Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Меч под землей

Читайте также:
  1. Глава 15. Между небом и землей
  2. Глава двадцать вторая, в которой путешественники оказываются под землей и видят удивительные вещи
  3. Практики под землей

 

Город Фьербуа, расположенный к югу от Луары, - излюбленное место путешественников и паломников, с незапамятных времен в его гостиницах останавливались каретные мастера и мельники, благородные дамы и ученые господа. Ибо здесь в приходской церкви есть рака с мощами святой Екатерины Александрийской, которая, будучи восемнадцатилетней девушкой, вела диспут с пятьюдесятью философами, приглашенными императором Максентием, и победила: все они признали ее правоту и впоследствии сложили головы за новое учение. Екатерина покровительствовала не только студентам, каретным мастерам и мельникам, но также и тем, чьи судьбы в этой восьмидесятилетней войне оказались под угрозой, - пленным. Те, у кого был супруг, сын или брат, попавший в руки англичан, совершали паломничество к Екатерине в Фьербуа. Когда Жанна проезжала с двумя сопровождающими через Фьербуа по пути в Шинон, она побывала в этой церкви на трех богослужениях. У нее имелся повод для благодарности, ибо именно в те дни к ней пришли трое французских наемников. К тому же, статуя святой Екатерины находилась и в церкви в ее родной деревне Домреми, Екатерина была одной из двух "райских сестер", с которыми Жанна говорила так, будто они стояли рядом с ней.

Б тот мартовский день девушка, молившаяся в церкви святой Екатерины в Фьербуа, должна была узнать больше, чем кто-либо из ее сопровождающих, но она не сказала ни слова ни одному из рыцарей. Только в Туре кое-что частично прояснилось, но, тем не менее, остается загадкой и по сей день.

Король, наконец, повелел выдать Жанне снаряжение для похода, оружейных дел мастер по имени Бернар подготовил для нее доспехи, она сама сказала, какой символ должен быть изображен на ее штандарте, и теперь предстояло еще решить, как быть с мечом. Вопрос о мече также должен был решать оружейник, ибо разве может девушка, пусть даже посланница Божья, разбираться в оружии? И все же Жанна лучше знала, как поступить. Мастеру Бернару надлежало приехать с письмом в Фьербуа и удовольствоваться этим. Приезд мастера, случившийся в апрельские дни, взволновал все население городка. В письме, адресованном приходскому священнику, девушка, о которой все говорили вот уже несколько недель, просила разрешения достопочтенного господина произвести раскопки в земле за алтарем святой Екатерины. Там должен был находиться меч, на котором изображены пять крестов, и именно этот, а не какой-нибудь иной меч хотела иметь Жанна.

Никогда приходской священник из Фьербуа не слышал, что под церковным полом что-то зарыто. Правда, согласно легенде, Карл Мартелл некогда отдыхал в Фьербуа после победы над маврами, но о каком-то мече никто ничего не знал.

- Мастер Бернар, почему бы Вам не выковать для Девы новый меч? - спросил приходской священник, покачав головой.



- Господин, мы выковали ей доспехи, именно такие, которые ей подходят, нам помогали наилучшие оружейники, доспехи не могли быть прекраснее. Хотя мы не посмели нанести на них ни герба, ни каких-либо украшений, нам потребовалось для этого шестнадцать фунтов серебра. Господин, это цена шести хороших лошадей, и мы использовали для этого лучшую сталь, которую только смогли раздобыть, а господин барон де Рэ выдал для этого деньги от имени короля. О мече мы также говорили с благородными господами, и герцог Алансон считает, что в оружии мужчины разбираются лучше.

- И я тоже так считаю, - пробормотал священник. Бернар провел рукой по щетинистому подбородку.

- Может быть, оно и так, достопочтенный господин, да только, видите ли, за ту неделю, пока Дева находится у нас в Туре, народ стал верить: война кончится только тогда, когда мы сделаем то, что она велит. Моя собственная жена прожужжала мне об этом все уши. А сама Дева встретила меня и говорит: господин Бернар, не желаете ли Вы отвезти мое письмо приходскому священнику в Фьербуа? Эх, значит, по-иному ничего не выйдет.

Загрузка...

По крайней мере, сегодня вечером уже слишком поздно, сказал священник, и он должен подумать до завтрашнего дня, а после мессы Бернар может прийти за ответом.

В тот день мастер Бернар слишком много проехал верхом, и вечером ему хотелось хорошенько выпить, чтобы отдохнуть. Конечно, все стремились узнать, как обстоят дела у Жанны, и Бернар ощущал себя человеком, находящимся в самой гуще событий. Он умел рассказывать и при этом хвастался, что в Пуатье все достопочтенные господа и епископы были так поражены ученостью девушки, что спешно отправили письмо королю, подписанное сотней профессоров, в котором говорилось, что никто, кроме Жанны, не может принести народу спасение, и что король за ночь должен подготовить полную казну и снарядить целое войско знаменитых маршалов и полководцев, чтобы под их руководством положить конец бедствиям. Она заказала себе доспехи не у кого-нибудь, а у оружейных дел мастера Бернара, теперь броня облачала Деву от макушки до пят, и никакие английские стрелы ей не были страшны.

