Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Ваш комментарий 29 страница

Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

— Именно. Добрый директор, глава Ордена Феникса и прочее, прочее, человек, которому я довольно долгое время безоговорочно доверял, вероломно и бесчестно подлил мне его в чай, — каждое слово произносилось негромко, но по эффекту походило на удары кнута, тем более во время своей речи Поттер не сводил с Альбуса пристального, прожигающего взгляда. Он даже не мигал, от чего походил на изготовившуюся к броску кобру.

Директор выслушал эту отповедь стоически, хотя, похоже, не принял ее всерьез, иначе бы не сказал то, что сказал:

— Я знаю, что должен извиниться перед тобой, Гарри. Но ситуация была такова…

— Ситуация была такова, что вы боялись, что я просто не захочу становиться убийцей и выберу свой собственный путь. Вот вы и сделали выбор за меня.

— Никто не умаляет твоих заслуг, Гарри, — снова вклинился в разговор Кингсли. — Ты теперь герой, и в самое ближайшее время будешь награжден орденом Мерлина.

— Плевать мне на него. Судьба в очередной раз преподала мне хороший урок. Оказывается, большинству людей, которых я считал близкими, просто нельзя доверять. Вы как не считались со мной, так и продолжаете не считаться. И не только со мной. Возможно, когда-нибудь я и смог бы простить то, что вы сделали со мной, но вы подставили под удар самое дорогое, что есть у меня. Северус из-за вас чуть не погиб!

Пока Гарри говорил, его глаза снова стали сплошной непроглядной тьмой, но Альбус все так же неосмотрительно проговорил:

— Возможно, я ошибался, но действовал только во благо магического мира.

— Это не оправдание вероломства. Надеюсь, вы больше никогда не посмеете играть ни моей судьбой, ни судьбой Северуса.

Снейп готов был поаплодировать речи супруга, но гораздо больше хотелось его утешить. Предательство — одно из самых тяжелых испытаний в жизни. Сам-то он, желая искупить грехи прошлого, давно привык считать себя разменной монетой в этой битве, пешкой, которой легко можно пожертвовать. Но даже его покоробил поступок Дамблдора, что уж говорить о таком светлом во всех отношениях человеке, как Гарри.

Тем временем Поттер повернулся к Даррену, который невозмутимо наблюдал за происходящим, небрежно поглаживая при этом рукоять меча, и спросил:

— Когда я вернулся, со мной был маленький мальчик. Куда он делся?

— Это вопрос к Дамблдору, мессир, — почтительно ответил вампир. — Мы были слишком обеспокоены вашим состоянием, и не уследили за ребенком. Простите.

— Тут нет вашей вины. Вы ведь не знали. — И снова повернувшись к директору: — Где этот ребенок, Альбус?

— Насколько я понял, Гарри, ты привел его из мира мертвых.

— И что? Помнится, меня вы тоже выдернули с того света.

— Но не следует ли из этого… явления то, что он — физическое воплощение того последнего крестража Воландеморта, что был скрыт в тебе?

— Это неважно.

— Боюсь, до выяснения всех обстоятельств этот ребенок должен оставаться под опекой министерства, — отрезал Кингсли, стараясь придать голосу внушительность.

— Наверное, сейчас не самый лучший момент, но ты должен знать, Гарри, что после отстранения министра Шаклболт занял его кресло, — добавил Дамблдор.

— Мне безразличны ваши политические игры, — холодно проговорил Поттер. — Но мальчик отправится со мной.

— Гарри, сейчас не время демонстрировать вздорный нрав. Мы понимаем, ты перенервничал, победа далась тяжело, но, тем не менее, — попытался урезонить Альбус, а Кингсли добавил:

— Этот мальчик явно сирота, а все сироты находятся под опекой Министерства, таков порядок.

— Вот, значит, как, — молодой Некромант недобро сощурился. — Значит, я выполнил то, что вы так желали, и со мной опять можно не считаться?

