Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 1.Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай! 2 страница



Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Но этими вопросами, если кто и занимается, то только Исследователи первого отдела: этот мир их вотчина. Иногда Джеррон сочувствовал им, ведь здесь, в этом мире, тело является такой существенной помехой для контакта с иными разумными существами! Не то что в нижних, или верхних мирах!

Джеррон, выдохнув воздух, погрузился с головой в матовую жидкость: чем быстрее наступит кислородное голодание, тем быстрее он выйдет из этого мира.

-Вспышка через, - послышался снаружи приглушённый голос навигатора Алли, - Десять секунд.

Тратя последние капли воздуха, Джеррон прошептал присказку, используемую всеми его коллегами перед путешествием. Может, это и глупо, но прогулки по иным мирами многих делают суеверными.

-Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай!

Джеррон чувствовал, как его организм требует вынырнуть из аквариума и сделать вдох, но старался расслабиться и глядел через белую и густую разновидность воды на размытый силуэт Алли, которая через десять секунд станет его единственной надеждой и опорой.

-Пять, четыре…

Воздуха всё отчаяннее нахватало, Джеррон не позволял себе всплыть, и его тело начинало подёргиваться, руки и ноги непроизвольно напрягались, стремясь вытолкнуть тело наверх, к воздуху, а губы напряжённо сжимались. Здесь, внутри этого странного, инопланетного живого и даже – если верить архивам – разумного живого существа, любой человек начинал задыхаться очень быстро.

-Три, два, один!

По телу прокатилась тёплая, расслабляющая (даже как-то насильно расслабляющая) волна энергии. Всякий дискомфорт исчез, тело словно растворилось, исчезли все звуки, а в глазах стало быстро темнеть.

Когда Джеррон впервые покидал свой родной мир таким образом, он не на шутку испугался, решив, что умер. Смерть, конечно, не проблема с тех пор, как создали Хранилище Душ, но так обидно умирать молодым, и начинать всё заново!

И вдруг – яркая, пробирающая до костей холодной дрожью, вспышка. Словно всё, окружающее Джеррона вдруг стало излучать яркий-яркий свет.

Миг – и всё, Исследователь перестал воспринимать свой родной мир. Путешествие началось.

 

Если покидать свой родной мир самостоятельно, то это длительный и сложный процесс, однако, благодаря современной технике всё происходит почти мгновенно. Всем Исследователям во время учёбы объясняли, твердили, вбивали в голову как гвозди две основополагающие вещи, без которых отправляться в путешествия либо опасно, либо бессмысленно.

Во-первых – трезвость. Трезвость мыслей: абсолютная и постоянная. Ни фантазии, ни романтики, никаких экстазов – ничего. Только лишь холодный, скупой, расчётливый прагматизм в отношении ко всему. Лишь это позволяет Исследователю не сходить с ума, путешествуя по иным мирам, не «вестись» на то, что он там видит, и делать своё дело.

Во-вторых – память. Когда ты покидаешь свой мир, то оставляешь в нём не только своё тело, но и картину мира, в том числе и всю свою когнитивную карту, все желания, интересы и прочее. Да, конечно, можно умудриться утащить всё это с собой, но с таким грузом не уйти далеко, не говоря уж о том, что там, в иных мирах, надо ещё и работать. И когда ты выпадаешь из своего сознания, то лишь память – та психическая функция, которую можно таскать с собой практически везде – только она поможет тебе снова собрать некое – пусть и упрощённое – подобие своей личности. Именно благодаря памяти ты и не застреваешь между мирами в полном непонимании: кто ты и что тебе здесь надо.