По улицам неслись возбужденные вопли: "Слыханное ли это дело? Господь явил нам чудо!" Люди опустошали бокалы и снова их наполняли. Пили за здоровье Девы, и трактирщик обещал сегодня брать небольшие деньги за выпивку. Но мастер Бернар еще не окончил своего рассказа. "Слушайте! Тихо!" - раздавалось со всех сторон, и люди придвигались поближе друг к другу, слушали, опершись на локти и приставив ладони к ушам.

- Теперь Деве требуется меч, не так ли? Но, видите ли, она не позволила нам изготовить этот меч. Она говорит, что ей нужен другой. И он зарыт в вашей церкви за алтарем.

- У нас? У святой Екатерины? - люди вскакивали, с грохотом ставили кружки на стол, рукава у них были засучены, а на крепких руках вздувались мускулы.

- Конечно, у вас! Я привез ее письмо к вашему приходскому священнику; чтобы положить конец нашим бедствиям, нужен только этот меч. Но ваш священник хочет еще подумать.

На следующее утро, как только приходской священник из Фьербуа вышел из ризницы, он решил, что случилась беда. Около дюжины мужчин стояли перед .ним, выкрикивая какие-то угрозы. Они перебивали друг друга, и он не мог разобрать ни слова.

- Должны ли мы взять грех на наши души? Нельзя терять ни секунды!

Только теперь, когда мастер Бернар стал кричать священнику в ухо, он все понял: эти люди пришли, чтобы тут же и ни часом позже копать землю за алтарем.

- Во имя Господа, начинайте, - сказал священник, - пощадите только стены, они древние, и святая Екатерина может разгневаться.

Никто больше не думал ни о Екатерине, ни о священнике, ни о церкви. Взлетали мотыги, стучали молотки, лопаты вгрызались в каменистую землю, женщины приносили обед в горшочках прямо в церковь, поскольку было ясно, что мужчины не прекратят работу, прежде чем не отыщут меч. Покинутая Богом женщина, старая злая королева, из-за множества любовников забывшая, кто же действительно был отцом ее сына, принесла народу горести и голод. Только девственница из народа могла вывести его из юдоли греха. Разве она не пророчествовала об этом раньше? Конечно, меч должен был найтись. Святая Екатерина не гневалась, и пусть священник говорит, что ему вздумается. Ведь она сама сберегала меч в земле, ведь это не обычное оружие, что носят все мужчины, а меч, подобный мечу святого Михаила, которому покорился даже грозный дракон. Уже давно копавших было не десять человек, в этом участвовала половина жителей города, женщины и дети убирали мусор, священник же сидел в своей комнатке и молился Богу, чтобы сегодня вечером его церковь не превратилась в кучу развалин.

В это время Жиль де Рэ вел переговоры с коварнейшим торговцем тканями из Тура, за деньги тот открыл подвал, где хранились алтарная парча с серебряной нитью, тончайшее льняное полотно для стихарей, карминно-красное сукно и великолепный бархат - все это стоило припрятать до лучших времен от жадных рук, желавших брать, но не желавших платить. Дай Бог, лучшие времена когда-нибудь настанут. Эти сокровища Жиль раскинул перед Жанной, он сам разворачивал красные и желтые рулоны сверкающих тканей, материя скользила сквозь его длинные белые пальцы, он показывал ее на свету, чтобы все краски переливались. Он бросал ткани на плечи Жанны и, полузакрыв глаза, следил за ее реакцией.

Робко сложив руки, девушка стояла перед этой невиданной роскошью. Может ли она из всего этого богатства получить какой-нибудь плащ? Плащ, который носят настоящие рыцари поверх доспехов? Она бы хотела, но кто за все это заплатит?

Жиль швырнул на стол туго набитый кошелек, на деньги он был щедр, как никто другой при дворе.

- Не беспокойтесь об этом, Жанна. Король хочет, чтобы Вы были прекрасны, неся свою службу.

- А что скажут дамы и господа на то, что бедная девушка одета в такие роскошные ткани?

Жиль видел ее радость и радовался вместе с нею.

- Они стали бы смеяться, если бы Вы были одеты по-иному, Дева Жанна. Разве Господь создал все прекрасные вещи не для того, чтобы мы возносили Ему почести? Посмотрите на этот фиолетовый бархат, разве, глядя на этот цвет, не становишься благочестивым? А вот сверкающий серебром темно-синий: он напоминает ночное небо, когда Господь зажигает на нем звезды. А с этой оранжевой тканью сочетаются сине-серые меха; вот зеленая подкладка и пряжка из изумруда.

