Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Часть двадцать третья. 1 страница

Читайте также:
  1. Contents 1 страница
  2. Contents 10 страница
  3. Contents 11 страница
  4. Contents 12 страница
  5. Contents 13 страница
  6. Contents 14 страница
  7. Contents 15 страница

«Двуликий Янус или Хорошо то, что хорошо... продолжается»

 

Субботу и воскресенье я провел дома, так сказать, под арестом за то, что в субботу вернулся домой далеко после обеда, а не как обещал родителям – утром.

Ну, там еще и морда была помятая с похмелья, да я еще, придурок, накатил остатки водяры. Несло от меня, видимо, нехило, хоть чистил зубы и даже душ принял у близнецов.
Не помогло.

Короче, никаких гулянок до самой пятницы, «школа – дом – уроки». Это папуля мне предъявил ультиматум за все хорошее. Да я как-то и не упирался сильно, на самом деле понимая, что наглею последнее время по-черному.
Хоть меня сейчас и потряхивало оттого, что угроза для Яна миновала, и так хотелось оторваться с ним за все это вынужденное время воздержания на его счет, я, в общем-то, понимал, что для школы будет очень полезно эту недельку поучиться на полную катушку.

А потом пя-я-ятница!

У меня мурашки проходили, когда думал об этой пятнице всю следующую неделю.
Но до нее еще надо было дожить.

Понедельник прошел в школе спокойно.
Только на первой же перемене позвонил Януся и рассказал, как одноклассники дуреют от татухи Зверя.
Бля...
У меня аж во рту пересохло, когда я представил, как все пялятся на моего Монстра, на ту вязь, от которой меня самого клинит. Даже почувствовал что-то вроде ревности, что это лицезреют все, кому не лень.
Ррр...
Нет, ну я уж не до такой степени дебил и понимаю, что Свят это от других прятать не собирался, но... Но все равно я отреагировал как ненормальный. Конечно же, я не стал свое состояние озвучивать даже для Яна, хотя и думаю - он сам что-то почувствовал по моему невнятному бормотанию, пока я в себя приходил.

Блин... Ну, поколбасило меня немного и перестало.
Потом, правда, Леха приколупался к Святу, когда увидел ЭТО в столовке на третьей перемене. Что, да почему... Зверь отмахивался, как мог, даже что-то убедительно при этом умудряясь впаривать, а я глаза отводил, стараясь не встречаться взглядом с Монстром, чтобы не краснеть от смущения.
Ну, не привык я еще к его татухе! Спокойствия она мне никак не прибавляла.
Каждый раз вспоминаю тот наш разговор, когда сказал ему, что в курсе ее значения. Нет, тогда ничего такого сверхъестественного не случилось, все было спокойно... внешне. Зато я тогда просто физически почувствовал бурю, которая бушевала внутри моего Зверя. И никогда не забуду то состояние, когда без слов признаний считываешь любовь по отношению к себе, как с листа тетради.
Это было МОЕ...
Такое интимное до головокружения, поэтому и воспринял так эту новость про ее открытие для всеобщего обозрения.
А успокоиться смог, когда понял сам для себя, что как бы там ни было, и кто бы ее ни увидел, она все равно останется только его и моей.
Про меня.

Вторник тоже нормально и начался, и закончился. Но из нас троих – только для меня, как потом оказалось.

В среду утром, когда только в школу заходил, в толпе мне попался одноклассник близнецов, Генка, по кличке Вентилятор, названный так за странную манеру драться, размахивая и руками, и ногами, с замечательным фингалом под левым глазом и распухшим носом, залепленным пластырем. Впрочем, не было ничего странного, этот драчун частенько ходил с разукрашенной мордой, но было странно то, что он от меня шарахнулся, как черт от ладана.

Я даже немного офигел при этом. Стало интересно, кто ж это его так и за что. Думал об этом спросить вечно всезнающего Леху, а этого гада с утра и не оказалось как раз.

В классе, когда я вошел, странно притихли одноклассники, стараясь скрыть заинтересованные взгляды. Ну, это было более-менее привычно для меня - внимание после появления близнецов и моей с ними, непонятной для многих, связи, но тут это было напряженнее, чем обычно. А я постарался отвлечься от этого, и удалось даже, так как, вроде бы, не было поводов для беспокойства.