Джеррон находился в пустом и (по крайней мере, так официально считалось) безжизненном пространстве между мирами. Отсюда он видел настоящую бездну нижних миров. Они были похожи на бесконечный бинарный код, если смотреть на них издалека и строго прямо: разветвляющаяся, как крона титанического дерева, система, в которой миры, похожие на тёмные и светлые квадратики располагались на «ветвях» по принципу подобия: одна ветвь – миры одного типа; другая ветвь – миры другого типа. А каждая ветвь, по сути, представляла собой тоже один из миров, который расщеплялся, разветвлялся на множество других, кажущихся со стороны меньше. Но это иллюзия, на самом деле каждый из миров, если в него войти, бесконечен. А две отдельно взятые бесконечности, по идее, равны. По крайней мере, лучше считать так – меньше проблем будет.

И вся эта бездна…

«Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай!»

И вся эта бездна представляла собой лишь разветвление, расщепление родного для Джеррона мира. То есть, как он (да и как любой Исследователь второго отдела!) предполагал, если Исследователи третьего отдела идут в верхние миры, то, оглядываясь назад, они, по идее, должны увидеть другие миры, находящиеся по соседству с родным для человечества, и каждый из них должен в свою очередь тоже расщепляться на бездну нижних миров…

«Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай!».

От перспективы увидеть «в лицо» всепоглощающую, НЕВОЗМОЖНУЮ, НЕРЕАЛЬНУЮ, НЕ МОГУЩУЮ СУЩЕСТВОВАТЬ бесконечность – или бездну –захватывало дух, и заклинивало рассудок (бесчисленное количество миров, находящихся на одной параллели, каждый из которых расщепляется на бесконечную «крону» из нижних миров… И ВСЁ ЭТО УВИДЕТЬ СВОИМИ ГЛАЗАМИ!!!... не ешь меня бездна, не жуй, не глотай!)… но этого не случилось. Невозможное в принципе и абсолютно манящее зрелище так никто и не увидел. Для Исследователей верхние миры предстали в иной структуре, чем нижние. Разница оказалась как между кроной, так и между корнями. И так уж вышло, что крона оказалась внизу. А из верхних миров структура мироздания выглядела совсем не так, и бесконечность бесконечностей никто так и не увидел. Кто знает, может оно и к лучшему… Хотя, такие мысли порочат «честь исследовательского мундира»! И не приемлемы для хоть сколько то уважающего себя и свою работу специалиста, ведь что может быть лучше, ценнее знаний! И знаний НИКОГДА не бывает много!

Всё это, конечно, так, но почему тогда каждый Исследователь второго отдела знал, и хотя бы пару раз в день повторял эту присказку:

«Не ешь меня бездна, не жуй, не глотай!».

Так надо. Хорошая примета.

 

У нашего сознания есть некие фильтры восприятия, предохраняющие нас от информационной перегрузки, однако, Джеррон оставил своё сознание, как и тело, в родном мире, и теперь только высочайшая степень самоконтроля позволяла ему нормально функционировать, не сходя с ума и не впадая в глубокий ступор от информационной перегрузки. Поначалу, когда он только учился на Исследователя, ему было тяжело всегда сохранять осознанность, находиться в, так называемом, пробуждённом состоянии, но затем оно стало для Джеррона естественным, и от высокой степени осознанности Исследователь начал получать утончённейшее удовольствие. Сейчас же ему было не до удовольствий, сейчас надо было работать на пределе своих возможностей.

-Джеррон ты меня слышишь? – спросила Алли. Исследователь не слышал голоса навигатора, просто к нему вдруг поступила информация из родного мира, которую он, расшифровывая, по привычке воспринял как голос и слова.

-Да. Выход состоялся, я в порядке, готов к работе.

Исследователь чувствовал еле уловимое присутствие навигатора, а точнее – инфоузла, и это присутствие обволакивало его, помогая сохранять осознанность и свою наличную энергию, которая иначе постоянно бы расходовалась.

-Передаю координаты родительского мира.

Родительские миры – это те миры, которые расщеплялись на целую ветвь нижних миров. Или их ещё иногда называли «точкой выхода».