— Никто не умаляет твоих заслуг, — поспешил успокоить его Шаклболт. Пожалуй, слишком поспешил. — Весь магический мир только и ждет, когда можно будет воздать тебе должное!

— Я уже имел «счастье» видеть, как вы воздаете должное. Совсем недавно пришлось выставить из этой самой палаты авроров, пытавшихся допросить Северуса. Странные у вас представления о благодарности, господин министр, — последние два слова прозвучали в устах Поттера как ругательство.

— Конечно, мы должны были подождать, когда мистер Снейп оправится, но, согласись, ситуация сейчас очень запутанная. Мы обязаны приложить все усилия, чтобы нейтрализовать приспешников Воландеморта. И наши законы предписывают…

— Поздновато вы вспомнили о законах, не находите? И что вы собираетесь делать с теми, кто примкнул ко мне?

— Могу я уточнить, о ком идет речь? — как-то уж очень вкрадчиво спросил новоявленный министр.

— Малфои, Креббы, Нотты, Эйвери, Мальсибер, — Гарри назвал все фамилии до последней. Их оказалось немало, но парень запомнил всех, кто получил его метку взамен темной.

— Они же все Пожиратели! И должны предстать перед судом!

— Я теперь отвечаю за них, они принесли мне клятву верности.

И Дамблдор, и Шаклболт посмотрели на Поттера почти с ужасом, и вместе с этим парень ощутил через узы беспокойство Снейпа. Можно было и, не прибегая к чтению мыслей, догадаться, что так испугало магов — они сейчас разглядели в том, кого привыкли считать несмышленым юнцом, возможного нового Лорда.

— Это невозможно! — выдавил Кингсли. — Так нельзя!

— Тогда, может, вы и меня будете судить за убийство Воландеморта, Беллы, Петтигрю?

— Гарри…

— Я готов соблюсти некоторые законные процедуры. Созовите Визенгамот, и я буду говорить с ним, дабы разобраться сразу со всеми вопросами касательно меня и моих… новых союзников.

— Что ж, хорошо, — с некоторой запинкой согласился Шаклболт.

— И я немедленно забираю мальчика с собой. Мне хотелось бы сделать это в спокойной обстановке, не прибегая к силе.

Тем самым Гарри намекнул «особо забывчивым» на свое могущество и, в качестве последнего предупреждения, позволил своей силе заполнить маленькую больничную палату. Ее вихрь для одних стал ласковой прохладой, для других хлестким морозным порывом, тем самым четко отделяя своих от чужих.

Первым то ли в силу профессии, то ли природной сообразительности пришел в себя колдомедик, ставший невольным свидетелем этой сцены. Сглотнув, он проговорил:

— Насколько я знаю, с этим ребенком все в порядке. Он вполне здоров и содержится в отдельной палате под охраной. И… он спрашивал о вас, мистер Поттер.

Гарри не поправил колдомедика, что он уже давно Поттер-Снейп, а лишь попросил:

— Можете привести его сюда?

— Боюсь, моих полномочий не хватит, чтобы убедить авроров.

Вздохнув, молодой Некромант вновь перевел тяжелый взор на Дамблдора и Шаклболта.

— Гарри, давай попробуем все решить в более спокойной обстановке, — как можно более мирным голосом проговорил Кингсли, значительно поубавив спесь.

— Попробуем, но это потом. Приведите мальчика.

— Кем бы ни был этот ребенок, он нуждается в профессиональном уходе и воспитании, — начал было Альбус, но был прерван холодным замечанием парня:

— Уж кому-кому, а вам следует молчать о «профессиональном уходе и воспитании детей». Даже Хагрид подходит к этому гораздо лучше. Или мне напомнить, чьими «заботами» появился Воландеморт, да и мне есть что сказать…

Гарри снова начал распаляться. Были вещи, которые он просто не мог вот так взять и простить, окажись директор даже на смертном одре. И спор грозил затянуться, но тут вмешался Даррен:

— Я могу привести мальчика.

