Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

43 страница

32 страница | 33 страница | 34 страница | 35 страница | 36 страница | 37 страница | 38 страница | 39 страница | 40 страница | 41 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

 

Фриман в полный голос выругался, когда монитор, мимо которого он проходил, включился. Неужели, тут повсюду наставлены камеры слежения?!

 

- Что ж, доктор Фриман, - Брин развел руками, словно извиняясь, - Мне приятна мысль о том, что в других обстоятельствах мы могли бы сотрудничать в атмосфере взаимного доверия и уважения…

 

- Пошел ты! – Гордон скрипнул зубами и выпустил разряд из гравипушки прямо в консоль под монитором.

 

Экран погас, оборвав Консула на полуслове. Но рядом, над соседней панелью, тут же включился второй монитор. Фриман с досадой сплюнул на пол.

 

- Я это говорю, судя по вашей недолгой работе в Черной Мезе, когда я руководил ею.

 

«Он что, действительно надеется смягчить меня этими баснями? – Гордон действительно удивился, - Думает, дал один раз звание работника месяца, и всё? Знал бы он, как его не любила большая часть персонала…».

 

- Вы подавали большие надежды как человек, который мог бы многое привнести в науку. И все же… - бывший Администратор осуждающе прищурился, - Я не знаю, что вас к этому побудило, но в нашем предприятии нет места ученым-предателям.

 

Гордон уже шел вперед, оставив лицо Брина далеко позади. Как он ненавидел, когда Уоллес поднимал эту тему! Сколько он мог высказать сейчас в лицо своему бывшему начальнику! Брин знал, как надавить побольнее. Фриман тихо закипал. И это он – ученый-предатель?! Нет, он это запомнит… запомнит, для последнего разговора по душам.

 

Ярость прекрасно наложилась на будоражащий адреналин. Фриман буквально вбежал в небольшой круглый зал с огромным мутным цилиндром, водянистым и колыхающимся. Гордон чуть приостановился, пытаясь понять, что это, когда в его спину и поясницу ударили пули. Ученого мелко затрясло толчками вперед, и он, под тяжестью ударов невольно шагнул, приблизившись совсем близко к цилиндру. Но, едва выстрел на миг прекратились, Гордон тут же кинулся в сторону, за ребристые выступы в стене. Там у него была пара секунд, чтобы перевести дух. Он тяжело дышал, но был цел и невредим, невероятно, ведь в него расстреляли, наверное, больше пятнадцати патронов! Индикатор показывал заряд батарей «124%», и вот теперь Фриман ему верил. Нет, наши Покровители явно просчитались, подумал Гордон, перехватывая оружие. Сначала гравипушка, а теперь и скафандр – Альянс невольно превратил обычного молодого физика в машину смерти…

 

Уже ни в чём не сомневаясь, Гордон выбежал из укрытия, одновременно открывая «огонь». По нему хлестнуло еще несколько пуль, но он этого даже не заметил. Мощный разряд из кристалла гравипушки далеко отбросил троих солдат – один из проходов, куда они упали, мерцал белыми вспышками от бегающих по их мертвым телам разрядов. Слева, из другого коридора вдруг выбежали еще двое. Фриман бросился на них с такой яростью в глазах, что те на миг замерли. Этого мига хватило, чтобы одного из них разряд белой молнии отбросил прямо на цилиндр, который оказался вертикальным потоком какой-то желеобразной энергоматерии. Труп на миг вспыхнул бирюзовыми искрами и бесшумно аннигилировался. Второго солдата Фриман с ходу повалил ударом в челюсть, выбил автомат из рук. Оружие, конечно же, тоже исчезло – система защиты в Цитадели работала отменно. Ученый всем телом навалился на солдата и заломил его руки за спиной. Слуга Альянса пытался вырваться, но еще один удар охладил его пыл.

 

- Говори, как добраться до вашего Консула? – рявкнул Гордон, посильнее выкрутив запястья синтета, - Ну, живо!