Джеррон, находясь у основания кроны, скользил лучом внимания по, воспринимаемой сейчас как двухмерная, бездне мироздания, и тут один из несчётных лепестков на этой бесконечной кроне, засветился.

-Координаты получены, - отправил Джеррон мысль Навигатору, - Начинаю движение.

«Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай!».

Энергоструктура Джеррона потянулась к подсвечиваемому миру вслед за его вниманием. Он не летел и не шёл, а передвигался в межмировом пространстве, словно червь: попеременно вытягиваясь и сжимаясь.

Джеррону показалось, что он почти моментально достиг цели, но дома могло пройти уже несколько часов.

Исследователь воспринимал в упор полупрозрачную плоскость, на поверхности которой переливалось несколько цветов – в основном красный, жёлтый и голубой – мир, казалось, слегка колышется на неосязаемом ветру.

-Алли, я на месте.

-Вижу. Начинаем вход?

-Да, я готов.

Джеррон нырнул в подсвеченный навигатором мир. Однако, чтобы войти в любой из этих «лепестков» не достаточно просто «нырнуть» в него. Входить надо аккуратно, просачиваясь внутрь словно вирус, максимально растянув свою энергоструктуру, чтобы она входила в новый мир тонкой, незаметной струйкой, иначе «лепесток» просто не примет тебя, спружинит и ты полетишь, кувыркаясь, очень далеко. Сохранилось очень много – пусть и затёртых от времени – историй о том, как на заре существования Небесной Империи немало Исследователей погибло из-за неправильной техники проникновения в иные миры: может отпружинить так, что навигатор потеряет тебя, а без его помощи, находясь неизвестно в каких дебрях кроны Древа, Исследователь-странник протянет не долго – пространство между мирами быстро вытянет из него всю энергию, и, если это его не убьёт, то дело довершат неорганики.

Поэтому: никаких резких движений, всё надо делать очень плавно и осторожно.

Когда Джеррон оказался внутри, то его взору предстал необъятный бледно-красный, местами вымазанный в чём-то чёрном пористый массив, покоящийся под бескрайним чёрным до слепоты небом. Совершенно типичный мир, Джеррон был уверен, что его родина выглядит примерно так же, однако, органическое тело накладывает свой отпечаток на восприятие, и, возможно только по этому, для людей планеты не похожи на губку-лёгкие, а космос не выглядит как море густого дёгтя.

Впрочем, и то и другое – это лишь иллюзии восприятия, и Джеррон не стал тратить время, разглядывая живую планету в, до мозга костей, живом нижнем мире. Вместо этого, он спокойно ждал, пока навигатор выявит какую-нибудь форму местной фауны, так как, попадая в любой из миров, ты первым делом должен принять облик местного жителя, иначе о взаимодействии с этим миром не может быть и речи. Ну и, конечно, в бесформенном состоянии долго здесь не протянуть: твоя энергия, не защищённая какой-либо оболочкой, очень быстро закончится, выпитая этим миром.

-Джеррон, - раздался голос Алли, - Я подобрала тебе тело. Готов к трансформации?

-Начинай.

Можно трансформироваться и самостоятельно, но с помощью навигатора это делать гораздо легче и быстрее, а экономия своих сил это залог выживания.

Через пару секунд (как показалось Исследователю) он превратился в «местного». Джеррон не знал, как на самом деле выглядит, но его восприятие, привыкшее к объектам его родного мира, утверждало, что Исследователь получил паучье тело. Крупный, с телёнка, паук, у которого всё тело, за исключением головы, было покрыто лапами, позволяющими легко перемещаться по губчатым внутренностям планеты.

-Как я выгляжу? – спросил Джеррон своего навигатора. А, ведь, в самом деле, на кого он похож, если смотреть из дому?

-Самовлюблённо, - хихикнула Алли, - Если ты не против, мой инфоузел будет управлять твоим телом и доставит тебя до точки выхода.