— А как же авроры? — спросила Гермиона, одной фразой обозначая преданность другу.

— О, юная леди, это такие пустяки, — многозначительно улыбнувшись, вампир вышел за дверь.

Как-то разом вспомнились все те легенды, которые окружали Детей Ночи, и пришло понимание, что многие из них, возможно, и не легенды вовсе.

Не позволяя волнению овладеть собой, Гарри решил не просто ждать, а уточнить кое-какие детали, поэтому спросил у друзей:

— А где Невилл? С ним все хорошо?

— Уже да. Нагайна в конвульсиях задела его хвостом, он получил перелом запястья, но уже все вылечили. Он уже дома. Нам удалось тайно его вывести отсюда. Да, он хотел поговорить с тобой.

— Еще будет время, — ответил Поттер. Приятно было осознавать тот факт, что никто из друзей сильно не пострадал.

Минутой позже вернулся Даррен. На его руках сидел тот самый мальчик, не выказывая ни малейшего беспокойства, но ровно до тех пор, пока не увидел молодого Некроманта. Лишь нечеловеческая скорость позволила вампиру не уронить рванувшегося к своему спасителю ребенка. Оказавшись на полу, мальчик тотчас ринулся к парню и, вцепившись в него, проговорил, едва сдерживая слезы:

— Я так долго ждал! А ты все не приходил!

— Я чувствовал себя не совсем хорошо.

— Но теперь все в порядке? — личико с мокрыми дорожками слез сделалось очень серьезным.

— Да. А как ты себя чувствуешь? Тебя не обижали?

— Здесь много плохих людей, которые считают меня другим. Мы уйдем отсюда?

— Да.

Говоря это, Гарри специально оказался поближе к супругу и друзьям, одновременно мысленно сообщив Даррену, где их следует искать. Снейп первым догадался, что он задумал, и приобнял парня за плечи, тот, в свою очередь, ухватился за друзей, и аппарировал их всех прочь из Мунго.

Глава опубликована: 21.11.2010

Глава 39

В Хогвартс Поттер сейчас хотел возвращаться меньше всего, тем более продираться сквозь многовековые охранные чары замка не было ни желания, ни сил. Поэтому парень не нашел ничего лучше, как перенести всех в дом на площади Гриммо. Уж там-то защита приняла его как родного. Даже Вальбурга Блэк приветливо улыбнулась с портрета.

Ощутив под ногами пол, Гарри первым делом внес изменения в охранные заклинания, а точнее отменил свободный допуск в дом всем, кроме тех, кто находился сейчас внутри. Так, на всякий случай. Да еще и усилил чары ненаходимости. И только после этого позволил себе с облегчением выдохнуть. Оглядев спутников, он поинтересовался:

— Как вы? Все хорошо?

— Нормально, — в разнобой заверили Рон и Гермиона.

— В любом случае, гораздо лучше, чем пару часов назад, — хмыкнул Снейп.

— Я есть хочу, — как-то обреченно вздохнул мальчик.

— Тебя что, в больнице никто не накормил? — Грейнджер присела перед ним и, на всякий случай, пощупала лоб.

— Неа, — ответил ребенок.

— Кричер, — позвал Гарри.

Домовик не замедлил явиться и почтительно склонился перед волшебниками.

— Здесь есть чем накормить этого юного джентльмена? — спросил Северус.

— Конечно, мистер Снейп. Господа тоже желают отужинать?

— Позже, — согласился Гарри, чем, казалось, сильно обрадовал домовика.

Скорее всего, такого внезапного нашествия хозяев, да еще с гостями, Кричер не ожидал, но вышколенность не позволила ему заявить об этом. К тому же никто не требовал роскошного ужина на всех сей же час.

— Мы с Роном присмотрим за мальчиком, — предложила Грейнджер. — Думаю, вам двоим нужно многое обсудить.

— Спасибо, Гермиона, — Поттер благодарно сжал ладонь девушки, потом обратился к ребенку: — Пойдешь с моими друзьями?