За первый урок эта встреча с побитым одноклассником клонов из памяти стерлась, мозг пришлось переключить, сосредотачивая на занятиях. А на второй перемене началось что-то малопонятное. Ко мне действительно как-то усиленно присматривались и неестественно себя вели почти все. Какие-то необычные смешки, взгляды, разговоры...
И когда наша Юлечка примостилась рядышком и, ковыряя ноготком парту, спросила про запасную ручку, томно хлопая ресницами, меня перебил глумливый смешок и предупреждение от нашего мальчика-нарцисса Ромки, с которым у меня были всегда непростые отношения - я ненавидел его жеманность:
- Юль, даже и не мечта-а-ай... И лучше не подходи к нашему красавчику. Ты же понимаешь, какие могут быть последствия...
Я перевел непонимающий взгляд на Ромку, ожидая объяснений.
В ответ мне пожали плечами, поиграли бровками и демонстративно отвернулись, с неприятным смешком, который подхватили рядом стоящие.
- О чем эта сволочь речь толкнула? – я уже смотрел на Юльку, но она поджала губки и молча убралась из-за парты.
Что за хрень? Я обвел глазами класс и уже реально видел и насмешливые взгляды, и что шепчутся, причем громко, глумливо улыбаясь.
Да, ладно... Какого черта, вообще?
Все, что случалось до этого, связанное с близнецами, даже не очень скрытое, и то не вызывало такой бурной реакции.
А сейчас-то что?
Я лихорадочно соображал, кто из нас, где и когда мог проколоться НАСТОЛЬКО.
Единственное, что приходило в голову, так это то, что просто теперь уже все из класса узнали о татуировке Свята. И, наверное, для многих, если не для всех, это было все равно, как если бы Зверь расписался в том, что трахает меня.
В этом все дело или в чем, мать их так???

В голову ничего другого не приходило. И позвонить клонам, пожаловаться и узнать, что к чему, не мог - поставил на подзарядку утром трубу и забыл забрать, а вспомнил об этом только в трамвае.
И мне ка-тас-тро-фи-че-ски не хватало гада Лешки.

Схватившись за сигареты, взвинченный до невозможности, чувствуя на себе странные взгляды, практически опасаясь, что начнут плевать вслед, вышел из класса, направляясь в туалет, понимая, что времени идти на улицу у меня уже нет.

На душе было гадко... Почти мерзко. До ощущения тошноты.

Я не понимал, ЧТО происходит, и это выматывало.
В коридоре легче не стало: проходя мимо толпы десятого «А», почти споткнулся, услышав: «Пидорасы вообще страх потеряли, скоро прилюдно будут трахаться!»
Я не понял, кто именно из толпы это сказал, но когда я резко оглянулся, почти все тут же опустили глаза или просто поотворачивались. Но НЕ понять, что говорят обо мне и клонах, было просто невозможно.

В туалете тоже... Восьмиклассник так торопливо доделал свое дело, с опаской на меня поглядывая, что у меня уже зародилась мысль вцепиться этому конопатому в шиворот и потребовать рассказать, чего так отреагировал на меня.

Не стал. Сдержался, стиснув зубы.

Блин, здорово, черт!

Вторая перемена была перед уроком физкультуры у клонов, и я понимал, что идти в раздевалку и что-то там выяснять, было бы просто смешно. Поэтому и пришлось ждать до третьей.
И эта же вторая перемена оказалась очень урожайной на подколы со стороны одноклассников. Типа «кто кого имеет и в какой позе» и «может, у Ангела тоже есть татуировка»...

Суки! Так хотелось пожелать всем выпить яду.

Но, как ни странно, не смотря на такое, уже открытое, отношение ко мне, почему-то стало спокойнее. Или просто я понимал, что долго такое не продержится по-любому. Поглумятся и успокоятся как всегда.

А вот на третьей перемене, когда я увидел Свята...
Вернее, его разбитую губу и явно расцарапанную ногтями щеку, сразу вспомнился и Вентилятор, с его подсвеченной фингалом мордой, и то, как он от меня шарахнулся.