-Нет, я сам, - Джеррон хотел покачать головой, но вместо этого всё его тело завибрировало, шелестя лапами.

-То есть, ты у нас не ленивый? Прекрасно, вот координаты.

Джеррон ощутил внутри себя сильный, но ненавязчивый зов, словно что-то в нём, находящееся там, где дома было бы солнечное сплетение, потянуло вперёд и вниз – в направлении точки выхода.

Джеррон, последний раз взглянув в глаза космосу, который иногда покапывал чёрными, тягучими каплями, и нырнул в ближайшее отверстие в планете, оказавшись в нескончаемом лабиринте, состоящем практически только из развилок, и в котором можно было двигаться во всех направлениях, по всем поверхностям, благо, паучьи лапы это позволяли.

Иногда внутренности планеты становились расплывчатыми, и на какие-то доли мгновений превращались в привычные комнаты и коридоры родного мира: это человеческие шаблоны восприятия, как инфоузел, выдавали «ошибки» и микро сбои, пытаясь обработать совершенно чуждую для себя информацию.

Время от времени Джеррону встречались местные жители: кто-то из них не замечал его, кто-то шарахался. Это его защищал навигатор, иначе бы эти существа не преминули бы поесть тёплой, вкусной человеческой энергии. Человек здесь – особенно мужчина – это настоящий деликатес, ведь энергия неорганических существ на вкус совершенно искусственная, как пластик, или металл, не то, что человеческая!

Джеррон видел своё тело, видел тот титанический лабиринт, в котором оказался, но местные обитатели для него были просто пятнами зелёной, или голубой энергии: его восприятие ещё не настроилось на них, и видело этих существ скорее как некий пространственный парадокс, ошибку, сбой программы.

В древних архивах сохранились упоминания о том, что первые Исследователи повально сходили с ума, только-только начиная изучать иные миры, не имея никакой закалки (к примеру, энергодинамические техники), не зная правил безопасности (трезвость, отсеивание любой информации, не имеющей жизненно важное значение, и тому подобное).

Но те времена, когда владыки, ныряя в иные миры, были лёгкой добычей, давно прошли, теперь Исследователи даже здесь, в дебрях мироздания, вообще-то чуждых и противоестественных для человека, стали заметной силой, с которой неорганикам пришлось считаться.

Вскоре Джеррон достиг точки выхода в новый мир. Исследователь, уцепившись многочисленными лапами, висел на пористом потолке огромного пустого пузыря в глубине планеты. Точка выхода была ничем не примечательна, Джеррон её даже не видел, просто инфоузел дал сигнал, что она находится здесь. В точке пространства непосредственно перед лицом Исследователя… или тем местом на теле, которым он воспринимал мир.

-Алли? – позвал Джеррон.

-Да, я вижу, что ты на месте. Расслабься, сейчас мы начнём раскрывать мир.

-Каковы предварительные данные?

-Энергии потребуется многовато, возьмём её из твоего нового тела… придётся израсходовать его целиком.

-Не слабо…, - Джеррон поёжился. Настолько закрытых миров он ещё не встречал, и понимал, что, когда его тело сгорит, превратится во вспышку энергии, буравящую пространство, ему придётся не сладко.

-Джеррон, зря ты забросил энергодинамику…, - по голосу было ясно, что Алли не на шутку встревожена, - Давай прервём путешествие, ты наберёшься сил…

-Нет, Алли, раз уж мы добрались сюда, поздно отступать. Запускай программу раскрытия, я выдержу.

-Как знаешь, но…

-Алли, не волнуйся за меня, просто сделай это!.. а мою квартиру в случае чего можешь забрать себе, - усмехнулся Джеррон.

Молчание. А затем она спокойным, деловым и, может быть, каким-то отстранённым голосом сказала:

-Хорошо. Начинаю процедуру раскрытия мира… держись там!

-Держусь, - хмыкнул Джеррон, бросив взгляд на свои паучьи лапы, крепко вцепившиеся коготками в алый пористый потолок.