— А ты будешь рядом?

— Да. Я никуда не уйду из этого дома.

— Тогда ладно.

Наблюдая за тем, как ребенок уходит, Гарри впервые за долгое время почувствовал спокойствие, словно жизнь начала возвращаться в привычное русло. Но оставались вопросы, с которыми необходимо было разобраться. Да и за супруга он все еще беспокоился, поэтому аккуратно взял его под локоть, проговорив:

— А мы давай поднимемся в спальню? Ты едва оправился от страшных ран — тебе, определенно, нужно больше отдыхать. Хотя бы первое время.

Снейп позволил увлечь себя наверх, но все-таки заметил:

— По-моему ты нуждаешься в отдыхе гораздо больше меня, так как именно ты много колдовал в последнее время.

— Успеется, — вяло отмахнулся Гарри, закрывая за ними дверь той самой спальни, которую занимал в прошлый раз. И не сдержал удивленного вздоха от увиденного.

Кричер провел это время не просто так: в комнате царили идеальный порядок, чистота и свежесть, а обстановка несколько изменилась. Похоже, домовой эльф задался целью сделать спальню достойной хозяина дома. Даже кровать заменил на куда более просторную с пологом цвета спелой вишни.

— Похоже, домовик вспомнил о своих обязанностях, — хмыкнул Северус.

— Если тебе здесь не по душе, можем выбрать другую спальню или вообще уйти в другой дом, — поспешно предложил Гарри.

— Не говори ерунды. Глупо было бы страдать предубеждениями к месту, тем более сейчас. И нам, действительно, нужен отдых.

— Вот так просто? — Поттер сел на кровать, удерживаясь от искушения вытянуться во весь рост. — И никаких вопросов?

— Хм. Пожалуй, один у меня все-таки есть.

— Какой?

— Этот ребенок, в самом деле, Том Реддл?

— Ну, в определенной степени да, — признался Гарри, подкатываясь под бок к Снейпу, все-таки решившему тоже почтить вниманием кровать.

— Хм. Звучит весьма туманно, не находишь?

— Согласен. Это вообще довольно странная история, и она уж точно не вписывается в рамки «обычного», вот я и пытаюсь понять, как лучшее ее рассказать.

— Рискни начать с начала, — посоветовал Северус, усмехнувшись.

— С самого начала?

— Ну, я все-таки надеюсь, не со времен основателей.

Шутка Снейпа подействовала на Гарри успокаивающе, равно как и само его присутствие. Сразу появилось ощущение, что со всем остальным они как-нибудь справятся. Воодушевленный этим, парень приступил к рассказу.

История была долгая, пестрела подробностями и деталями, ведь утаивать что-либо от супруга не имело смысла. Когда Поттер закончил, Северус еще долго молчал, но потом все-таки поинтересовался:

— Так ты хочешь оставить… этого мальчика в нашей семье?

За одну только фразу «наша семья» Гарри был готов немедленно накинуться на Снейпа с поцелуями, но вопрос был серьезным, и он сдержал порыв, вместо этого ответив, аккуратно подбирая слова:

— Я никогда не поставлю тебе такого условия, Северус. Тем более прекрасно понимаю, какие воспоминания вызывает у тебя одно имя «Воландеморт». Но сейчас это просто ребенок. Не Воландеморт и даже не Том.

— Ты так и не ответил мне, Гарри.

— Да, я хочу. После того, как мы вернулись… ну оттуда, я почувствовал ответственность за него, да и этот мальчик мне симпатичен. Мне всегда казалось, что, будь у Тома Реддла нормальное детство, всех этих ужасов и не произошло бы. Но, так или иначе, ты значишь для меня больше. И, если для тебя такое… пополнение нашей семьи окажется неприемлемым, я попрошу Даррена найти мальчику достойных приемных родителей.

— Почему именно его?

