Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Что-то не припомню, чтобы мы вместе фоткались. Да ещё в саду. Что это? – удивлённо спросила Катя и протянула мне фото.

Читайте также:
  1. Quot;Для того, чтобы пройти в Совет Божий, надо стать "депутатом" от Бога, а не устроителем теплых местечек для себя самого".
  2. X. Обе вместе
  3. А что такого Амелия? Я надеюсь, она не настолько глупа, чтобы думать, будто получила это задание за свои заслуги?!
  4. Альном таланте и не в том, чтобы сидеть у реки, слушать барочную
  5. Б) важна направленность в юморе: шутим не над читателем (зрителем), а вместе с ним.
  6. Бог хочет, чтобы мы поклонялись как публично, так и наедине
  7. Бог хочет, чтобы мы постились

Это… это… это фотошоп! Ты же знаешь, я им хорошо владею… На самом деле с первого дня я думал о том, что мне было бы хорошо с тобой, с первого взгляда ты запала мне в душу, будто забросила крючок своим чарующим взглядом… Прямо мне в сердце. – Катя смотрела на меня, и её удивление всё больше сменялось широкой улыбкой и блеском в глазах. – Я сделал это фото, чтобы не оставлять фантазии о нас с тобой в голове, а посмотреть, как бы мы смотрелись вместе и мне это очень понравилось, потому и оставил, в надежде, что когда-то оно осуществится и мы побываем вместе в Таиланде.

Что ж – улыбнулась Катя, снова взглянула на фото и положила его на стол – сегодня одна моя мечта исполнилась, пусть исполнится и твоя. – Она взяла из моего кармана телефон и сделала несколько селфи со мной.

А какая твоя мечта сбылась? – спросил я, радуясь, что всё обошлось.

Отсосать тебе – страстно прошептала мне на ухо Катя. – Но теперь твоя очередь сделать мне приятно! – весело воскликнула она и подмигнула.

Хорошо, только я приму душ, окей? – спросил я.

Я первая! Где он? – громко спросила Катя, спрыгнула со стола и побежала в душ.

Пока Катя была в душе, я сел за стол, поднял наше с Настей фото и внимательно стал смотреть на этот маленький кадр, запечатлевший истинное счастье. Отлично помню тот день. Мы первый раз вместе с Настей отправились за границу. Из всех условий поездки главным было одно – самое красивое место. Нам так хотелось созерцать красоту вокруг нас, от того, что внутри мы были преисполнены ею. Наши чувства, чистые и светлые связывали нас воедино. Там у нас и был первый секс. Лунной ночью под открытым небом на открытой веранде нашего туристического домика, под вьющимися цветами. Мы провстречались полгода до нашего первого раза, нам обоим хотелось быть уверенными друг в друге, и чтобы первый раз был особенным, запоминающимся. Таким он и был. И это фото было сделано тем утром, когда мы проснулись другими, более близкими людьми. Соединившись один раз телами, казалось, мы слились навсегда душами. И, тем не менее, у меня в ванной сейчас находится девушка, которая притягивает меня не меньше, которая напоминает мне всё то лучшее, что я пережил в своей жизни. Но не просто достаёт из памяти те моменты, а позволяет заново их пережить.

«Настя… Я скучаю по тебе…» - тихо прошептал я – «Не будь она так на тебя похожа… Не знаю, есть ли жизнь после смерти, но если бы ты только могла вернуться, могла вселиться в это тело, я бы дал нашим отношениям ещё один шанс, теперь я мог бы тебе купить сапожки и много-много всего. А сколько бы любви я отдал тебе… Сегодняшняя ночь была бы особенной» - с грустью я убрал фото в ящик стола и направился к открывшейся двери в ванную. Оттуда вышла Катя, обмотанная полотенцем, прошла мимо меня к кровати и лишь сказала с улыбкой: «Теперь твоя очередь! Люблю чистеньких!»



Под струями прохладной воды, я вспоминал, как прямо здесь, год назад, я попрощался с Настей. Салатовая плитка на стене, белоснежная ванна – всё это было в красивых каплях и полосах алой Настиной крови, и после того, что тут случилось, всё казалось банальным и скучным. Но мысль о том, как прекрасна кровь и как жаль, что её нельзя выпускать из человека без боли и опасности для жизни, не покидала меня. «Я люблю тебя, Настя, я хочу только тебя. Пусть это тело не разделит, а снова соединит нас» - прошептал я, словно молитвой, и голышом вышел из ванной.