- Так... Я не понял... У вас в классе ввели новый урок: «Отвесь пиздюлину товарищу»? Или что? Хули у вас полкласса с побитыми мордами?
Прорычал и прижался к спине Монстра, стоящего в очереди к буфету, уже представляя, что на самом деле произошло, и из-за чего весь этот сыр-бор с гляделками и подколами. И произошло это, по всей видимости, еще вчера, судя по не очень свежим «боевым ранам». Но мне почему-то об этом никто ничего не сказал!

Ян хмыкнул, потом увернулся от подзатыльника, который ему хотел влепить матерящийся Зверь.
- Эй! Завязывай! – я зафиксировал его шею захватом сзади, прижимая к себе.
А пофиг было в толпе, и так стояли как селедки в банке.
- Что творишь? Может, лучше расскажешь, что вчера было? Ммм? Что за хуйня вообще происходит – меня уже достали сегодня непонятными подъебками! И почему это я до сих пор нихуя не знаю? – даже не смотря на ароматы места, где готовят и продают еду, я с удовольствием вдыхал запах моего Монстра, чувствовавшийся даже сейчас.
- Отпусти, сволочь, – прохрипел Зверь, и я ослабил хватку.
После этого он коснулся своей губы, сводя брови от боли, грозно глянув на меня.
- Да так... Было дело. Кое у кого оказался слишком длинный язык и бурная фантазия. Пришлось укоротить.
Зверь был зол. Угрюм. И я понял, что большего, чем это, по крайней мере, сейчас из него я не вытащу. А рядом со мной примостился Януся.
- Я так подозреваю, ты Вентилятора видел, да?
Я кивнул:
- Правильно подозреваешь, родной. И Вентилятора, и всех остальных, которые явно знают больше меня...
И Мозаик тихо продолжил:
– Ну, так это они еще вчера после школы схлестнулись. Леха не сказал, что ли? Он же был на драке. Я думал, что он тебе выложил все. Удивлялся, чего это ты до сих пор молчишь.

Та-а-ак... Блин...

У нас вчера уроков на пару было меньше, и значит, все самое интересное произошло без меня. А вот Леха, живущий совсем рядом со школой, такого зрелища не пропустил!

- Да нет его, е-мое! А остальные, суки, только и делают, что подкалывают! Твою мать! И позвонить не мог – трубу дома забыл! С какого хера-то подрались?
- Были причины, уж поверь, – Януся серьезно глянул на брата, облизал губы и продолжил, - этот ушлепок после того как услышал про татуху, ну... то, что именно она означает, начал херню всякую плести. Ну, ты понимаешь… О тебе и Святе. Все это наш упырь еще как-то терпел, если так сказать можно. Даже то, что ты можешь спать с нами двумя... А вот когда Генка, кретин, заикнулся о том, что Свят и меня может...
- Что??? – не дал договорить Яну, меня почти подкинуло от накатившей злости.
- Тшшш... Перестань! – Мозаик стал ко мне еще ближе, загораживая собой, словно боясь, что я сейчас унесусь искать Вентилятора.
Вот только не он один этого, как я понял, испугался – Свят не оглядываясь, нашел мою руку и вцепился в нее. Молча.
А я, чувствуя это, глазел ему в затылок, слушая Яна:
– Ему нехило досталось. Там это многие видели. Вообще толпы было до хера, такое впечатление, что чуть ли не полшколы...
А у меня долбилось в ушах сердце, и все дрожало внутри, и было ощущение, что меня сейчас разорвет на кусочки.
- Сука... Он охерел? Бля! – я зажмурился до звездей под веками, стискивая и зубы, и кулаки, теперь удивляясь, как Зверь вообще не расквасил морду уроду Генке.
- Мне почему не позвонили, а? Молчали почему? – наконец-то чуть расслабился я, утихомиривая бешеное сердцебиение, когда на нас оглянулся Свят.
- По кочану! Угомонись... Тебе мало домашнего ареста? Хотелось еще и круги наматывать по стенам от злости, да? Не хватало, блин, – он сжал мне пальцы до боли, но большим нежно погладил кисть, потом отпустил руку, но зато, развернувшись, вцепился в меня, за секунду втиснул перед собой в очередь и обхватил рукой за талию.
Сейчас, в толпе, когда нас еще и Ян прикрывал, я мог ему это позволить. Даже не смотря на все то, что я терпел первые уроки. Хотя... может, уже благодаря этому?