— У него есть обширные связи, я ему доверяю, к тому же он знает о детях гораздо больше моего по той простой причине, что у него есть собственные, — охотно объяснил Гарри и затих.

Они помолчали некоторое время, пока Северус не приобнял парня и не сказал:

— Я рад, что ты понимаешь всю сложность… вопроса. Не могу сразу, но обещаю подумать.

— Спасибо, — Поттер наконец-то позволил себе поцеловать супруга, и тот вовсе не остался безучастным.

Дело грозило зайти гораздо дальше, но в дверь спальни негромко, но настойчиво постучали, а потом раздался голос Кричера:

— Ужин готов. Господа желают, чтобы я принес его сюда?

— Нет, спасибо, мы сейчас спустимся.

Снейп ответил прежде, чем Гарри успел подумать, что ужин в постели может быть очень хорошей идеей. Хотя потом ему, наверняка, стало бы стыдно перед друзьями. Так что стоило поблагодарить Северуса за предусмотрительность. Впрочем, как всегда.

Рон и Гермиона встретили их уже за столом. Притихший мальчик устроился рядом с девушкой. Правда, при виде молодого Некроманта он, было, подхватился с места, но в последний момент сдержал порыв, и лишь застенчиво улыбнулся, позвав:

— Гарри!

— Да, малыш? Все хорошо?

— Ага, теперь да.

— Он молодец, — ответила Гермиона, потрепав ребенка по волосам.

— С таким аппетитом уж точно, — усмехнулся Рон. — Правда, Том?

Малыш тотчас уткнулся взглядом в стакан с соком и тихо, но твердо проговорил:

— Я не Том.

— Он совершенно не откликается на это имя, — вздохнула девушка.

— Наверное, в этом есть резон, — задумчиво протянул Гарри. — Он ведь и правда не тот Том и, похоже, считает его посторонним человеком.

Гермиона покосилась на мальчика, но все-таки спросила:

— Значит, догадки Дамблдора небезосновательны?

— Да, и в то же время он не прав в выводах. Уничтоженные крестражи в мире мертвых обрели цельность, но вместе с тем разделение не прошло даром. Редкий случай, и Жнец даровал ему второй шанс, возможность возродиться, но не тем, кем был, не взрослым магом.

— Он стал ребенком и сможет теперь вырасти и прожить жизнь по-другому, не повторяя прошлых ошибок? — предположила Гермиона.

— Вы поразительно догадливы, мисс Грейнджер, — заметил Снейп.

Девушка улыбнулась нежданному комплименту и проговорила:

— В действиях Жнеца есть смысл. Ведь именно тяжелое детство во многом определило будущее… Тома.

— Теперь вы видите, почему я так хотел забрать его с собой, а не оставить Дамблдору? — Гарри с надеждой посмотрел на друзей, едва ли заметив, как мальчик забрался к нему на колени, но инстинктивно придержав его за талию, чтобы не соскользнул.

— С него сталось бы снова запихнуть паренька в приют, — фыркнул Рон.

— А, значит, прошлое имело бы все шансы повториться, — сделала вывод Гермиона.

— Да. И, по-моему, пора разорвать этот порочный круг.

— Ты хочешь сделать это сам? — решила уточнить девушка.

— Возможно. Но для начала мальчику нужно имя, на которое он будет отзываться, — Гарри посмотрел на малыша и спросил уже у него: — И какое имя ты хочешь, ребенок?

— Не Том.

— Это мы уже поняли, — кажется, никто за столом не смог сдержать улыбки.

Поттер стал перебирать в уме мужские имена, но неожиданно его опередил Северус, предложив:

— Как молодому человеку понравится имя Итон?

— Итон? — переспросил Гарри.

— Так звали двоюродного брата моей матери. Хороший был человек, — с небольшой запинкой ответил Снейп.

Грозила повиснуть напряженная пауза, но в этот момент мальчик сказал:

— Мне нравится!