 

Солдат прорычал что-то нелестное и тут же попытался связаться со своими через рацию в его респираторе. Фриман тут же ударил по вакуумным зажимам и сорвал респиратор с головы бывшего человека. В полумраке холодного света на него глянуло полное ненависти и злобы серое тощее лицо. Гордон чуть передвинулся и включил встроенный в его скафандр фонарик. Луч света ударил в лицо синтета. Солдат застонал, скрываясь на крик, глаза закатились, желтые зубы обнажились в мучительном оскале. Кожа начала темнеть.

 

- Аааа, - солдат со стоном рванулся, но Фриман держал крепко.

 

- Говори, как добраться наверх?! Тут два коридора, куда?!

 

- Аааа-хххх, - солдат захрипел, но его губы шевельнулись, - Даже не надейся…

 

Удар в висок, и солдат обмяк. Гордон резко встал, выключив фонарик. Да и на что он действительно надеялся? Это же не люди. Они не предадут своих никогда.

 

Терять время было непозволительно. Решив надеяться на удачу, Гордон выбрал левый коридор, тем более что правый, как он обнаружил, уже был перекрыт силовым полем. За поворотом обнаружился зажатый между серыми металлическими стенами небольшой подъемник. Поднимаясь, Фриман не видел никаких отметок, но, похоже, поднялся где-то этажа на два, по человеческим меркам. Что ж, это было уже хорошо – чем выше, тем лучше. При выходе с подъемника его встретили еще двое синтетов, на это раз оба были Элитными. Их и Гордона разделяло силовое поле, но это, похоже, Элитных ничуть не смутило. И они тут же открыли стрельбу, даже не пытаясь спрятаться или рассредоточиться. С ними было еще легче – помогла энергосфера, гуляющая рядом, в водянистом цилиндре поменьше. Система знакомая. Вытянуть ее гравипушкой из цилиндра не составило труда, а метнуть в Элитных – тем более. Несколько пуль попали в ноги Гордона, прежде чем обоих стрелков подняло в воздух и аннигилировало. Фриман, мельком глянув на индикатор (показывало девяносто процентов), на ходу провел рукой в воздухе, в том месте, где только что висели тела синтетов. Да, похоже, все системы в Цитадели были основаны на единой энергетической технологии. Аннигиляция могла вполне означать, что источником энергии у Альянса была антиматерия, но каким образом из нее можно добывать энергию, Гордон не понимал совершенно. «Спрошу у любезного Консула при встрече», - усмехнулся Гордон. Его шаги гулко стучали по металлическому, как и все вокруг, полу. Впереди было что-то явно важное, при такой-то охране.

 

И он не ошибся. Пройдя мимо многочисленных панелей связи, он вышел на стеклянную круговую платформу, опоясывающую шахту без потолка и пола. На ее противоположном конце нашелся небольшой вмонтированный в поручни пульт, и Гордон с удовлетворением убедился, что он попал по адресу. Пульт был устроен предельно просто, и уже через секунду к Гордону сверху опускалась шестиугольная стеклянная площадка. Судя по высоте шахты, Фриману несказанно повезло. На этом лифте он мог добраться очень далеко вверх. Когда площадка опустилась перед ним, он смело ступил на прозрачное, с зеленым оттенком, стекло. Нашелся и второй пульт, встроенный в металлический столбик в центре площадки. Номеров уровней не было, и, судя по всему, можно было ехать хоть до самого конца шахты, и останавливать лифт, где нужно, нажатием синей кнопки. Наконец, Гордон запустил лифт. Края стеклянной площадки тут же тускло засветились, и резко выпустили вверх стены силового поля, словно заключая Фримана в шестиугольный цилиндр. Лифт мягко начал двигаться вверх. Бояться было нечего, это не было ловушкой. Скорее всего, обычная мера безопасности, иначе пассажиры могли слететь с площадки вниз в два счета. Гордон вдруг подумал, что тут, наверное, часто ездили сталкеры, и поле предназначалось для них – им было совсем просто поскользнуться и упасть, с такими-то обрубками вместо ступней…