Что еще было терять?

- Все окей, котенок. Даже не вздумай себе башку этим загадить, понял? Вент свое получил сполна. А тебе нельзя больше и лишнего движения в школе сделать, слышишь? Вспомни поход к директору... Я сам, если что. Мне от этого хуже не будет.

Он хрипло шептал мне в затылок, а я слушал, опустив голову, облизывая пересыхающие губы, чувствуя тепло его тела спиной и внутреннюю противную дрожь.

- Мы не стали драться в школе, я его скрутил и сказал, что буду ждать возле турников на спортплощадке после уроков, а если не придет - сегодня в школе убью. А к окончанию уроков об этом уже знали не только наши из класса, а вообще многие, кто был в школе.
- Ай... че-е-ерт! – проскулил я, и меня только крепче к себе прижали.
- Тшшш... все уже... Перестань... Вообще хорошо, что тебя уже не было. Мне спокойнее так, понимаешь? Мы с Генкой один на один, но он конь оказался еще тот, сука...
- «Споко-о-ойнее», епт! – съязвил я, нервно усмехнувшись. - Досталось, да, Зверь? – Я не выдержал и положил руку сверху на его.
- Вентилятору тоже досталось! Я ему по ходу чуть нос не сломал... Он сам, мразь, нарвался, я же не собирался его уж так уделать... Просто хотел ебальник закрыть, чтобы другим неповадно было. А он, ублюдок, звезданул меня ногой в живот, я думал там и сблюю, загнувшись. Хотя я сам, идиот, так открылся не вовремя... Но ничего, стерпел тогда, только злее стал. Ну, и въехал ему по носу со всей дури. Рука до сих пор болит. Ну, и все. Его вырубило на пару секунд, кровища ручьем. Ты сам знаешь, нос есть нос... А меня все-таки вывернуло после этого, суко... Нехило он мне врезал, тварь. Но я в долгу не остался! Так что, надеюсь, он понял, что к чему. Вот такая эпидерсия, котенок.
Я кивнул:
- Он понял, это точно. Его от меня отбросило утром, как от привидения, а до меня и не дошло, чего это он...
Я хотел продолжить, сказать о том, как меня доставали с самого утра, но... Просто подумал, что это такая мелочь по сравнению с произошедшим со Святом вчера, что постыдился жаловаться и концентрировать на этом внимание клонов. Я и так уже сказал, хватит об этом...

Блин... Ну, что мне десять лет, что ли? Сам не разберусь?

И, сняв с пояса руку моего Зверя, глянул на сбитые костяшки. Будь мы сейчас одни, я бы их перецеловал все. Медленно и нежно.
Сглотнул, невесело улыбнувшись:
- Пипец, а? Я чокнусь...
- Все прошло... Расслабься.

Расслабься, Ангел, ага... Уууууййй!

То, что рассказал Зверь, перед глазами было как на экране телевизора. Я видел раздувающиеся от злости тонкие ноздри Свята, играющие желваки и взгляд... Такой, каким он смотрел на меня еще в самом начале, когда там кроме злости и желания раздавить, ничего больше не было. И понимал, что вывернуло его не от боли, скорее всего, а от вида крови...