— Значит, Итон, — заключил Поттер, внимательно вглядываясь в темно-карие глаза ребенка. Впрочем, ничего настораживающего он в них не обнаружил. Ни красного отблеска, ни злобы — чистый, немного наивный детский взгляд, может, чуть серьезнее, чем у сверстников.

— Здорово! — воскликнул малыш и еле подавил зевок.

Взрослые к этому времени как раз закончили с ужином, и Грейнджер, заметив сонный вид мальчика, принялась прощаться:

— Пожалуй, нам с Роном уже пора. День получился просто безумным, и всем нужно отдохнуть. Особенно вам.

— Спасибо, Гермиона, — улыбнулся Гарри.

— Не за что, — засмущалась девушка.

— Как раз есть за что. Я ведь так и не поблагодарил тебя, вас обоих за все: за то, что были рядом, что поддерживали. И до сих пор поддерживаете!

— Какие счеты между друзьями? — фыркнул Рон, сгребая одновременно Поттера и Гермиону в объятья. — Даже не думай! Столько всего вместе пережили! И уж теперь-то…

— Я понял, понял, — засмеялся Гарри. — Ты только отпусти, пока все ребра не переломал.

— Извини, — Уизли поспешно убрал руки. — Ладно, мы и, правда, пойдем. Но если что-то будет нужно, немедленно зови!

— Хорошо.

Друзья ушли так стремительно, что осталось чувство какой-то недосказанности. Поттер перевел немного растерянный взгляд на супруга, а потом на мальчика. Тот выбрал именно этот момент, чтобы снова зевнуть. Впрочем, состояние Итона было понятно. Время царило уже совсем не детское. Поэтому, вместо продолжения разговора Гарри позвал Кричера и попросил:

— Приготовь, пожалуйста, спальню напротив нашей для этого юного джентльмена.

— Она уже готова, хозяин, — чинно поклонился домовой эльф.

— О, ты очень предусмотрительный, Кричер. Спасибо.

Домовик обрадовался похвале и, поклонившись, исчез, а Гарри предложил:

— Ну что, пойдем укладываться?

Не понятно, к кому конкретно он обращался, но Итон просто подошел и взял его за руку, а Северус заметил:

— Здравая мысль. Советую, однако, сперва посетить ванную.

— Ага, — Поттер с мальчиком направился к лестнице наверх, вот только остановился на полпути, воскликнув: — Черт!

— Не рекомендую тебе ругаться при ребенке, — отозвался Снейп, хотя глаза его смеялись. — Это пагубно на них действует, знаешь ли. И к чему такая… экспрессия?

— Я только сейчас понял, что здесь ведь нет детских вещей. Вообще никаких.

— Гарри, ты меня порой поражаешь! Ты же маг! Трансфигурируй!

— Да, точно!

Видимо решив, что супруга нельзя оставлять наедине с ребенком, Северус направился следом. Так что весь вечерний «ритуал» прошел под надежным присмотром. Как ни странно, Гарри не ощущал при этом неловкости.

К счастью, Итон оказался весьма смышленым для своего возраста, возможно, даже слишком. Во всяком случае, с собственной гигиеной справился сам и без трагических последствий. Пара пятен зубной пасты уж точно не в счет. Вот только Поттеру он казался не по годам серьезным. Правда, учитывая обстоятельства…

На пороге спальни мальчика их встретил Кричер со словами:

— Все готово, хозяин. Я расстелил постель.

— Спасибо, ты очень любезен.

— Рад услужить вам, хозяин. И еще, вот, мне кажется, мальчику это понравится.

С этими словами домовой эльф протянул Гарри явно не новую, но прекрасно сохранившуюся мягкую игрушку, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся змеей с полосками всех цветов радуги. Видимо, пресмыкающееся принадлежало Сириусу или Регулусу, причем, вероятнее всего последнему. Поттер с улыбкой заметил:

— Похоже, в некоторых аспектах Слизерин — тоже диагноз.

— А? — рассеяно откликнулся Итон. Все его внимание было сосредоточено на игрушке.