В окружении сочного зелёного луга из простыни расположился изумительнейшего вида храм Катиного тела, украшенный изящными изгибами. В дальней его части расположились две маковки куполов, увенчанные сосками, словно крестами, направленными к небесам. А прямо напротив меня находился священный вход в этот дом Божий, в это святое место. Расписанные малиновым врата были сомкнуты, а над ними, словно икона с ликом самого Христа, располагался благословенный клитор. Я пал на колени, готовый молиться. Катя раздвинула шире свои ножки, и врата слегка приоткрылись, зазывая меня в небесный мир, в Царствие Божие, туда, где я снова повстречаю Настю.

Загрузка...

Стоя на коленях, я сделал несколько шагов в направлении Кати, положил руки ей на бёдра, большими пальцами потянулся к её манящему, приоткрытому входу и провёл руками до колен. Затем, лёгкими движениями пальцев, я вывел на её лобке треугольник, вокруг тоненьких точек, прорастающих волосков, как-бы повторяя символ всевидящего Божьего ока. Затем наклонился и поцеловал Божественный символ прямо в воображаемый зрачок. Для Кати это была щекотка, простая часть прелюдии, а в моей душе творилась мистика. Я проводил ритуал связи с Настей. Но все мои действия совершались на автоматизме, я ничего не выдумывал.

Тыльной стороной ладоней, я провёл от лобка к сочным половым губкам и слегка раздвинул их. Мне казалось, что оттуда вот-вот забрызжет свет, каким святым мне казалось это место, но я увидел лишь таинственную манящую темноту. Смочив пальцы слюной, я сложил их в жест крещения и провёл ими по входу в Катино влагалище, двумя по губкам, а большим пальцем слегка проникая внутрь. Впереди раздался лёгкий вздох. Я наклонился вперёд и слегка поцеловал икону над вратами храма. Только тогда я осмелился войти глубже внутрь, сложив два пальца, подобно староверу, направляя их к точке G.

Ласково покрывая слюной Катин клитор, я нежно играл с ним языком, целовал, как икону, пока мои пальцы аккуратно проникали всё дальше, чувствуя, как из ворот храма начинают течь священные соки. Ощущения святой воды на моей руке словно превознесли меня к небесам, а Катины стоны и движения её бёдер заставляли моё сердце биться быстрее и давали понять – мой обряд идёт успешно.

Нащупав выпуклую точку на потолке дома Божьего, я начал активно ласкать её, продолжая со всей нежностью и осторожностью лизать клитор. И вот Катю начало трясти: «Господи, я кончаю! Я! А! Ааа!» - задыхаясь, кричала она, прерывая слова стонами и вздохами. Я прижал клитор языком, чувствуя его бешеную пульсацию. Теперь можно войти во врата.

Когда Катя успокоилась и расслабилась, я встал и посмотрел в её пьяные, блестящие глаза. Она чудесно улыбалась, так мило, что был бы я художником, бросил бы, наверное, всё и силе бы рисовать её портрет. Но, не будучи художником, я лёг поверх её и поцеловал её губы. Нежно коснувшись Катиных уст, в ответ я получил страстный захват собственного языка. Как же тепло в ней, вот чего мне не хватало за всё время, пока Настя не живёт со мной – тепла внутри её тела. Сочное, влажное тепло, эти глубокие поцелуи и дикий секс, я так сильно скучал по ним. И теперь я словно целовал те же самые губы. Тот же самый, родной и любимый мне мягкий, как желе, язычок, танцевал то страстное танго, то нежный вальс в зале наших ртов.

Когда воздуха стало не хватать, я отпрянул, улыбнулся, глядя в мои любимые глаза, сдвинулся назад, сел у входа в Катино лоно, положил её ножки на свои колени, и медленно, наслаждаясь моментом чуда, снисхождения Настиной души к моей, медленно вошёл в Небесные врата.

Когда мой праведный путник оказался внутри церкви, я наклонился, держась одной рукой, а второй начал поглаживать и нежно сжимать правый купол, очерчивая языком круги вокруг креста, целуя его, как православный солдат перед последним боем, зная, что сейчас покинет мир живых. И я, был уже не там, где у меня есть работа, курсы английского и Катя. Нет, я был с Настей, я входил в неё до упора, в родную щёлочку между любимых стройных ножек. Под моей ладонью колыхалась милая сердцу грудь, которую я узнал бы из тысячи. Сосочки нежно-кремового цвета, у вкуса которых нет названия, но вкуснее их разве что та манящая в себя дырочка, которую я посещал 3 раза в секунду.