 

Ни минуты покоя оборвались так же внезапно, как и началась, когда отовсюду, прямо из стен шахты раздался раскатистый, перекрываемый эхом, голос Брина. Фриман усмехнулся – Консул взял себе хорошую тактику, подлавливая слушателя, когда тот не может не слушать. Прямо как бездарные поп-певицы на радио…

 

- Ваши учителя, конечно, виноваты, - сейчас он говорил быстро, доверительно, как бы идя на компромисс.

 

Откуда-то сверху налетели мэнхаки, и Фриман машинально отбрасывал их гравипушклой в потоки энергосфер, бегущих вдоль стен. Он весь растворился в этом голосе, запоминая каждое слово…

 

- Мое разочарование в Вэнсе и Кляйнере гораздо сильнее, чем сожаление, что вы выбрали не тот путь карьерного роста, доктор. Однако мне кажется, вы не могли поступить иначе.

 

С проплывающих мимо платформ неслись стаи раскаленных пуль, ботинки стучали по полу, и свет белой молнии отражался в стеклах респираторов. Слуги Консула гибли под его спокойные слова.

 

- Кто знает, какие семена иконоборства в вас посеяли, когда вы были молоды и доверчивы?

 

Динамик скафандра тревожно сообщил о почти полной разрядке батарей, но электронный голос не был слышен в грохоте выстрелов и шуме острых, как лезвия, лопастей. Жизнь и не-жизнь сплелись воедино, чтобы защитить своего Покровителя.

 

- Но, несмотря на то, что они несут большую часть ответственности за недавние проблемы, только вы решили действовать с таким полным безразличием к будущему человечества.

 

И, когда Гордон, разметав гравипушкой с верхней платформы трех солдат, сошел со стеклянной площадки и пристроился к заряднику, на него со стены укоризненно смотрело лицо Уоллеса Брина.

 

- Ответьте мне, доктор Фриман, если сможете, - глаза Консула буравили его, как объективы камер, - Вы столько всего уничтожили! Создали ли Вы хоть что-нибудь? Можете назвать хоть одну вещь?

 

И в спину физику-ядерщику, уходящему в коридор, летело жесткое:

 

- Я так и думал.

 

Фриман попал в огромный широкий зал без потолка. Эхо, словно на крыльях, разносило по его сводам отдаленные звуки работающих механизмов Цитадели. Гордон медленно шел, и чувствовал, как размеры зала, его полутьма и холод металла давят на него. Он внезапно почувствовал себя таким маленьким между этих двух ребристых стен, увешанных капсулами. Он словно чувствовал на себе взгляд каждого сталкера, сидящего в каждой из этих капсул. Вдали, в полутьме, скрывающей конец зала, что-то зашевелилось. Фриман прищурился – и увидел бегущие к нему серые фигурки – силуэты солдат Альянса, освещенные светом нескончаемой вереницы энергосфер, летящих вдоль стены в тусклом луче потока энергии.

 

Сумрак слегка рассеял осветивший Гордона монитор, включившийся недалеко, на стене.

 

- А я могу, могу назвать то, что создал я, - Брин жестко смотрел в пустоту, пока Гордон спрятался за одной из капсул, - Я заложил основы для выживания человечества, и не только человечества в узком смысле, каким мы себя наделили, но и чего-то большего, чем можно представить. Чего-то такого, что только сейчас открывается взгляду.

 

«Чего я жду?! – пронеслось в голове Фримана, - Опять прячусь, как и все люди, вместо того, чтобы нападать…».