Гарри не стал ни упрекать, ни подшучивать над мальчиком, а просто вручил ему плюшевую змею, проговорив:

— Держи, теперь она твоя.

— Насовсем? — маленькие ручки бережно поглаживали мех змейки.

— Конечно.

— У меня никогда не было своих игрушек, — очень тихо признался Итон. — Спасибо.

— Пожалуйста. А теперь спать, — Гарри помог ребенку забраться в кровать и даже накрыл одеялом. — Если что, мы недалеко. Можешь позвать нас или Кричера.

— Я постараюсь вам не мешать, — серьезно ответил мальчик, крепко сжимая подарок.

— Не беспокойся об этом. Я ведь за тебя отвечаю, а, значит, ты можешь рассчитывать на мою помощь, — Поттер не знал, поймет ли ребенок столь мудреную речь, но Итон, кажется, перестал волноваться, но все же пообещал напоследок:

— Я постараюсь тебя не расстраивать.

— Очень мудрое решение, — заметил Северус, притушив ночник возле кровати, но не погасив его совсем. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Похоже, мальчик и в самом деле проникся к ним доверием, во всяком случае, заснул прежде, чем они покинули комнату. Но даже во сне Итон не выпускал из рук смешную плюшевую змею. Это так напомнило Гарри его самого в детстве, ведь он точно также тогда старался сохранить в целости то немногое, что у него было, что парень на секунду замешкался в дверях, но потом все-таки последовал за Снейпом.

Наконец-то за этот безумный день они остались вдвоем в спальне, и Поттер позволил себе перевести дух. Возможно, он выглядел как-то странно, садясь на кровать, так как Северус тотчас отвлекся от расстегивания жилета и оказался рядом, спросив:

— Устал?

— Да, наверное, — согласился Гарри, бездумно снимая рубашку. — Вроде, прошло всего два дня, но случилось столько всего! И сейчас становится немного страшно.

— Разве Некроманту престало бояться? — улыбнулся Снейп, устраиваясь рядом.

Поттер усмехнулся в ответ, а потом уткнулся лбом в грудь супруга, обнимая его со словами:

— У меня такое ощущение, будто я тебя месяц не видел и не оставался вот так, наедине.

— Не удивительно, учитывая последние… события.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Словно заново родившимся, благодаря твоим стараниям.

— Я так за тебя перепугался!

— Настолько, что явился за мной на тот свет?

— И ничуть не жалею! — в голосе Гарри послышались упрямые нотки. — Я бы и дальше пошел, если бы было нужно.

— Знаю. Теперь знаю.

Северус тронул супруга за подбородок, заставляя посмотреть на себя, и поцеловал. Нежно, вдумчиво, словно стараясь заново распробовать.

Так, целуясь, они разделись. Оказавшись обнаженным, Снейп не без удовольствия заметил, опускаясь на кровать:

— Подумать только, даже шрамов не осталось!

— Я очень старался, действуя Рукой Плоти.

— Чем-чем? — переспросил зельевар, перекатившись на бок и уставившись на парня, для удобства подперев голову рукой.

— Ну, — Гарри устроился рядом почти в той же позе, чтобы оказаться с Северусом лицом к лицу. — У Некромантов со временем проявляется та или иная специфическая способность. У меня это — Рука Плоти, дар воздействовать на плоть, словно это глина в моих руках, заставить ее возродиться или наоборот. Конечно, подобные фокусы легко проходят только с мертвой плотью.

— Ты хочешь сказать…

— Нет, ты не был мертв. Но мы очень тесно связаны. Брачные узы, интимные отношения, то, что на тебе уже был мой знак — все это позволило мне исцелить тебя.

— Твой знак?

— Угу, вот здесь, — Гарри кончиками пальцев пробежался по предплечью Снейпа, где, если приложить усилия, можно было различить очень тонкую вязь шрамов. — Прости, я тогда не придумал лучшего способа избавить тебя от Темной Метки. Он не причинит тебе ни малейших неудобств, обещаю.