Отпустив Катину грудь, я сложил руки у её головы, приложил ладони к её милым ушкам, и в стремительном поцелуе вогнал язык в неё, на сколько только мог его вытянуть. Она с лёгкостью его приняла, вылизывая и посасывая его. Затем я приподнял голову, сильнее прижал ладони к Катиным ушам, и сказал в её ангельское родное личико: «Настенька, я люблю тебя». У Кати были закрыты глаза, и она не заметила моих слов, но Настина душа, я уверен, слышала. По всему моему телу прокатился невероятный разряд энергии. Внутри всё грохотало, как в небе над храмом, тяжело выдохнув, я выпустил потоки семени в снизошедшую ко мне Настю. Посмотрел в её ванильные глаза, которые открывались лишь на пару секунд, блестели маленькими звёздами и снова закрывались. А улыбка не сходила с этого идеального лица. Мой паломник покинул ворота храма, и из него потянулись нитями и потекли ручейком моё семя и священные воды. Я лёг сбоку от Кати, положил ей на живот руку, поцеловал в щёчку и стал засыпать, думая о Насте. Неужели вернулись те времена, когда мы были вместе, и Настя снова будет со мной, пусть и под другим именем… Таких совпадений не бывает, возможно так она и в самом деле мистическим непознаваемым образом вернулась ко мне? Но мне и не нужны были объяснения. Уткнувшись в любимые волосы с насыщенным ароматом Насти, похожим на смесь корицы и женьшеня, я понял, что счастлив. Настя снова со мной и я могу спокойно спать…

Дни летели за днём, недели наполнялись романтическими прогулками и горячим сексом везде – от дома, до общественных мест. Сладкий минет в раздевалке, взаимный петтинг в кинотеатре, куда Катя специально всегда ходила в короткой юбочке, под которой я мог с ней поиграть, пока она ласкает меня. В лесу она любила прислониться к берёзке, обхватывая её гладкий ствол, пока я вхожу сзади. Её это возбуждало - твёрдость и толщина ствола. А мне нравилась её нежная, сочная попка, которую я страстно тискал, трахая её в истекающую горячим соком, киску. Казалось, нам никогда не будет скучно. На первый месяц наших отношений, которые мы отсчитывали с первого секса, я подарил ей обработанное и красиво снятое совместное порно. Уж в видеороликах я спец. А она нарисовала наше соитие. Вышло так красиво, что даже я, не любитель созерцать своё тело, был очень тронут. Наши тела, сплетённые воедино в момент совместного оргазма, вызывали волну возбуждения. Когда мы обменялись подарками, то решили отметить годовщину сексом на берегу реки.

Совершенно не волнуясь о том, что кто-то может прийти, мы постелили у берега речки большой розовый плед. Поблизости был лишь небольшой дачный комплекс, но пляж был пустым, никто не купался, потому, что речка была вся в тине и водорослях. Я открыл бутылку шампанского и разлил по стаканчикам. «За то, чтобы так, как прошёл этот месяц, прошла вся наша длинная жизнь!» - воскликнул я. «Пусть наша жизнь будет одним бесконечным оргазмом!» - сказала в ответ Катя, одетая в полосатое бело-синее бикини.