 

И он выбежал из укрытия, прямо навстречу бегущим к нему трем солдатами и двум Элитным. Но те так быстро открыли огонь, что Гордону пришлось отскочить, и разряд гравипушки попал в одну из капсул. Железный кокон с ржавым скрипом покосился на своих креплениях и упал на стеклянный пол. И вдруг Гордон увидел, как стена в конце зала раскрывается, словно огромные ворота, и из полумрака грациозно ступило вперед что-то очень большое. Пол дрогнул.

 

«Страйдер?!».

 

Фриман что было сил рванулся в сторону, и одновременно притянул гравипушкой сорванную со стены капсулу. Метнув ее в сторону солдат, он сорвал со стены вторую, и снова бросил ее вперед… Солдаты отлетели назад, словно игрушечные солдатики, с переломанными ребрами. Легко и упруго идущий вперед страйдер ногой отшвырнул от себя два трупа, чтобы не наступить на них. И пушка под брюхом гигантского синтета осветила выстрелами весь зал. Голубовато-желтые заряды мощно ударили в грудь Гордона, отбрасывая его назад. Ученый привстал, держась за гудящую голову, но старйдер не останавливался, идя к нему, грациозно опуская тело между трех тонких длинных ног. Пол дрожал так сильно, что с Фримана слетели очки. Схватив их, Гордон вскочил и кинулся вперед. Голова все еще кружилась. Страйдер, удивившись такой наглости, трубно взвыл и еще быстрее рванулся вперед, с трудом пробираясь по узкому для его размеров залу. Острые концы его ног звонко стучали по стеклянному полу, оставляя на нем пучки мелких трещин.

 

Несколько пуль из оружия синтета мелькнули в нескольких сантиметрах от лица Фримана, когда он решился. Он подбежал совсем близко к одной из ног страйдера и ударил по ней разрядом из гравипушки. Но… страйдер возмущенно замычал и нервно дернул ногой, словно его укусило вредное насекомое. Весь пыл Гордона тут же испарился. Он, уже совсем не зная, что ему делать, кинулся под самое тело страйдера. Сейчас его мозг пытала лишь одна мысль – только бы не аннигилирующая пушка, только бы не она… один выстрел из нее – и ему конец…

 

Страйдер вдруг понял, что потерял маленького врага из виду. И тут его что-то сильно и больно ударило по брюху. Он резко взвыл от боли и отступил чуть назад, чтобы увидеть, что же это было. В этот момент Гордон уже притягивал к себе очередную тяжелую железную капсулу, чтобы снова запустить ею в страйдера. Синтет в ярости увернулся и попытался уйти еще немного назад. Неловкое движение гигантской ноги, и он опрокинул большую стойку с капсулами, которая незаметно стояла у стены. Железные коконы с грохотом повалились вниз, ударяя по стеклу и рассыпаясь по всему полу. Фриман, едва увернувшись от летящей сверху капсулы, тут же схватил ее гравипукой – страйдер подкинул ему снарядов. Залп – и капсула ударила страйдера под глаз, из которого тут же начала сочиться слизь. Синтет пошатнулся и, ослепленный болью и яростью, принялся давить ногами надоедливую человеческую букашку в оранжевом. Острая нога, способная пронзить человека насквозь, мелькнула совсем рядом, и Фриман, похолодев, кинулся в другую сторону. Но и там, прямо перед ним, в пол вонзилась другая нога, усеяв стекло трещинами. Фриман, как пойманная мышь, снова кинулся в другую сторону. Словно в страшном сне, он видел, как прямо над ним уже занесена нога страйдера для смертельного выпада. Ослепший на один глаз, страйдер в ярости стремился нанести удар. И, уже занеся конечность, чтобы покончить со всем этим, он другими ногами вдруг наступил в груду поваленных им капсул. Тонкая острая нога скользнула по гладким капсулам, провалилась между ними, и синтет потерял равновесие. Инстинктивный рывок его не спас, а только придал ускорения. Издав последний, запоздалый крик, громадная туша упала набок. Одна из ног страйдера на большой скорости задела Фримана и отбросила его в сторону. Он, сильно ударившись спиной о стену, осел вниз, слабо понимая, что происходит. Огромное тело старйдера повалилось прямо на поток энергосфер, бегущих в потоке энергии вдоль стены. От ярчайшей вспышки Гордон зажмурился и закрыл лицо руками, выронив оружие. Стон страйдера, дикий треск, очередная вспышка, и все стихло.