— Глупый! Неужели ты думаешь, я стану тебя упрекать? — усмехнулся Северус, притягивая парня к себе поближе. — Ты сделал для меня столько всего, сколько никто никогда не делал! И, смею предположить, наш так скверно начавшийся брак оказался для тебя… терпимым.

Снейп говорил нарочито небрежно, чтобы любовник не понял, насколько он серьезен. Вот только Поттер и не думал о чем-либо догадываться, а просто приник к супругу всем телом, обнимая и говоря:

— Не терпимо, а просто отлично! Мне очень-очень нравится быть вместе с тобой. А тебе?

— Думаю, мои чувства весьма схожи, — Северус понял, что сейчас не подходящее время из чистого упрямства отрицать очевидное.

— Похоже, не только чувства, — лукаво усмехнулся Гарри, опрокинув Снейпа на спину и скользнув вниз.

То, что последовало дальше, называлось коротким словом из пяти букв, но зельевар сейчас не вспомнил бы и его, пытаясь только не стонать слишком громко. Он так и не привык к тому, как искусно и обстоятельно Гарри действует в постели, и надеялся, что никогда не привыкнет. Тот первый, неуклюжий раз окончательно канул в прошлое.

Сейчас Северус прикладывал все усилия, чтобы все кончилось не слишком быстро, но все-таки не сдержал протестующего стона, когда Поттер отстранился. Прежде чем зельевар успел задаться вопросом, что еще задумал мальчишка, тот оседлал его бедра, одновременно впиваясь в губы поцелуем. А дальше… дальше из груди Снейпа все-таки вырвался восторженный стон, так как Гарри одним плавным движением опустился на его все еще алчущий внимания член.

Выдержки Северуса хватило только на то, чтобы не податься вперед и даже чуть придержать парня за бедра, прошипев:

— Осторожнее!

— Не. Беспокойся. Обо. Мне. Все. Чудесно, — Гарри сопровождал каждое слово поцелуем и плавным толчком.

Темп нарастал медленно, но неотвратимо, увлекая, поглощая все и вся. Вскоре уже никто не сдерживал стонов, которые заглушал натужный скрип кровати, и, хоть дело к этому и шло, оргазм накрыл обоих как-то неожиданно. Гарри резко выгнулся, не успев даже вскрикнуть, а потом медленно опустился на шумно выдохнувшего Снейпа.

Последовал долгий поцелуй, после которого Поттер пробурчал:

— Ужасно скрипучая кровать!

— Только сейчас заметил? — ехидно усмехнулся Северус, поглаживая спину супруга, словно рисуя на ней замысловатые узоры.

— Угу. Заменю все к чертовой матери, — пробурчал Гарри, млея от ласк, но совесть все-таки не позволила отдаться им в полной мере, не спросив: — Тебе не тяжело? Ты же совсем недавно поправился!

Поттер попытался отстраниться, но Снейп ему не позволил, придержав за талию, так что они опять оказались лежащими на боку, причем парень частично и на зельеваре, но тот заявил, пресекая возможные возражения:

— Все хорошо. Особенно вот так.

Гарри довольно фыркнул куда-то в грудь Северуса, вот только расслабиться не получилось. Воспоминание ударило подобно молнии, заставив резко замереть, что, конечно же, не осталось незамеченным его наблюдательным супругом, и последовал закономерный вопрос:

— Что такое?

— Прости, Северус! Я такой идиот! — Поттер поспешил снова уткнуться в грудь супруга, чтобы скрыть пылающее лицо.

— Бываешь, конечно. Но с чего ты решил просить за это прощение именно сейчас? — спросил Снейп, не в силах сдержать улыбку.

Вот только Гарри, кажется, его не услышал, продолжая твердить:

— Прости, я совсем забыл! Это ужасно!

— Да что ты там забыл?


Дата добавления: 2015-11-30; просмотров: 34 | Нарушение авторских прав



mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.043 сек.)