Теперь от него ничего не зависело, инфоузел сам всё сделает, используя Исследователя просто как инструмент.

До начала раскрытия мира оставалось несколько секунд, и Джеррон, стараясь не думать о том, что сейчас начнётся такое, отчего его мозг может просто не выдержать и расплавиться (ходят слухи, что такие случаи имели место быть), принялся разглядывать окружающее пространство. Оказалось, что на дне того «пузыря», на потолке которого висел Исследователь, бурлит настоящая неорганическая жизнь: какие-то существа, представляющие собой нечто вроде бликов на воде, сновали туда-сюда, кружились друг вокруг друга, словно бы общаясь…

-Начали! – раздался напряжённый и тревожный голос Алли.

«Не ешь меня, бездна, не жуй, не глотай…», - только и успел подумать Джеррон.

 

Сначала он ощутил быстрое, мимолётное, но очень сильное, жгучее, сексуальное возбуждение. Оно тут же прошло, сменившись нестерпимым внутренним возбуждением, как будто Джеррона сжимало в одну точку, вибрирующую от переизбытка энергии в ней.

Его тело начало светиться. Сначала слабо, затем всё сильнее и сильнее, слой за слоем становясь прозрачным, и так до тех пор, пока не стала видна сердцевина энергоструктуры Исследователя – витой стержень, мелко трясущийся от напряжения.

И тут началось… Джеррон взорвался, превратившись в широкий луч густого, плотного света, направленный на невидимую точку выхода, и исчезающий в ней.

Исследователь бился в агонии. Он даже не сходил с ума – он УЖЕ сошёл, его сознание словно бы выворачивали на изнанку, нейронные связи в мозгу взрывались, создавая ослепительные вспышки, гибли, появлялись новые – совсем странные, непонятные, противоестественные… НЕВОЗМОЖНЫЕ.

Но и сознание, и своё тело Джеррон оставил дома, в родном мире…

-Держись! Осталось немного! – раздался голос Алли. Такой странный, непонятный… но единственный реальный, как глоток свежего воздуха в том психоделическом хаосе, аду, в котором оказался Джеррон… или – в который превратился?..

Исследователь не ответил, но голос навигатора принёс ему какую-то уверенность в том, что то состояние, в котором он сейчас находится – не единственно возможное, и скоро ему станет легче… правда, Джеррон уже не помнил, как это – легче…

-С-с-с-с! – раздалось за плечом Джеррона. И вдруг вся эта свистопляска прекратилось, как и не было её. Джеррон снова висел под пористым алым потолком, но теперь он не держался за него, и не был пауком, а представлял собой просто конгломерат энергетических нитей – так он выглядел до обретения местного паучьего тела.

Исследователь обернулся, и увидал перед собой небольшой энергетический сгусток, похожий – как и все находящиеся в этом мире неорганические существа – на блик на воде. Вот только этот плоский, двухмерный блик, в отличии от остальных, переливался всеми цветами радуги, не был одноцветным.

-Иди со мной, - сказало существо, прикрепляясь к тем энергетическим нитям Джеррона, которые находятся у человека в животе… если, конечно, у человека есть тело.

Исследователь был так удивлён происходящим, что позволил этому мелкому и, должно быть, в принципе, безобидному неоганику коснуться себя.

В следующее мгновение Исследователя как всосало во что-то, и он оказался совершенно в другом месте: не было больше пористого пузыря вокруг. Мимо Джеррона проплывали наэлектризованные облака, и Исследователь тут же заметил, что здесь присутствует ещё одно измерение – время: он мог наблюдать эти облака в любой момент времени: в (условно) данный момент, через несколько минут после данного момента, и до этого. И он мог перематывать время вперёд-назад так же легко как, к примеру, вращать головой.

-Алли, - позвал Джеррон своего навигатора, - Алли, где я?