Жанна думала, что ей дороги только доспехи, теперь же от великолепия тканей в сердце ее была тихая радость, но она переживала, не порождена ли эта радость высокомерием. Нет, плащ должен быть не оранжевый и не сверкающий красный.

- Вот эта синяя, господин де Рэ. Если она не слишком дорого стоит, то мне, пожалуй, хотелось бы сшить плащ из этой синей материи.

Жиль де Рэ кивнул, а затем развернул кусок зеленоватого шелка, так как, по его мнению, подкладка плаща должна была подчеркивать или приглушать его оттенки.

Между тем обычный шум уличной суеты превратился в громкие крики, приблизился топот копыт, и дверь растворилась. Сквозь толпу мужчин, женщин и уличных мальчишек мастер Бернар протискивался в лавку.

- Вот она, Дева, мы хотим видеть ее!

Мастеру Бернару пришлось пустить в ход кулаки и отвесить несколько оплеух, прежде чем он смог затворить дверь за собой и своими двумя товарищами.

- Дева Жанна, мы копали целый день с утра до вечера. Было уже темно, когда мы наткнулись на что-то твердое. Едва мы разгребли землю, как увидели, что это меч. Его передали мне, чтобы я испытал его. Клинок был покрыт ржавчиной, но стоило только встряхнуть меч, и ржавчина осыпалась. Вот он. Ножны подарены жителями Фьербуа.

Синий бархат упал на пол, Жанна стояла в своем шерстяном камзоле, тихо улыбаясь, затем она взяла меч и вынула его из ножен. Жиль де Рэ, затаив дыхание, взглянул на клинок и увидел на нем пять крестов.

- Разве, он не прекрасен? - спросила Жанна с сияющей улыбкой. - Благодарю Вас, мастер Бернар.

Оружейник смущенно вертел свою кепку, голос его не слушался, он долго откашливался. Жители Фьербуа, приходской священник, дай он сам стали свидетелями того, что этой девушке известны вещи, скрытые от всех остальных.

- Дева Жанна, - сказал он доверчиво, - Вы нас можете теперь спасти?

- До полнолуния мы отправимся в Орлеан. Мастер Бернар, скажите всем, что я это обещала.

Он направился к двери вместе с товарищами. На улице был слышен гул, а затем раздалось радостное ликование. В темной лавке рядом с Жанной стоял Жиль.

- Мы выйдем, чтобы показать его остальным, - сказала она, меч все еще лежал на ее ладонях, а Жиль не спускал с нее глаз. Он полагал, что этому мечу, пожалуй, будет около семи веков, но на нем нет ни ржавчины, ни изъяна.

- Теперь Вы мне верите?

- Дева Жанна, я верю, что Вы разговариваете с духами, к которым глухи мои уши. Жанна, пролейте сияние Вашей благодати на меня, недостойного, позвольте мне прикоснуться к мечу, - он склонил голову и опустился на одно колено, но Жанна с мечом быстро отступила от него, нахмурив брови.

- Прикасайтесь к своему и встаньте. Вы должны опускаться на колени только во время молитвы. Вы поняли, господин Жиль де Рэ?

Жиль медленно встал, Жанна даже не подозревала, как ему тяжело. Его душу также наполняли благоговение и пыл, и он охотно отдал бы все свое богатство, лишь бы узнать то, что она, как ему казалось, узнавала без труда. Но для него другой мир молчал, как бы страстно он его ни призывал, а Жанна не позволяла ему заглядывать в глубины своей души.

- Как происходит, что Ваши уши слышат голоса?

- Молитесь, и Вы тоже услышите, если Господь сочтет Вас достойным.

Жиль опустил голову и подумал об Авеле и Каине: жертва Авеля была принята, а Каина Господь презрел. С растревоженной душой он вернулся в свое жилье. Там слуги представили ему мальчика, которого послал господин Тремуй, так как у мальчика был прекрасный голос.

- Пой, - прошептал Жиль, бросил плащ одному из слуг и сел. - Если у тебя действительно хороший голос, позволь мне с тобой заниматься.

Музыка была единственным, что еще могло успокоить бури его души, укротить и очаровать ее. В одном из замков у Жиля был прекраснейший орган, о котором он думал повсюду, музыке часто удавалось разогнать его тоску. И все же музыка в чем-то была подобна плащу, которым он только прикрывал бездну своей души.

Жители Фьербуа хорошо запомнили, что выкопанный ими меч был необыкновенный. Перед смертью Жанна призналась, да и все ее товарищи по оружию уверяли, что этим мечом никогда не был убит ни один человек.

 

 


Дата добавления: 2015-11-26; просмотров: 28 | Нарушение авторских прав



mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.008 сек.)