После опустошения стаканчиков, мы бросили их и стали смотреть друг на друга. Передо мной стояло великолепие неописуемой красоты. Я стоял в одних трусах и любовался сладко-пухленькими, как мешочки с мёдом, нежными детскими щёчками. Катя смотрела на меня и улыбалась, а потом, неожиданно, спустила с меня трусы. Меня вгоняла в краску возможность предстать перед девушкой в невозбуждённом виде. Я всегда чувствовал себя неловко при мысли, что даже Настя, с которой мы жили очень долго вместе – увидит мой маленький неокрепший сморщенный стручок, поэтому не показывался ей таким, разве что мельком она могла увидеть его в покое. Но сейчас я не спешил прикрываться. Хотя моё лицо слегка покраснело, вместе с этим из моей груди по всему телу медленно стало распространяться тепло, а под живот, пульсируя, понеслось густое горящее топливо, которое всё плотнее заполняло мой растущий член. Ноги хотели бежать, руки хватать, каждая мышца в моём теле наполнялась энергией, а из всех концов моей плоти понеслись уплотняющиеся потоки мне между ног. От напряжения я готов был взорваться. Я не смотрел вниз, лишь наблюдал, как Катя, улыбаясь следит за тем, как мой член, пульсируя, увеличивается в размерах и из сморщенного комочка превращается в большого и твёрдого бойца с обножившейся раскалённой головкой. Я старался не шевелиться, но сдержаться не мог, я напряг член, он вздёрнулся и с него капнула смазка на плед. Катя хихикнула и медленно сняла с себя лифчик. Лёгкий летний ветер нежно ласкал её, слегка покачивающуюся, грудь. Ах, как бы я сейчас хотел стать этим ветром, чтобы всеми своими воздушными изгибами укрыть эти ангельские грудки. Манящие сосочки, словно зрачки на кремовых ореолах глаз, смотрели прямо в душу, наполняя всё внутри нежной тёплой патокой, текущей по мышцам, ласкающим каждую клеточку, гладящую, как засыпающего котёнка каждый мой атом. Но я не поднимал руки. Я созерцал. Я познавал каждый изгиб этих идеальных округлых форм, переходящих сверху в изящные плечи, а снизу в мягкий, манящий своей милотой, животик, который хотелось пощекотать, а потом покрыть нежнейшими касаниями губ, не забыв по пути лизнуть забавный пупочек.

Катя медленно сняла свои трусики, а затем, помогла и мне освободиться от своих трусов, свисавших на ногах. Теперь мы стояли друг перед другом полностью обнаженные, наши тела умоляли нас немедленно слиться в любовном единении, но мы ждали. Катин лобок был идеально гладким, как у младенца, с такого угла ее киску не было видно, и вся её внешность выглядела настолько непорочной, насколько на самом деле она была пошлой. Лишь в ее глазах блестела жажда секса и напрягающиеся соски будто шепотом умоляли о ласке. Катя страстно вздохнула и только потянулась к низу своего живота, как я схватил ее руки, положил их себе на бока, а сам прижался всем своим телом к Кате, так, что мой горячий член прижался к ее мягкому животику, за которым скрывалась матка, жаждущая моей спермы.

Мой мозг охватило желание немедленно войти в Катю и заняться с ней горячим сексом, но она вдруг положила мне на плечи руки и мягко надавила. Я понял и поддался – встал на колени, а Катя поставила левую ногу на мое плечо и выставила перед моим лицом свой нежный цветок. Я страстно вобрал в себя воздушные лепесточки, с которых уже сочилась ангельская роса. Проникнув языком в бутон нежно-розоватого цветочка, я провел им до самого верха и коснулся сладкой ягодки. Катя вздрогнула и наклонилась ближе, сильнее опираясь на мое плечо. Смочив и расслабив язык, который за годы практики научился множеству ловких трюков и был рад вернуться к любимому занятию, я начал нежно, но быстро щекотать Катин клиторок. Сладостные стоны и сбивчивое дыхание сверху радовали меня и были приятнее любой благодарности, но когда Катя схватила меня за волосы и стала прижимать лицом к своей киске, я не мог больше терпеть сексуальное напряжение, да и такое очевидное доминирование было не по мне. Тут я решил показать ей, кто тут хозяин.

Глубоко войдя напоследок языком в глубину Катиного тела, я вылизал на него побольше смазки, быстро набрал слюны, плюнул на член, который от перевозбуждения был больше обычного, особенно головка, провел по нему рукой, попутно разворачивая Катю спиной к себе, усадил ее на плед так, что ее попа была прямо передо мной, быстро ввел два пальца глубоко в киску, она дернулась и вскрикнула, и тут же вскрикнула еще, получив звонкий шлепок по попе и через мгновение снова вскрикнула и упала с ладошек на локти, подняв попу вверх, а я был уже глубоко внутри. Тут в меня будто вселились все демоны, какие только есть. Я, как адская машина, полная диких бесов, работал бедрами, вгоняя член в Катины глубины, как нефтяная вышка. Во всех моих органах пылал огонь, а демоны рычали свои яростные гимны грубому животному сексу. Они совокуплялись, инкубы с суккубами, в каждой молекуле моего разъяренного тела, творился секс. Огонь и пар, кислота и кипяток бурлили в моих венах. По нервам шел один замкнутый сигнал дичайшей эйфории, которая заставляла меня повторять вроде-бы одно и то же – трахать Катю сзади, но как это было, Боже. Перед моим напряженным лицом хищника шлепала о мой лобок такая аппетитная попка, что мне хотелось съесть ее, прям так, сейчас же. Свежей, тепленькой и сладкой. Я наблюдал за ней, иногда отстраняясь от ощущений, чтобы не кончить раньше времени, за маленькими волнами, идущими по её нежной поверхности.