Он уже понимал, что попал в какой-то другой мир… но КАК?!

-Джеррон? – судя по голосу, Алли была перепугана.

-Что со мной случилось?! Где я?!

-Успокойся, ты очень ослаб, тебе нельзя терять силы ещё и на эмоции! – оборвала его Алли, - Подожди минутку, попробую разобраться… Ты в новом, раскрытом мире… Джеррон, поздравляю, у нас получилось! Хотя, мне не понятно: каким образом?

-Что ты хочешь этим сказать? – насторожился Джеррон. В иных мирах вдоволь непонятного, но когда что-то непонятно навигатору, работающему за инфоузлом, вот тут пора уже бить тревогу!

-Мы не закончили раскрытие мира. У тебя не хватило энергии, и я уже хотела прервать процедуру, как вдруг… как вдруг ты исчез! Я пол часа обшаривала всю крону Мирового Древа, но… но… тебя НИГДЕ НЕ БЫЛО!

Джеррон ощутил, как внутри у него всё леденеет: когда Исследователь пропадает без вести в иных мирах на несколько минут, то его находят уже только в Хранилище Душ, ожидающего своего нового перерождения, а тут… его не было пол часа, ТРИДЦАТЬ МИНУТ! И он ещё жив…

-Джеррон, - спросила Алли после недолгой паузы, - Джеррон, как ты себя чувствуешь?

Исследователь вдруг понял, что его навигатор плачет, и ощутил, как в нём пробуждается одна из родных, таких домашних психических программ: если женщина плачет, то мужчину уже ничего, кроме неё не интересует, даже то, что он сам, по идее, уже должен быть мёртв.

-Алли, всё хорошо, - ответил Джеррон, разрешив себе небольшое потворство своим древним программам поведения. Как-никак, Алли сейчас это нужно, отчего бы не уважить её?

-Мы закончили раскрытие мира? – спросил Джеррон, - Он зафиксирован на карте?

-Да…

-Хорошо. Алли, вытаскивай меня отсюда, и пойдём, я угощу тебя чаем!

 

-На самом деле, мы совершенно не знаем, с чем работаем. Такие термины, как верхние и нижние миры, Древо Мира – это всего лишь наша выдумка. Просто нам было необходимо как-то описать ту реальность, с которой мы пытаемся взаимодействовать. Да, мы видим нечто похожее на крону, или ветви, мы видим подобие лепестков и почек – но это лишь наши шаблоны восприятия, которые мы – люди – тащим с собой в непознанное. Мы столкнулись с чем-то превосходящим всё, что мы только можем знать, и назвали это мирозданием. Пошли по пути тотального упрощения. Возьмём то же взаимодействие с неорганиками. По сути, любое взаимодействие – в том числе и между людьми – это обмен энергией, но там, как мы говорим, в других мирах, мы не способны понять и сотой части нюансов взаимоотношений местных обитателей друг с другом и с окружающим пространством. Мы видим лишь разноцветные сгустки, вихри и потоки энергии, и среди нас принято наивно сводить взаимодействие существ из непознанного к поглощению, поеданию друг друга. И это для нас очень страшно, мы слабы и закостеневши, и то, что для неоргаников могло бы быть, к примеру, простым обменом слюны во время поцелуя, для нас является пугающим посягательством на нашу энергию. Мы не видим в иных мирах ничего – лишь свои шаблоны восприятия и своё тотальное, всеобъемлющее НЕПОНИМАНИЕ. Поэтому, дорогие мои, всегда помните, что Исследователи работают не с энергией, сознанием, варварами, неорганиками, этим, или другими мирами, а только лишь со своим невообразимым НЕПОНИМАНИЕМ.

«Да уж… мы работаем только лишь со своим непониманием, населяя его своим фольклором: мирами, неорганиками, энергией…», - мысленно согласился с лектором Джеррон.