- Живот болит? - я чуть развернул к нему голову, когда он забрал у меня свою руку.
- Обезболивающих нажрался... Все окей.
- Там синяк на весь бок, – проговорил Мозаик, и Свят скривился:
- Мелкий, перестань, а?
Но Ян продолжил, игнорируя слова брата:
- Я серьезно, Дин. Я очень боялся, чтобы у него внутри все целое осталось... А эта сволочь только прикалывалась!
- А не фиг было сидеть надо мной, как курица на яйцах – хрен сгонишь! «Братик, а может «скорую», а? А может то, а может это?» - Свят хохотнул и, чуть вздрогнув, скривился, приложив ладонь к левому боку.
- Больно, да? – Януся притворно-сочувствующе погладил брата по предплечью и добавил уже без нежностей, - так не хер ржать надо мной, придурок!
А Свят, хоть и передразнивал Мозаика, и все такое, но мы не могли не заметить, как ему в кайф подобная забота.
- Не умру, не надейся даже, – все-таки выдало невыносимое существо.
- Кретин, – Мозаик констатировал факт ему с тяжелым вздохом и продолжил для меня:
- Мамули-то не было, блин, – Ян выдохнул, – а он в испарине, бледный... Не знал, что делать с ним! И тебе он звонить запретил!
- Ян, прекрати! – процедил Зверь сквозь зубы. – Все нормально.
- Да, неужели? Норма-а-ально! – фыркнул Януся, и я подумал, как все вчерашнее Мозаик перенес. Он же до смерти боится, когда Свят дерется! Блин... А Ян, глядя на брата, продолжил:
- Е-мое! Как это до меня не доперло? Слушай! Может, это ты в «сабспейс» влетел и просто перся, а я, придурок, думал, что тебя от боли так скручивает? – теперь уже и Ян рыкнул, как волчонок.
- Куда он влетел? – не совсем понял я Мозаика, вернее его высказывание о подпространстве.
- А... это... – Януся мельком глянул на меня.
- Это наш эмо демонстрирует свои познания в БДСМ, – хмыкнул Святуся и, подойдя к прилавку, начал заказывать еду на нас троих.
- Б... М... Чо? – не понял я, а Зверь лишь усмехнулся, оглянувшись.
- Б. Д. С. М. – Медленно проговорил Януся. – Ну, ты же в курсе, что такое садомазохизм?
У меня и глаза, по-моему, стали квадратными.
Я, по большому счету, лишь поверхностно зная, что это такое, просто потому что в пятнадцать лет прочитал Маркиза де Сада, подсунутого мне другом, а позже видел пару порнофильмов с его элементами, очень удивился тому, что в этом разбирается Януся.
- Так вот, БДСМ - это все то, что как раз с садо-мазо и связано. Ну... ну, это долго объяснять... Короче, «сабспейс» это термин такой в психологии, – продолжал Ян, пока Свят заказ делал. – Обозначает измененное сознание, которое чаще всего именно в БДСМ получает «нижний», то есть человек, добровольно согласившийся терпеть боль. Хотя они от боли кайфуют. Мазохисты же... Так вот, это как затяжная нирвана своего рода. Поэтому я и говорю, что упырь, видимо, кайф ловил, гад!
- Убью, - пообещал своему брату прекрасно слышащий Свят, процедив через плечо в нашу сторону. – Давайте уже забирайте тарелки, я заплачу.

Усевшись за столик и вцепившись зубами в бутерброд, я смотрел, как аккуратно Януся откусывает от пирожка с повидлом, ощущая, как все сильнее ощущается нервозность от того, что я только что услышал от нашего Мозаика.
- Эй, Янусь... Скажи ты мне, с какого ты интересовался... этим? – пережевывая, все-таки не выдержал я. – Не после «свидания» твоего брата с дубинкой?
Ну, конечно же, Ян прекрасно знал о том случае, когда Свят повелся на любителя неординарного секса.
- Ди-и-ин! – предостерегающее от Свята.
- Сорри, молчу,– от ржущего меня и от хмыкнувшего Яна:
- Ты догадливый! Ну, да... Захотелось посмотреть, на что мой братишка подписаться собирался, – игнорируя тихий, но зловещий рык нашего Зверя. - Кое-что даже понравилось.

Понравилось?! Моему Яну?!