Но стоны, переходящие в крик снова вернули меня в мир огня и стали, и моя сталь все чаще погружалась в Катину доменную печь, а сама Катя уткнулась лицом в плед и прерывисто стонала, широко открыв рот, а ее руки сжимали плед крупными комками. Под нашими телами пошли складки, Катины пальцы на ножках сжались, а внутри все сотрясалось. Она кончала. И тут я, упираясь изо всех сил, с громкими шлепками, сжав, что есть сил, Катины ягодички резко перешел к завершению своего дела. Войдя на всю глубину, достав до матки, я ощутил, как на кончике моего члена повторилась история Хиросимы и Нагасаки. Взрывная волна ядерного взрыва понеслась по стволу члена в пах, а оттуда разнеслась по всему телу, сжигая всех бесов очищающим огнем блаженного покоя. Пока сперма заполнила все Катино нутро, и, переливаясь через край, закапала горячими каплями на плед, я, вспотевший и счастливый, упал рядом с Катей, которая так и лежала попой кверху, держась на голове и разбросанных в стороны руках. Она тяжело дышала с закрытыми глазами, приоткрыла их на мгновение, улыбнулась мне и снова закрыла. Я взял ее за руку и лег поудобнее. Может счастье в моей жизни только начинается? Может высшие силы послали мне замену Насти? Но если они есть, то есть и жизнь после смерти, а значит Настя ждет меня где-то там… Я смотрел на голубое покрывало неба, залитое спермой облаков… А если там ничего нет? Тогда я просто обманываю сам себя. Предаю данные обещания. А если мое слово ничего не стоит, то чего стою я сам?..

Как обычно, я приехал на курсы первым и сидел в ожидании Кати. Но она все не появлялась. До начала занятий осталась последняя минута, и я позвонил ей. Катя ответила, тяжело дыша: «Да, привет». Я тихо спросил: «Привет, ты заболела? Почему тебя до сих пор нет?», а она: «Нет, я пока не смогу, поговорим потом. Я приеду на следующие занятия, расскажи потом, что было сегодня». Только и успел я сказать: «Ну, хорошо, лю...», как пошли гудки. В груди что-то сжалось в холодный и мокрый кусочек льда. Все занятие я просидел в полной апатии к окружающему. Что-то не так.

Во время перерыва я отпросился, сославшись на плохое самочувствие и ушел, не желая участвовать в групповых играх сегодня. Но поехал я не к себе домой, а к Кате, открыл домофон её пятиэтажки кодом, поднялся на четвёртый этаж и осторожно подошел к ее двери. Я немного постоял, успокоил дыхание и прислонился к двери ухом. За нею еле были слышны голоса. Ничего не удавалось разобрать, но это точно был звонкий женский смех, такой, как у Кати, и тихий, едва ощущаемый бас.

По моим вискам потек холодный пот, а от нарастающей в них пульсации, я перестал и вовсе что-либо слышать. Немеющими ногами я поднялся на этаж выше и неподвижно ждал. В голове мозг против моей воли строил картины, основанные на услышанном. Кухня, Катя сидит с каким-то парнем и смеется. Мой разум пытался выкрутиться, успокоиться, может это телевизор или это приехал ее отец или другой родственник. Мне оставалось только ждать. И вот я услышал, как Катина дверь отворилась, и слегка наклонился через лестничный пролет - в пятиэтажных домах, где квартиры расположены прямо у лестницы, не сложно наблюдать сверху. И я увидел спину высокого темноволосого коротко стриженого парня. На его спине была Катина рука. Я спрятался, теперь оставалось слушать. «Ты великолепен, обожаю тебя» - слышал я Катины слова и болезненный чмокающий звук напряженного соприкосновения чего-то мягкого и влажного. «А я тебя, до пятницы! Значит, эти выходные целиком проведем вместе?» - ответил бас. «Непременно, я хочу весь уикенд не слезать с твоего члена» - тихо и страстно произнеслись в ответ слова.