Рабочий день закончился, и Исследователь, идя по коридорам Древа Мира, остановился у одной из студенческих аудиторий – послушать, чему учат новое поколение Исследователей. Впрочем, тому же, что и старое.

Алли не на шутку переволновалась за Джеррона. Она уже успела проститься с ним, думая, что его личность уже стирается в Хранилище Душ, память блокируется, и он готовится к новому рождению.

«Не дождётесь!», - улыбнулся Джеррон.

Алли сильная девушка – иначе бы она не стала Исследователем – и быстро успокоилась, Джеррону даже не пришлось ей особо в этом помогать. Обнял, погладил по голове – и всё, отпустило. Она снова была собрана, весела и в меру деловита.

Исследователи сегодня раскрыли новый мир, день прошёл очень даже не зря! Они сходили в студенческое кафе, находящееся в Древе Мира, где собирались учащиеся и второго и третьего отделов. Удивительно, как иные миры влияют на людей! Большинство Исследователей второго отдела можно было легко отличить от их коллег из третьего: работающие со своим незнанием, именуемым нижними мирами, выглядели достаточно мрачно и замкнуто, источая грозную внутреннюю силу, а те, кто путешествовал каждый день в верхние миры были на оборот: светлыми, улыбчивыми и какими-то утончённо-эфемерными, словно небожители, на минутку сошедшие на землю.

Но работа не на всех откладывала такой заметный отпечаток. Вот, те же Джеррон и Алли мало отличались от обычных людей, и без исследовательской униформы могли вполне сойти даже за Наслаждающихся. Правда, когда Джеррон сильно уставал на работе, он тоже, как и некоторые его коллеги, становился похож на «тёмного мага» из варварских сказок, даже голос изменялся, становился хриплым, утробным. Но такое случалось редко.

Джеррон не рассказал Алли о том странно неорганике, который вывел его в новый мир. Это существо было крайне необычным: с виду маленькое и безобидное (много ли в нём может поместиться энергии!), но оно с лёгкостью взломало и инфоузел, и энергоструктуру Джеррона, буквально одним прикосновением! И, если бы, неорганик сделал это для того, чтобы съесть Джеррона, или вселиться в него, то всё становилось бы на свои места, но нет же! Вместо этого существо из нижних миров помогло (ПОМОГЛО! ЭТО ЖЕ НОНСЕНС!) Исследователю. Помогло и – исчезло, даже не потребовав никакой платы за свои труды.

Но Джеррон решил умолчать об этом: если он больше никогда не встретится с этим неоргаником (вкус чьей энергии он до сих пор ощущал где-то глубоко в костях: что-то искусственное, инертное…), то и ладно: мир велик и удивителен, к чему сходить с ума из-за каждого маленького чуда? Да и к чему тревожить лишний раз Алли? Пусть считает, что её напарник, как настоящий герой, сумел из последних сил, каким-то чудом прорваться в закрытый мир.

Начальству тоже пока незачем знать о произошедшем: во время расследования тут же выяснится, что Джеррон халатно относился к ежедневным энергодинамическим практикам, чем подверг свою жизнь опасности…

«А потом доказывай, что ты не верблюд», - подумал Джеррон, - «Если и докажешь, то, по крайней мере, на месяц от работы всё равно будешь отстранён».

-Так что, - продолжал лектор, - Мы совершенно не знаем и не понимаем, с чем работаем, и где находятся так называемые иные миры: в параллельной реальности, в других галактиках, или всего лишь у нас в голове. Как показывает десятитысячелетняя история Исследователей, эту загадку разгадать невозможно, однако – и это наиболее важно! – пытаясь разгадать её, пытаясь постичь непозноваемое, совершая тщетные относительно поставленной цели усилия, мы получаем наиценнейшие побочные эффекты: те знания, которые мы находим в нижних и верхних мирах, те знания, на которых зиждется вся Небесная Империя! Однако, все эти знания абсолютно бесполезны для понимания того великого НЕПОЗНАННОГО, откуда мы их черпаем. И что есть это непознанное: некий аспект мироздания, слишком великий, чтобы постичь его, или же это мы сами – слишком близкие для себя, чтобы что-либо разглядеть?