 

Только через минуту он решился открыть глаза. Пахло жженым мясом, стало плохо видно из-за дыма. Но все же он, встав, смог разглядеть на полу, среди разбросанных капсул, дымящиеся куски мясо, обрамленные оплавленным металлом. Поток энергосфер уже восстановился, и они весело бежали куда-то вверх. Лишь несколько кусков плоти и брони – все, что осталось от страйдера. Фриман устало потер лоб и поправил очки. Чихнул. Вонь была невыносимой. Поднял гравипушку. Вздохнул и, хрустнув костями в спине, устало пошел вперед, туда, откуда пришел гигантский синтет.

 

Там, возле большого настенного экрана, выход преграждало широкое силовое поле, питаемое тремя энергосферами, заключенными в водянистом цилиндре. Экран осветил усталое лицо ученого.

 

- Посмотри, Гордон. Оглянись, посмотри, что ты отвергнул? Разве этого того стоило?

 

Фриман поочередно выдернул энергосферы и пустил их вверх, в никуда. И покинул комнату, оставив за собой потухший экран в терпком дыму…

 

…Лечение прошло действительно быстро. Да он и не сомневался в этом, он за все эти годы не первый раз был ранен. Реабилитационная камера поработала над СЕ121007 на славу, она даже обогатила кровь офицера полезными соединениями. Пулю, конечно же, не стали извлекать, просто аннигилировали, используя ту же систему, что и при защите Цитадели от вооруженного вторжения. Но, пока шла регенерация тканей, и офицер был погружен в глубокий сон, камера несколько раз приостанавливала работу – Элитный иногда во сне резко дергался и стонал. Ему все еще казалось, что он там, на крыше Нексуса, он все еще ощущал, как пуля пробивает его ребра, прожигает плоть. В его мозгу мелькали глаза Нарушителя Номер Один перед выстрелом, гремели слова Элитного, забравшего СЕ121007 оттуда, вонзались в сознание предсмертные стоны расстрелянных ГО-шников, которые выполняли свой долг. Когда, наконец, лечение завершилось, офицер встал с кресла весь мокрый от пота. На боку все еще виднелся шрам, но это – мелочь. На серой коже его почти не было видно. Он быстро оделся в форму офицера Элиты и, наконец, устало отправился к себе в казармы, в кровать (так комбины называли систему жизнеобеспечения, где они проводили часы отдыха, питаясь и проверяя имплантанты). По дороге ему никто не встретился. Странно. Может быть, в городе все уже настолько плохо, что задействовали абсолютно всех?

Он устало опустился на койку и отложил в сторону шлем. Вздохнул. И прикрыл глаза.

«Что же все-таки происходит? Почему все так… грязно? Ведь жили же хорошо, столько лет! Да, народ голодал, да, боялся, но жил. И соглашался работать вместе с нами. Не хочу, я просто не хочу понимать, что там говорил Барни. У Альянса и людей была почти дружба. Недовольных было совсем мало, если брать общую статистику в масштабах планеты. А потом неизвестно откуда появляется этот доктор, всегда разрушающий всё…».

СЕ121007 встал и прошелся по комнате. Его мучил голод – после операции тратились и силы организма, и ресурсы. Элитный, словно вспомнив, быстро подошел к одному из зеленых ящиков, извлек оттуда пакет сухого пайка, и снова уселся на койку, жуя пористую смесь.