Идиотская фантазия поневоле начала рисовать в сознании образы, от которых почти кружило голову странными ощущениями: мой Ян, с гибким стеком в руке, над... Не знаю над кем... Ни себя, ни Свята, даже в том свете, что наш Зверь хоть и по незнанию, но уже побывал в роли «нижнего», я как-то не мог представить. Так... просто кто-то неясный.… Но даже без определенности подводило все внутренности до исступленного состояния тихого восхищения. Тихого не в том смысле, что слабого, а в том... Вот есть два основных вида сумасшествия - явное и скрытое, проявляющееся только в определенных условиях. И скрытое никак не означало, что болезнь легче.
Ведь говорят, что буйную форму вылечить возможно, а вот скрытую – фиг там...
Так вот было и у меня. Это появилось в самом начале наших отношений, после признания Свята, когда я понял – близнецы оба принадлежат мне. И оно с тех пор концентрировалось внутри меня, где-то в области пупка, иногда шевелилось, распространяя вокруг себя невероятно приятное ощущение счастья, упоения, радости, восхищения, любви, трепета. И всего такого подобного, чему я и названий не подберу... Но иногда оно же, такое нежное и томительное, бывает очень резким, невыносимо изнуряющим, доводя практически до потери сознания, как в первый раз нашего секса втроем.
И клоны так и не давали во мне ни сна, ни отдыха этому, порой беспредельно выматывающему, чувству, подкидывая все новые и новые потрясения, большие и маленькие.
Когда начинаешь понимать – шизофрения не за горами…
- Тебе? Понравилось?
Ян невинно глянул на меня, чуть откинув челку, хмыкнул и отправил кусочек пирожка в рот.
- Котенок, в этом невинном мальчике, вернее, в его башке, такие странности бродят, что ты даже не представляешь, – тихо проговорил Свят, хищно облизнув губы.
Мозаик поиграл бровями, улыбаясь, глядя в упор таким взглядом, что меня аж мурашки пробрали.

Мне и так уже не казалось мало того, что совсем недавно начал понимать для себя наверняка – Ян пойдет в актив без малейшего сомнения и страха. И только от этого так сладко-томительно клинило мозг.
А если еще он будет агрессивно-нежным, как Свят... Пипец... Я же точно живым не останусь. Подохну во цвете лет.

Я даже головой встряхнул, чтобы отогнать наваливающееся состояние полного распада на атомы.
- Ай... Да ну вас к черту, е-мое! В дурке давно уже по мне палата плачет, – пробурчал я, - с ума меня сводите...
Клоны только переглянулись на это, улыбнувшись, а чуть позже, когда Свят, не отрывая взгляда от салата, увлеченно ковыряясь в нем вилкой, неожиданно обратился к Яну:
- Мелкий, а ты не говорил нашему мальчику, что у тебя есть настоящие наручники?

Я поперхнулся соком.
Закашливаясь, хватаясь за салфетки, пытался восстановить дыхание и не дать растрескаться мозгу полностью, а они глумливо ржали, дотягиваясь до моей спины, хлопая по ней. Ну, а мне оставалось только отмахиваться и материться сквозь кашель, не обращая внимания ни на кого вокруг, проклиная тот день и час, когда два невыносимых существа так бесцеремонно ввалились в мою жизнь, круша и переворачивая в ней все вверх тормашками.

Чуть позже мы стояли во дворе школы, наблюдая за восьмиклассниками, играющими в футбол, а Святуся, чуть отойдя от нас, размахивал руками и орал на не очень умелых игроков, давая умные, по его мнению, советы.

- Солнце мое... Скажи, тебя действительно привлекает садо-мазо? – все-таки не выдержал я и спросил Янусю о том, что начало проедать мое развращенное сознание со страшной силой.
Мозаик скосился на сигарету в моих пальцах, потом на меня, со странной улыбкой на губах.
- Тебя это напрягает? – вопросом на вопрос ответило разноглазое чудо, и я пожал плечами, ощущая, как начинает набирать обороты пульс.
- Я просто никогда не думал, что... – и тут я умолк, вдруг вспомнив, как на второй раз нашего с ним секса Януся захотел этого без смазки.
А его пирсы?
Сейчас я был полностью уверен, что даже на члене он его делал без обезболивания.
- Эй, Дин! – окликнул Януся. – Ты чего?
- Да так... Вспомнил кое-что. Тебе нравится боль, Ян?
Януся чуть повел плечом, хмыкнул.
- В умеренных количествах.
Стало жарко в ушах.
- И причинять ее кому-то?
- Ты имеешь в виду в сексе?
- Ну... Да.
На меня сверкнули взглядом и тут же его отвели.
- Я сдерживался всегда.
- Сдерживался... – я чувствовал себя почти растерянным, и еще появилось вдруг странное ощущение, которому я пока и определения дать не мог. – Котенок, скажи, что тебе хотелось сделать?
Ян несколько секунд смотрел на своего неугомонного брата и, не поворачиваясь, спросил:
- Ты уверен, что хочешь это услышать, Дин?
- Да. Я хочу знать...
Блин...
Мое эмо, только от присутствия которого сейчас шли по коже гигантские мурашки, медленно оглядев все вокруг, выдало:
- Ну.. Искусать шею, плечи... Исполосовать спину ногтями...