Джеррону надоело слушать, и он пошёл дальше по коридору – к выходу из Мирового Древа.

 

Рабочий день закончился, и Джеррон покинул Древо Жизни. Он сел в транспортную вагонетку (пришлось простоять в недолгой очереди: рабочий день закончился не только у него одного) и бортовой инфоузел телепатически считал пункт назначения. Алли уехала на предыдущей вагонетке. Они с Джерроном, как обычно, тепло распрощались. Джеррон не считал, сколько лет они уже в одно и то же время выходят из Мирового Древа, он сажает её на вагонетку, а затем уезжает сам. Всё это уже стало, словно бы, частью его. Тёплой, родной.

Глядя в окно на проносящиеся мимо мосты и башни, Джеррон откинулся в, принимающем максимально ортопедическую форму, кресле и бессознательно сложил руки на животе чуть ниже пупка. Это была очень распространённая привычка среди Исследователей – держать ладони на животе. Таким образом, энергия нагнетается внутрь тела, и не рассеивается. Приятное ощущение. Пожалуй, по этой привычке Исследователя можно было узнать в любой толпе: спокойный, несколько отрешённый, с ладонями сложенными на животе.

Биоимплантант предложил прослушать рекламу.

-Вас приветствует вечерняя рекламная пятнадцатиминутка! – раздался бодрый голос в голове.

За прослушивание пятнадцати минут рекламы на твой банковский счёт начислялась какая-то сумма денег. Джеррон не помнил уже сколько именно: в детстве это была значительная прибавка к карманным деньгам, но сейчас Исследователь предпочёл отказаться от этих денег и насладиться тишиной.

 

Джеррон направился к Финне – своей давней любовнице из третьего отдела. Как он обнаружил, став Исследователем, любовные отношения с представителями других каст, не воспринимающими энергию как Исследователи, довольно скучны и пресны: чем ближе человек к Силе, тем приятнее он в постели. Вероятно, отчасти из-за этого каста Исследователей стала довольно закрытой, замкнутой сама на себе.

Выйдя из вагонетки на нужной остановке, Джеррон поднял голову, глядя на далёкую вершину тонкой зеркальной башни, в которой жила Финна. Подойдя к двери, Исследователь положил на неё ладонь, связываясь с квартирой Финны, но её не было дома: как часто бывает, её рабочий день заканчивается позже.

Джеррон решил дождаться её на одной из лавочек парка, что был разбит на мосту перед башней-домом.

Тут было мало людей, но – зато – много птиц. Джеррон не был уверен в том, что они настоящие, но пели они хорошо! Слушая их пение, Исследователь смотрел в направлении края моста: там Янтра плавно приближалась к закату, заливая, словно проливным дождём, своим светом башни и мосты Сварги.

-Ты не был в Пекле…, - прохрипел, плюхнувшийся на лавку рядом с Джерроном. Одежда незнакомца была из аэрозоля и ткань уже местами расходилась по швам – видимо, он уже пару дней не переодевался.

Исследователь молча поднял бровь, выражая своё непонимание незнакомцу. Судя по серому лицу, неопределённого цвета глазам и выступающим сосудам на висках, он был из касты Наслаждающихся. Внешний вид Джеррона ничем не указывал на его принадлежность к касте Исследователей: он носил предельно индифферентную одежду и старался, чтобы путешествия в нижние миры не превращали его в мрачного колдуна, а потому его часто принимали за одного из Наслаждающихся. А правая рука с перстнями Исследователя на пальцах лежала на животе, накрытая сверху левой.


Дата добавления: 2015-07-11; просмотров: 78 | Нарушение авторских прав






mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.024 сек.)