Последнее предложение было сказано шепотом, но оно, словно длинная колючая проволока, намоталась на огромный кулак, который нанес мне столь сильный удар в грудь, что я осел прямо на ступени. Дальше я ничего не слышал. Только хлопок двери, когда она закрылась, но и это не заставило меня пошевелиться. Колючая проволока плавно наматывалась на сердце, шип за шипом, вонзаясь в его ткани. От каждого вздоха становилось лишь тяжелее. Я с силой и дрожью обхватил руками плечи, наклонился вперед и меня начало неистово выворачивать наизнанку. Но я давно не ел и, после нескольких сокращений, из меня, со страшной изжогой, вышло немного желудочного сока, а потом стало еще хуже. Меня выворачивало пустотой, а кислота попала в дыхательные пути, и я не мог вздохнуть. Из глаз хлынули слезы, тело сокращалось в рвотных позывах, между которыми я с хрипом пытался вдохнуть. Казалось, это длилось минут 10. Но потом я успокоился и с адским пламенем в пищеводе, в слезах и соплях, с трудом встал и направился домой.

Вечером Катя написала мне, спросила, как прошел день. Я ответил, что хорошо, вкратце описал занятия, и предложил встретиться в пятницу. После долгой тишины, Катя ответила, что уезжает к родителям. Меня этот ответ удовлетворил, я сказал, что в таком случае проведу вечер пятницы на стендапе Хованского, который, как раз приехал к нам в город и должен был выступать в одном из баров в полночь. Дальше мы мило болтали, пока я искал на подпольном форуме, где можно быстро и легко купить противогаз, транквилизаторы для бродячих собак, форму полицейского и электронную хирургическую пилу. Если учесть, что на таких форумах торгуют людьми, героином и автоматами Калашникова, поиски заняли у меня не больше часа. Так я провел вечер среды.

В четверг у меня уже все было. Я сходил в магазин «Все для ремонта» и приобрел там обои, полки, дрель и прочие принадлежности такого типа. Зашел в магазин для творчества и выбрал себе там разный грим. Потом купил билет на стендап, договорился встретиться там с приятелями, а дома, попутно переписываясь с Катей, раскладывал по комнате стройматериалы и инструменты. Давно пора было заняться ремонтом в гостиной. До 23.00 я даже успел немного поработать. Содрал старые обои и немного посверлил. Заодно испытал хирургическую пилу на купленной на рынке кости - работает.

Ночью я отправился в одно пустынное место, где не раз видел одинокого бродячего пса, мирного и доверчивого. В этот раз я тоже нашел его. Подозвал к себе, соблазняя косточкой, а когда он приблизился, виляя хвостиком, я выстрелил транквилизатором. Пес слегка взвизгнул, пошатнулся и опрокинулся набок. Я подошел и осмотрел пса - он дышал, да и ему ничего не угрожало. Главное я проверил - транквилизатор работает и очень быстро. Я вытащил дротик, оттащил песика в кусты, достал из сумки пакет свежего мяса и положил под него, чтоб никто другой не уволок. «Это тебе за помощь, извини. Я еще навещу тебя» - тихо сказал я, погладив спящего пса по голове. После этого я вернулся домой и лег спать.


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 239 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Я – Катя, а тебя как зовут? – спросила девушка, как две капли воды, с лёгким отличием в скулах и бровях, похожая на Настю. | Меня… - я на секунду замер и назвал своё имя. | На четвёртом занятии я пригласил её в кино на ночной сеанс «Assassin’s Creed». | Это Олег... | Что-то ты и от мозга не в восторге. Третий раз спрошу прямее - что именно ты любишь в Олеге?! | Остался последний, самый маленький и волнительный пакетик. | Будет больно? | Я. Снял. Противогаз. |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Ну, ты просто зверь. Интересно, какой ты в постели. У тебя что, давно не было девушки? – спросила Катя. Странно, что раньше она не задала этот вопрос.| Утром я вернулся на пустырь. Пакет с мясом был пуст, рядом валялась покусанная кость. Я прогулялся по пустырю и увидел стоящего вдали пса. Все в порядке, вот и славно.

mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.007 сек.)