«Консул говорил, что этот Фриман и был виновен в катастрофе в Черной Мезе. Да, но какая теперь разница? Это было давно, да и, по словам Консула, та катастрофа помогла Альянсу прийти к нам… Как может Консул в таком случае упоминать в своих обращениях Черную Мезу? Стоп, что-то я… нельзя... Консул всегда прав, забыл что ли? Не обсуждать. Но как? Как не думать об этом? Черт, голова раскалывается… Надо попросить, чтобы проверили исправность мозговых чипов… Фриман в меня стрелял – на то он и враг, Консул ему судья. А я не успел выстрелить… не исполнил долг? Не знаю… Должен был стрелять – он преступник, враг Альянса. Но… как, как можно расстрелять тех, кто предан Альянсу?».

Что-то снова ударило в его голове, вызвав приступ боли. Где-то там, где сидели корректирующие мышление чипы старого образца. СЕ121007 откинулся к стене и расслабился, надеясь успокоить боль.

«Расстреляли ГО-шников… ни за что… Это же произвол, преступление… Черт, как больно… Альянс расстреливает только врагов режима… Приказ расстрелять ГО-шников, преданных режиму… Это безумие какое-то? Кто же скажет мне, какого черта тут происходит?! Они сошли с ума, все они! Или это я? Нет, нет… Я хорошо знаю закон. Что же теперь? Так и меня скоро убьют, может быть просто когда мне не хватит места в десантном корабле…».

Новый приступ головной боли заставил офицера Элиты встать. Он нервно заходил по комнате, не замечая, что уже тихо шепчет, почти вслух:

- Нет, это все бред, какая-то горячка… Я должен, должен это сделать. Чтобы не сомневаться, не мучаться идиотскими человеческими эмоциями, никогда больше… СЕ0087 всегда рассудителен и всегда прав, и никогда не мучался. Он пришел недавно, и попал под обработку… Не то что я… Я так и знал, что я когда-нибудь пожалею об этом… Солдаты, они никогда не мучаются этими мыслями, преступными мыслями! Они всегда уверены и спокойны. Я… я тоже хочу… должен стать таким. Я не хотел, но теперь вижу, что придется… Иначе мне конец. Иначе, я - преступник режима.

И он, быстро надев шлем, вышел из казармы. Быстрым и уверенным шагом он шел по длинному коридору. Изредка сворачивая. Он хорошо знал дорогу. И, когда он дошел до контрольного пункта и младший офицер Элиты спросил его о цели визита лабораторий, он четко и жестко ответил:

- Офицер СЕ121007, прошу… приказываю срочно допустить меня к обработке головного мозга.

- Разве вы не проходили обработку, когда вступили в ряды Альянса? – удивился младший офицер.

- Проходил. Но я сейчас говорю о полной обработке. Укрепление директив на подсознательном и инстинктивном уровне, избавление от человеческих эмоций и… какого черта?! Вы слышали приказ! Пропустите меня.

- Слушаюсь, офицер… - Элитный растерянно отошел, освобождая дорогу старшему по званию.

- Купер! – окликнули его сзади, и офицер оглянулся.

К нему быстро подошел СЕ0087. Как всегда серьезен и холоден.

- Что тут делаешь? У нас общая тревога!

- Хочу пройти полную обработку. Достало…

- Это подождет, - СЕ0087 удивился, но лишь на миг, - Потом, всё потом! Ты разве не слышал новость – Нарушитель №1 в Цитадели!

- Что?! – СЕ121007 пораженно замер, - Здесь, у нас?

- Да! Он уже каким-то образом убил несколько солдат и офицеров Элиты, несмотря на конфискационное поле.

- Как?.. Но это ведь нереально…

- Всем срочно приказали сосредоточиться на высшем уровне Цитадели, для охраны Консула. Пойдем быстрее! Тебе приказано отправляться прямо туда.

И СЕ0087 торопливо подтолкнул офицера к выходу. Спустя минуту они уже шли к одному из главных лифтов.