Ох, ты ж бля!!!

- Только... Знаешь, в садо-мазо ведь кайф не только в том, чтобы получать боль или причинять ее... Есть и другое. Совсем другое...
- Д...другое? Что другое, Ян?
- Подчинение, Дин. Под-чи-не-ние... Понимаешь? Когда тебе доверяют от и до. Связать и получить в полное распоряжение...

Мать моя женщина! Роди меня обратно! Ян? Это - ЯН???

- Ай!!! Лузеры, мать их! Игроки, епт! Мазилы! – вывел меня из странного транса голос Свята, подходившего к нам. – В крестики нолики им играть, а не в футбол!
Я сплюнул, кивнул и посмотрел на притихшего Яна. Видимо, очень необычно посмотрел.
- Эй... Вы чего такие? - Монстр нас разглядывал с явным подозрением.
- Да нормальные мы, не придумывай. Пошли, чудовище... Скоро звонок.

Я шел на урок и уже знал, что сделаю первым делом, когда вернусь домой – залезу в инет и найду сайт о БДСМ.

Зачем это мне было нужно?

Да просто я хотел знать хоть немного из того, что знает Мозаик.
Я уже говорил, что чем больше я с ним общаюсь, тем больше он меня поражает. И в плане своих совсем НЕ школьных знаний, да и просто своим разнообразным внутренним миром, огромным таким, что порой я в нем терялся. Вот как сегодня...

И чуть позже понял - что неясное чувство, возникшее при том разговоре с Яном – это было ощущение, что мой мальчик намного взрослее меня. Вернее, опытнее, продвинутее.
И что он просто не давал мне этого понять до сегодняшнего дня.
И, как назвал Свят пацанов, нифига не умеющих играть в футбол - лузеры... Вот именно «по-лузерски» я себя и почувствовал.

Что задумано – то сделано.

Часа через три после возвращения домой я уже чувствовал, как распирает мой мозг от совершенно нового, странного, запретного, даже пугающего своей неоднозначностью, целого громадного мира психосексуальной культуры, под названием «БДСМ».

Во-первых, я очень удивился уже самой расшифровке BDSM с английского – связывание и дисциплина, доминирование и подчинение, садизм и мазохизм.
Только от этого уже начала кружиться голова...

Связывание.
Подчинение.

Ведь именно об этом и говорил Ян.

Во-вторых, практически охренел от того, сколько народу и какого разного по возрасту и по социальному статусу на это подсажено! Сдуреть просто!
А в-третьих, сколько атрибутов, терминов, определений!!! Пипец просто!
Все эти «нижние», «рабы», «сабы», «сессии», «экшены»... Только от одних названий можно крезануться. Костюмы из латекса и кожи, плетки обычные и флоггеры, наручники, бандажи, кляпы, ошейники, цепи, фиксаторы для всех частей тела?! Все эти невозможные девайсы... Бляяя...

Правила, которые нужно выполнять беспрекословно, как и приказы «верхнего»... Он же «мастер», он же «доминирующий», он же «господин/госпожа»...

Нашел и про то самое понятие «сабспейс». Мда уж... Чего только не вытворяет психика человека.

