояла в том, что он говорил с друзьями по-русски в общественном месте. Возобновился лишь для того, чтобы оправдать убийцу — полицейского, поскольку, по словам судьи «полиция небрежно провела следствие, что не дает возможность суду определить вину подсудимых...»

От имени ассоциации, Михаэль Дорфман, Ольга Филаретова


Дата добавления: 2015-07-25; просмотров: 44 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Дополнение 5 страница| Первый путь — молодёжные шайки

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.012 сек.)