- Но почему наверх? – в недоумении спросил СЕ121007, - Почему не перехватить Гордона Фримана по пути?

- Расслабься. Получены новые данные со сканеров. Нарушитель №1 сам едет к нам в руки, в капсуле. Так что никуда он от нас уже не денется…

 

 

…Он уже не удивился и не сомневался, когда подошел к тонкому монорельсу, по которому, словно по конвейеру, ехали открытые капсулы, останавливаясь лишь над стеклянным мостиком. Конечно, другого пути у него не было. Возвращаться было бы глупо. Но Фриман на этот раз не мучался выбором: «В конце концов, в прошлый раз я рискнул, и риск оправдался. Капсула – лучший способ попасть в самое сердце Цитадели. Тем более что тут на этот раз нет никаких стерилизующих лучей, и все кажется безобидным. Что ж, покатаюсь еще раз, терять все равно нечего, все давно в курсе…».

 

На этот раз в капсуле было не так тесно, уже не мешали ни автомат, ни монтировка, а гравипушку удалось удобно устроить на руках, скрещенных на груди. Дверца капсулы подождала секунду, как бы ожидая, пока пассажир устроится, и закрылась.

 

- Странно, почему нет голоса, который бы говорил «Осторожно, двери закрываются», - пробормотал Гордон, и капсулу сильно дернуло – она снова начала движение.

 

Он снова поехал по довольно широкому коридору с ребристыми стенами. Но на это раз он не был один. Коридор огласил резкий, нечеловеческий крик. Гордон вжался в свою капсулу, когда увидел, что к нему приближается. По параллельному монорельсу ему навстречу ехала капсула, в которой бился и кричал человек… Вернее, бывший человек. Гордон затаил дыхание, когда сталкер в капсуле подъехал ближе. Бедное, иссохшее существо с коричневой кожей, кастрированное, лишенное большей части органов, кистей и ступней, отчаянно билось, злобно, безумно кричало, пытаясь вырваться. Но в этом крике не было уже ничего человеческого. Гордон с ужасом понял, что этому рабу еще не закончили вживлять в мозг имплантанты – на лице сталкера еще не было того характерного оптического устройства, какое носили остальные. И, когда сталкер проезжал мимо, совсем рядом, Фриман содрогнулся, увидев, что лицо раба все еще сохраняло свои бывшие черты. Маленькие черные глазки яростно скользнули по лицу Гордона, и в бессмысленной ярости отвлеклись на что-то еще. Но в этот самый миг Гордону смутно показалось, что ему вроде бы знакомо это лицо, чернокожее, с железными зубами на нижней челюсти…

 

Но вскоре впереди показался еще один повод для беспокойства: навесной стационарный сканер, и даже какой-то красный луч, который пересекала каждая капсула, проходящая контроль. Но вроде бы ни одна из капсул не задерживалась, и все они, преодолев кордон, без проблем ехали дальше, куда-то вправо, за поворот. Гордон попытался расслабиться и не думать об этом сканере – какая ему разница? Его все равно уже давно засекли, и Брин отлично знал о его присутствии. Но вдруг его капсула пересекла красный луч и резко остановилась. Объектив сканера остановился напротив лица Гордона. На сканере вмиг загорелась красная лампочка, что-то противно теренькнуло, и сканер даже сфотографировал Нарушителя Номер Один, словно сделав контрольный выстрел. И капсула резко поехала совсем не туда, куда остальные, а куда-то влево и вверх.

 

«Ну вот… Похоже, уже есть какие-то новые указания на случай моего обнаружения, - покачал головой Гордон, - Ладно, куда бы они меня не доставили, главное, чтобы не в газовую камеру. Или что там у них может быть – какие-нибудь фантастические лучи смерти? Справиться с кучкой солдат я смогу, а дальше дело за малым – подобраться к Брину как можно незаметнее и, главное, внезапно, когда он будет думать, что я либо мертв, либо где-то далеко…».