И как контрольный выстрел после всего – рассказы на БДСМ-тематику.
Полнейший вынос мозга.
Когда я увидел порно с садо-мазо первый раз, скажу честно, тогда оно меня совершенно не торкнуло. Может, просто потому, что было кустарное какое-то, а может, оттого, что слишком уж странным для меня оказалось или просто не дорос.
Не знаю...
Но хочу сказать, что рассказы - совершенно другое. Если, конечно, в них большее, чем обычная изощренно описанная порнуха, и рулит в основном психология самого явления, как вот попалось мне. Просто это так клинит, что хочется схватиться за голову, чтобы ее не разорвало. Что практически я и сделал, вырубив комп, и пытался отдышаться после всего...
Это было так... так необыкновенно сильно, во многих смыслах. В ушах шумело. Наверное, из-за адреналина, тонами плещущегося в крови.
И то, что действительно не дорос, чувствовалось ОЧЕНЬ...

Тем более что понимал - я узнал лишь маленькую часть из того, что есть вообще по этой теме. И ведь так только от теории и описаний меня перекорежило. А как тогда должен чувствовать себя новичок на практике, впервые попав на тему?
Я себе запретил даже думать о подобном.
Но при всем том, что я испытывал сейчас, где-то глубоко внутри было ощущение странного такого томления, желания, возбуждения, смешанного с чувством почти панического страха.
И уж, конечно, у меня в сознании был образ Мозаика, который родился еще в школе, когда пошел разговор на тему.
МОЙ Ян... «Мастер». «Доминирующий»???
И, епт... Я видел его таким. Я в это ВЕРИЛ, черт подери!!! И верил так, что меня напрочь расчленяло.

Стоя возле холодильника, глотая ледяную минералку, стекающую у меня по подбородку, вдруг вспомнил, как еще до Нового года при Яне на кухне резанул себе ножом палец. И не глубоко вроде, но крови было немало. Так вот мое эмо, не раздумывая даже, сунуло его себе в рот.
Тогда я еще не знал, как Свят к крови относится, а вот сейчас я реально понимал, какая разница громадная между моими парнями.
А еще я не сомневался, что, при всей своей «звериности», Свят после того случая с дубинкой никогда больше не станет интересоваться подобной темой. А вот наш Ян...

Ох уж этот Ян!

Могло ли у меня измениться отношение к Мозаику в том смысле, что изначально-то я влюбился в совершенно другого Яна?
Я думал об этом.
И оно действительно изменилось, но не стало слабее, нет. Просто к тому чувству, что было ДО этого, теперь примешалось еще и чувство какого-то глубочайшего животного трепета, как перед каким-то очень мощным, но неизвестным природным явлением. Может, что-то подобное испытывают моряки, когда оказываются рядом с Бермудским треугольником, от которого никогда не знаешь, чего ожидать.
Не знаю, как-то вот так...
Но это ощущение не отпускало и на завтра, и было достаточно сильным, чтобы затмевать собой негатив, от все продолжавшегося, хоть и в уже меньших дозах, стеба на «тему». И проходить, зараза, не собиралось.
И мое очумелое состояние заметил Свят, на второй перемене следующего дня, шепнув мне, когда не видел Ян:
- Котенок, все окей? Ты так странно на мелкого косишься...

Я отбился тогда, как мог. Сказал, что все окей, что он ошибается! Придумал тоже, блин!
Ну, а что? Мне нужно было признаться, что меня, когда я рядом с его братом, просто затаптывают мурашки-мутанты, с размером со слона?

Черт... Да я просто представить боюсь, какого еще размера тараканы могут обитать в этой хорошенькой головке.

И ко всему тому дурдому, что был у меня в башке, примешивалось ожидание выходных. Предвкушение, вернее. Я ведь надеялся, что, наконец-то, Януся позволит нормальный секс с собой.


Дата добавления: 2015-09-03; просмотров: 44 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 17 страница | Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 18 страница | Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 19 страница | Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 20 страница | Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 21 страница | Часть третья. «Ангельская задумка в действии». 22 страница | Глава двадцать первая 1 страница | Глава двадцать первая 2 страница | Глава двадцать первая 3 страница | Глава двадцать первая 4 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава двадцать первая 5 страница| Часть двадцать третья. 2 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.016 сек.)