 

А капсула уже неслась куда-то вверх, по вертикальному туннелю. Гордону на миг показалось, что он – эритроцит в кровеносном сосуде, так быстро он несся по узенькой шахте вверх. Совсем рядом с ним, вдоль стен струились все те же странные прозрачные трубки. Гордону невольно вспомнилось, как он еще в школе рассматривал срез стебля растения при восьмидесятикратном увеличении – вид был точно такой же. Недаром их называют комбинами – они стараются принести частичку природы даже в безжизненные железные стены. Трубок было великое множество, они сплетались, вились около друг друга, но никогда не сталкивались, никогда не нарушали этот немыслимый порядок.

 

Капсула с ученым резко вышла из шахты, и он прищурился от розового света заката, который проникал через гигантские узкие окна в стенах зала из металла. Внизу, среди мостов и перекладин, среди проводов и электронных панелей тихо работали, не поднимая головы, сталкеры. Каждый знал свою очень маленькую, но важную задачу, и вместе они приводили в незаметное движение огромную машину под названием Цитадель. Один из сталкеров задержался в лучах заходящего солнца, подставляя их теплу спину. Этот свет не причинял ему вреда – возможно, из-за стекла, которым было закрыто окно, как успел заметить Гордон. Неужели синтеты, при всей своей бесчувственности, тоже умеют радоваться солнцу?

 

Капсула мягко ехала дальше, все ближе к огромному узкому окну, зажатому среди ребристых стен. Узкий зал был залит мягким розоватым светом солнца. Внизу проплывали длинные ленты конвейеров. Они слабо мерцали в тени, искрились едва заметным бирюзовым светом. Но вдруг Гордон заметил, когда капсула чуть замедлила ход, странные, ни на что не похожие фигуры, спокойно едущие на конвейерах в глубины Цитадели. Немыслимое, но без сомнения живое, сплетение смертоносной тонкой пушки, мерцающей электроники, ротовых щупалец и острого рогового панциря. Чуть ниже, по широкому конвейеру тяжело вышагивали друг за другом громадные четырехногие существа, похожие на гигантских клопов или крабов. Прежде чем капсула унесла Гордона дальше, он успел заметить их светящиеся голубые глаза и электронику, мерцающую под их броней. Вот оно, живое оружие Альянса. То, что, возможно, еще ожидает выхода на улицы. То, по сравнению с чем страйдер покажется лишь мелкой тенью…

 

Гордон стало совсем не по себе. Лучше бы он этого всего не видел. Но работа внизу кипела, все двигалось, несмотря ни на что. Теплый свет заката согрел лицо ученого. Из огромного открытого окна-шлюза, мимо которого проезжала капсула, веяло прохладным ветром, и весь город был как на ладони. На такой высоте даже облака виднелись где-то внизу. Мимо Гордона, совсем близко, пронеслись один за другим штурмовики, устремляясь в розовое небо и прячась в золотистых облаках. Вновь на очередной рейд.

 

Капсула снова поехала вверх, очень быстро, так быстро, что у Фримана засвистело в ушах. Миом проплыли громадные узкие окна – город внизу казался разноцветным ковром, а края бесконечно далекого горизонта чуть загибались вниз. И Гордон понесся выше, еще выше, хотя ему уже давно казалось, что человеку быть так высоко просто не дозволено…

Глава 14. Темная Энергия ^^^

Когда сверху, в конце шахты показался ослепительный свет, Гордон словно очнулся от того, что видел минуту назад. Еще неизвестно, куда он сейчас попадет. Но выше, наверное, уже невозможно. Он расправил плечи и с удовлетворением подумал, что ему очень повезло с маршрутом. Теперь – главное выйти, по возможности незамеченным, и тихо подобраться к логову Уоллеса, отрезав ему все возможности для отступления…


Дата добавления: 2015-11-16; просмотров: 30 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
42 страница| 44 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.024 сек.)